Глава 4: Тайны Ветреного Пика (часть 2)

Небольшой зал, находившийся в глубине храма, выделялся на фоне остальных помещений наличием странного рычага в полу и закрытым решеткой дверным проемом. Гаррет задумчиво рассматривал труп бандита, лежавшего рядом с рычагом и утыканного множеством металлических шипов, а Дайнаса и Аскеладд сидели неподалеку на каменных ступенях — женщина смывала с напарника кровь водой из талого снега, которого набрала снаружи и растопила в одной из древних ваз, тут и там валявшихся по храму. — Ну, очевидно, он умер, дернув за рычаг и активировав ловушку, — Гаррет посмотрел по сторонам и заметил маленькие отверстия, расположенные в ряд в одной из стен. — Вероятно, что шипы прилетели оттуда. — Древние норды у-умели делать ловушки. Только не п-понимаю — зачем они з-здесь? — Аскеладд зажмурился, когда Дайнаса стала вытирать тряпкой его лицо. — Чтобы защитить ценности храма, конечно! До этого додумается даже ребёнок, — Дайнаса смочила тряпку в воде и снова принялась мыть лицо мужчины. — Наверняка драконопоклонники знали, как потянуть этот рычаг так, чтобы и дверь открылась, и шип в спину не прилетел. — Д-драконопоклонники? — Да, Фаренгар нам об этом говорил, помнишь? Я даже подозреваю, что этот храм очень древний — настолько, что он застал времена до Войны Драконов. — Любопытные ребята — молятся на драконов и строят ловушки внутри своего же храма, — саркастично отозвался Мелиорис. — Вот только что они делали, если, например, забывали, как открыть решетку? Будь я строителем храма, я бы наверняка оставил где-нибудь рядом подсказку или вроде того. — Будь ты с-строителем, ты бы не стал так з-заморачиваться с ловушками. — И то верно. Он прошелся на комнате, смотря по сторонам. Не найдя ничего интересного, парень облокотился на первую попавшуюся поверхность и охнул: обелиск с изображением кита, располагавшийся у стены, двинулся под его весом и повернулся другой стороной, на которой была выгравирована змея. — А вот это уже интересно… — Что это? — Дайнаса повернулась на звук. — Какие-то…обелиски? На них разные изображения, — Гаррет стал крутить один такой, рассматривая каждую картинку на камне. — Змея, птица, кит. Это священные животные или что? — Если мне не изменяет память, то в культуре древних нордов имели место быть поклонение духам природы, многие из которых имели обличие животных. — Как-то странно в-видеть их в храме драконопоклонников, н-не находишь? — Не знаю. Может, их продолжали почитать по привычке. — В любом случае, — Мелиорис отошел назад и остановился, рассматривая ряд из трех обелисков целиком. — эти штуки наверняка связаны с рычагом и нужно выставить правильные изображения, чтобы открыть решетку. Затем, помедлив, сказал: — Ну бредятина же — головоломка для прохода в храм! — З-зато д-действенная бредятина. — кивнул Аскеладд в сторону трупа. Гаррет начал вертеть обелиски, выстраивая порядок картинок на свой лад. Затем, закончив с ними, потянулся к рычагу. — Подожди-ка! — Андарен вскочила, останавливая его. — Не трогай рычаг. Ты слишком рискуешь — мало ли, вдруг сейчас дернешь, и в тебя полетят шипы. — Точно! — парень хлопнул себя по лбу. — Совсем забыл про осторожность! А то стал бы еще одной жертвой древненордского гения. — Мне к-кажется, или на стенах что-то н-нарисовано? — Аскеладд сощурился, рассматривая ближайшую стену. — Нарисовано? — Дайнаса подошла ближе к стене. — Да, тут что-то начертано. Сложно разобрать — рисунок очень мелкий, но изображение повторяющееся, думаю, если я буду достаточно долго смотреть, то смогу понять, что тут. — Что т-там? Женщина щурилась, рассматривая орнамент. — Я вижу…землю и море. На земле стоят две змеи, а над морем нарисован кит… — Две змеи… Кит… Гаррет взглянул на обелиски, затем посмотрел на стену и — снова — на обелиски. Осознание поразило его как гром среди ясного неба, и парень воскликнул: — Во имя Джулианоса! Это же подсказка! Он быстро выставил обелиски в нужном положении. Однако, подойдя в рычагу, остановился. — А у нас есть, чем закрыться от шипов в случае чего? Дайна, может, ты сотворишь магический щит, как в тот раз? — Он вряд ли поможет. Щит направлен на отражение заклинаний или стихийных угроз, — она дотронулась до перевязанной руки. — А разрушается он от минимального повреждения оружием, хоть и есть шанс, что при ударе противника откинет энергетической волной. — Тогда п-придется рискнуть. — Аскеладд встал на ноги и подошел к Гаррету. — План т-таков: тянем на с-счет три и разбегаемся в р-разные стороны. — Пойдет — нервно кивнул Гаррет, располагая с ним руки на рычаге. — Раз… — Д-два… — Три! Дернув изо всех сил, они резко отскочили в разные стороны, зажмурившись. Решетка медленно, с тихим лязгом поднялась, открывая проход в коридор, ведущий в другие помещения храма. Счастью троицы не было предела. — Мы это сделали! — И остались ж-живы! Неожиданно парни глянули друг на друга. — Боги, вот дожили! Радуемся разгадке какой-то простой головоломки! — Ну, эта г-головоломка и убить нас м-могла. — Да какая уже разница? Главное, что все получилось! — Дайнаса подобрала походный мешок. — Ну что, идем дальше?

