Первый весенний дождь [ глава 7 ]

***

Тьма поглощала.

Обнимала крепко, властно. Утягивала демоническую душу в свои объятья, не позволяя отвлекаться. Казалось, что ей становилось жарко в этой темноте. Будто все давило. Словно тьма желала стать единым с ней целым и пресекала любую ее попытку двинуться. Сбежать.

Ощущение, что к ней прижимались, укутывали и перекрывали дыхание были слишком реальными. Слишком сильными.

Слишком знакомыми.

Распахнув светлые глаза, она увидела перед собой его. Взлохмаченные и темные кудри, что иногда касались ее лба. Прикрытые веки, скрывающие карие глаза, что подрагивали. Его губы обжигали ее, не давая ей нормально что-то сказать и сообразить. Его руки собственнически прижимали женское, мягкое и невероятно желанное тело к своему. Мужская рука прижимала тонкую ладонь к стене позади нее, в то время как вторая обвила ее талию, сжимая тонкую сорочку так крепко, будто та лично его обидела чем-то. Наверное тем, что закрывает ее тело.

— А-аластор…

Ее голос дрогнул. Прошептав его имя в эти жадные губы, Чарли наконец выдохнула, привлекая его внимание. Его глаза, которые можно было увидеть лишь под тусклым светом лампы на столе, смотрели в ее, озадаченные и полные странного жара, голубые. Тяжелое дыхание ритмично поднимало две грудные клетки , прижатые друг к другу, пока они молча пытались разрешить дилемму одним лишь взглядом. Думая о том, что сейчас происходит, в этих мягких глазах она видела лишь один вопрос: почему ты меня останавливаешь?

Шарлотта не оттолкнула его. Не остановила. Ее руки сказали все за себя: левая осторожно сжала его жилет, а правая, нагло скользнула в мягкие волосы, слегка сжимая.

Улыбка расплылась по его смуглому лицу, оголяя белые клыки и ровный ряд зубов. Успев только моргнуть, его цепкие руки раскрутили ее, вскруживая голову ей окончательно. Шатен отпустил, и она врезалась в твердую грудь, хватаясь за нос. Она не чувствовала боли, сделала это скорее автономно. Однако, подняв глаза, она не увидела карие глаза. То были зеленые.

Блондинистые кудри падали на его глаза, когда парень обхватил ее мягкие щеки и притянул утонченное личико к себе. Щеки стали еще краснее, когда блондин улыбнулся ей нежно и добро, прижимаясь пухлыми губами к ее. В отличие от Аластора, зеленоглаз действовал мягко, легко. Его руки деликатно легли на ее талию, бережно прижимая к себе. Эти губы были ласковыми, осторожными, словно она была самым сладким шоколадом, что таял на языке и поднимал дофамин, как ничто другое не могло.

— Л-Люсиан!

Чуть со страхом произнесла она, разрывая поцелуй и, еле оттолкнувшись от него, сделала шаг назад. Ее затылок коснулся чужой груди и она тут же опустила глаза, чувствуя как нечто ее обхватывает. Когтистые, такие знакомые руки обхватили ее бока, держа крепко. Шум сломанного радио зазвучал за ее спиной и она повернула голову назад, только для того, чтобы увидеть эти красные глаза. Красные волосы, желтая и острая улыбка.

— Не заиграйся.

Два слова.

Чарли шумно выдохнула, слыша отчетливо как сердце пропустило удар.

И тьма, что вновь окутала ее взор, утащила в свое царство.

***

      Подскочив в кровати, Чарли проснулась.             Голубые глаза сиюминутно начали бегать по комнате, отмечая, что она в своей спальне. Там, где действительно уснула по приезду домой после фестиваля. Желая увидеть знакомые красные глаза и желтую улыбку поблизости, но она лишь тоскливо убедилась, что никого рядом нет. Только она и птицы, что сидели на подоконнике ее окна. Два красногрудых дубоносов: одна черно-белая птичка с красным сердцем на груди сидела возле бежевой пташкой, пока вторая наблюдала с дальней ветке. К бежевой птичке подлетела другая, с уже зеленым окрасом. Однако спешно улетела, стоило двум трехцветным птицам подлететь к ней с агрессивным щебетанием.       Прикоснувшись к обоим щекам, она вздохнула. Думалось, что она все еще призрачно ощущала это горячее дыхание над ухом; разные губы, что нагло касались ее. А сердце бьется быстро, то ли из-за того, что Морнингстар проснулась так внезапно, то ли из-за самого содержания сна. Не выдерживая мыслей о собственном причудливом сновидении, Шарлотта уронила голову обратно на подушку и накрыла краснеющее лицо второй.       Беспокойное утро не закончилось на этом сонном видении. Решив взять себя в руки и пойти начать готовить завтрак и кофе, Чарли резво переоделась и спустилась на первый этаж.       Оглядев содержимое холодильника, она собрала нужные ингредиенты для панкейков и приступила к приготовлению сладкого завтрака. Делала это она как обычно напевая мелодию попутно. А когда стрелка часов указала на цифру семь, Морнингстар наливала кофе, думая о том, как пойдет сейчас будить радиоведущего. Однако, какого было ее удивление, когда он, хрипло и довольно, замычал над ее ухом, подходя сзади и заглядывая через ее плечо. — Уже умеешь готовить такое, Шарлотта? — прохрипел он, следом тихо прочищая горло, — это ведь мне?       Его рука коснулась женского плеча, а вторая аккуратно легла на ее белоснежную ладонь, которой блондинка держала кружку. Звучав игриво, его голос заставил ее покрыться мурашками. Кивнув ему, она убрала руку от кофе, сподвигнув его забрать кружку и отойти от нее. Нервно выдохнув, она взяла две тарелки с завтраком и поставила одну напротив Аластора, а вторую рядом возле него. Пока она наливала себе чай, шатен сонливо уселся за стол и, облокотив подбородок на свои руки, стал наблюдать за ней. Ему хотелось дождаться ее и только потом начать есть. — Приятного аппетита!       Присаживаясь на свое место, произнесла Чарли, хватая вилку и начав трапезу. Тесто было мягким, теплым и кленовый сироп политый сверху был словно вишенка на торте. По ее лицу можно было заметить как она наслаждается завтраком: ее румяные щеки двигались, пока она пережевывала еду, а звук блаженства слетевший с ее красных губ вовсе умилял. В то время пока она получает удовольствие от еды, кареглаз испытывал, не привычное ему, тепло просто глядя на нее. Безусловно, ему нравилась ее еда, но на нее смотреть было куда приятнее.       Однако утро не бесконечно и вскоре Аластор ушел с кухни, чтобы привести себя в порядок и отправится на работу. За то время пока радиоведущий собирался, принцесса воспользовалась магией для уборки. Как-никак она осознавала, что ей необходимо пользоваться магией, чтобы избежать проблем с переизбытком демонической энергии в теле. Потому, когда кухня была чиста, голубоглазка направилась в прихожую, слыша как кое-кто надевает сюртук.       Глаза ловко пробежались по нему, отмечая, что он, как и всегда, опрятен. Чистый и аккуратный сюртук. Идеально поглаженная рубашка и брюки. Чего стоит одна его прическа: каштановые кудряшки аккуратно были уложены набок, выглядя очаровательно мягкими. Ей не раз хотелось их тронуть, но каждую ее попытку сделать это, Аластор ловко уворачивался или же морозил ее ответом «Не трогать». Тем не менее, сам радиоведущий не держал свои руки и частенько мог прикоснуться к своей сожительнице. К счастью, не в том ключе, в котором могли бы подумать окружающие, услышав подобные слова. Хотя, кто его знает, может и к сожалению? — Шарлотта,— проговорил он спокойно и достал откуда-то вчерашнее колье — …позвольте.       Держа колье раскрытым, он глазами предложил ей подойти поближе. Серебряная цепочка блестела в его руках, а сапфир манил своим глубоким синим цветом. Принцесса кивнула и подошла к Хантеру, поворачиваясь к нему спиной. Она собрала крепкий пучок из волос, потому блондинистые пряди не мешали Аластору одеть на нее ожерелье. Прохладный металл коснулся ее белоснежной кожи, вытягивая из тела напротив вздрог. На шее прозвучал тихий щелчок и его руки деликатно легли на ее плечи, выглядывая за ней и смотря в зеркало. Карие глаза задержались на острой ключице, но вскоре метнулись к ее лицу.

«Красиво…»

      Одно слово пролетело в двух головах. Пока она разглядывала ожерелье на своей шее, он созерцал ее великолепие. Запоминал. Искренне восхищался тому, что она была подобна живописной картине, что нарисовали из чистой любви, используя наилучшие масленные краски. Иногда, в его голову прокрадывался интерес поглядеть на двух художников, написавших это произведение искусства.       В блондинистой же голове звучал только один вопрос.

«Он достал ожерелье из моего пальто?»

