ЧАСТЬ 13: СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ

КОРОЛЕВСКАЯ ГАВАНЬ — Какие новости, лорд Тирион? — настороженно спросил Бран, когда карлик вошёл в комнату. — Всё идёт согласно плану, войска начали прибывать в королевские земли, ваше величество. — Хорошо, очень хорошо. — Он помолчал какое-то время. — Что с Ярой Грейджой и её флотом? Когда они прибудут? Нам нужно быть готовыми, возможно, придётся переправлять войско частями через Узкое море. — Бран звучал как-то странно, необычно обеспокоенно и втянуто в процесс. Обычно он просто сидел в своём кресле и молча кивал, либо вообще никак не реагировал. — Я ещё не получал от них вестей, но думаю, что сир Давос сообщил бы нам, если что-то пошло не так. Бран кивнул, продолжая глядеть в широкое окно на всё прибывающие войска. — Ещё что-нибудь, ваша милость? — осторожно уточнил Тирион. — Вы свободны. — Бран не сдвинулся, когда Тирион вышел, всё ещё нервно вглядываясь в горизонт. Он действительно был сам не свой, и всё потому, что испытал давно забытое чувство страха, которое, как казалось, больше никогда не даст о себе знать. Всё началось две недели назад, он перестал видеть как раньше. Раньше он мог летать где угодно и даже за Узким морем. Он видел, как Джон пытался повеситься за Стеной, видел битву бастардов с высоты птичьего полёта, людей в прошлом и настоящем. Теперь же ему приходилось тратить вдвое больше сил на то, что он мог делать раньше, ему было всё труднее сконцентрироваться на людях, и, что хуже всего, он почти не видел их — его главный кошмар. Он перестал видеть малышей ещё с момента рождения, вороны как будто слепли, подлетая близко. С каждым днём дистанция от них всё отдалялась и нарушалась, и теперь он был фактически безоружен. Он должен был быть быстрее, надо было кончать с Дейнерис, когда она ещё была беременна, но, несмотря на всю свою мощь, время обратить вспять он не мог. МИЭРИН Дейнерис лежала в постели, ворочаясь с бока на бок. Разговор с Джоном не выходил из головы, и тепло его объятий всё ещё ощущалось на коже. Она хотела бы получить больше и чувствовала, что Джон хотел того же, но сдержалась. В целом они разошлись на хорошей ноте в тот вечер, что было правильно, им нужно было двигаться в этом направлении, чтобы справиться со всем этим. Неугомонные мысли всё же выдернули её из кровати, и она решила пройтись по пирамиде и проверить детей. Выйдя из покоев, она жестом приказала стражнику не следовать за ней и в тихом одиночестве направилась прямо в детскую. Зайдя в комнату, она сначала немного испугалась, увидев мужскую фигуру, но вскоре успокоилась, поняв, что это Джон, заснувший у колыбели. Она решила не тревожить их сон и, ещё немного побродив по коридорам и насладившись ночным видом города, вернулась к себе. Зайдя в покои, она услышала неожиданный звук — стражник зашёл за ней. Она недоумённо оглядела невысокого человека, не понимая его намерений. Стражник снял шлем и отбросил его в сторону, рука потянулась к подбородку, стягивая маску. На лице Дейнерис появилось выражение полного ужаса. Под маской стражника показались знакомые черты. — Арья? Что это, что ты здесь делаешь? — выдавила из себя Дейнерис, отступая к стене. — Я хотела спросить то же самое. — Арья угрожающе встала перед ней, держа кинжал за спиной. — Последнее, что я слышала, это как мой брат прикончил тебя. Это была ложь? — Нет, — Дейнерис сглотнула. — Так ты? — Арья многозначительно глянула на неё. Дейнерис решила унять все сомнения и, опустив ночной халат, показала рану на груди, прямо напротив сердца. Арья немного опешила, но убедилась в своей теории. — Я знаю, ты злишься и ненавидишь меня, я понимаю. — Оо, это вряд ли, — она подобралась ещё ближе, доставая кинжал из-за спины. — Дай мне хоть один повод не перерезать тебе глотку за то, что ты сделала. — Мне нет оправданий, — Дейнерис не собиралась бороться, она была готова принять смерть, она жаждала её