***

Чем дальше путники шли по темным галереям в храм, тем больше Ветреный Пик наводил на них неприятные, неуютные чувства, которые тихо и назойливо скреблись в душе, заставляя пропитываться одиночеством и заброшенностью данного места. Дойдя до еще одного коридора, они заметили в полутьме белесые пятна, покрывавшие большую часть поверхности потолка, стен и даже пола. — Что-то многовато здесь паутины. — недовольно высказался Гаррет, чуть зацепившись головой за свисающий с потолка спутанный клубок серых паучьих нитей. — Странно. Может, в предыдущих комнатах те бандиты прибирались? — Дайнаса брезгливо поежилась, смотря на раскинувшийся по полу сети. — Эй, в-вы слышите? — Аскеладд замер на месте. Они затихли. — Там кто-то есть! — воскликнула Андарен. Троица поспешила вперед. Коридор окончился поворотом, за которым был еще один зал — также облепленный паутиной, которой было в разы больше, а по углам располагались крупные кладки паучьих яиц. Но не это их напугало. В конце зала, где должен был быть проход, в паутине висел данмер, отчаянно брыкающийся в попытках выбраться из западни, а над ним, карабкаясь по стене, медленно передвигал лапами паук. Его нельзя была назвать обычным — существ таких ужасающих размеров никто бы не посмел назвать обычным. Он свисал над завязанный в плотный кокон жертвой, с скрюченных жвал капал на пол прозрачный, вязкий яд, которым членистоногий был готов атаковать в случае опасности. Едва стоило им появится в поле зрения данмера, как тот заорал: — Помогите! Уберите это чудище от меня! Это привлекло внимание чудища. Паук прыгнул на пол и пополз к ним, плюясь ядом на ходу. Путники рванули обратно в коридор. — Упаси Девятеро, что это такое?! — Гаррет вжался в угол вместе с Дайнасой и Аскеладдом, смотря как членистоногий монстр тянет лапы к ним, пытаясь протиснуться в узкий проход. Он почти дотянулся до них и готовился облить их ядовитой слюной, как вдруг огонь опалил его, и чудовище резко подалось назад. Дайнаса встряхнула рукой, смахивая тлеющую повязку — Оно боится огня! Надо его выманить, чтобы спалить дотла! Гаррет возмущенно вскрикнул: — Предлагаешь стать нам приманкой?! — А у тебя есть другие варианты?! Парень собрался было возразить, но мимо него пронесся Аскеладд с топором наперевес, и ему оставалось только сказать: — Да это какое-то безумие! Они вбежали в зал, где паук, взгромоздившись на свою паутину, готовился к новому нападению. Новый прыжок вниз — троица бросилась врассыпную, не давая существу возможности напасть на всех сразу. На ходу воин ловко отсек одну из конечностей, отчего паук, издав звук, похожий на свистящий истошный вопль, обратился к нему, тем самым подставляясь под удар. Яркое пламя сорвалось с рук волшебницы, поражая брюхо ползучей твари, в то время как вор, разбежавшись, пронзил клинком глаз — самый крупный из шести. Паук хаотично задергался, пытаясь тушить огонь и сбросить со своей головы повисшего Гаррета. Парень сам спрыгнул на пол, как только полымя дошло до головы — Дайнаса не прекращала творить заклятие, даже когда существо скрючилось в агонии. Прикончил паука Аскеладд, с размаху вогнав топор в его голову. Существо, дернувшись в последний раз, перестало подавать признаки жизни. — Отлично, чудище мертво! — донеслось от дальней стены — данмер встрепенулся, увидев, как паук был повержен. — А теперь вытащите меня отсюда, пока здесь не появился еще кто-нибудь! — Эй, сначала скажи нам, кто ты! — Гаррет вытер кинжал о тело мертвой твари, уже потушенной ледяным заклинанием Дайнасы, и подошел к сетям, в которых висел незнакомец. — Я? Я…просто исследователь! Пришел изучать эти древние руины! — Брешешь, дружище, брешешь. Ты же Арвел, да? С группой бандитов сюда пришел, верно? — Не знаю, о ком идет речь! Я пришел сюда один! Драконий Язык достал топор из головы паука, стараясь не думать о той мерзкой слизи, что на него налипла, приблизился к паутине. — Т-тогда как ты пробрался мимо г-головоломки? — Никак! Я её решил и прошел дальше. А тут паук! Если бы не вы, я бы стал его обедом. — Тогда почему р-решетка была закрыта, когда мы п-пришли? — Не знаю! — данмер взмолился, с отчаянием смотря на Аскеладда. — Прошу вас, вытащите меня из этой западни! — Может, п-поможем ему? — мужчина повернулся к спутникам, смутившись от слов пленника паука. — Он же п-просто пришел исследовать храм… — Гаррет прав: он явно нам врет, — заявила Дайнаса. — Может, это и есть Арвел. — Это еще один п-повод его освободить! Он же наверняка нам п-поможет, — он глянул данмеру в глаза. — П-правда? Арвел закивал в ответ. — Правда! Я готов с вами сотрудничать! Только помогите мне, и я всё расскажу. Вы не представляете, какую силу укрыли здесь норды! — Аскеладд, не делай поспешных выводов. Надо все хорошенько обдумать и… Воин обрубил нити, освобождая данмера. Тот встал на ноги, отряхнулся. — Благостное дыхание Аркея! Спасибо! Однако в следующий момент, гаденько ухмыльнувшись, побежал в глубь подземелий со словами: — Дурак! Зачем мне делиться сокровищем? Троица молча переглянулась между собой. — Аскеладд… — Гаррет глубоко вздохнул и резко выпалил. — Твоя наивность меня порой так поражает, что я даже думаю: как ты вообще дожил до своих лет?! — П-простите… — Хватит языками чесать, он же сейчас сбежит! — крикнула Дайнаса, бросившись за Арвелом.

