Часть 10

V Серебряный электрокар премиум-класса подъехал к небольшой площади на набережной, полной элитных типов. Вглубь берега, если смотреть строго в противоположную от широкой реки сторону, уходил зелёный Чистый сад со своими роскошными клумбами, за которыми следила местная гвардия. У набережной стоял пришвартованный бриг, на палубах которого с постепенной заполняемостью людьми звучало всё больше гомона. Сама площадь, традиционно отделанная брусчаткой, была забита уважаемыми господами в дорогих фраках и их не менее приятными дамами в пышных вечерних платьях. Отличительной чертой собравшихся на набережной в солидном количестве сливок общества, вальяжно пускавших дым из сигар и мундштуков, были кожаные маски и мелкие «пиратские» атрибуты, вроде треуголок, повязок на глазах, – поверх масок, – декоративных кремнёвых пистолетов из слоновой кости и усеянных драгоценными камнями шпаг. Кое-кто щеголял в настоящих мундирах морских офицеров. Тематика вечера считывалась сквозь смех. Открыв дверь, из машины вышла молодая девушка в очень высоких ботинках на каблуке, зелёной юбке, чёрном корсете, красных перчатках и треуголке. За ней из салона вылез молодой парень в чёрном длинном плаще с откинутым назад капюшоном, голубой рубашке, чёрных брюках и берцах. Осмотрев гудящие группки гостей, он аккуратно кашлянул в кулак. Светловолосая водительница резко сдала назад, чуть не врезавшись в следовавшую за каром дорогую карету. Заржав, лошади встали на дыбы, послышался мат кучера. Гости заморщили носы. Справившись с поворотами, электрокар вырулил влево и смачно проехался по садовым клумбам, вызвав у всех присутствовавших культурный шок. Не дожидаясь всеобщих возмущений, парень с девушкой отползли к краю гранитного берега. Тёмный вечер дышал речной прохладой, пронизывавшей воздух после кратковременного дождя. Освещение обеспечивали белые ручные фонари прислуги и тускло-оранжевые лампы сада. Докуривая, богачи парочками степенно поднимались на борт. Капельдинеры сверяли имена гостей со списком приглашённых и, удостоверившись, что всё в порядке, пропускали их на палубу. Парень с девушкой тем временем оценивали внешний вид судна, встав немного поодаль от сходней. Корабль имел две мачты, чёрный корпус (хотя в нём виднелись вкрапления ярко-красного дерева) и обитые железом фальшборты; через бортовые амбразуры просматривались грозные пушки. Красные паруса были подвязаны к реям. Грот-мачту венчал октобагийский флаг: белый крест на фиолетовом фоне с четырьмя восьмиконечными зелёными звездами внутри квадрантов. – И это легендарная «Чёрная Кобра»? – спросил парень, осушая пузырёк с лекарством от больного горла. – Я думал, она немного… больше. – Это бриг, он и должен таким быть! – возразила девушка. – Ты что, думал, мы ходили на громадном, неповоротливом галеоне? – Мы все влезем-то в него? – Влезете, не нуди. В тесноте да не в обиде. И да, он уже давно не зовётся «Чёрной Коброй». Теперь это… Девица отошла подальше от кормы. Это она напрасно. Позади судна её взору открывалась висевшая розовая неоновая вывеска с новым именем судна. – «Дудли Дудли Ду»? Что… что-что эта хрень вообще означает?! – красные глаза девушки остекленели от увиденного. Её ноги подкосились, и парень поспешил поймать её за руки. – Ах, она мразь такая! Как я не заметила этого в прошлый раз?! – она яростно завырывалась. – Вот же гнида! Так обойтись с моей крошкой может только полный обмудок. Всё, держи меня. Ей хана. Уверенно поставив спутницу на каблуки, парень увидел, как к ним обоим направился вышибала с очень суровым лицом и калашом за спиной. Обычный громила в чёрной футболке и джинсах, с напяленными зеркальными солнцезащитными очками, непонятно зачем в такой темноте. – Обними