в глубине души, даже несмотря на появление детей. — Я не знаю, что это было, я была будто сама не своя и не заслуживаю прощения, делай что должно, — она закрыла глаза. Навязчивое желание вогнать острие кинжала в глотку было сильным, но Арья, колеблясь, всё же отстранилась. Дейнерис выдохнула. — Я следила за вами по дороге на Миэрин, — проинформировала она. — Как долго? — Достаточно, чтобы осознать, что я ничего не понимаю. Дейнерис разжала кулаки и приготовилась пересказать события последних недель. — Джон был за Стеной, когда Дрогон прилетел за ним. Последние полгода я жила в городке под Волантисом, там меня и нашёл Джон. На город напали люди, — Дейнерис немного запнулась, она не знала, стоит ли озвучивать их опасения о Бране, точнее её опасения, ведь Джон всё ещё отказывался верить, что это был его брат. Она также не могла быть уверена, что Арья здесь не по его приказу. — В общем, мы смогли покинуть город во время бойни, и позже Джон с Тигровыми плащами смогли… — Я видела малышей, — прервала её Арья, историю дальше она знала. — Они… его? — Да, — коротко ответила Дейнерис. — То есть ты была беременна, когда он… — Да. — Он знал? — Нет, я и сама не знала. Арья выдохнула. Она оказалась в крайне затруднительном положении, и разговор с Дейнерис хоть и определил её приблизительные шаги, но всё же оставлял вопросы. — Тебя послал Бран? — не сдержалась Дэни. Арья медленно повернула голову и уже собиралась спросить, как в комнату ворвался Даарио. Арья отреагировала мгновенно, выставив Иглу перед собой. — Стой! — попыталась вмешаться Дейнерис, но тот уже бросился на Арью, которая, к его удивлению, парировала удар и в мгновение оказалась в выгодной позиции для бокового тычка, что вынудило его, пошатнувшись, отмахнуться от тонкого меча и адаптироваться под быстрый темп боя. Дейнерис была в ужасе и пыталась остановить их, она боялась представить, что будет с Джоном при худшем раскладе, когда он найдёт убитую сестру. Но Арья и не собиралась умирать, хоть ей и приходилось напрягаться, она уверенно держалась против Даарио и даже контратаковала. Они были почти равны по мастерству, и дело оставалось лишь за тем, кто первый выдохнется. К счастью, Дейнерис, подоспели ещё стражники, и кое-как ей удалось остановить их, пока не случилось что-то ужасное. Следом за стражниками в комнату влетел Джон с ошалевшими глазами. — Арья? — он шагнул ближе. Она улыбнулась. Повисла неловкая тишина. — Вы знаете друг друга? — Даарио стоял в защитной позе перед Дейнерис, хоть она и пыталась его сдвинуть. — Это моя сестра, — ответил Джон. — Что ты здесь делаешь? Даарио иронично усмехнулся. — Ну и семейка, — прокомментировал он. — Что произошло? — Мы нашли мёртвого стражника, вот что произошло, и твою сестру в покоях королевы с оружием, — объяснил Даарио. Серый Червь, стоявший рядом, посмотрел на Джона с какой-то небывалой ненавистью. — Она должна умереть, — наконец сказал он. — Ты это решил? — спросила Арья. — Ты хотела убить королеву, — прошипел Серый Червь. Дейнерис никогда не видела его настолько взбешённым, он едва сдерживал ярость и был на грани. — Хотела и хочу, — спокойно парировала Арья, — ваша королева сожгла кучу людей у меня на родине, или ты забыл?Для командира безупречных этого признания было достаточно, чтобы убедиться в мысли, что на этот раз его королева поступит правильно и накажет тех, кто этого заслуживает, и поэтому в последующие её слова он сначала не поверил. — Отпустите её, — громко приказала Дейнерис. Стражники выпустили Арью из крепкой хватки. — Я знаю, почему ты злишься, и поверь, не проходит и дня, чтобы я не винила себя за то, что случилось. — Она наконец-то вышла из-за спины Даарио и встала напротив Арьи. — Но я клянусь тебе, что я не тот человек, что раньше. — Она посмотрела на Джона, тот напряжённо переводил взгляд то с одной на другую. Дейнерис выдохнула и продолжила. — Если… если мы попробуем забыть наше