***

Пронесясь по коридору, они выбежали в ту часть храма, где в стенах располагались захоронения. Мертвецы — кто в саване, кто без — лежали в углублениях рядами, иссохшие и сморщенные от долгих лет пребывания в холодных катакомбах. Тишину, прерываемую только ритмичным топотом ног, неожиданно разорвал душераздирающий крик, от которого все трое затормозили, встав как вкопанные. Арвел был окружен, но не людьми. Давно умершие, должные находится в своих упокоищах, с резвостью живых теснили данмера к стене, пока тот верещал от ужаса. Их тела истончились, тонкая кожа прилипла к костям, одежда почти истлела, а доспехи заржавели, но это не мешало им неестественно быстро и слаженно двигаться. — Это…это же… — Д-д-д-драугры. Один мертвец, облаченный в доспехи, почерневшие от времени, занес меч над Арвелом. Мощным ударом он снес голову данмера, и та упала на холодные плиты. — Дайна, жги их! Жги их скорее, пока они не напали первыми! Мертвецы обернулись на голос и тут же попали по струи огня. Волшебница выставила руки вперед, направляя пламя на драугров, стремительно идущих навстречу. Но один за другим падали на пол тела, пожираемые огнём, разрушаемые настолько, что не могли держаться на ногах. Она прекратила только когда последний рухнул, умерев окончательно. Голубой свет потух в темных глазницах, а троица стояла, боясь пошевелиться, и смотрела на догорающие останки. — Меня…сейчас вырвет. Гаррет первый оторвал взгляд от этой жуткой картины и отбежал в сторону. Он засунул голову в пустую вазу, и оттуда остальные путники услышали характерные звуки исторжения содержимого желудка. Дайнаса, стерев пот со лба, принялась остужать тела. — Вонь п-просто…чудовищная — Аскеладд зажал нос, сдерживая рвотные позывы. — Обычным горелым мясом пахнет, — женщина также поморщилась. — Ничего удивительного. — Горелым человеческим мясом! — уточнила голова в вазе и тяжко простонала. — Боги, мне так плохо не было очень давно. — Ты там к-как? Идти м-можешь? — Драконий Язык встревоженно взглянул на него, когда парень выглянул обратно и шаткой походкой вернулся к ним. — Могу. Все же это не самое худшее, что со мной происходило. — Мне даже интересно, что было этим «худшим». — Дайнаса пошла дальше по коридору. — Поверь мне, дорогуша, лучше тебе не знать. Но могу сказать одну вещь: никогда не смешивайте сиродильский бренди и матц, запивая пряным вином. — Буду знать. — Р-Ребят… Дайнаса и Гаррет остановились, посмотрев на Аскеладда. Тот держал в руках потрепанную тетрадь в кожаном переплете и странный предмет, похожий на когтистую лапу ящерицы, из чистого золота. — Это золотой к-к-коготь! — с восторгом заявил он. — Тот, ч-что украли у Лукана Валерия! А в д-д-дневнике Арвела объяснено, для чего он н-н-нужен! Он раскрыл дневник перед подбежавшими товарищами и провел пальцем по нужным строчкам: — Он п-пишет, ой, т-то есть, писал, что к-к-коготь — «ключ к Ветреному Пику». Этот ключ отпирает д-д-дверь в Зале истории…что з-за Зал истории? — Зал перед главным упокоищем. — пояснила Дайнаса. — Нам в Коллегии рассказывали, что такие залы, вероятно, были созданы для потомков умерших, чтобы они помнили о своих корнях или что-то в этом роде. Это лишь предположение — истинного назначения Залов истории никто не знает. — И как этот коготок должен открыть дверь? — Гаррет вгляделся в кривоватый почерк данмера. — …«если у тебя есть золотой коготь, решение — у тебя на ладони». Что это значит? — Не з-знаю. Предлагаю д-дойти до Зала историй и разобраться н-на месте. — Аскеладд захлопнул дневник и двинулся в путь.