      Не озвучив догадку вслух, Шарлотта почувствовала как его руки мягко сжали ее плечи и сошли, оставляя неосязаемое ощущение тепла. — Вас ко скольки ждать сегодня?       Спросила она, когда он чуть наклонился, поддевая ложкой край обуви и ловко заканчивая сборы. Убрав ложку в сторону, он ухмыльнулся, замечая как ее глаза проследили за его рукой. Пока одна ладонь была отвлечением, другая поднялась. Нагло положив левую ладонь на ее щеку, он чуть наклонился к ее лицу, согрев кончик носа тихим вздохом. Ее щеки тут же стали более румяными, от его близости. — Ммм…— протянул он и слегка ущипнул ее мягкую кожу — думаю к девяти, у меня еще есть пару дел после смены.       Он не сводил свои карие глаза с ее забегавшего взгляда. Стоя так в прихожей, чье-то сердце стало стучать быстрее. А затем его темные глаза спустились ниже, задерживаясь на розовых губах. Таких аккуратных, наверняка мягкие, сладкие, никем не тронутые.       Женская рука потянулась к его руке, желая прикоснуться, но он резко отпрянул, избегая ее прикосновений как огня. За пару морганий светлыми ресницами, радиоведущий поправил очки и накинул сумку на плечо, схватив ключи и задорно проговорив. — Если задержусь, то ужинай без меня.       С этим невинным выражением лица, он махнул ей рукой и вышел на улицу, сразу шагая к машине. В то время как сама Чарли стояла в прихожей, выпучив глаза и не понимая, что только произошло. Прохлада коснулась ее разгоряченных щек и принцесса поспешила закрыть дверь. Последнее, что она заметила это была его самодовольная улыбка и то как лукаво радиоведущий подмигнул ей, в ответ получив громкий хлопок двери.       Ударившись громко лбом об дверь, ее уши слабо дернулись при звуке двигателя машины. Колеса закрутились и рык мотора прогремел, увозя будущего демона на его любимую работу. Стоило тишине окутать всю территорию дома, как она обреченно застонала и вновь болезненно стукнула себя лбом об деревянную дверь, мгновенно зашипев от неприятного ощущения.

***

      Густой, родной лес окружал дорогу в оживленный город. Птицы потихоньку начинали возвращаться в их края, что означало лишь одно: весна приближается. Природа начинала благоухать, несмотря на снег лежащий в глухой чаще. Однако Аластор не зацикливался на этом. Неосознанно, он сосредоточился на том, как, подобно окружающей среде, в груди что-то чужеродное задрожало. В голову, под самую кору мозга пролез ее образ: кремовый блонд, цветом напоминавший горячие сливки смешавшиеся в бодрящем и крепком кофе; васильковые глаза, способные дарить тепло и утягивать душу; бархатная кожа, схожая с зефиром, так и кричащая «укуси меня». А когда она потянулась к нему, стоило ему позволить себе задержать глаза на женских губах, что были идеально пропорциональны...       Это был приятный трепет, но он не смел описать непривычные чувства подобными словами. Ведь это означало бы…

«Ха! Смешно.»

      Усмехнувшись своим же мыслям, он крепче сжал руль и прибавил газу. Будто это помогло бы избежать очевидных вещей. Однако, по приезду к излюбленному зданию, Аластор натянул привычную улыбку, полную шарма и уверенно шагнул на территорию радиобашни. Не в его стиле думать о чувствах. Особенно, когда наступает время для его любимого дела. Потому, спустя тридцать минут, мелодичный и приятный голос Аластора зазвучал по всем радиостанциям, бодря каждого жителя Нового Орлеана и заряжая его энергией для нового рабочего дня.       Девять утра незаметно сменилось временем обеда и в свой законный перерыв, ходячая харизма решила уйти в любимое кафе на первом этаже. Бариста встретил радиоведущего с уже готовым теплым американо: как никак на протяжении пары лет, как парнишка здесь работает, тот легко запомнил, что звезда радио заказывает в свой перерыв. — Доброго дня, мистер Аластор! — Плавно пододвигая стакан с кофе, брюнет заулыбался — Ваш американо!       Улыбнувшись парню, шатен заглянул в стакан. Вглядывался, будто проверял не отравил ли бариста данный напиток. Это заставило напрячься парнишку, но прежде чем тот успел задать вопрос, Аластор заговорил. — Знаешь, Лука, — отодвигая любимый кофе обратно брюнету — уж больно часто я беру одно и то же… сделай мне капучино.       Зеленые глаза распахнулись и первые секунды он с неподдельным удивлением пялился на постоянного клиента. Хотелось задать вопрос, с чего могли вдруг возникнуть такие перемены, однако спрашивать он не рискнул и кивая, принялся готовить новый кофе. Мельком, тот подглядывал как радиоведущий разглядывал с весельем его прилавок. Когда кофе был готов и оказался перед клиентом, Аластор указал на эклер с кремовой начинкой. Бариста округлил свои глаза и приоткрыл рот, но сразу же поджал губы и кивнул, подавая ему свежий эклер. В его движениях читалась неуверенность и, если бы раньше Аластор прищурился и задал вопрос, почему тот выпучился на него, то сейчас все было по-другому. Кареглаз что-то себе напел и, доставая портмоне, оплатил заказ с чаевыми. Взяв кофе и десерт, он легко ушел к себе в студию, пока парень разбирался со своим диссонансом.

***

      Понедельник закончился довольно быстро, пока каждый был занят своим делом: горожане вышли на работу, дети спешили на учебу. Не отставая от люда простого, Чарли занималась домашними делами, уже используя магию и чувствовала себя гораздо лучше. По крайней мере, не было разрезанной посуды и дом внутри не ощущался как жаровня. В качестве компании, Аластор был с ней почти весь день - не физически, но хотя бы голосом в радио. Исключительно вечером, когда его смена закончилась, она выключила радио и решила вздремнуть. Ужин был готов, а радиоведущий сам предупредил, что будет поздно и потому мысль об сне казалась крайне привлекательной. Впрочем, несмотря на свое предупреждение об опоздании, хозяин дома вернулся раньше запланированного.       Мирно поужинав под шутки Аластора, они вместе убрали кухню. Шарлотта планировала почитать книгу и затем лечь спать, но вот, она стоит напротив полок с книгами и Аластор вновь так близко, заставляя ее сердце биться быстрее чем должно. Как назло, на ее вопрос о том, что тот делает, он в который раз напирает, дразнит, залезает под кожу своим бархатным голосом. А следом отходит и строит эти невинные глаза.

Так прошло четыре дня.

      Во вторник, шатен отвез утром Магне к Рози, все также продолжая дразнить и смущать ее то «случайными» касаниями, то словами. К счастью, с Рози она могла немного отдохнуть и заниматься приятным делом, не чувствуя как щеки сгорают. К вечеру он ее забрал и они ужинали дома, под рассказы о прошедшем дне. Долгие взгляды были частью их диалога, помогая замечать состояние друг друга. Будто усталость или что-то большее.       Среду Морнингстар провела дома. Однако не одна. У порога оказалась Ниффти, у которой сегодня не было работы. Потому, в полной женской власти, дом Хантеров на протяжении всего дня хранил в себе их певчие голоса, громкий смех. Когда солнце село за горизонт, на плите стоял горячий суп с мясом и овощами, пока в духовке пекся и манил к себе аромат сладкой шарлотки. А когда Аластор вернулся с вещания, то его вниманию пала тишина, в сопровождении музыки из радио. Стоило рыжей малышке увидеть хозяина дома, то она схватила листы с рисунками со стола и энергично показывала ему свое творение. Где-то были детские рисунки, где шатен был с микрофоном, а где-то Чарли в окружении множества цветов и котят. На третьем листке был красивый портрет Ниффти, с ярким и неизвестным цветком в волосах. Было ясно, что это рисовала голубоглазка. Тем не менее, он с удовольствием развешал все рисунки на холодильник и задержал взгляд на листочке по середине.       Изображенные цветными карандашами, на белой бумаге фигурировали три человека: Высокий Аластор, маленькая и яркая Ниффти и, окруженная сердечками, Шарлотта.       Оставляя рисунок, обладатель карих глаз ушел переодеваться, в то время как девочки принялись накрывать аппетитный ужин. После трапезы Аластор помог убрать стол и они решили сыграть в старую настолку, прежде чем отправиться спать.       В четверг, она буднично вышла работать и учиться кулинарии у Рози. Уже наловчившись и шустро принимая заказы, Магне даже не заметила как стрелка пробила шесть вечера. Она опомнилась лишь тогда, когда к ней подошел радиоведущий со спины и попросил "шарлотки" на вынос. Выходя с красными щеками, они о чем-то спорили в шутливой форме и, не замечая чужих взглядов, уехали по знакомому маршруту.       Все было идеальным. Планы и цели на день не выходили из под контроля. На протяжении дня не только обладательницу сапфировых глаз сопровождали радость и тепло, но и Аластор заметил то, как его вечную улыбку стало гораздо легче держать на лице, делая его более ярким и живым. Посетителей в кафетерии Рози увеличилось, повышая прибыль, что не могло не радовать хозяйку заведения.       Каждый, что встречался с одной белокурой дамой в этом городе, незаметно привык к ее внезапному существованию. Необъяснимое ощущение проникло в воздух, будто она всегда была здесь. Словно она являлась частью этого мира.       И это ощущалось даже во снах, что снились Шарлотте. Радио-демон перестал приходить в ее сновидения, позволяя в них властвовать покою и душевному умиротворению. А иногда - точнее часто - ее мысли были заняты одним смуглым шатеном с незабываемой улыбкой.       Ослепительно солнце взошло из-за горизонта. Мягкие лучи света залили комнату теплом, осторожно касаясь белоснежной кожи спящей красавицы. Прикрытые глаза невольно дернулись от света и она с шуршанием легла на бок, путаясь в мягком одеяле. Лямка ее платья небрежно упала с плеча, шелковистые волосы коснулись ее приоткрытых губ и зацепились об сухие губы. Становилось жарко от того, что волосы закрыли ее лицо, мешая сделать глубокий вдох, но прежде чем она успела сонно убрать их в сторону, аккуратные пальцы нежно подцепили ее пряди с маленького лба и завели их за ушко. Карие глаза, что наблюдали за ее долгим сном приметили непослушную лямку и, с некой медлительностью, скооперировались с той же правой рукой, возвращая ленту обратно на ее плечо. Пушистые и светлые реснички задрожали и Шарлотта наконец открыла глаза. — Мгх…       Промычала она, подтягиваясь в постели как кошка. Неужто не заметила его? Встретившись с карими глазами через его излюбленные очки, Чарли замерла.

