Дейнерис I

Дейнерис I

      Хоть облака и закрыли большую часть неба, но жара продолжала обрушиваться на лагерь за пределами Волантиса.       Дейнерис хандрила, одна, в своей палатке, изо всех сил стараясь вытереть пот со лба. Осада была долгой и на данный момент не показывала никаких признаков оканчания.       Она была расстроена.       Первая попытка, восстание рабов, провалилась, и волантийцы укрепились за своими массивными стенами. Она хотела остановить невинное кровопролитие, но теперь она начинала раздражаться.       Особенно от того, что ее конечная цель была так близка.       Железный Трон был там, тянущийся к ней, и на ее пути не было никого, кроме нескольких предателей, которые легко подчинились бы ее воле, как только она покажет им мощь драконов.       Нет, действительно, все вставало на свои места.       Мартеллы, они были верны, как и говорил ей ее брат Визерис много лет назад, пришли, чтобы найти ее и преклонить колени.       Они принесли армию, флот и больше ресурсов, чем она могла когда-либо надеяться. Без них у нее было бы немного. Как подчеркнул сир Барристан: чтобы завоевать Вестерос, ей понадобятся союзники, которые уже там были. Блэкфайры этого не понимали, но она понимала.       И Дорн доказал свою преданность во время Восстания, не то что те предательские северяне, которыми якобы командовал ее племянник. Когда-то предатели….       Но Дейнерис знала, как быть милосердной. Ее племянник примет голос разума и сдастся без боя. Они были драконами, они могли понять друг друга, и он увидел бы свою ошибку в желании сохранить независимый Север.       Единственными препятствиями были Ланнистеры и Тиреллы, но, обескровленные годами войны, как они могли противостоять силам Дорна, Золотым Мечам и трем драконам?       Говоря о Золотых Мечах, Дейнерис слегка поморщилась.       Она не забыла, как они унижали Визериса, когда называли его «Королем-нищим» на том пиру.       Сейчас она могла позволить себе их присутствие, но как только они перестанут быть нужными, она позаботится о том, чтобы сир Стрикленд вспомнил это воспоминание. Нет, она позаботится о том, чтобы Стрикленд оправдал свое имя, что бы ни говорил об этом ее… муж.       Дейнерис нахмурилась.       Она надеялась держать Эйгона подальше как можно дольше. Ее предыдущие мужья были навязаны ей, и она не хотел, чтобы ей снова навязали мужа.       Нужно было найти невыполнимую задачу, а какая задача лучше, чем завладеть драконом? Конечно, если Эйгон Таргариен был тем, за кого себя выдавал, это было бы легко?       Она надеялась, что даже если Эйгон действительно приручит дракона, ему потребовалось бы несколько Лун, может даже год! А не несколько дней!       Ну, она сама виновата. Отступать от своего слова не принесло бы ей никакой пользы, особенно с поддержкой Эйгона и Дорна, и Золотых Мечей, которые ей сейчас были нужны.       Она вздохнула.       Она тщетно надеялась, что на этот раз ей удастся выбрать мужа. Теперь эта надежда была потеряна.       Но, по крайней мере, она не приковала себя к нему цепями. В конце концов, разве дорнийцы не брали любовниц? Разве сам принц Дорна не имел любовницы рядом с собой?       Кстати, Дейнерис прикусила губу. Как такая красивая женщина могла оставаться рядом с кем-то таким… пресным? Даже со шрамом на глазу принц не был ничем исключительным, в отличие от некоторых своих подданных….       Проблема для другого раза. Сейчас принц попросил аудиенции, и заставлять его ждать под таким жаром было нехорошо.       Наконец, она дала знак сиру Барристану, преданно стоявшему на страже, впустить принца.       Принц был один и почтительно передал свое оружие сиру Барристану спокойным кивком.       Затем он приблизился и опустился на одно колено, встретившись с ее фиолетовыми глазами.       — Ваша светлость, — Сказал он.       — Встаньте, принц Квентин, — Сказала Дейнерис с полуулыбкой: — Я думаю, нам нужно поговорить. Пойдем со мной.       Она указала ему на стол и попросила сира Барристана прислать слугу.       Ее лорд-командующий поклонился и ушел. Несомненно, он будет здесь через мгновение, словно тень, следуя за каждым ее шагом.       