***

— Эй, Аске. Ты в порядке? Вид у тебя встревоженный. Они спустились на нижние уровни катакомб, где вновь начались узкие галереи, и Гаррет вновь обратился к Аскеладду, приметив, как тот надолго затих. — Вы р-разве не з-заметили ни-ничего странного? — Если ты про оживших мертвецов, то… — Н-нет же. П-п-посмотрите вокруг. Они посмотрели по сторонам: полутемный коридор, с горящими факелами и недвижимыми, стоящими вертикально мертвецами в углублениях в стенах не вызывал никакого удивления. — Ну и? — Факелы г-горят. И хоть в помещении, на удивление, было почти не холодно, по их спинам пробежали мурашки. — Может…может, это они зажигают свет? Как в те дни, когда еще были живыми? — Андарен поежилась, обнимая себя за плечи. — Не думаю, что в них вообще осталось что-то человеческое. — Мелиорис презрительно фыркнул, глянув на одного мертвеца, стоящего в могиле, со скрещенными на груди руками. — Но все же что-то есть. — Если бы было, от них бы не стало загораживаться ловушками, — отмахнулся Гаррет и замер, посмотрев куда-то вдаль. — Кстати, о них… Он указал на один из булыжников, которыми был вымощен пол. — Как-то странно он выделяется на фоне остальных. — И правда. Он будто находится чуть выше. — Ну-ка — парень подошел к одному из мертвецов — особо мелкому и тощему, потыкал пальцем и, убедившись, что ничего не происходит, взял легкое тело на руки. — Ты-ты что?! Положи его на м-место! Не хватало нам еще и г-г-гробницу осквернить! — Без паники, он же не драугр, да и мертв давно. Ему ничего не бу…– он не договорил, бросив труп на плиту и едва успев отскочить: большая железная решетка, поросшая мхом, пылью и паутиной, возникла будто из неоткуда и прихлопнула тело к стене, на мгновение впившись в него острыми шипами. –…дет. Воцарила тишина — тягучая и неловкая. — Ну…з-зато мы теперь знаем, г-где здесь ловушка. — Ага. И что-то мне подсказывает, что она здесь не одна. Гаррет встал на цыпочки и аккуратно прошел мимо коварной плиты. То же самое сделали и Аскеладд, и Дайнаса. Пройдя дальше, они обнаружили еще несколько подобных плит, но успешно смогли обойти их. — Не понимаю, как можно вообще размещать столько ловушек? — возмутилась Андарен, переступая через очередную плиту. — Я понимаю одну-две, чтобы ваши драугры не вылезали из упокоища, но это уже перебор! В нашей родовой гробнице на Солстхейме такого нет! — Ты же вроде г-говорила, что ты р-родом из Маркарта. — Да, но родители мои — из Морровинда. Они полжизни прожили там, потом переехали в Скайрим. А когда я выросла, уехали обратно в Воронью Скалу — доживать последние годы, как выразилась мама, — женщина тяжко вздохнула. — …Папа дожил. И теперь похоронен в нашей родовой гробнице. — И-и как же они у-устроены, ваши морровиндские г-гробницы? — На самом деле очень просто. Они просторные, внутри расположены только вазы с прахом предков и ритуальный круг — такой пепельный бассейн, куда приносят подношения для почитания предков. У нас довольно скромный склеп, а бывают и больше — с коридорами, лестницами, залами и прочим. И ловушки у нас другие — К-какие? — Магические. Руны, зачарованные двери и вазы — все, чтобы незваные гости не утащили ни единого дара, принесенного предкам. Самые лучшие захоронения — те, в которых заклинания могут отличать грабителей от членов рода и не вредить последним соответственно. — В-вау. Это, н-наверное, высший уровень м-мастерства– — Не хочу прерывать вашу милую беседу, — вмешался в разговор Гаррет, — но, по-моему, впереди драугр. Он указал вперед, где перед очередным поворотом в выступе стоял мертвец. Его глаза мерцали зловещей синевой, и оттого он выделялся на фоне прочих покойников. — П-почему он не-не нападает? — Кажется, мы вне его поля зрения. Если двинемся дальше, он нас точно заметит. Но старый-добрый лук все исправит, — парень двинулся чуть в сторону, чтобы точнее выстрелить, и увидел другую часть коридора. — Задери меня даэдра! Там еще двое. — Как же н-нам тогда п-п-пройти? Пока они спорили, что делать, Дайнаса обратила внимание на лампу, висящую под потолком. Слабо светящуюся, наполненную маслом. — Гаррет, тут лампа. А под ней масляные лужи. Как в Хелгене, помнишь? Гаррет посмотрел в сторону, в которую она указывала, и улыбнулся. — Ты запомнила то, что я говорил в крепости? Как мило. — Стреляй сначала в драугра. Надо заставить его ступить на масло. Потом в лампу. Масло воспламениться и– — И-и драугр вместе с н-ним. А другие п-пойдут за ним и т-тоже сгорят. — закончил за неё Аскеладд. — Тогда за дело, — заявил Мелиорис. Достав стрелу из колчана, он прицелился и выстрелил. Стрела попала в костлявое плечо. Покойник покачнулся и сделал шаг вперед. Гаррет, уверенный в том, что план пройдёт на ура, уже хотел было взять следующую стрелу, но обнаружил лишь пустоту в колчане. — Дэйдра! Где стрелы?! Драугр резко рванул к нему. Вдруг под потолком пронеслось что-то ледяное, крупное и острое, врезавшись в лампу и сбив её прямо