Теперь заметила.

— Доброе утро, дорогая!       Подскочив с криком, соня запуталась ногами в одеяле, что она прижимала к телу и не заметив упала спиной с кровати на деревянный пол. Ее болезненный стон и шуршание, когда она пыталась распутаться, вытащили с уст шатена веселую усмешку. — Неужели я такой страшный для Вас, Шарлотта? — спросил он несерьезно и наклонил голову как олененок, в бок — Вы ранили мое сердце, дорогая.       Услышав его наигранный, но в то же время задетый голос, Магне высунула голову из-за кровати и замахала ладошкой, другой рукой прижимая одеяло к груди. Ее губы задвигались, пытаясь выкрутиться и опровергнуть его точку зрения. Однако стоило ее ушам встретиться с его сладким низким грудным смехом, она остановилась и взглянула на него с раздраженным взглядом, так и спрашивая молча «Ты серьезно?».       Укутавшись в одеяло, она встала с пола и оглядывая его уже готового к выходу, вопросительно взглянула, попутно рукой махая ему и прося отвернуться. — В любом, что-то случилось? Обычно вы ко мне не заходите — сказав это, она потянулась к платью лежащем на стуле — не подглядывайте, пожалуйста.       Многозначительно ухмыльнувшись, он отвернулся, как и было попрошено. Осознание того, что она и в курсе не была, что он еще как посещал ее комнату, заставило забурлить странное чувство в животе. Под покровом ночи. Когда она сладостно спит, в компании пары ярко красных глаз и зловещей тени, что неестественно нежно любит поправлять ее одеяло. Нет, он конечно ничего такого постыдного не делал. Ему это вовсе не интересно. А вот разглядывать ее спокойное, а иногда краснеющее и смущенное, спящее лицо - совсем другое дело.       Прокашлявшись, он убрал мысли в сторону и поспешил ответить. — Вы обычно просыпаетесь раньше меня, однако нигде на первом этаже я вас не нашел, вот я и пришел проведать Вас. — его рука элегантно прокружилась, добавляя жестикуляции — Но Вы так сладко спите, что я не посмел разбудить такую соню.       Взгляд случайно заприметил стеклянную полку, в которой отражалась ее голая фигура. Прозрачным отражением, он разглядывал ее острые плечи и ровную спину, неосознанно спускаясь ниже.       Дав себе мысленную пощечину, он закрыл глаза, не давая разрешения более разглядывать ее. Считал это неуважением. К ней, в первую очередь, и своим принципам. Напряжно сглотнув ком в горле, до его ушей дошло ее спокойное «я все», призывая открыть глаза. Не спеша, он поправил рубашку и повернулся к ней, смотря как она аккуратно заправляет постель.       Мамино бордовое домашнее платье, контрастировало с ее молочной кожей. Скрытый пояс на узкой талии подчеркивал ее фигуру. А его глаза возвращались к ее голубым океанам, что двигались под пшеничными ресницами. Заметив, что она потянулась к домашним балеткам, он заговорил. — Ты забыла какой сегодня день?       Морнингстар подняла голову и вопросительно взглянула на него, не понимая о чем идет речь. — Ох, неужели я не сказал? Я взял выходной, чтобы мы с вами съездили за одеждой, — начал он, показательно пробегаясь по платью его матери — будет странно если Вы выйдите выступать в ресторане в простом платье, а своей дорогой подруге Мимзи я не позволю Вас наряжать, ее наряды… не подойдут такой девушке как Вы.       По его выражению лица было заметно, как он вспомнил эту невысокую даму в обыденных для нее платьях, что были несколько… открыты. И если данные костюмы и платья очень ей подстать, то на нежной Шарлотте это все выглядело слишком. Слишком ярко. Слишком притягательно. Слишком много цепляло бы взглядов других.       Как никак, он считал Чарли только своей игрушкой. А делиться своим он никогда не был рад. — Ресторан… — наконец произнесла голубоглазка и, отмирая, оживилась, тут же надевая сапожки для выхода — Я сегодня буду петь?! Ох, мне стоило сделать прическу и пораньше встать! Мы ведь еще не позавтракали, боги столько успеть ведь надо!       Радиоведущий даже не успел и слова вставить, как она, подобно колибри, упорхнула на первый этаж. Моргнув пару раз, он лицезрел ее счастливые разговоры с самой собой в коридоре и то, что она чуть не упала на лестнице, пока перепрыгивала ступеньки. На это он был способен только хмыкнуть и с мягкой улыбкой покинуть комнату матери, следуя за ней.       Он даже и не заметил, как начинал привыкать к ее проживанию здесь. Именно ее энергия делала дом живым. Его живым.

***

      Отведав сытной яичницы с помидорами, сыром и колбасками, они с хорошим настроением выехали в город. Под музыку и разговоры, дорога показалось очень короткой и вскоре черная машина заехала на улицу с бутиками. Пока Шарлотта поправляла наспех собранный хвост, джентельмен закрыл водительскую дверь и обходя собственную машину, открыл дверь даме, подавая руку. — Походим по нескольким бутикам и после сходим за продуктами, а то заметил, что моего списка уже мало для нас двоих.       На это она кивнула, принимая его руку и торопливо выходя с машины. Подходя к первому бутику, Аластор открыл дверь, пропуская обладательницу голубых глаз. Однако, почувствовав чужую мужскую руку на собственном плече, он дернулся, взглянув на хозяина руки. То был его знакомый, потому, расслабив лицо, шатен предупредил свою "домработницу" о том, что подойдет к ней через пару минут.       Чарли кивнула, проходя в магазин, так как , не смогла разглядеть мужчину, что подошел к Аластору. Ее глаза забегали по платьям, но все же задерживались на лице радиоведущего. Из улыбчивого и спокойного, его выражение лица сменилось в раздраженное. Кажется ему сообщили не самую приятную новость. Она видела как карие глаза взглянули на часы на руках и затем с ней: его напряженная улыбка сразу же стала более мягкой. Отводя глаза, когда шатен открыл дверь, зазвенели колокольчики перед входом. Когда он подошел к ней, его рука осторожно коснулась ее спины. — Прошу меня простить, дорогая, — начал он, еле сдерживая желание нахмуриться — меня срочно вызывают на студию, потому я вынужден уехать сейчас…       Рука слегка напряглась на ее спине, не скрывая его раздражение от нарушенных планов на день. Заметив как его это расстраивает, она постаралась его успокоить, положив маленькую руку на его плечо. — Не переживайте, я сама могу прогуляться и поискать платье, а Вы езжайте.       Глядя на нее выпученными глазами, Хантер опустил глаза на ее руку и почувствовав странное тепло в груди, усмехнулся. Резковато перехватив ее светлую ладонь и сжав в своей руке, он с хитрой улыбкой произнес. — Ох, нет, дорогуша, одна Вы гулять не будете, — карие глаза на секунду ей показались более багровыми — я отправлю своего человека к Вам, он пройдется с вами. Также выбирайте не экономя - он все оплатит.       Тонкие губы коснулись ее бархатной кожи, заставляя почувствовать, как щеки нагреваются. Даже когда он отпустил ее руку и, подмигнув, двинулся к выходу, она чувствовала как сердце забилось быстрее. — Будьте в этом бутике, он подойдет сюда.       С этими словами, он оставил даму одиноко стоять посреди магазина с красными щеками. Леди вокруг заинтересованно хихикнули, заставляя Шарлотту покраснеть еще сильнее и резко дернуться в глубь магазина, спрятав лицо с платьях и другой одежде.