Слуги принесли бокалы и напитки, это было облегчение в такую ​​жару.       — Вина, принц Квентин? — Спросила она.       — Нет, спасибо, ваша светлость, — Пришел ответ от принца: — Я предпочитаю воду.       — О? — Дейнерис удивленно посмотрела на него: — Я думала, вам, дорнийцам, нравится ваше вино.       — Нам нравится, ваша светлость, но я избегаю пить, особенно когда нужно говорить о серьезных вещах, — Ответил принц Квентин.       Дейнерис изобразила удивление, но кивнула, отпустив слуг взмахом руки.       — Я думаю, вы пришли обсудить суть ваших условий, не так ли? — Спросила она.       Принц не пытался скрыть это. Он просто кивнул.       — Хорошо, но давайте начнем с моих проблем, хорошо? — Спросила Дейнерис.       — Соласен, Ваша Светлость, — Кивнул принц.       — Я слышал, как один из ваших стюардов сказал, что ваши корабли не могут перевезти всю мою армию через Узкое море, это правда? — Спросила Дейнерис.       Принц Квентин кивнул: — Это так, Ваша Светлость.       — Вы обещали перевезти все мои силы в Дорн, — Нахмурившись сказала она.       Дейнерис попыталась добиться реакции от своего собеседника, но он ничего не ответил. Он продолжил говорить спокойно и мягко: — Я обещал и сделаю это, Ваша Светлость. Мои корабли совершат несколько заходов, если это необходимо. Но если позволите, вам, возможно, не придется перевозить всю вашу армию.       — Продолжайте, — Дейнерис кивнула, заинтригованная.       — Ваша эээ… армия в основном состоит из иностранцев, — Сказал он.       Сир Барристан подготовил ее к этому разговору, и она внутренне вздохнула, отпивая вино из своего бокала.       — Возможно, не стоит подпитывать претензии ваших врагов, ваша светлость, — Продолжил принц с большей уверенностью: — Вас очернят как королеву, которая прибудет в Вестерос с армией наемников и иностранцев.       — То есть вы предлагаете мне оставить здесь всех моих верных людей? Некоторые из них были со мной с тех пор, как я покинула Пентос, — Сказала Дейнерис.       — Нет, ваша светлость, вовсе нет. Я говорю, что людей, которым вы больше всего доверяете, возьмите с собой. И Безупречных тоже, даже если я сомневаюсь в их пригодности к вестеросской войне. Гвардию сира Барристана тоже… но не различные отряды восточных наемников, вооруженных рабов и, упаси Боги… дотракийцев, — Ответил принц Квентин.       Дейнерис нахмурилась, но снова вспомнила слова сира Барристана. Не стоит брать всех ее людей. Но она не хотела бросать их. Возможно, она могла бы отдать им Волантис. В конце концов, как только город будет взят, порядок нужно будет восстановить.       Она постучала по столу, не желая уступать.       — Подробнее потом это обсудим, — Сказала она.       — Хорошо, ваша светлость, — Сказал принц, кивнув: — Следующая тема, которую я хотел бы обсудить с вами, довольно щекотливая.       — Ммм, скажите, — Сказала Дейнерис, побуждая принца высказать свое условие.       — Я уже упоминала о территориальных компенсациях для Дорна, я хотел обсудить это с вами, Ваша Светлость, — Начал он.       Дейнерис нахмурилась, но позволила принцу продолжить.       — Первым будут Ступени. Эти скалы были там триста лет, они служат приютом отбросов, от работорговцев до пиратов, — Принц положил перед ней карту: — Они совершали набеги на наших торговцев и на наши побережья на протяжении столетий. Угрозу, которую они представляют для наших земель, нужно уничтожить раз и навсегда. Твой отец даже предлагал вторжение в свои молодые годы.       Дейнерис посмотрела на карту. Действительно, Ступени были занозой в боку Семи Королевств слишком долго. Отдать их Дорну избавило бы от проблемы, а также помогло бы держать остальные Вольные Города под контролем… пока она не пришла бы освободить и их.       — Вы можете считать этот вопрос согласованным, принц Квентин, — Согласилась она.       — Я рад это слышать, ваша светлость, — Принц позволил себе легкую улыбку, — Следующие будут более… требовательными.       