прошлое, может, мы оба сможем начать новую жизнь. — Она умоляюще глядела на Арью. Та, кажется, задумалась. Она не забудет ничего, но ради её племянников… — Идёт. — Арья слегка кивнула, как бы скрепляя договор. Джон громко вздохнул. Он благодарно кивнул Дейнерис и вывел сестру из комнаты. — Этим людям нельзя доверять, королева, — процедил Серый Червь, когда Джон и Арья вышли. — Он прав, — добавил Даарио. — Один тебя убил, а у второй почти получилось, ты окружаешь себя врагами. — Дейнерис закрыла глаза. Она так устала, ей уже не хотелось ничего оправдывать или защищать, она хотела просто закрыть глаза и не слышать всего этого. — Нам надо двигаться дальше. Всем нам. Если я хочу простить себя, мне сначала нужно простить их. — Она засыпала на ходу, силы словно покидали её, и она пыталась объясниться короче. — Позаботься о ней, — обратилась она к встревоженной служанке. Та робко поклонилась. — Оставьте меня одну, — устало добавила она. Серому Червю ещё много чего хотелось сказать, но Даарио понял, что сейчас не лучший момент, и вывел его из покоев, напоследок задержав взгляд на Дейнерис. Когда последний человек покинул помещение, Дэни плюхнулась на кровать и опустила тяжёлую голову на подушку, проваливаясь в сон. Джон вёл Арью по коридорам великой пирамиды. Наконец-то они остановились, и он смог разглядеть её с головы до ног. — Ты повзрослела, — заметил Джон. — А ты всё такой же, — улыбнулась Арья и кинулась ему на шею. — Я скучала. — Джон обнял её ещё крепче. Следующий час Арья посвятила пересказу всех её приключений к западу от Вестероса, в процессе где-то раздобыв вино. Она рассказала про свою команду, про новые земли, почему они вернулись. Потом то, как она вышла на их след у Волантиса и как в конечном итоге оказалась здесь. — А потом она спросила меня о Бране, — закончила Арья. Джон чуть не поперхнулся вином, и стакан пришлось отложить. — Джон, что происходит? — серьёзно спросила она. Он помотал головой. Она требовательно ткнула его в бок. — Дейнерис думает, что это Бран послал тех наёмников. — Что? Зачем? — Красная жрица сказала, что теперь он… — Джон замялся, Арья вопросительно глядела на него. — Помнишь, он сам говорил, что он теперь не Бран, — начал он, — Кинвара сказала, что он теперь трёхглазый ворон или что-то такое, — Джон старался вспомнить всё, что говорила об этом Дейнерис. — Что он хочет убить её и детей из-за какого-то пророчества, — Арья возмущённо фыркнула. — Джон, он наш брат, он бы никогда этого не сделал. — Я тоже на это надеюсь. — Надеешься? Как ты можешь о таком даже думать? — Арья, я не знаю, я ничего не знаю, — он повысил голос, — я не понимаю, что происходит и кому это надо, но я уже не могу ничего отрицать. Она была мертва — он указал куда-то в сторону пирамиды, — потом ожила и родила мне двух детей. Я был мёртв и ожил. Это не кажется тебе невозможным? Ты же помнишь, что он говорил, каким он стал. Если Кинвара и Дейнерис так думают, то я должен хотя бы рассмотреть этот вариант, ведь они явно знают что-то, чего не знаем мы. Я тоже не хочу верить, что мой младший брат послал убийц за моими детьми, но я должен быть готов. Арье это не нравилось, но она видела страх в глазах брата и всё же решила его выслушать. Джон пересказал ей видение Дейнерис, пророчество про принца, что был обещан, и как с этим связаны их дети. — Не забывай, что Бран всё ещё наша семья, как бы там ни было. — Они тоже моя семья, — парировал Джон. — В любом случае нам надо узнать, что происходит за Узким морем, перед тем как что-то предпринять. Весь город гудел, и без того переполненные улицы стали словно ещё многолюдней. Всё готовилось к предстоящему турниру, кроме местных бойцов стекались также известные и малоизвестные воины вольных городов и залива Дракона. В город прибыли даже переселенцы из Вестероса, представители когда-то знатных домов, бежавшие рыцари или просто искатели удачи, все хотели поучаствовать в