«Зараза… ладно дома меня дразнит, но на людях? Совсем надо мной издевается…»

      С похожими мыслями она провела около двадцати минут, так и не выбрав ни одно платье. Все было не тем, однако надо было ждать человека Аластора здесь, чтобы тот ее нашел. Решив хотя бы подождать этого человека на улице, она покинула помещение. Глубокий вдох помог чуть успокоиться и отпустить все бушующие эмоции. А атмосфера города побуждала ее улыбнуться и почувствовать как приятное тепло растекается на сердце. Мечтая не одно столетие о том, чтобы так свободно выйти на улицу и не увидеть землю пропитанную кровью, а воздух наполненный гневом, пошлостью и ненавистью, Чарли думалось, что это всегда будет только мечтой. А сейчас она здесь. Гуляет, дышит свежим воздухом, все ей улыбаются и живут своей мирной жизнью.       Заглядевшись окружающим миром, принцесса не обратила внимание как к ней подошли и шепнули на ушко. — Кого-то ждете, миледи?       Мягкий голос вызвал рой мурашек по спине, сподвигнув Магне дернуться назад и повернуть голову налево. Сапфировые глаза встретились с зелеными. — Люсиан?!       Женский голос звучал удивленно, шокировано. То было и ясно, ведь она и не думала, что увидит фокусника после фестиваля. Но вот он собственной персоны с нежной улыбкой стоит перед ней. Элегантно поклонился перед ней, приветствуя. Прочитав вопрос в ее глаз, он поспешил ответить. — Я решил задержаться в городе, так, как у меня друзья здесь живут, — получив от нее понятливый кивок, он продолжил с игривым тоном — честно говоря, я не ожидал увидеть Вас после фестиваля, хоть мои мысли и не покидали, столь глубокие глаза…       Краснея сильнее, она нервно заулыбалась, прикладывая руку к щеке и отводя взгляд вниз. Почему то сердце застучало сильнее и внутри что-то затрепетало. Могут ли быть это бабочки? — Решили обновить гардероб?       Спросил он уверенно, кинув взгляд на магазин. Откидывая в сторону смущение, она кивнула и ответила. — Да, сегодня вечером я буду выступать в ресторане «Минерва», — его светлые брови поднялись в удивлении — и Ал-…то есть Мистер Аластор, предложил купить платье для выступления.       Парень перед ней заинтересованно улыбнулся, коротко мыкнув и что-то для себя подмечая. Поправив белые перчатки, он протянул ей розу, появившаяся из неоткуда. Фокусник это ведь не просто роль, а образ жизни, верно? — Прошу прощения за столь поздний вопрос, — немного робко начал он, явно чувствуя себя неловко — однако, могу я узнать Ваше имя?       Смотря на него она молчала пару секунд и затем неуверенно взяла розу в руки, смущенно улыбаясь. — Чарли. И можно на ты?…       С ним почему-то было легко. Может потому, что он нежен? А может из-за добрых глаз и милых фокусов? Впрочем, может она попросту устала от этих формальностей и хотелось с кем-то говорить без всех этих «Вы» и «Мистер».

«К тому же, он ведь здесь проездом…»

      С такой мыслью, она дала себе разрешение вести с ним более просто. Он в любом случае уедет. Заберет ее абсурдность и "неподобающее" поведение куда-то далеко, забыв о ней спустя пару недель. По крайней мере, так она мыслила. В то время как сам блондин смотрел на нее выпученными глазами пару секунд, а затем взял себя в руки, пользуясь ее предложением убрать формальности. — … Буду только рад, Чарли, — сказал он искренне весело и удивленно — Тогда может я составлю тебе компанию и после мы сходим в-!       Тяжелая рука на его плечо, вынуждая прерваться. Мужчина с темной кожей, на которой сильно контрастировала черная, густая, но ухоженная борода, с белыми прядями. Широкие плечи делали мужчину более грозным, пугающим, а его густые брови вовсе не помогали хмурому лицу. Черная рубашка, где две пуговицы были расстегнуты, позволяя массивной золотой цепи блестеть. Брюнет в черных кожаных перчатках крепче сжал плечо парня, сверля большие зеленые глаза своими черными агатами. — К сожалению, у нее есть дела, — сказал он басистым и хриплым голосом, отодвинув блондина в сторону и встав возле Шарлотты — Я от Аластора, поэтому поспешим за твоими покупками и скорее тебя отведем к Рози, у меня тоже есть свои дела.       Игнорируя формальную речь, правила этикета, он положил массивные руки на маленькие плечи девушку и повел ее в следующий магазин, не давая ей и секунды чтобы попрощаться. Все, что она успела это сказать ему время и махнуть ему рукой, следом начиная ругаться с этим мужчиной.       Люсиан провел ее взглядом, не совсем понимая, что только что произошло и стоило ему вмешаться или нет. Но время он запомнил. — Хэй! — сказала Шарлотта, когда мужчина психанул ее в магазин и отпустил ее плечи — во-первых - грубо так прерывать диалог двух людей!       Она хмуро глядела на мужчину, когда тот лениво уселся на диван. Его наглый и уставший вид настораживал, однако мнилось, что эти черты лица напоминали кого-то, кого она знала. — Во-вторых, не хватай меня так больше! Это пугает! — продолжив свою тираду, аккуратный и длинный пальчик указал на его смуглый нос — И в-третьих, хоть представился бы!       Скрестив руки, она надумала губы и строго глядя на него, ждала ответа. Тем не менее, мужчина лишь безразлично фыркнул, почесав затылок и снимая картуз, показывая волнистые, зализанные назад волосы с седой прядью. — Милочка, предупреждаю сразу - сюсюкаться не стану, мне сказали проследить, чтобы ты не влипла в неприятности, что я и делаю, — проговорив это, он наконец позволил себе оглядеть ее — а во-вторых, звать меня можешь Хаск.       Услышав это имя, она мгновенно расслабилась в лице, с шоком глядя на мужчину напротив. Перестав моргать несколько секунд, Шарлотта заставила мулата напрячься.

«Хаск… Хаск был другом Аластора еще при жизни?..»

      След простыл от раздраженного лица, стоило ей понять кто перед ней. Заулыбавшись, она поджала губы, не зная как реагировать. Желание обнять человека напротив было настолько сильным, что голубоглазка еле себя сдержала, мысленно ударив по щекам. Как бы отрезвляя.       Обладатель темных глаз поднял густую бровь в вопросе, не понимая почему та смотрит на него таким взглядом. — Кхм… раз ты от Аластора, тогда ладно, — прокашлявшись, она сделала вид будто все еще недовольна его грубостью — как я понимаю, мое имя ты уже знаешь, верно?       Получив положительный кивок, она подавила улыбку, что лезла к ушам, развернувшись и начав осмотр платьев. Хоть она и старалась уделять внимание одежде, ее глаза все равно бегали к Хаску, но стараясь избегать этих суровых, не менее сонных глазенок. На ум сразу же приходили ассоциации с ним, когда демонесса впервые увидела Хаска в отеле: его кошачьи ушки и черты лица напоминали Мейн-Куна, а крылья и окрас напоминал дятла. Она все еще помнит как демон с ней ругался, стоило ей озвучить свои мысли. Потому, под недоумение мужчины сидящего на диване и собственное хихиканье, Магне начала заниматься выбором платья.