меня, – шепнула девушка. – Что? – парень поднял брови. – Быстро обними! – прошипела та. Он заключил её в объятия, девушка положила голову ему на плечо. Оба изо всех сил изображали старательное любование южным берегом Болотэма. Подошедший охранник остановился, затем попеременно перевёл взгляд с одного чудака на другого. – Всё хорошо, мэм? Мне показалось, вы споткнулись, – пробасил он. – Право, всё в полном ажуре! – выпрямившись, девушка смущённо пропела с дейторийским акцентом. – Просто воздух здесь слишком сильно даёт в голову! Охранник не сводил глаз с обоих. – А вы случайно не… – он обратился к парню. – Да нет, это просто такой образ, что вы, – ответил тот. – Кстати, я хотел раздобыть противогаз, но подумал, что это уже чересчур. – Этот урод носил респиратор, а не противогаз, – холодно ответил вышибала. – Такой костюм не доведёт вас до добра. Говорю это по-дружески. Пока что, – он положил руку парню на плечо. – Спасибо, вы очень помогли! Правда, он очень, очень плохой человек! Я просто подумал, что этот плащ – расхожая мода у вас в Октобагии и что никто и внимания не обратит! – Мне-то наплевать, но ребята, более правильные, чем я, не поймут. Это вам на будущее, – не дожидаясь реакции, охранник сплюнул и ушёл к сходням. – Спасибо за беспокойство, любезнейший! – крикнул парень ему вслед. «Долбаные дейторийцы», – агрессивно пробормотал удалявшийся вышибала. Парочка проводили грубияна взглядом. Тот занял свою привычную позицию у сходней, очень-очень угрожающе обхватив одной рукой запястье второй. – Ради него я делаю своё дело в том числе, – парень ещё раз откашлялся. – Они потом поймут. – Теперь поцелуй меня! – девица снова положила голову ему на плечо. – Это ещё зачем? – Тёплого воздуха нагоню! Кашлять перестанешь! – она игриво свела губки. – Шагай давай, дурында, – парень дал ей взять себя под руку и направился к толпе гостей. Оба поднялись на сходни. Девушка будто бы жеманно шептала своему кавалеру что-то уморительное, но на самом деле она несла полную тарабарщину, лезшую ей в голову. Какую-то странную байку про повелителя сна, запертого на семьдесят лет в плену у оккультиста, желавшего получить бессмертие. Парень пытался уловить суть, но испытываемый стресс не дал ему сохранить в памяти ни единой детальки рассказа. Когда очередь дошла до них, капельдинер с искренним любопытством рассматривал дуэт. – Вы прям очень подобающе подошли к тематике вечера, – улыбаясь, сказал он девушке. – Настоящая пиратка, йа-харр! – он согнул пальцы в крюк и закрыл глаз второй рукой. – Не будь сегодня ночь пиратской темы, я бы посчитал вас настоящей морской волчицей! И пистолеты у вас как настоящие! – О, спаси-и-ибо вам! Мои гувернантки очень старались над костюмом! – девушка застеснялась. – Пистолеты – муляж. Только дикари позволяют себе расхаживать среди людей с оружием, вы со мной согласны? – Ваши слова да богам в уши, – прислужник затем показал на парня пальцем. – А вы, погляжу, храбрец! Не каждый осмелился бы напялить одежду, как у самого ненавидимого человека в стране. – Да, мне уже пояснили, – тот стыдливо снял плащ, аккуратно прикрыв левый бок. – Тогда подобное показалось удачной идеей. – Все совершают ошибки, друг мой! – капельдинер строил глазки его спутнице. – Ваша чета без масок? Скажите, очаровательная барышня, как вас зовут? – Лорен Филлипс, – по-идиотски хихикнув, она обняла за руку парня. – Это мой жених Билл Херрингтон. Маски при нас. Вы просто их пока не видите. – Какие у вас необычные имена, – контролёр водил карандашом по бумаге. – Вы откуда? – Мы прибыли из Дейтории сегодня утром. Даже до Гросштадта дошли слухи о величии высшего света Болотэма, – девица разулыбалась. – Очень любопытно, – пробубнил капельдинер. – Дейторийские имена