Наказание

ГДЕ-ТО ЗА СТЕНОЙ Сейчас Огромный дракон приземлился перед Джоном. — Что ты здесь делаешь? — он приблизился к зверю. В ответ последовал тихий рык и пристальный взгляд в глаза. Дракон смотрел ему прямо в душу, Джону казалось, что тот его понимает. — Я делаю то, что ты не закончил, — Джон отвернулся. — Тебе стоило сжечь меня в Королевской Гавани за то, что я сделал. Дрогон издал протяжный рык и наклонился, как бы приглашая его сесть к себе на спину. Джон не понимал, чего тот от него хочет. Это было странно. Он и раньше задавался вопросом, почему Дрогон сохранил ему жизнь, но то, что происходило сейчас, совсем не имело смысла. — Может, ты ищешь нового наездника? — с вопросом Джон погладил его морду. — Прости, но я не могу, я не должен. Дрогон ещё раз рыкнул и отстранился, через мгновение взмыв в небо. Джон проводил его взглядом и вскоре обернулся к петле. Наконец просунув в неё голову, он закрыл глаза и толкнул пень под ногами. Он повис с резким хрустом натянутого каната. Джон начал биться в судорогах. Воздух не поступал в лёгкие, шея ужасно болела, а сердце бешено колотилось. Глаза начали закрываться…                                  **** ГДЕ-ТО В ЭССОСЕ 7 месяцев назад Дэни стояла на пороге дома, вглядываясь в местные пейзажи. Тёплый ветер обдувал лицо и трепал серебристые волосы. Надо их покрасить, — подумала она. Дейнерис была права: сейчас слишком опасно возвращаться в мир. Она не знает, кто ей предан, а кто только притворяется. Она теперь вообще ни в чём не была уверена, только в том, что хочет защитить своего ребёнка. Прошло несколько дней с тех пор, как она вернулась. Она чувствовала себя значительно лучше, хотя и не была полностью здорова. Дэни не могла не думать о том ужасе, что сотворила в Королевской Гавани. Она не могла поверить, что способна на такое — это было безумием. Она себя никогда не простит. Из мыслей её вырвала Кинвара. — Моя королева, — та подошла и встала рядом, — куда вас занесли мысли на сей раз? Вы можете со мной поделиться, если желаете. — Я думала о том, что сделала в столице. Я… до сих пор не могу поверить, это была не я. — Все мы способны на ужасные вещи, даже если этого не подозреваем. Вы потеряли многих за столь короткое время, вы чувствовали себя потерянной, загнанной в угол. А человек, загнанный в угол, способен на многое. — Это не оправдание, — решительно сказала Дэни. — Вся моя жизнь, вся моя сила и власть строились на милосердии, на том, что я защищаю простых людей, а не сжигаю их тысячами. — Дэни сглотнула ком. — Какая я королева после этого? Достойная замена своего отца, — промелькнуло в мыслях. — Вы можете вечно корить себя за то, что случилось, но что толку? Время вспять не обратить. Что должно было случиться — случилось. И тем более, если вас это утешит, это была не полностью ваша вина. Дэни нахмурилась и вопросительно взглянула на стоящую рядом жрицу. — Всему своё время, Королева,вы всё поймете — с хитрой улыбкой ответила Кинвара. Они стояли какое-то время глядя в даль, пока Дэни не прервала молчание. — А что вы имели в виду, — Дейнерис взглянула на неё, — когда сказали, что у дракона три головы? — Вы не единственная, в чьих жилах течёт кровь дракона, моя Королева. — Кого ты имеешь в виду? Джона? — Дэни не понимала. — Откуда ты знаешь, кто он? Кинвара понимающе кивнула. — Мы знаем многое, Королева. Иногда Владыка являет в пламени секреты, неведомые никому. Он явил нам трёх наследников крови древней Валирии. — Но кроме нас с Джоном не осталось живых Таргариенов. Может, ваш Владыка имел в виду нашего ребёнка? Может, вы ошиблись? — Дэни не могла игнорировать слова жрицы, не сейчас. Они вернули её к жизни, она умерла, и они вернули её, так же как и Джона. Она помнила его грудь и пресс, увенчанные глубокими порезами. Это не укладывалось в голове. — Скоро узнаем, — загадочно ответила Кинвара. Дейнерис не могла прочитать по её лицу, что та думает. Она многое слышала о красных жрицах, об их Боге, но не знала их мотивов, причин и целей. Многое она не понимала, но всё же не могла отрицать, что у них есть сила и что их Бог, кем бы он ни был, существует.                                     **** ЗА СТЕНОЙ Сейчас — ДЖОН! — раздался громкий крик. Джон слышал его на краю угасающего сознания. — Что ты, мать твою, наделал, ублюдок?! — яростный голос приближался, пока Джон продолжал задыхаться, барахтаясь. Вскоре сильные руки подхватили его ноги и приподняли выше. Он перестал задыхаться, но всё ещё был не в себе. — Держись! Щас… — человек попытался перерезать петлю, но явно не дотягивался. Ему пришлось снова отпустить Джона и встать на перевёрнутый пень, чтобы срезать его. Через секунду тот плюхнулся плашмя на рыхлый снег. — Тормунд? — еле выговорил он. — Я тут, дружище, держись, всё будет хорошо, — одичалый пытался привести его в чувства, но в глазах всё плыло. Джон был зол, что его остановили, но у него не было сил кричать. Он просто лежал и смотрел в пустоту, в то время как Тормунд проклинал его только ему известными ругательствами. — Что ж ты творишь? — Тормунд, кажется, начал успокаиваться. — Дай мне умереть, оставь меня, прошу. — Не-е-ет, лорд-командующий, не в мою смену, — Тормунд сплюнул и откинулся на локти, пытаясь отдышаться. Он дал себе и Джону какое-то время, а после продолжил: — Вставай, воронёнок, сегодня ты не умрёшь. Тормунд высвободил голову друга из петли и оглядел красную линию вокруг шеи. — Да, надо будет подлечить. Но жить будешь, — одним резким движением он поднял Джона с земли так резко, что у него закружилась голова, и он снова упал в снег.