***

      Поставленный голос Аластора энергично зазвучал по радио, прося прощения за задержку и пуская безобидные шутки на счет коллеги, которого он заменял. Шутки звучали свободно, одновременно с тем как крепко он сжимал несчастный карандаш. Третий, кстати, по счету — два других он сломал пытаясь успокоить собственное недовольство сложенными обстоятельствами. Он, конечно, был рад, что у Дена вот-вот родиться малышка, о которой он с женой мечтал столько лет. Наверное, если бы у Аластора имелась душа, что продолжила род Хантеров, то он тоже, подобно Дену, сорвался бы с работы прямиком к роженице. Вот только это не отменяло неприятное чувство в груди, будто он пропускает нечто важное. Как никак, он ведь расписал их день - солнечная погода подстать его планам, машина с полным баком для комфортных поездок сегодня, теплое и смешное начало утра. Даже его кудрявые волосы, цветом натурального какао, легли идеально и послушно, что дарило надежду об идеальной дне.       И где же теперь он? Сидит одиноко в студии в компании аппаратуры и микрофона, держа в руках листы с примерной программой на сегодня. А ведь мог быть в компании светлой души, что заразительно смеется и смущается его, когда он начинает ее дразнить. В какую-то секунду ему даже показалось, что ее рука легла на его плечо. Успокаивающе, осторожно так. — Мистер Аластор, Ден вернулся, Вы можете идти.       Произнесла девушка, что боязливо коснулась его плеча и вытащила нагруженную мужскую голову из пучины собственных мыслей. Обернувшись, он с раздраженным оскалом взглянул на ее руку. Ему не нравились прикосновения и об этом знали все в этом здании. А это девчушка, наверняка, была новой сотрудницей здесь, потому не знала всех особенностей здешних радиоведущих. Ей хватило строгого взгляда, что противоречил улыбке на утонченном лице, чтобы отдернуть руку и неловко отпустить голову вниз. Шатен пару секунд глядел на нее и, вздохнув с тяжестью, встал, расслабившись. Его улыбка стала мягче, а взгляд за окулярами стал добрее. Он хлопнул ее по плечам, как бы говоря расслабиться и пожелав ей хорошего дня, поспешил выйти со студии.       Быстро нацепив на себя черный сюртук, он вышел из здания, глядя на темное небо. На наручных часах показывало семь вечера, что торопило его поскорее усесться в машину и выехать в ресторан. Мотор зарычал, колеса с шумом затерлись об асфальт и машина резко дернулась с парковки.       Смотря только на дорогу, кареглаз думал о белоснежной улыбке и курносом носике, игнорируя, не менее красивые, парочки, неспешно идущие по улицам. Пейзажи быстро сменялись один за другим, не задерживаясь в рамках машинных окон. Джаз звучал в радиостанции , пока его сигарета тлела в руках, а дым заполнял легкие. Высунув руку с открытого окна, дым спешно вылетел на улицу, смешиваясь со свежим воздухом. А окурок сигареты мигом полетел в железную коробочку от конфет, стоило ему увидеть зеленый свет и чуть поднажать на газ.       Проехав несколько улиц, Аластор наконец подъехал к нужному заведению с огромной вывеской «Минерва» и выходя с машины, зашагал внутрь. Пропустив незнакомых дам вперед и придержав им дверь, он мягко улыбнулся и только после них вошел сам. Все-таки он джентельмен. Аккуратно сняв сюртук, он поправлял прическу руками перед зеркалом в холле. Нельзя ведь показаться неряшливо перед… на мысли о ней, его непривычно передернуло и глядя в зеркало, он цыкнул.

«С каких пор я стараюсь выглядеть хорошо перед ней? Не увлекайся, Аластор.»

      Подумав о своем поведении за день и в целом за эту неделю, он коротко поправил собственную рубашку и более сдержанно направился в зал. С привычной улыбкой, карие глаза начали искать знакомую блондинистую голову. Предпочтительнее сразу Шарлотту, но Мимзи увидеть тоже было достаточным. Ее карие глаза встретились с его и она довольная побежала к нему, завиляв бедрами. Он сразу же наклонился, чтобы аккуратно обнять невысокую подругу и поприветствовать. Однако, обнявшись, она не дала ему и слова задать по поводу где Чарли. Вместо этого, она повела его к центральному столику, где сидел его давний знакомый Хаск. — Ты приехал прямо таки вовремя! Она как раз выступать начинает!       Прощебетала певица и уселась возле радиоведущего. Свет в зале почти весь потух, оставляя внимание только на сцене. К микрофону вышла новая звезда сегодняшнего вечера.

Шарлотта.

      Синий атлас, цвет которого напоминал ночное море, позволял свету деликатно бликовать и создавать ощущение словно платье живет. Мягкими складками ткань струилась к линии под грудью, создавая аккуратный V-вырез и визуально чуть увеличивая объем и так не маленького бюста. Приталенный крой подчеркивал ее тонкую талию, переходя в свободную юбку, достигающую ее тонких лодыжек. На ногах были серебристые туфли с небольшим каблучком, что так гармонично смотрелись с серебряным кулоном купленным радиоведущим на фестивале. — Ну, неплохое платье.       С усмешкой произнесла хозяйка заведения, стараясь быть не впечатлительной красой новой певицы. Ее карие глаза метнулись к Хаску, замечая, что тот удивился увидеть эту активную и простую девушку в таком образе, однако встретившись с глазами знакомой, нахмурился и тут же спрятал глаза в стакане с виски. Хмыкнув, она повернула голову к Аластору, думая пошутить о том, что его должник начал пускать слюни на нее. Впрочем, вся ее ехидность исчезла, когда она увидела, как завороженно глядел на нее Хантер. Даже не моргал, лишь бегал глазами от ее ног и остановился на глазах. Его улыбка дрогнула, но стоило ее сапфировым глазам встретиться с его фундучными, как его улыбка стала шире и более довольной. А взгляд словно игриво сказал новой певице «Дерзай, покажи себя», что помогло Шарлотте и она запела.

Écoutez moi

Moi la chanteuse à demi

Parlez de moi

      Стоило его ушам услышать французский, его глаза загорелись. И ничего от внимательных очей Мимзи не ускользнуло. Маленькие руки сжались в кулаки, а сердце болезненно кольнуло.

Voilà, voilà, voilà, voilà qui je suis

Me voilà même si mise à nue j'ai peur, oui

      Французский с ее уст был подобен скрипке в руках опытного музыканта. Чистый звук, проникающий под кожу, ребра и задевая все нервные окончания. Пока Чарли пела с закрытыми глазами, отдаваясь душой и сердцем тексту песни и музыке, она не обратила внимание, как весь зал отложил трапезу, вслушиваясь в ее голос. Она даже не заметила, как помимо родных карих глаз, на нее смотрели одни зеленые.

Regardez moi, ou du moins ce qu'il en reste

      Она распахнула глаза и уводя взгляд с центрального столика в сторону, встречалась в глазами гостей, наконец заметив знакомую фигуру. Люсиан был здесь. Сидел одиноко за столиком в стороне и со своей добродушной улыбкой глядел на нее восхищенно. Сдержать ответную улыбку она не смогла и потому смущенно опустила глаза, стараясь сосредоточиться.

Moi mon rêve mon envie, comme j'en crève comme j'en ris

Me voilà dans le bruit et dans le silence

      Закрыв глаза на пару секунд, она пела в микрофон, прижимая ладони к груди. Перед глазами вновь возникали образы друзей, а сердце болезненно сжималось, резонируя с игрой живой музыки. Подняв голову, она вновь встретилась с глазами Аластора, на секунду видя их не привычно карими , а красными. Вглядываясь в них, она и не заметила на какой строчке задержала на нем взгляд.

Aimez moi comme on aime un ami qui s'en va pour toujours

      С нарастающим мотивом, она сняла микрофон с держателя и плавно расхаживая по сцене, прикрыла глаза. Ее платье воздушно разлетелось при кручении и на последних строках, голубоглазка звучала отчаянно. Будто это была ее собственная исповедь. Ее признание. Часть души.       Под ритмичные хлопки посетителей, что создавали ей нужную динамику, Шарлота остановилась и протянула ключевое слово, завершая свое выступление.

Voilà

      Аплодисменты тут же зазвучали по всему залу в сопровождении с громкими свистами. Расплываясь в взбудораженной улыбке, она устало выдохнула и поклонилась, благодаря всех за поддержку. Возвращая микрофон на место, она спустилась со сцены и хотела уже двинуться к центральному столику, однако знакомый блондин ее остановил. — Великолепно поешь, Чарли! — восторженно произнес Люсиан, бегая глазами по ее сияющему лицу — Даже слов не знаю каких подобрать!       Искренность сочилась с его восторженного голоса, цепляя ее душу. Слегка прикусив нижнюю губу, Магне захихикала, чувствуя как щеки теплеют. Не дожидаясь нужного момента, фокусник поднял букет со стула. Женские глазенки в удивлении распахнулись. То не были розы. Это был яркий букет из синих и розовых дельфиниумов, в сочетании с белыми гардениями. Принимая пышный букет, Шарлотта принюхалась к цветам и проговорила. — Спасибо! — женская рука случайно коснулась предплечья блондина — я очень рада твоему букеты и тому, что ты пришел.       Сказав это, она наконец заметила, где лежала ее ладонь. Люсиан не отвернулся от ее касания, наоборот, стал чуть ближе и продолжал на нее теплым взглядом.

«Аластор бы отдернулся…»

      Непроизвольно отметила она, тактично плавно убирая руку и опуская глаза опять на букет. Цветы поистине были красивыми и задержав взгляд на гардениях, она тихо усмехнулась. Когда-то она читала о значениях цветов, вот только не помнила обо всех.