будто бы похожи на октийские, но всё равно звучат совсем по-другому. А, вот, вижу вас. Проходите, мэм, сэр! – сделав отметку на листе, он отвесил поклон. Пара простучала по сходням на верхнюю палубу, имевшую не чёрный, а бурый цвет. Здесь были организованы танцпол, столики с закусками и барные стойки. На юте бойко играла и пританцовывала джазовая группа с одетой в дорогое платье певицей во главе. Снизу от музыкантов, по бокам от входа в капитанскую каюту стояли две деревянные кариатиды. В болтовне уважаемых гостей, наводнивших крохотное пространство дека, слышались унылые обсуждения недавних внутриполитических событий, цен на нефть, спекуляций на тему якобы открытий новых месторождений и сплетен насчёт личной жизни отсутствовавших на вечере знакомых. Либо присутствовавших, но стоявших вне звукового радиуса беседы. – Хоть кто-то галантен, в отличие от некоторых, – сказала Лорен спутнику на ухо. – Сосредоточься, – Билл обвёл взглядом солидное собрание. – Видишь наш контакт? Лорен сфокусировалась алыми глазами, крутя головой. – Ничего. Надо спуститься на нижнюю палубу. Лестницу вниз преграждала бархатная оградка. Рядом стояли хостесс и вооружённый автоматом охранник. Не выходя из образа избалованной четы, парень с девушкой приблизились к оградке. – А вниз нам можно? – как бы невзначай бросила Лорен сотрудникам. – Игровая зона только по специальным пригласительным, – светя зубами, ответила хостесс. Сумрачная охрана игровой зоны в план дуэта не входила. Ничего не ответив, пара отошла обратно к фуршету. Словно сбежав с голодного острова, гости отправляли закуски в небытие вслед за несчастной нефтью, стоявшей на повестке вечера. Девушка не преминула подхватить халявный фужер с игристым вином. – Следи, чтобы я не напилась, – предупредила она парня. – С чего бы вдруг? – его глаза окатили её дозой особо настоявшегося сарказма. – Эй, Билли, я и так двадцать четыре на семь несу ответственность за всё подряд, начиная нашим отрядом и заканчивая всем миром. Можно мне хоть ненадолго избавиться от этого ярма? Жаль только, если я напьюсь, кораблём будет некому управлять, но у меня теперь есть квартирмейстер, которому и решать проблему, неважно как. Хочешь ты того или нет, – Лорен невозмутимо ликвидировала второй фужер. – Понятненько, – Билл подошёл к фальшборту. – Есть способ проникнуть туда не по лестнице? – Целая куча. Думаю, я смогу пролезть через порт, а ты, ну… – Не полезем мы так. Ещё идеи? – В капитанской каюте есть люк в офицерскую. Но нас заметят. После дуновения ощутимо холодного ветерка Билл накинул плащ обратно. Девушка подошла к мачте, проведя по ней рукой в перчатке. В некоторых местах были заметны привинченные медные пластины. Бриг имел весьма эклектичный вид. – Здесь всё так, как я и запомнила, до последней занозы, – промолвила она. – Целый месяц мы не виделись, и вот моя крошка снова со мной. Надо только её разбудить – тогда-то она и воспарит, как альбатрос над волнами. Третий фужер присоединился к первым двум. Мимо Лорен и Билла прошла компания из юношей и их пассий. Все по возрасту были почти что детьми, младше даже официантов на борту. Вместо масок подростки носили сварочные очки. В звонких голосах сквозило такое ядовитое высокомерие, что у любого подслушавшего мозги скисли бы, причём понять суть полилога не представлялось возможным, поскольку детишки ухитрялись по-гиеньи хохотать, много болтать и ничего не сказать в то же время. К вопросам нефти, магии и ненависти к намедни погасшему мятежу добавилась тема интерсети, конфликтов звёзд и понтов атрибутами роскоши. Компания показала хостесс пригласительные, после чего та пропустила их в зону для посвящённых. – Чувак, эта вечеринка отстой, – прихватив четвёртый фужер, Лорен