над головой мертвеца. Пролитое масло загорелось, пламя объяло его и сожгло дотла быстрее, чем он успел до них дойти. — О-отличная реакция, Д-дайнаса! — восхитился Аскеладд. — Спасибо, — волшебница принялась вновь остужать огонь, проходя вперед. — Но план все равно провалился: эти дохляки даже не шелохнулись. Видимо, в их черепушках еще остались мозги, раз в огонь не пошли. А ты, Гаррет, должен был следить за стрелами! — Я следил! — возмутился парень, но все равно стыдливо покраснел. — Ну ладно, может, немного не уследил. Зато у меня все еще есть кинжал! — Ага! Я посмотрю на тебя, как ты этой зубочисткой заковыряешь до смерти покойников — смеху будет…! — Позвольте м-мне с этим р-разобраться, — Аскеладд выступил вперед, навстречу выглянувшим на звук драуграм. Дайнаса и Гаррет смотрели, как воин шел, убивая одного покойника за другим. Звенела сталь, ломались кости — он упорно дрался с древними воинами, чьи руки хоть и иссохли давно, но все еще могли держать оружие. И выходил победителем. Когда последний враг пал, он обернулся и увидел ошарашенные взгляды товарищей. — Ну ты и мощь! — поразился Гаррет. — А ты точно дровосек, Аскеладд? Дерешься как самый настоящий воин. Хотя этому стоило удивиться еще раньше — когда ты весь в крови бандитов пришел. — Н-ну…о-отец научил меня некоторым…п-приемам, чтобы я мог з-защитить себя. — уклончиво ответил Драконий Язык. — Многовато для самозащиты, — Дайнаса настороженно глянула на него, но потом расслабилась, пожала плечами и улыбнулась. — Но я все же рада, что ты владеешь такими навыками. Они принесут тебе много пользы. — Д-давайте пойдём дальше. Вскоре компания вышла к свету, в грот, через который был перекинут каменный мост, ведущий к проходу в следующие залы. — Ох, и насколько же глубоко в землю уходит это место? — Гаррет поднял голову, смотря на просвет, видневшийся вверху. Через него можно было увидеть светлый бок меньшей из двух лун, Секунды, и кусок темного неба, усыпанного звездами. — Достаточно, чтобы мы часами тут бродили, — Андарен потерла болевшие ноги, тоскливо вздыхая. — Скорее бы уже дойти до этого Зала истории! Ходить уже невыносимо! Гаррет поддержал её усталым вздохом. Аскеладд же аккуратно коснулся их плеч. — Н-не унывайте. Я в-верю — скоро мы его достигнем. Не м-может же Ветреный Пик быть бесконечным. И хоть его речь была не особо уверенной, но она подбодрила напарников, позволив продолжить путь. Пройдя грот, они дошли до противоположного конца моста и — не без труда — втроем навалились на многовековые, старые двери. Те звучно заскрипели, медленно отворившись, и перед ними предстал длинный, широкий коридор, где стены покрывали древние фрески. — Это Зал историй! — радости Дайнасы не было предела. — Мы нашли его! И с губ всех троих сорвался облегченный выдох.

***

Зал истории встретил их таинственной тишиной. Здесь не было ни бандитов, ни пауков, ни драугров, и потому это место казалось безопасным, даже уютным. Аскеладд проходил мимо фресок, едва касаясь их пальцами. Сотворенный Дайнасой светлячок холодным сиянием освещал изображения, выбитые в стенах мастерами прошлого; многие элементы различались от картины к картине, но сюжет оставался неизменным: древние норды несли гробы с своими умершими, а в центре изображения стоял бог или богиня, окруженный своими тотемными животными. — Как странно не в-видеть среди них изображения д-драконов. — заметил Аскеладд. — Значит, этот храм направлен на поклонение всем древненордским богам, не только драконам. — предположила Дайнаса, всматриваясь в изображения вместе с мужчиной. — То есть ты считаешь, что драконы были наравне с их богами? — послышался насмешливый голос Гаррета со стороны — ему было совершенно неинтересно смотреть на древние картины, и потому он уже стоял в другом конце зала. — Мне казалось, что наоборот. — Почему? — Ну ты видела хотя бы, как выглядит Ветреный Пик? Везде эти изображения драконов! Клянусь, я насчитал десять монументов, похожих на драконьи бошки, пока мы поднимались вверх к храму! — А еще там были головы орлов. Знаешь, пройдя этот храм насквозь, я с полной уверенностью могу сказать, что здесь норды времен Первой Эры поклонялись своим…как тогда выразился Толфдир? Вроде бы Атмора…да, точно! Атморским божествам они поклонялись! И драконы были в их числе! — Да, только драконы стояли во главе угла. А все почему? Потому что они — реальны, в отличие от других богов. Поэтому храм — драконий. — Хорошее умозаключение. Возьми с полки сладкий рулет. — ответила Андарен саркастично, на что Мелиорис показал язык. Аскеладд улыбнулся, покачал головой — его забавляло то, как они, словно дети малые, спорили между собой, но без злобы, будто не было между ними всех тех ссор и вражды. — З-зато мы точно можем сказать, что фрески они делали к-красивые. Мужчина обвел взглядом коридор, и улыбнулся. — Саге б-бы понравилось здесь. — Кому? — спросила Дайнаса, с любопытством глянув на него. Тот