Принц достал перо и набрал немного чернил, нарисовав линию, которая начиналась от устья Быстроводной, медленно поднималась вверх вдоль Красных Гор, следуя линии небольших холмов вместо пиков, прежде чем остановиться у Слейна и спуститься вниз.       — Я хочу, чтобы эти земли были включены в Дорн, — Сказал принц.       Дейнерис посмотрела на карту и провела пальцами по названиям на ней: Звездный Пик, Ночная песня, Черный Приют, Фонтон… и, похоже, сир Барристан следил за картой так же хорошо, как и она, когда дошла до последнего названия: Дом Урожая, она услышала его вздох.       Дейнерис немного оправилась. В конце концов, почему бы ей не пожаловать эти земли? Эти лорды были предателями своего дела, даже если вопрос о Доме Селми заслуживал того, чтобы его подняли.       — Это, конечно, много, принц Квентин. Что леди Ширен должна будет сказать? — Поинтересовалась она вслух с лукавой улыбкой.       — Ваше слово — закон, ваша светлость, она не должна ничего говорить, — Ответил он.       — Но она леди Штормового Предела, — Сказала Дейнерис.       — По вашей милости. Вы позволите ей сохранить титул Верховной леди Штормовых Земель? Я уверен, что лорд Коннингтон считает, что его следует наградить этим титулом, — Ответил принц.       — Вы предполагаете, что лорд Коннингтон может быть более сговорчивым к этому? — Спросила она с любопытством.       — Не более, чем леди Ширен, ваша светлость, — Указал Квентин с усмешкой: — Но если позволите, никто из них не должен иметь права голоса.       — Молю вас, скажите мне, — Сказала она.       — Штормовые земли, какими бы ни были их недостатки, верны Баратеонам, но они также верны сильным. Многие из них последовали за Ренли, затем перешли к Станнису, а затем, наконец, к Тиреллам, которые считают истинным наследником Штормового Предела, Флорис Баратеон, — Сказал принц Квентин с немного уверенным видом: — Поэтому лорд Коннингтон не продержится на это посту. Однако Баратеоны… разве они не самые нелояльные из всех Домов?       Дейнерис несколько мгновений молчала, прежде чем заговорить: — Вы имеете в виду Узурпатора?       — Не только, Ваша Светлость, — Принц Квентин наклонился вперед в своем кресле, встретив ее взгляд: — Баратеоны получили Штормовой Предел и титул Верховного Лорда Штормовых Земель по милости вашего Дома, верно?       — Орису Баратеону даровал место и титул мой предок, Эйгон Завоеватель, да, — Согласилась Дейнерис.       — Ну, и как они отплатили за это? Вечной благодарностью? Нет, — Принц Квентин покачал головой: — Рогар Баратеон, Десница короля, решил пойти против короля Джейхейриса, чтобы защитить свою собственную власть. Он почти поднял мятеж против Короны, если бы не вмешалась Королевская гвардия, а затем и Драконы не остановили его от этой глупости.       Дейнерис откинулась на спинку кресла, заинтригованная.       — Затем Рогар Баратеон попытался подорвать усилия короля Джейхейриса: он даже замышлял украсть Рейллу Таргариен из Веры, выдать ее за Эйрею Таргариен, назвать ее королевой и женить на ней своего сына! Только милость короля Джейхейриса позволила ему сохранить свою жизнь. И как они отплатили за эту милость? Его внук Боррос встал на сторону самозваного короля Эйгона II! Против Рейниры, законной наследницы! — Продолжил принц Квентин.       Дейнерис теперь слушала более внимательно, ловя слова, слетавшие с губ принца.       — За этим последовал период мира, слава богам. Однако всего сто лет назад Лионель Баратеон объявил себя Штормовым Королем, снова подняв мятеж из-за разорванной помолвки. Да, его заставили подчиниться, и снова король Эйгон проявил милосердие, даже пообещав руку своей дочери наследнику Лионеля. И всего пятьдесят лет спустя, еще одно восстание, восстание Роберта Баратеона, которое заставило вас прятаться в Эссосе и страдать так много лет. Конечно, ваша светлость, вы согласитесь, что ни один другой Дом не восставал против вас больше, чем Дом Баратеон, за исключением, возможно, бастардов Блэкфайр, — Закончил он.       Дейнерис медленно кивнула.       — Я согласна, Дом Баратеон жил на милости Дома Таргариен и доказал свою нелояльность. Но леди Ширен преклонила колено, и я не отступлю от своего слова, — Заявили она.       — Вы обещали пощадить ее, не больше, — Принц Квентин улыбнулся: — В любом случае, я бы не просил казнить леди Ширен. Однако мы можем устроить что-нибудь другое.       Затем принц снова обмакнул перо в чернила и нарисовал новые линии на карте. На этот раз линия начиналась около Девичьего пруда, пролегала к югу от Божьего Ока, затем вдоль гор Западных земель, прежде чем окончательно остановиться на дорнийской линии около Синего Ручья.       Дейнерис нахмурилась, глядя на названия на карте: Серебрянный Холм, Тамблтон, Горький Мост… затем ее осенило.       — Это…, — Начала ошеломленная Дейнерис.       — Слишком долго ваш Дом мог напрямую рассчитывать только на небольшое количество солдат, нуждаясь в том, чтобы каждый лорд присоединился к вам и созывал свои собственные знамена. Это время должно закончиться. Ланнистеров нужно лишить их богатств, отобрать у них Серебренный Холм. Просторцы должны передать зерно, отобрать у них Горький Мост, Звездный Пик, Тамблтон и Луговый Дол. И Штормовые земли, вечно жаждущие доказать свою нелояльность вашему Дому, покончить со всем этим, интегрировать их в Королевские земли. В конце концов, разве Дом Баратеон не происходит от Дома Таргариен?       Дейнерис едва могла сдержать улыбку. Новые Королевские земли увидят, как ее Дом поглотит огромные новые земли, что позволит ей контролировать пахотные земли и даже некоторые золотые рудники Западных земель. По правде говоря, ей нравился ход мыслей принца.       — Мне нравится ваша идея, принц Квентин. Но как отреагируют Лорды Штормовых Земель? — Спросила Дейнерис.       — Лорды последуют за сильнейшими, ваша светлость. Они соберутся целовать ваши ноги, если вы докажете им, что можете сокрушить своих врагов, — Просто ответил принц.       — Те, кого я видела, были верны леди Ширен, — Сказала она.       — Разве? Лорд Веларион более верен вам, это очевидно. Остальные не имеют значения: Бар-Эммон, Масси, небольшая стая пиратов. И даже если леди Ширен окажется помехой, вы всегда можешь обратить свой взор в другую сторону и отдать Штормовые земли другому Баратеону, — Сказал принц.       — Кто бы это мог быть? — Спросила Дейнерис.       — Мои люди схватили его в Лисе вместе с несколькими его товарищами. Его зовут Эдрик Шторм, сын Роберта Баратеона и Делены Флорент. Бастард, да, но мужчина. И не только это, но и сын Роберта Баратеона, узурпатора, но все еще пользующегося любовью в Штормовых землях, чего нельзя сказать о Станнисе Убийце Родичей. Если леди Ширен поднимет слишком много шума, узаконьте Эдрика Шторма, и вы докажете свое милосердие, свою щедрость и утвердите свою власть, — Ответил принц Квентин.       Дейнерис широко улыбнулась. Эта идея была ей очень приятна, хотя, краем глаза, она могла чувствовать дискомфорт сира Барристана.       Кивнув, она согласилась.       — Эти условия кажутся разумными на данный момент… если только нет чего-то еще, — Сказала Дейнерис.       — И последнее, на самом деле, ваша светлость, — Принц неловко потер затылок: — Ваша свадьба с принцем Эйгоном….       Улыбка Дейнерис погасла: — А что насчет нее?       — Было бы хорошо, если бы это произошло как можно скорее… чтобы объединить обе ваших претензии как можно скорее, — Сказал принц.       — Не здесь, не в Волантисе, — Дейнерис покачала головой: — Когда я займу трон.       — Могу ли я предложить другое место? — С надежной спросил принц Квентин.       — Давай, говори, — Кивнула она.       — В Дорне будут подготовлены торжества по вашему прибытию, которое также совпадет с моим девятнадцатым днем ​​именин. Может быть, нам стоит воспользоваться случаем, чтобы вы поженились, как первый шаг к возвращению трона? — Спросил принц.       Дейнерис на мгновение задумалась над предложением. Свадьба в Дорне, безусловно, звучала благоприятно, прямо перед походом… и ей в любом случае нужно было бы выйти замуж за Эйгона.       — Мы могли бы это сделать, — Наконец кивнула она.       — Ваша светлость, еще одно: вам нужно будет выйти замуж под светом Семерых, — Сказал принц.       — Я в курсе, — Ответила Дейнерис.       — Я знаю, что ваша образование здесь было недостаточным, особенно в религиозных вопросах, — Принц слегка кашлянул: — Я… эээ… обратился к септе Лемор, учительнице принца Эйгона, в этом отношении. Она та еще женщина… и та еще учительница. Она могла бы научить вас всему, что тебе нужно знать, по форме и внешнему виду.       — Я подумаю об этом, — Дейнерис кивнула с легким раздражением.       Религиозное образование не было на первом месте среди того, чему ее учили. Вовсе нет.       И разве валирийцы не поклонялись своему пантеону? Ну, Семь Королевств были другими, в конце концов. И Королевская Гавань стоит церемонии.       Принц Квентин пристально посмотрел на нее, его глаза следили за ее взглядом.       — Это все, принц Квентин? — Спросила она.       — Я думаю, что так, ваша светлость. Спасибо за ваше драгоценное время, — Ответил он.       — Было приятно вас принять. Я думаю, мы должны встретиться снова завтра? — Сказала Дейнерис.       — Да, ваша светлость, но я буду там со своей… кузиной. Вопрос, который мы хотим обсудить, более личный. Но я и так отнял у вас достаточно времени. Я пойду. Отдыхайте спокойно, Ваша Светлость, — Сказал он.       С этими словами принц Квентин сделал глубокий поклон и ушел, взяв свое оружие под пристальный взгляд сира Барристана.       — Ваша светлость…, — Голос старого рыцаря звучал устало.       — Да, сир Барристан? — Спросила она.       — Вы ведь не собираетесь отдать Дом Урожая дорнийцам, не так ли? — Как-то странно спросил он.       Дейнерис пристально посмотрела на него, его лицо было все еще серьезным, но были черты, которые его выдавали. Воин, который прошел сотню битв, был… напуган?       — Ну, сир Барристан, я полагаю, что все зависит от поведения вашей семьи, когда мы ступим на землю моих королевств, — Она вздохнула, поднимаясь со стула, допив вино: — Если они преклонят колени, я могу проявить милосердие. Если нет….       Она оставила угрозу висеть в воздухе. Но сир Барристан больше не протестовал.       — Пришлите другого дорнийца, а затем оставьте нас, — Приказала она.       — Ваша светлость, я…, — Начал он.       — Я знаю, кто вы, — Строго сказала Дейнерис: — Поэтому я отдала вам приказ. Впустите его, а затем оставьте нас.       Сир Барристан почтительно поклонился, затем вышел наружу, исчезнув, а затем вошел другой мужчина.       Он был ближе к ее возрасту и совсем не похож на принца Квентина. Выше, красивее, светлее, с голубыми глазами и серебристыми волосами.       Дейнерис ухмыльнулась. Она некоторое время не сводила с него глаз.       Мальчик подошел к ней и опустился на колени: — Ваша светлость, Дом Дейн — ваш верный слуга.       — Я рада это слышать, — Дейнерис улыбнулась: — Встаньте, лорд Дейн.       Дейнерис осмотрела его черты. Он был поразительно красив, с изогнутой улыбкой, которая заставила бы покраснеть любую девушку. Еще немного, и она бы подумала, что он Таргариен.       С легкой улыбкой она жестом подошла к нему и предложила ему бокал вина, который он с радостью принял.       — Вы когда-нибудь были в Волантисе, Эдрик, могу я так вас называть? — Спросила Дейнерис.       Мальчик, казалось, был удивлен этим, но решил не заострять на этом внимание, отвечая так, как мог: — Эм, если вы хотите называть меня по имени, то зовите меня Недом, ваша светлость.       — Нед, очень хорошо. Вы когда-нибудь были в Волантисе? — Спросила она.       — Никогда, ваша светлость, — Сказал он, покачав головой. Он сел на одну из разбросанных подушек, что неудивительно, учитывая, что они были гораздо удобнее унылых кресел.       Дейнерис улыбнулась и принесла ему бокал вина, сократив расстояние: — Зовите меня Дейнерис, когда мы одни, — Она подмигнула ей.       Нед Дейн покраснел, но приложил все усилия, чтобы вернуть себе самообладание.       — Если вы Дейн, то вы должны знать Звездопад. Я слышала только рассказы о его красоте, разве они правдивы? — Спросила Дейнерис.       Нед улыбнулся.       — Да, ваша св… Дейнерис, — Он поставил чашку на маленькую скамеечку для ног: — Долина Быстроводной образуют колыбель, между которой находится Звездопад, на острове, на вершине большого утеса. Интересно, как им удалось построить этот замок, и все же… он величественно возвышается над долиной. С вершины самых высоких башен вы можете видеть на лиги вокруг, от устья реки до высоких снежных вершин. Воздух иногда несет запах лаванды, которая растет вдоль берегов реки.       — Звучит прекрасно, — Дейнерис остановилась, восхищенная словами мальчика.       — Я не бард, я не могу передать это по достоинству. Возможно, верхом на своем драконе вы сможете приехать и увидеть все сами. У вас может быть даже лучший вид, чем у меня, — Ответил он.       Дейнерис усмехнулась: — Возможно, тебе следует отправиться со мной на Дрогоне, чтобы узнать.       — Ну, по крайней мере, я не боюсь высоты, но я никогда не ездил на драконе и не планировал этого делать, — Сказал Нед.       — Это требует некоторой практики, но не волнуйся. Дрогон не причинит тебе вреда, — Сказала Дейнерис.       — Я рад это слышать, — Ответил он.       Дейнерис усмехнулась и поставила свой бокал на пол, пока Нед допивал свой.       — А ты, ваша… Дейнерис. Ты ездила на драконах, завоевывала города, опустошала работорговцев… как ты находишь время, чтобы делать то, что тебе нравится? — Спросил Нед.       — Летать — это то, что мне нравится, — Дейнерис глубоко вздохнула: — Ты свободен от всех оков, которыми тебя сковывает земля. Это как сон, ты паришь над всем остальным. Когда я не занята, я предпочитаю летать.       — Разве ты не ездишь верхом, не исследуешь мир? — Спросил он.       — Я боюсь, что многие пожелают мне зла, если я попробую. Если даже я решу искупаться в Ройне, меня должна сопровождать дюжина вооруженных до зубов мужчин, — Ответила Дейнерис.       — Тогда тебе следует приехать в Звездопад, — Нед снова улыбнулся: — Мы верны тебе, ни одна душа не посмеет причинить вред дракону. И тогда ты сможешь исследовать природу вокруг. Подняться на вершины и спуститься по маленьким тропинкам вдоль маленьких рек в горах. Это тоже еще один вкус свободы.       — Я бы с удовольствием. Возможно, ты должен стать моим проводником, — Согласилась она.       — Я был бы польщен, — Улыбка Неда стала шире при этих словах.       — В Звездопаде есть изолированные места? — Спросила она: — Где можно увидеть звезды, лечь и не беспокоиться, что тебя кто-то побеспокоит?       — Моя тетя Аллирия однажды отвела меня в одно место, к северу от Звездопада, в один из притоков Быстроводной, — Тихо заговорил Нед: — Это было красивое место, небольшое озеро с песчаными пляжами и бирюзовой водой, можно было подумать, что мы на море Дорна. Туда можно было добраться на лошади по небольшой горной тропе, там большая поляна. Достаточно большая, чтобы вместить твоего дракона. По ночам моя тетя рассказывала мне, где находится каждое созвездие, — Нед слегка рассмеялся.       — В любом случае, моя тетя сказала мне, что это тайная тропа, которую показала ей ее мать, и что она приходила туда, когда ей нужно было уединение. Почти никто не знает об этой маленькой поляне, просто потому, что она настолько изолирована. Там нет ни души, совершенно тихо, только ты и щебетание птиц или далекий вой волков, — Продолжил он.       — Я не боюсь волков, — Рассмеялась Дейнерис.       — Ты дракон, сомневаюсь, что ты чего-то боишься, — Кивнул Нед.       — Нет, но ты, сир Дейн, чего боится потомок Мечей Зари? — Спросила она.       Нед молчал и покачал головой.       — Я не уверен. Может быть, неудачи? Не жить так, как ты ожидал от себя? — Неуверенно сказал он.       — И кем же ты тогда хочешь быть? — Спросила Дейнерис.       — Я хочу… быть хорошим Лордом. Чтобы мой Дом мной гордился, — Ответил Нед с улыбкой.       — Если ты хочешь, чтобы твой дом гордился, как насчет того, чтобы победить дракона? — С улыбкой спросила она.       Лицо Неда побелело.       — Ты же не имеешь в виду…, — Начал Нед.       — Визерион? Нет, — Дейнерис слегка подтолкнула Неда на маленькую кровать, заваленную подушками: — Я говорила о себе.       Ее губы коснулись его губ, и она закрыла глаза.