произнесла эти слова изнурённо-скрипучим голосом. – Я, сука, ненавижу этих людей. Кто пригласил всех этих идиотов? Ладно, я сама знаю ответ, можешь не говорить. – Отойдём, – Билл повёл её к фальшборту. – Куда? – Воздухом подышать. – У этого воздуха какой-то особый, отличающийся состав? – Паров алкоголя меньше, – Билл увёл Лорен под руку к носу корабля, где было чуть тише. Подойдя к краю судна, они оба облокотились на тугой релинг, всматриваясь в лёгкий прибой реки, чёрной в темноте. Лорен шумно втянула носом свежий бриз. – Ну чего, лезем через порт? – Знаешь, что, – Билл повернулся спиной к реке, опёршись на релинг локтями. – Я вот подумываю отменить операцию. Точнее, своё в ней участие. – Что-о-о? – Лорен кинула в него косой взгляд. – Верно, шуткуешь? – Смотрю я на себя, на тебя, на нашу команду, на этих людей вон, – Билл кивнул в сторону гостей. – И не вижу ни малейшей причины делать то, что мы сделали и собираемся сделать. Если выполнение миссии означает спасение мира, то, может, ну его к дьяволам? Может быть, я не хочу всех спасать. Может, я хочу, чтобы человечество подохло, чтобы сгнило в корчах, так и не сумев стать лучше, чем оно есть. Может, я буду только счастлив, когда последний человек на земле закроет свои веки навсегда, – парень глотнул ещё лекарства. – Гори оно всё восемью огнями. – Это фигня из разряда «почему мы ещё здесь – просто, чтобы страдать?». Сейчас, серьёзно? После всего, что мы сделали вчера и сегодня? – коснувшись его щеки рукой в перчатке, Лорен мягко повернула лицо Билла к себе. – Я догадываюсь, что ты хочешь выхватить мои пистолеты и перестрелять всех на этом судне, но сейчас не время для этого. Как же наша цель, как же ребята, которые доверились нам? О них ты подумал? Разве они чем-то провинились перед судьбой, разве они заслужили мучительной смерти в когтях инопланетян, с которыми не договориться? Как же все те бедные люди, для которых ты остался последним светочем надежды? Так уж вышло, что мы – единственные, кому по силам справиться с задачей, и я не собираюсь опускать руки, даже не попробовав. В прошлый раз у меня судно так угнали, мне хватило. Поэтому, – она нежно посмотрела ему в глаза, – берём себя в руки и действуем… конструктивно. Никакого паникёрства, никакой истерики, никаких… – девушка на мгновение замешкалась, – Ты лыбу давишь, я же вижу. – Да нет, я глубоко серьёзен, – Билл прикрыл рот ладонью, но глаза его выдавали. – Не делай так, руку убери. На мятежную сволочь похож становишься, – Лорен осмотрелась по сторонам. – Это просто был такой способ отвлечь тебя от выпивки. – То есть на самом деле ты так не думаешь, правда? – Да. Получается, так, – Билл отвёл взгляд. – Тогда уговор. Поцелуешь – я перестаю пить. На сегодня, по крайней мере, – Лорен воссияла. – Только быстро. Хочу, чтобы каждый на палубе увидел, даже прислуга. – Ответный уговор, – Билл сохранял каменное лицо. – Не перестанешь пить – не поцелую. Пауза. – Так чего мы ждём! Возьмём же это бревно на абордаж! – Лорен с криком швырнула фужер за борт. Несколько гостей недоумённо повернули головы в её сторону. Музыканты сменили бодрую композицию на медленный танец. Гости встали парами, беспорядочно качаясь. Вино давало о себе знать, не иначе. – Потанцуем? – Лорен протянула перчатку Биллу. – Дамы приглашают кавалеров. – Нам надо на нижнюю палубу, помнишь? – парень тяжело вздохнул. – В курсе. Мы ведь можем не парясь убить тех двоих на вахте. – Не стоит, это расходится с планом. Нужна диверсия, – вертя головой, Билл оценивал обстановку. – Ладно, хорошо, идём скучным путём, – Лорен шарила по задним кармашкам ремня. – Иди к хостесс, скажи, что трубу прорвало. – На корабле есть трубы? – Нет, но им это знать необязательно. Вероятность