замялся. — …Моей сестре. Точнее будет с-сказать, что она кузина, д-двоюродная сестра. Но мы с ней очень б-близки. — Она интересуется искусством древних нордов? — оживился Мелиорис. — Не т-только. Искусством нашего края и д-других народов вообще. Еще пела и т-танцевала — Драконий Язык тепло улыбнулся. — Н-никто не мог с ней с-сравниться в Фолкрите. Но она хотела бы-быть лучше. И о-отправилась в-в Коллегию Бардов в Солитьюде, — он помрачнел, вспоминая их последнюю встречу. — …Вот только п-почему она покинула её? Почему б-была в Хелгене? — Это она умоляла генерала Туллия тебя помиловать? — Д-да. — Она очень смелая. — уважительно отметил Гаррет. — Не каждому хватит наглости перечить самому Туллию. Но эти слова были пропущены мимо ушей. Мужчина шел и неотрывно смотрел на резную стену, на сцены похорон и думал лишь об одном. — Она выжила после нападения? Вопрос Андарен привел его в чувство, и Аскеладд остановился. Пальцы касались тонких линий, образовывавших узор на гробе покойника. — Не-не знаю. Я в-видел, как она убегала через г-городские ворота. Я о-очень надеюсь на то, ч-ч-что… Но д-д-даже если и так…она может быть г-г-где угодно сейчас, — голос предательски дрогнул. — Это не-неведение п-п-п…п-пугает меня. Он судорожно вздохнул, отойдя от фрески. Зажмурился — глаза защипало от слез. Мысли шумным потоком заполонили голову, закрывая от всего вокруг. Жива ли она? Цела ли? Может, она добралась до города — до Вайтрана или Данстара, или даже вернулась в Солитьюд? А может лежит там, под обломками Хелгена, сожженная дотла? А может она просто не хочет, не может его видеть. После всего, что произошло, она имела на это полное право. Только сейчас он осознал: то чувство подавленности, что не покидало его последние дни, что стянуло сердце жесткой веревкой и не давало вдохнуть полной грудью, было ничем иным кроме как тоской. Желанием увидеть её вновь. Хотя бы на миг. — Аскеладд. Дайнаса подошла к нему, взяла за руку. Аккуратно, ему показалось, что даже по-родному мягко. И посмотрела в глаза, понимающе, решительно. — Когда близкие люди очень скучают друг по другу, они стремятся к тому, чтобы увидеться вновь. Если она правда жива — а я уверена, она жива — она обязательно найдет тебя. Или ты найдешь её. Таким вещам суждено сбываться, поверь мне. Он ничего не сказал, лишь шепнул губами «Спасибо». Потому что груз, лежавший на плечах, стал чуточку легче. Аскеладд дошел до последней фрески и вздрогнул, увидев бога, а над ним — дракона. — Видимо, ты был не прав: все-таки драконы здесь изображены, — усмехнулся Гаррет, а затем призадумался. — Только…в присутствии Акатоша? — Это, на самом деле, логично, — начала разглагольствовать Дайнаса с видом всезнающего учителя. — Нынешний пантеон богов Скайрима произошел от не только от общепринятого сиродильского, но и древненордского или, как я уже упоминала, атморского. И у них был свой Акатош, свой бог-дракон, который породил других драконов. Однако иной вопрос — в чем был смысл поклоняться драконам, если есть их отец? — Чтобы н-не г-гневить их. Пред ними предстала громадная, темная дверь, в которой были высечено четыре круга. Центральный круг имел специфичные выемки, а три остальных — изображения разных зверей. Аскеладд приложил коготь к двери, и выемки совпали с ногтями на золотой лапе. — Все т-так, как писал Арвел. К-коготь — это ключ. Но м-меня смущают эти с-странные круги. — Полагаю, чтобы коготь открыл дверь, нужно…что-то сделать с этими кругами? Дайнаса коснулась одного из кругов, приложила руку. Поверхность под ладонью мелко задрожала. Женщина с сосредоточенным выражением лица двинула рукой, приложив усилие — и круг также двинулся, изменил изображение. — Понятно. Надо их выстроить в нужной последовательности. — Напомните-ка мне, что там этот быстроногий засранец писал у себя? — Гаррет забрал дневник у Драконьего Языка и долистал до нужной страницы. — «…решение — у тебя на ладони». Так и не понял, что он имел ввиду. Аскеладд пожал плечами, вертя в руках коготь, и вдруг присмотрелся, заметив что-то странное на оборотной стороне. Три высеченных кружка блестели при свете светлячка, а в них — фигуры зверей: медведя, мотылька и совы. — Эм…мне к-кажется, я з-знаю ответ. — А? В смысле? Гаррет недоуменно взглянул на него, но когда увидел коготь, то все понял. Крик разнесся по залу, передавая все его возмущение и удивление. — Да они издеваются, что ли?! Подсказка прямо на ключе! Кто так делает вообще?! — Может, им было плевать на безопасность после той кучи ловушек, что они понастроили. А может, ключ носили с собой только верховные жрецы и для удобства они сделали подсказку. Кто их знает, этих предков! Андарен выстроила картины в нужный ряд и отошла подальше, позволяя Аскеладду приложить коготь к двери еще раз. Они услышали, как древние механизмы заскрипели где-то внутри стен, и дверь с тихим треском начала спускаться вниз, обнажая вход в святилище. — Ну ч-что? Идем?