«Кажется, на языке цветов гардения говорит о восхищении и тайной любви…»

      Желая спросить выбирал ли он цветы самостоятельно или же ему подсказали, принцесса подняла взгляд, но тут тяжелая рука легла на ее плечо и слегка сжала, заставляя ее вздрогнуть. Повернув голову влево, она увидела Аластора. Зеленоглаз сиюминутно встретился с натянутой улыбкой и недоверчивым прищуром в свою сторону. — С кем болтаешь, дорогая? — начал шатен, заводя руку за ее спину и бросая презренный взгляд на букет в ее руках — Уже фанаты появились? Это так мило.       Последнее прозвучало с сарказмом и надменностью, что резануло по ее ушам. Аластор и в аду был таким, но за все прошедшее время она еще не видела, чтобы тот вел себя так. К тому же, Люсиан не вел себя грубо с ней, а был мил и добр, так к чему была его враждебность? — Это не фанат, это мой друг Люсиан, — произнесла она, подняв одну бровь на речи шатена, следом неловко улыбнувшись, взглянула на зеленоглаза, что вовсе не понимал кто к ним подошел — Люсиан, это… Мистер Аластор, я работаю у него домработницей.       Рука в черной перчатке сжалась, когда она назвала этого неизвестного, белобрысого парня другом, а его - «Мистер Аластор». На секунду подумалось, что он для нее ничего не значит. Только босс, дающего работу. Неужели вся его доброта и забота принималось как должное? Неужели она не смотрела на него даже как на друга? И никак по-другому она не могла его описать? Поток подобных мыслей стал водопадом, что затапливал его голову и разум. Между тем, в разговор влезла и хозяйка всего заведения. — Чарли, дорогуша, вот ты где! — заговорила сладко Мимзи, обнимая напряженную руку Аластора, тем самым привлекая внимание голубоглазки — Я ведь правильно услышала, это твой друг?       Кареглазка оглядела Люсиана, отмечая, что тот хорошо слажен и даже в ее вкусе. И все же это не помешало ей прижать руку радиоведущего к пышной груди. Шарлотта это заметила, чувствуя странное, тяжелое ощущение в груди.

«Они же не… пф, нет, Аластор вряд ли бы…»

      Прежде чем она начала сомневаться в своих же догадках, Мимзи воодушевленно вдохнула воздух и предложила. — Шарлотта, пригласи друга к нам за столик! Поужинаем все вместе!       Внезапное предложение повлекло за собой хмурый и возмущенный взгляд Аластора, устремленный на подругу и ею же проигнорированный. Он хотел придумать какую-то отмазку, не желая приглашать "друга" Чарли, но мгновенно вспомнив собственные слова в холле, он несколько раздраженно вздохнул, нацепив безразличное лицо с улыбкой. Тут Мимзи отпустила руку парня и обходя двух блондинов, повела всех к их центральному столику.       Присаживаясь за стол, Мимзи выбрала место между Чарли и Аластором. И демонессе подумалось, что шатена это устраивает, с учетом того, как тот равнодушно шепнул, что-то официанту и тот поспешно принес ему бутылку виски со стаканами. Шарлотта не часто видела как Аластор пьет: ни в этом мире, ни в аду. Потому, лицезреть это сейчас, было немного… странным? Чуждым?       Ее внимание привлек Люсиан, что осторожно коснулся ее плеча, поправляя платье, а может и настроение. — Так значит, — начал радиоведущий, предлагая налить виски, однако когда зеленоглаз отрицательно махнул головой, Хантер фыркнул — Вас зовут… Люся?       На исковерканное имя, Чарли чуть нахмурилась, уже открывая рот, чтобы поправить радиоведущего, что почти никогда не ошибается в именах случайно. Ведь его профессия требовала пунктуальности. Мягкая рука фокусника на женском плече прервала ее, одаривая нежным взглядом. — Люсиан, но друзьям можно и Люся, — парировал фокусник, легко улыбаясь и вызывая у Шарлотты небольшое удивление спокойствием — а Вы ведь радиоведущий Аластор Хантер, верно? Очень наслышан о Вас!       Начав более дружелюбно, блондин убрал руку с чужого плеча, замечая как холодно проследил собеседник за его касанием к ней. Аластор смиренно кивнул и продолжил выпивать крепкий алкоголь в бокале, передавая возможность поговорить Мимзи, которой только в радость перенять внимание другого мужчины. Морнингстар не пила виски, однако, когда официант принес вместе с основными блюдами красное вино 15-летней выдержки, отказать себе в удовольствии не смогла. К тому же, напряжение, что присутствовало за этим столом, создавало ей причину дать себе разрешение на алкоголь. Потому, вскоре в женских бокалах красовалась багровая жидкость.       Далее вечер проходил более мирно. Пока Мимзи расспрашивала о жизни фокусника, обладательница голубых глазах внимательно слушала его истории и заинтересованно вливалась в обсуждение. Гармонично в разговор влился и опьяневший Хаск, добавляя шутки и позволяя собственному языку расплетаться. Единственный кто почти ничего не говорил, как ни странно, оказался радиоведущий.       Магне иногда кидала на него взгляд, но он лишь уводил глаза и смотрел то на Мимзи, то вовсе куда-то в зал. А стоило ей отвернуть голову, как шатен смотрел только на нее: сканировал ее мимику, вслушивался в смех, вглядывался в ее образ, желая протянуть руку к идеальным локонам и зарыться в мягкие волосы. Просидев так за столом часа полтора, они так и не пересеклись взглядами. Бутылка виски вскоре опустела и кареглаз, будучи во власти крепкого алкоголя, решил присоединиться к диалогу. — Значит, ты путешествуешь много, да?       Его мелодичный голос звучал задорно, хоть в вопросе и был слышна издевка. Облокотившись об руку на столе, он наклонился вперед, выглядывая из-за Мимзи. Чарли повернула голову в сторону Аластора, когда тот заговорил и наконец встретившись очами друг с другом, они пару секунд молчали и туманный взгляд шатена метнулся к блондину. — Да, путешествия стали частью моей- — И, как часто такой путешественник как Люсиан, — с мычанием начал он, лениво покрутив бокалом с остатками льда и виски — пытается охмурять дам в каждом штате? Ох, или стоит предположить в каждом городе?       Озвученный вслух столь непристойный вопрос, да и к тому же с уст Аластора, ввел в ступор всех за столом. От его расслабленной улыбки след простыл. Он насмехался. Лениво и высокомерно. Смотрел на фокусника, словно на грязное пятно на светлой и дорогой ткани. — Что? Нет, я не -!       Не дав возможности даже перевести все в шутку или рассеять ложное мнение о нем, Хантер перебил его. — Ох, погодите, — сказал он с хихиканьем — быть может ни одна девушка не ведется на эту глупую фальшь? Тогда, простите меня за грубость, не хотел трогать больную точку.       Люсиан нахмурился от чужих слов и хотел возразить, но девушка рядом возле него опередила. — Мистер Аластор, прекратите, это грубо!       Встретившись с негодующими двумя океанами, шатен наклонился ближе к ней, игнорируя хозяйку заведения между ними и с усмешкой ответил. — Милая Чарли… — пробурчал он, бегая глазами по ее лицу — Не будь глупой, сама ведь знаешь, что он тобой воспользуется и бросит, так зачем тратить время?       Ее губы поджались, а взгляд дрогнул от его слов. Сжав руки под столом, она всматривалась в его глаза, пытаясь понять его ход мыслей, причину подобного поведения. С чего такая замашка? Разве это не он всю неделю ее дразнил, давал двойные намеки, приближался к ней так, как обычный друг не должен? И стоило ей пробовать пойти к нему навстречу, как он первым отступал. Холодел. Четко показывал границу и с этой чертовой улыбкой заставлял ее сердце биться сильнее. — Если Вы думаете, что я пытаюсь воспользоваться Чарли, то это не так, — голос Люсиана прозвучал, а его рука легла на ее плечо — Я не такой ужасный, каким кажусь в Ваших глазах, во всяком случае, имею права выражать свое восхищение к ней и-!       Стоило ушам Аластора уловить начало предложения «я не такой» как смех зародился в его груди. Низкий смех слетел с его уст и шатен засмеялся во весь голос, прерывая парня и притягивая взгляды окружающих. Беспардонно, открыто насмехаясь над его словами, Аластор хлопнул по столу, не сдерживая смешинку и взглянув на блондина распахнутыми глазами. — "Выражать восхищение"? Ты всем так говорил? И сколько же благородных девушек повелось на это? — откидываясь на спинку стула, он пропустил мимо ушей попытку Мимзи успокоить его — Такие как ты всегда бросают таких как она. И разве ты будешь уникальным? Испортишь, осквернишь нечто хорошее и светлое, как Шарлотта и что потом?       Встретившись с хмурым взглядом зеленоглазого, радиоведущий лишь довольно усмехнулся, утирая слезу смеха и делая глоток виски, продолжил. — Ты убежишь…побежишь сверкая пятками, а она останется здесь, одна, униженная, опороченная, — его голос звучал морозно, будто он уже видел подобный сценарий и не раз — Шарлотта находиться под моим крылом…Даже не смотри на то, что принадлежит мне.       Последнее предложение сильно врезалось в хрупкое сердце, сподвигнув Чарли взглянуть на Аластора с недоумением. Ее щеки слегка покраснели, то ли от возмущения, то ли от стыда. Он сказал при всех, что она принадлежит ему. Так, как если бы она была просто вещью, которой завладели. Купили, подобрали. И это ударило по гордости, по чувствам, что теплились в сердце.       Люсиан не выдержал и подскочил с места, уже желая высказать, защитить Чарли, в то время как Аластор сидел на месте, вальяжно потянувшись к стакану виски, что проносил мимо официант. Две девушки подскочили с места: Мимзи мягко и ловко забрала у него стакан и оставляя нетронутый напиток для Хаска, начала поднимать с места, а Магне аккуратно взяла за плечи зеленоглаза, говоря ему, что не стоит продолжать конфликт. Пыл блондина остыл, стоило ему встретиться с ее грустными глазами. — Так, Аластор, дорогуша, пойдем ка освежимся…       Нежно пролепетала владелица ресторана и придерживая парня за талию, увела его в свою гримерную комнату под взгляды простых посетителей и особых гостей сидевшие с ним за одним столом. Сапфировые очи смотрели в знакомую уходящую спину и неосознанно руки сжались на чужих плечах. Мулат с бородой же усмехнулся, забавляясь шоу произошедшим перед ним, но заметив обеспокоенное лицо девушки, заговорил более мягче. Хаск попытался успокоить их - в особенности блондинку - тем, что Ал просто маленькое, разбалованное дитя и не стоит принимать его слова на личный счет. На его неловкую и пьяную поддержку Чарли слабо улыбнулась и возвращаясь глазами в ту сторону куда ушли те двое, она прикусила губу.       Чужеродное ощущение залезло под белоснежную кожу, обвивая кости и стремительно проникая в центр груди. Непривычное чувство импульсивно запускало цепочку глупых и нелепых мыслей о них двоих, а это в свою очередь отдавало неприятным сжатием со стороны висков головы. Что-то изнутри тянуло пойти за ними. Взять под руку радиоведущего и увести его домой. Так было правильнее.       Все-таки выпитый алкоголь не мешал ей думать рационально. Потому, она неловко улыбнулась Люсиану и на его вопрос все ли с ней хорошо, извинилась, попросив его подождать здесь.       Звук каблуков потерялся в шуме оживленного зала, а затем ее фигура скрылась за закулисье, теряясь в длинном коридоре. Проходя по пустому проходу, Морнигстар заглядывала в некоторые комнаты, проверяя нет ли там нужных ей людей. Подергав пару закрытых дверей, она наткнулась на одну комнату. Дверь была слегка приоткрыта, пропуская теплый свет и шум. Приближаясь, она услышала голос Мимзи. Вот только что-то подсказало ей не врываться, а бесшумно подглядеть. Что она и сделала.       Думая, что она услышит гневный бубнеж Аластора и успокаивающие словечки его подруги, обладательница голубых глаз осторожно заглянула в приоткрытую щель. Но ее глаза потрясено распахнулись, а тело замерло.       Его рука зарылась в короткие, жемчужные волосы, пока вторая хозяйски держала ее за бедро, сжимая ткань платья. Пышная грудь рвано вздымалась от, кажется, внезапности, пока ее ладони жадно обхватили его длинную шею. Мимзи сидела на его коленях, тая от их близости. А их губы… шатен грубовато жался к миниатюрной девушке на его коленях, целуя ее так собственнически и свободно, будто делал это раньше и не раз. Дама отвечала на поцелуй, чувствуя как щеки горят и уже не сдерживая тихие звуки слетающие с ее губ.       Они целовались. Так, как делают все пары. В то время как Чарли наблюдала за этим, не смея издать звука.