неуспеха высока, если они не полные кретины, – Лорен достала небольшой круглый предмет. – Ну, иди же. Парень оставил спутницу, плавно смешавшуюся с толкучкой на танцполе. Хостесс с охранником мило щебетали о своих планах на совместное времяпрепровождение. К ним подошёл бородатый мужчина в чёрном мундире адмирала и маске льва. Передав хостесс пригласительный, он прошёл за оградку и спустился на нижнюю палубу. Билл, изображая взволнованность, подбежал к прислуге. – Там это. Кажется, трубу прорывает. – Где прорывает? Какую ещё трубу? – хостесс захлопала глазками. – Прямо там, где все гуляют, – Билл махнул рукой в сторону танцпола. В следующую секунду Лорен резким движением бросила круглый предмет оземь. За громким трещащим хлопком последовал всплеск пышного белого облака, как от взрыва мешка с мукой. Все закашлялись, капельдинеры метнулись по сходням на палубу. Хостесс с вышибалой так же оставили пост, поспешив к гостям за оценкой масштаба бедствия и усмирением раскудахтавшейся голубой крови. Из застилавшей всё видимое пространство завесы к лестнице на нижнюю палубу выплыла Лорен. – Пусть развлекаются, у меня таких шашек ещё три по карманам распихано, – она взяла Билла под руку. Придав лицам надменно-пафосное выражение, оба спустились по лестнице в клуб. В нос дуэту ударил сильный запах сигарного дыма. Полумрак помещения разгонялся светильниками на столах и торшерами между пушек, запалы которых горели малюсенькими оранжевыми огоньками. – Пушки зачарованы, – шепнула Лорен Биллу. – На них заклятие вмещения. Огоньки означают, что они заряжены порохом, но не ядрами. В бою от них пока нет толку. Всего на палубе стояло четыре столика, за которыми велась игра в покер и вокруг которых крутились официанты. В паре метров от двери в офицерскую каюту находился бильярдный стол, занятый ранее виденной компашкой шумных подростков. По левому борту поставили барную стойку, за которой чудесами дел спиртных занималась юная девочка в чёрно-белой форме прислуги. Ещё одна вывеска с мерзотным названием клуба «Дудли Дудли Ду» горела розовым ровно над головой барменши. Ближе к носу расположились столы с более изысканными лакомствами и алкоголем. Там же шумело сборище гостей в самых дорогих нарядах. – Здесь вроде дышится полегче, – парень снова снял плащ. – Так, счёт идёт на секунды. Заметила кого-нибудь? – Вижу контакт, – Лорен прищурила красные глаза. – В маске зайца. Пошли. Пара для порядка подошла к барной стойке, заказав фруктового сока. Лорен жалостливо осмотрела бутылки с ромом, но данное ранее обещание удержало её от необдуманных трат. С видом бывалых эстетов, привлекая внимание игроков (каждый – по-своему), они подошли к бомонду в масках. – Приятный вечер, леди и джентльмены, – обаятельным баритоном поздоровался Билл. – Салют морским героям! – жеманно хихикнула девушка. – Лорен Филлипс. Это мой жених Билл Херрингтон. Прибыли в Болотэм из Штерненфурта этим утром и сразу решили заявить своё присутствие на вашем роскошном вечере! – День добрый, прекрасная красотка, – расшаркался адмирал в львиной маске. – А ведь я всегда говорил, что дейторийские девушки – самые красивые. И держатся, – он позволил себе оценивающий взгляд, – со своим поразительным достоинством. Сэр, не сочтите за навязчивость, но ваша невеста очень симпатичная. – Это в три годика я была симпатичная, а сейчас я чертовски хороша! – растопырив пальцы, Лорен горделиво положило руку себе на грудь. – Право, мистер Морской Лев, вы, должно быть, шутите над нами, – несмазанной дверью отозвалась женщина в маске зайца, закрывавшей верхнюю половину лица. На поясе у неё болтался золотой револьвер. – Великая Октобагия полна прелестнейших дев. Если вырвать их из лап крестьянской нищеты, причесать, почистить