***

Их шаги разносились по огромному залу гулким эхом, звонко отталкивающимся от стен. Святилище было высечено прямо в пещере, так мастерски, что одновременно выделялось и сливалось с природным ландшафтом. Гладкие плиты проходили вдоль десятков каменных гробов; неровный темный потолок, состоящий из разных пород, давил на путников своей массивностью. Но более всего их поразил центр зала. Здесь пробивался свет предрассветных сумерек с поверхности, и в нем, на возвышении, стояла полукругом стена, покрытая крупной резьбой. Аскеладд поднялся по лестнице и подошел к ней ближе. — Ч-что…это? — Ну…это стена, — Гаррет произнес это с таким снисходительным тоном, что его спутники невольно закатили глаза. — И, кажется, на ней высечен какой-то текст. Парень стал ходить вдоль могил, ища способ, как их открыть, пока Драконий Язык сидел и рассматривал древние надписи на неизвестном языке. — Скрижаль точно где-то здесь! — Дайнаса обошла саркофаг, находившийся рядом со стеной. — Это место, должно быть, главное святилище. Здесь обязаны храниться самые важные вещи для драконопоклонников! — Вместе с ними в могилах! — закончил за неё Гаррет, пробежав по лестнице к напарникам. — Предлагаю заняться не очень хорошим, но крайне необходимым делом — вскрытием гробов! — Ты уверен, что это безопасно? — усомнилась женщина, буравя взглядом массивную крышку гроба. — Мы прошли через катакомбы, полные драугров! Каков шанс, что, вскрыв могилу, мы не потревожим еще одного? — Минимален, но нас трое, а он один. Как-нибудь управимся. Аскеладд! Кончай глазеть на эти царапки настенные и помоги мне отодвинуть крышку! — Мне кажется, это слово мне знакомо… — мужчина провел рукой по черте, неровной и косой, как если бы её нацарапал огромный зверь. Древнее слово — не было сомнений в том, что он правильно определил ряд таинственных символов именно как слово — манило, тянуло в пучины раздумий о своем значении, о своем звучании. И он понимал — он видел это слово раньше. — Аскеладд! — Ладно, иду! — Драконий Язык встрепенулся и, встав на ноги, пошел к ним. Втроем — Андарен все же решилась помочь им — они стали двигать тяжелую могильную плиту. Та поддавалась с трудом, но в конце концов рухнула на землю, показывая миру мертвеца, уложенного в саркофаге. Тонкая кожа облепила череп, белоснежные челюсти были сомкнуты, а руки сложены на груди, как подобает упокоенному. Он — а это был когда-то мужчина высокого роста — лежал в превосходных стальных доспехах, с мечом у ног, и было ясно сразу: это — знатный воин, удостоившийся чести быть похороненным в святая святых Ветреного Пика. — Ничего нет…– разочарованно выдохнула Дайнаса. — Как же так? — Дэйдра, а я так надеялся…! — Гаррет ударил по краю саркофага. — Придется другие гробы вскрывать! Внезапно в пустых глазницах вспыхнул голубой свет. Покойник с треском распахнул свои челюсти, оглушительно закричав. — FUS — RO — DAH! Ударная волна отбросила их в разные стороны. И пока они, пытаясь прийти в себя и подняться на ноги, драугр выбрался из могилы, подобрав свой меч. — Б-Б-Б–БЕЖИМ! Они вскочили, бросаясь врассыпную, как было с пауком, но в этот раз плана не было. Самым шустрым оказался Гаррет. Он быстрее всех сбежал вниз, остановившись только когда достиг других гробов. Аскеладд же кубарем скатился с лестницы, но в целости и сохранности добрался до него, а Дайнаса срезала путь, спрыгнув с каменного уступа к ним. Покойник не стал догонять. Он стоял на возвышении, размахивая на мечом и утробно рыча. — Не…необычный драугр, однако, — Мелиорис нервно хихикнул. — Но я думаю, мы втроем его сможем побороть…верно? — Если…если действовать сообща, то, возможно, мы его одолеем! — заявила волшебница, соединяя руки, светящиеся от фиолетовых всполохов, готовясь метнуть в противника молнию, как неожиданно отпрыгнула в сторону от очередного крика. — Qiilaan us dilon! — скрипучий, но громкий голос драугра разнесся по залу. От следующего крика пришлось спрятаться за ближайшим саркофагом. — Зараза, как он это делает?! — Гаррет звучал истерично, взгляд бегал по святилищу в надежде найти спасение — Как он сшибает нас с ног одним лишь криком?! — Не знаю! — Дайнаса была также ошеломлена, не в силах вспомнить ничего похожего, о чем она могла бы знать или слышать в Коллегии. — Но если мы не найдем способ, как с этим чудищем справиться, он нас прикончит! — П-Почему он не идет? — Аскеладд пристально смотрел на драугра. Мертвец и вправду не двигался с места, будто чего-то ждал. И воин понял. — Он жаждет ч-ч-честного поединка. — Чего? — Гаррет чуть не подпрыгнул на месте. — Шеогорат тебе разум затмил?! Какой к дэйдра поединок?! — Он