Треск.

      Внутри что-то треснуло. Болезненно, неприятно, но тихо. Изнутри органы будто рухнули, как если бы она строила прочный очаг, что берегла со всей любовью, а его растоптали.

Уничтожили.

      Она даже не знала почему ей так больно. Они ведь знают друг друга совсем ничего. Он ей ничего не должен, они ни о чем не договаривались. Аластор ее бизнес партнер в аду, а этот человек был лишь… другом? Логично то, что у него была личная жизнь при жизни. К тому же, рано или поздно, ей нужно было бы покинуть этот мир, так смысл привязываться? К чему испытывать то, что не должно существовать вовсе?

И все же больно было. Даже очень.

      Аластор мгновенно отстранился, грубо схватив блондинку за челюсть и отодвигая от себя. Тяжело дыша, он будто пришел в себя, хмуро взглянув на подругу, с которой пару секунд сладко лобызался. Взгляд хоть и был устремлен на знакомую Мимзи, вот только перед глазами было не ее лицо. Вместо карих глаз, он видел уникальные голубые. Грубоватые черты лица Мимзи в моменте сменились нежными, более плавными.

Ее чертами лица.

      А тонкие губы пару секунд назад были пухлыми, ярко розовыми и такими сладкими. Он был уверен, что это были ее губы.

«Твою же… померещилось… что я-»

      Не успев закончить собственную мысль, он услышав скрип двери и дернув голову в ту сторону, распахнул глаза. Ему не мерещилось. Сейчас точно не мерещилось. Он выдел за дверью Шарлотту. Ее белоснежная кожа с красными щеками и голубые глаза, что блестели. Так, словно она сейчас заплачет.

«Чарли…»

      Блондинка поджала губу и тут же дернулась, убегая обратно в зал. Туман в голове как ветром унесло и шатен встряхнул головой, понимая как все выглядит для нее. Зарываясь рукой в взъерошенные волосы, он выругался. В моменте, он услышал веселый смешок подруги , что все также сидела на нем, выходя из мыслей. Она хотела вернуться к их моменту, но у него были другие планы. Спустив ее с себя, Аластор усадил Мимзи на стул и дернулся к двери, проигнорировав ее недовольные речи в его адрес.       Сердца стучали громко. Что у нее, что у него. Она бежала, чтобы сдержать эмоции, нелепую обиду. Не зная, к чему она спешит, ускоренно переставляя ногами, она вышла из коридора. Ее взгляд был потерянным и, по тому как она избегала чужих глаз, она погрязла в собственных думах. — Чарли, — Люсиан мягко коснулся ее плеча — все хорошо?       Она не взглянула на него, лишь криво улыбнулась и закивала головой, сказав что ей нужен воздух. А на вопрос нужно ли ему выйти с ней, она отрезала внезапным «нет» и схватила пальто, направляясь торопливо на выход. Откуда она пришла, показался шатен. Слегка растрепанный, с расстегнутой первой пуговицей, он дерганым взглядом встретился с мулатом. Хаск не стал спрашивать, что произошло, но кивнул на выход. Аластор увидел ее часть синего платья за аркой, что шустро исчезло и поняв, что он вновь на публике, зашагал более спокойно, сдержано, поправляя одежду. Одной рукой ухватив сюртук, он ловко надел его и вышел следом за блондинкой на улицу. — Шарлотта, постой.       Сказал шатен с привычной натянутой улыбкой, стоило ему выйти на свежий воздух и почувствовав как первые капли дождя касаются его лица, волос и окуляров, начиная немного портить обзор. Зашагав к ней, он устало вздохнул, замечая, что она даже не надела пальто. Мягко коснувшись ее плеча, он приблизился, желая взглянуть на ее лицо, однако та отвернула лицо и руками поправляя макияж, сделала пару шагов от него. Карий глаз нервно дернулся от ее действия. — Ну и куда Вы побежали в одном платье? Хотя бы пальто наденьте, замерзнете ведь, — обращаясь к ней привычно на "Вы", он сделал шаг к ней, снимая свои очки, из-за дождя ставшие бесполезными — Весна только наступила, на улице не настолько тепло-!       Его рука в перчатке вновь потянулась к ней, на что она грубо отдернула руку. Не позволила себя коснуться. Ему противилась.

«…детский сад какой-то.»