зубы, они даже сойдут за людей. – Вы, как всегда, бьёте точно в цель, мисс Кролик, – стушевался адмирал. – Позвольте спросить, а почему же вы, Херрингтон, и ваша обворожительная невеста без масок? Ещё и настоящие ваши имена прозвучали на палубе этого брига, если, конечно, они настоящие. – Случилось досадное несчастье, – Билл погрустнел. – Наши маски из чистого серебра украли какие-то разукрашенные бандиты! – Всего один день в новой стране, а уже такое! Ужас! Средь бела дня на глазах у честного люда! – Лорен прижалась к жениху. – Мне казалось, Архаон восстановил порядок в городе после вашей пренеприятнейшей ситуации. – Премьер-министр работает без продыху и без сна, чтобы отправить мятежных свиней на скотобойню, где им и место! – если б не маска, мисс Кролик стопроцентно забрызгала бы собеседников слюнями. – Вы, на минуточку, слышали, что говорил этот шлюхин сын О’Брэдли? Сплошной популизм! Детский лепет, рассчитанный на тугодумов и бестолочей, коими полна наша светлая Октобагия! Одно пустозвонство, радикальная злость, невежество и национальное варварство! Билл вжал ногти в кулак чуть ли не до крови. Рука в перчатке нашла его пальцы и ласково сцепила их замком со своими. – Ох, опять этот О’Брэдли, сколько можно? – застонал дряхлый старик в маске орла, закуривая сигару. – Неужто нет других тем для беседы в столь чудный вечер? – А ведь его щенок Спэйсроар ещё жив и прячется сейчас в какой-то норе, – вставил молодой мужчина в маске лисы. – После устроенных им тюремных беспорядков, повлёкших смерти многих невиновных членов партии. Не думайте, что мы не обратили внимание на ваш провокационный внешний вид, мистер Херрингтон. – В Дейтории это обычная мода. Вы не бывали в Гросштадте, мистер… – Билл глазом не моргнул. – Зовите меня мистер Лис. Маска не для ролевых игр, если вы так подумали, – злобно выпалил мужчина. – Может, у дейторийцев считаются нормальными грязные извращения, но вы в культурном городе, в культурной стране, на культурном мероприятии. Здесь любая поганая инакомыслящая девиация общественно неприемлема и карается у нас по всей строгости закона. Или вы совсем забыли, кто победил в войне десять лет назад? – Мистер Лис, что же вы набросились на наших любезных заграничных гостей, ради восьми ветров! – мисс Кролик слащаво пожурила гостя. – Мы ведь не знаем, к кому они принадлежат и как себя покажут. А поспешных выводов хозяйка «Дудли» не одобрит, вы ведь идеально в этом осведомлены, не так ли? – Я не хотел никак оскорбить этих дейторийцев, мэм, – мужчина отхаркнулся на пол. На этот раз уже Биллу пришлось поглаживать большим пальцем рассвирепевшую кисть в перчатке. – Перед партией, как вы понимаете, моя совесть также чиста. – Невиновных нет, мистер Лис. Есть разные степени вины, – прошелестела женщина. – От лица партии «Пламя востока» и лично губернатора Болотэма хочу принести глубочайшие извинения нашим зарубежным друзьям! Не сочтите за дерзость, мы лишь чтим своё национальное наследие! По этому случаю тост, – она подняла бокал с красным вином. – За победу! – За победу!!! – вторили компаньоны. – За победу!!! За демократию!!! – выкрикнули игроки. Даже барменша в стороне не осталась. – За победу, – Билл с мрачным взглядом глотнул сока. – Это так здорово, так мило! – женщина захлопала в ладоши. – Исходила со своими людьми всё северное побережье Истанора и никогда прежде не встречалась с настоящими дейторийцами лично! Скажите, мистер Херрингтон, а чем вы занимаетесь? – Ну, – парень залпом осушил бокал. – Инвестициями. – Надо же, какая удача! – мисс Кролик отпихнула Лорен, схватив Билла под руку. – И во что же вы любите инвестировать? – В кредитные системы, – после маленькой заминки Билл встретился глазами с Лорен…