прав — это безумие! — Дайнаса была в шоке не меньше Мелиориса. — Думаешь, он пойдет с тобой сражаться один на один? — Другого в-в-варианта нет. Я д-должен рискнуть. Аскеладд вышел из укрытия и направился к ходячему трупу. Тот стоял неподвижно, взирая горящими глазами на соперника. Но как только воин дошел до площадки и, встав в стойку, достал оружие, резко атаковал. Драконий Язык никогда не был искусным воином. Он махал топором скорее так, как привык делать при рубке деревьев, но здесь, в бою с настоящим бойцом, явно тренировавшимся не одно десятилетие, ему пришлось вспомнить все наставления отца, что он когда-то получил. Бой шел тяжело. Драугр оказался слишком проворным: поначалу еще удавалось легко блокировать удары, однако стоило Аскелладу почувствовать легкую усталость, как покойник снова применил крик, сбив его с ног, и только моментальное уклонение позволило мужчине избежать гибели от меча. И схватка продолжилась, и он продолжил проигрывать. Кольчуга была разорвана в нескольких местах, как и стеганный поддоспешник, на оголенной руке — глубокая рваная рана, полученная от кривого нордского клинка. От этого двигать рукой стало трудно, а мертвец и не думал сдаваться. Он, будто в издевку, обрушивал на него крик раз за разом, наблюдая, как он встает и подбирает топор, и вновь нападая. В конечном счете драугр загнал его к стене и смог выбить оружие из рук. Аскеладд прижался спиной к холодному камню, прощаясь с жизнью. Неожиданно сзади покойника мелькнул чей-то силуэт. Сверкнула сталь — и короткий клинок вошел в шею. Тонкая кожа порвалась, лезвие легко прошло через мертвую плоть под ключицу. Драугр качнулся, повернул голову и встретился взглядами с Гарретом. Тот понял, что кинжал не остановил ходячий труп, а только разозлил, и тут же увернулся от удара меча. И плут бы не смог удрать от следующего взмаха клинка, если бы не Дайнаса, обхватившая мертвеца сзади. Электрический разряд прошел через мертвое тело насквозь, и, как только волшебница освободила его из объятий, воин прошлого упал на землю и больше не встал. Свет в глазах потух, от трупа пошли тонкие струйки дыма. — Неужели ты правда думал, что ты останемся в стороне и позволим тебя убить? — Мелиорис протянул руку шокированному Аскеладду, усмехаясь. — Н-но…это не-не-нечестно! — возмутился тот, встав на ноги с его помощью. — Это на-нарушение правил п-п-поединка! — Он – мертвец с криками, сшибающими с ног. Он уже воевал нечестно! — У него было преимущество, — согласилась Дайнаса. — А мы смогли уравнять силы. Только и всего. Она подошла ближе, обеспокоено рассматривая его руку. — Ты в порядке? У тебя глубокий порез. — П-пустяки. Сейчас выпью зелье и все п-п-пройдёт. — Тогда я поищу его в сумке. У нас должно было остаться еще четыре. — Т-три, — на её вопросительный взгляд он виновато потупил взор. — Одно я выпил, после той драки с бандитами…до вашего освобождения. Женщина ничего не ответила — лишь устало потерла переносицу и достала флакон с отваром из сумки. — …Тогда нам придется быть экономнее. Это последние. Выпивать маленькими глотками, не выливать на рану. Драконий Язык принял в руки бутылку и сделал небольшой глоток. Рана мгновенно затянулась, не оставив и следа. — Т-теперь можно продолжить искать… — Скрижаль! Гаррет смотрел в могилу убитого драугра, на дне которой лежала плита с выгравированной золотом картой. — Боги, это и вправду она! — он попытался поднять плиту, но оставил на месте: ему не хватило сил. — Ого…а она довольно тяжелая… — Я п-помогу! — Аскеладд не без труда вытащил скрижаль из саркофага. — Наконец-то можно возвращаться в Вайтран, — Дайнаса довольно улыбнулась, но её лицо тут же омрачилось. — А…нам же еще до выхода надо дойти. — Погодите-ка, а это что за рычаг? — Мелиорис уже стоял напротив кольца на цепи, которое нашел позади стены. Не сдержав любопытства, он дернул за него, и послышался треск — находившая рядом каменная глыба отодвинулась и обнажила проход в темный узкий коридор. Заглянув туда, парень ахнул и закричал: — Идем сюда! Напарники бросились вслед за ним и, пробежав через пещеру, вышли у подножия горы. — То есть все это время у них был короткий выход наружу?! — Гаррет крутил головой, смотря то назад, в пещеру, то на расстилавшееся перед ними озеро, над которым уже показались первые лучи рассветного солнца. — Я…я просто…у меня нет слов. Аскеладд и Дайнаса переглянулись и синхронно кивнули — такого расклада событий они явно не ожидали. Парень еще какое-то время постоял на месте, а потом встрепенулся и улыбнулся напарникам, решительно и смело. — Ладно, забыли. В любом случае — идем! Нас ждёт Вайтран!