      Подумал про себя шатен, грубо схватив ее локоть и разворачивая к себе. Его крепкие ладони обхватили ее за плечи, но она не смотрела на него. Опустила голову так, что намокшие волосы стали темнее ее привычного теплого блонда и скрывали ее глаза. Видно только как она прикусила губу и вцепилась в бежевое пальто руками, прижимая к груди. Его раздражало молчание. То что она не отвечала ему и даже не смотрела. А отсутствие ее лучезарной улыбки вовсе вонзало нож в грудь, пробуждая странные чувства. — Чарли, — проговорил он строго, без капли нежности, сдерживая раздражение за улыбкой — взгляни на меня.       Она мотнула отрицательно головой словно ребенок, что не желал отдать любимую игрушку. Так по-детски это выглядело в его глазах, в то время как ее пожирал изнутри стыд. Стыд за то, что она испытала того, чего не должна была. Стыд за то, что не может взять себя в руки. Стыд за свое поведение сейчас. Прежде чем она успела сказать хоть что-то, он чуть нежнее обхватил ее подбородок и потянул на себя, поднимая загруженную голову.       Ее глаза блестели. Блестели из-за соленой воды, что накатилась на эти обворожительные глаза полные смешенных чувств. Думалось, она смотрела на него, как на предателя и одновременно боролась с этим мнением. Разум спорил с невинным сердцем.       Карие очи ошеломленно глядели на нее, ведь он не думал увидеть подобный взгляд. Не сегодня, уж точно. И при этом всем, его забавляла ее реакция. Потому, не сдержавшись, он расплылся в довольной ухмылке и ослабил хватку на ней. Убирая мокрую прядь волос прилипшую к щеке, он заговорил со смешком. — Шарлотта, не говори мне… — еле сдерживая смех, он мягко положил руку ей на щеку — ты ревнуешь?       На его наглый, такой не тактичный, но прямой вопрос, она поджала губы , чувствуя как щеки от стыда краснеют. Этого было достаточно, чтобы Аластор понял все. Понял, что давно поймал ее на крючок. Влюбил в себя и привязал ее. Прямо к своей черной душе. А ведь она и не знает все стороны его личности. Не знает о том, что он убийца. О том, что тот еще манипулятор, льстец. Как минимум, он так думал. И подобная дума вытащила из него смех. Заливистый, нервный. И такой ранящий. — О боги, потому ты убежала? Не понравилось видеть меня с Мимзи?       Задавался он вопросом, на что она прикусила губу и оттолкнула его руки от себя. Нахмурившись от его насмешек, Магне сжала кулаки и сделала шаг назад, смотря на него смеющегося. Для него все это было лишь развлечением. И это заставляло злиться уже демонессу. — Ничего подобного, — холодный ответ слетел с ее губ, — меня это не касается, наоборот, я даже рада, что у тебя есть пассия.       Отрезав его смех своих тихим раздражением, Шарлотта обошла его и хотела зайти внутрь. Сменить одежду на свою привычную и уехать домой. Закончить этот вечер и больше не продолжать этот диалог. Ей было это нужно. Однако у Аластора, во власти алкоголя, планы были другие. Он взял ее за руку и притянул к себе, выбивая из нее удивленный выдох. — Шарлотта, Вы не ответили мне на вопрос.       На его наглую улыбку, она смотрела с шоком. Та часть ее, что смотрела на все и всех под призмой позитива, просто не могла поверить в то, что слышит. Она попыталась создать между ними дистанцию, но он держал ее за спину и руку крепко. — Аластор, отпусти!       Его карие глаза смотрели на нее внимательно. Будто пытаясь запомнить. Запомнить непривычные выражения, что прежде он не видел на ее личике.

«Никогда.»

      Заключил про себя шатен, отпуская ее руку, но следом снимая одну перчатку и теплой рукой касаясь ее щеки. Она хмурилась, двумя руками толкала его в грудь. Прикусывала губу в осознании, что он ее не отпустит сейчас. От этого разочарования, она и не заметила, как слезы потекли по щекам. Как-никак она всегда была сентиментальной. — К чему это все было…— спросила она дрогнувшим голосом и подняв на него свои глаза — к чему все эти взгляды, касания, комплименты и забота?       Она звучала жалко. Беззащитно. Задетая собственным недопониманием, Чарли пыталась найти в его холодном взгляде ответ. И где-то глубоко в душе она молилась, чтобы это не было просто ее глупым воображением.

      Но вот со следующими его словами, в ней что-то застыло.

— Так ты… — его пальцы мягко коснулись ее ушка, а сам он наклонился к ней поближе — хотела, чтобы я тебя поцеловал?       Щеки стали пунцовыми, а брови изогнулись, показывая все недоумение. Он задорно усмехнулся, наблюдая за ее эмоциями и опустил руку с ее спины на талию, нагло приближаясь к ее лицу. — Если это облегчит тебе душу, дорогая Чарли…       С этими словами, он грубо прижался своими губами к ее. Они были такими мягкими, горячими. Такими, какие он никогда не пробовал до этого. А отсутствие расстояния между их грудными клетками давало возможность услышать как ее сердце пропустило удар и следом ускорилось. На секунду ему самому причудилось, что и его собственный жизненно необходимый орган пропустил один удар, сбивая ровный ритм. Голова будто закружилась, а жар разлился с молниеносной скоростью по всему телу, делая его странно слабым. Это дурманило.

      Чарли дурманила.

       Сводила с ума настолько сильно, как ни одна девушка за всю его жизнь. Вскружила не только голову, но и эту темную, погрязшую в чужой крови душу. Воссоздала твердое желание запрятать, оставить в своих руках и только для себя.

      Он не заметил как влез в эту ловушку, что сам же и создал.

      А женское тело замерло в моменте, когда сердце пропустило удар от ощущения этих цепляющих губ. Она точно слышала как ровное сердцебиение напротив сделало запинку и забилось быстрее. И все же, осознание всего происходящего ударило ее сильнее.       Он насмехался над ней несколько секунд назад, веселясь ее конфузом и попыткой понять собственные чувства, а что же делает сейчас? Прижимается и целует ее так, как делал это с другой блондинкой. Да еще и сделал это с одолжением. Будто она просила это.

Гнев.

      Гнев - единственное, что она почувствовала на этот поцелуй. Вместо ответа на подобное касание, она крепко схватилась руками за его жилет и безжалостно укусила его губу клыками, прокусывая. Вкус крови почувствовали двое.       Шатен распахнул глаза от ощущения неприятной боли в губе и отдернулся от нее, встречаясь с ее взглядом. Но вместо привычных голубых глаз, его встретили два ярко горящих рубина. Кровавые очи сжигали его изнутри пламенной злостью и заставляя телом замереть. Чарли оттолкнула его от себя, с такой силой, с какой обычная девушка ее телосложения не способна. Чуть не потеряв равновесие, Аластор ловит себя и глядит на нее ошарашено.

«Ее глаза…»

      Вытирая его кровь с пухлой губы , Магне подняла взгляд. Глаза вновь были кристально голубыми, хоть и более холодными, чем прежде. Аластор коснулся собственной кровоточившей губы и, замечая собственную кровь на пальцах, замер. Это было впервые с ним. Ранее ни одна девушка не кусала его до крови. Ни одна не отталкивала его от себя так, как сделала девушка напротив него.       Только сейчас в голову стукнула ясность. Когда та дала отпор и глядела на него с этим, пробирающим до дрожи в ногах, морозом. Лишь в эту секунду он понял, что перешел границу, которую не планировал пересекать. Не с ней. Не с той, что была святой в его глазах, непорочной, светлой и одновременно такой таинственной. И тем не менее, что-то внутри него надломилось. Пульс участился, а мысли заметались, спутываясь и развивая в мозгу ментизм. Он испытывал… прилив азарта и восторга. Восторг от мысли, что она может быть такой: сильной, волевой, холодной и грубой. И некий азарт от осознания, что эта игра может оказаться гораздо интереснее, чем он мог предположить. Как если бы он сидел за покерным столом, считая ее простушкой, что первая сбрасывает карты, однако в середине, когда ему слепо думалось, что только у него есть выигрышная комбинация, она раскрывает себя. Обливает его ледяной водой, также как сейчас мочит его первый весенний дождь, чтобы привести в чувства и показать, кто настоящий мастер блефа. Ну, возможно и не мастер, однако простушкой в его глазах она перестала быть, это уж точно.       Прежде чем он успел отмереть и вымолвить словечко, на улицу выбежал Люсиан. Заметив, что Шарлотта стоит в одном платье под дождем, он взял свой сюртук и подняв над собой, подбежал к ней, тут же закрывая ее от воды. Глаза шатена дернулись к парню в светлом костюме и его улыбка вновь стала оскалом. Что-то потянуло к ней и он сделал шаг вперед, но тут принцесса заговорила, прижавшись к блондину. — Не подходи ко мне, Аластор… — ее слова были кувалдой ударившая в солнечное сплетение — … не сейчас.       И он не двинулся. Стоял и смотрел, как она закрывается от него, отворачивается. Люсиан лишь мельком бросает недоверчивый взгляд на радиоведущего и аккуратно укрывает ее своим теплым сюртуком и уводит внутрь ресторана, ласково обхватывая ее дрожащие плечи. Аластор остался на улице, отрезвляемый прохладных дождем, провожая их взглядом.       Вечер закончился для каждого по разному: в то время как семечко перемен поселилось в одном холодном сердце, другое болезненно треснуло и пало в руки тому, кто ласково и с теплом подхватил его - прямо как музыкант с инструментом, за мягкими нотами которого однажды может последовать тритон.

***