грандиозном событии. Дейнерис стояла на балконе, глядя на город, из бойцовской ямы валила пыль, работы продолжались день и ночь, площадку расширяли и готовили для предстоящих игр. Её волосы блестели платиной на солнце, несколько локонов падали на лицо, она наконец-то вымыла надоевший красный краситель и была рада своему цвету. — Моя королева, — Даарио вошёл в комнату. — Да. Он подошёл поближе, оглядывая её с ног до головы. Она знала этот взгляд. — Тебе идёт. — Я знаю, — Дейнерис снова повернулась к городу, — у тебя есть новости для меня? — Турнир начнётся завтра, мы рассчитываем на двадцать тысяч человек на трибунах. — Охрана? — Городская стража, мои люди и безупречные — все приведены в готовность, почти полторы тысячи солдат будут патрулировать арену и ещё столько же город, если кто-то попробует напасть, это будет их единственный шанс. — Хорошо, — Дэни задумалась. — Удвой охрану у детской. Даарио кивнул, но не ушёл. Он продолжал стоять, разглядывая её сзади, она могла чувствовать его взгляд. Даарио подошёл ближе, нежно касаясь её руки, Дейнерис отодвинулась. — Что ты делаешь? — Я скучал, — он уже в открытую гладил её по предплечью. — И я знаю, ты тоже этого хочешь. — Я хочу, чтобы ты выполнил мой приказ, — остановила она его, — я уже не та, что раньше, Даарио, и я не заинтересована. Он удивлённо глядел на неё. — Это из-за него? — Даарио хмыкнул. — То, что он отец твоих детей, не значит, что ты ему должна. Дейнерис сжала кулаки. — Иди, Даарио, — спокойно сказала она в момент, когда в комнату вошёл Джон. Даарио обернулся, и они встретились глазами, его рука всё ещё плотно обхватывала её предплечье, и Джон скользнул взглядом по этой сцене. Что-то зашипело внутри, отдаваясь громким стуком сердца, Даарио ухмыльнулся. — Как прикажете, королева, — он прошёл мимо, подмигнув Джону напоследок, тот еле сдержался, чтобы не совершить глупость, о которой потом будет жалеть. Дверь хлопнула, и он с вопросом посмотрел на неё. — Он докладывал мне о турнире и… — она замялась. Джон поднял брови. — Ничего, так что ты хотел? — она попыталась перевести тему. — У меня был разговор, но если ты занята, я не буду мешать, — раздражённо сказал он. — Джон, не начинай. Он хмыкнул, продолжая молчать. — Так ты скажешь, что такое, или мы будем дальше так стоять? — она развела руками. — Я думаю, пришла пора тебе создать свою королевскую гвардию. Дейнерис удивилась. — Сейчас нам это нужно как никогда раньше, выбери самых доверенных и лучших бойцов и назови их гвардейцами. — Это хорошая мысль, — согласилась она. — Но стоит ли соблюдать все эти формальности? — Это не формальности, это стимул. Престиж. Да, они служат тебе, но если ты дашь им цель и особое положение, они послужат куда лучше. — Это действительно хорошая мысль, не думала, что тебя так заботит моя безопасность. — Она поняла по его лицу, что сказала лишнее. — Джон, я не это имела в виду, — начала она, но Джон остановил её неожиданным поцелуем. Дейнерис вскоре ответила на него, скрестив руки вокруг его шеи, она полностью отдалась нарастающим чувствам и отбросила все сомнения. Через тонкие одежды, отделяющие их, Джон мог чувствовать, как учащённо бьётся её сердце, он улыбнулся ей в губы. После очередного длинного поцелуя они расцепились, переводя дыхание. Джон смотрел ей в глаза, пытаясь увидеть в них протест или отвращение, но ни того ни другого в них не было, это были те же глаза, что и тогда на том судне на севере, — страсть и знакомая теплота. Они глубоко дышали, пытаясь перевести дух и понять намерения друг друга. Дэни потянулась к его рубашке, стягивая через голову, чёрная ткань упала на пол, обнажая уже знакомые шрамы. Белое платье спало с плеча, куда Джон приземлил поцелуй, нежная кожа шеи так и манила, и он неторопливо покрыл поцелуями всё от ключицы до скул, очередной поцелуй в шею выдавил из неё громкий стон. Джон уже собирался снять платье, но в дверь постучали. Дейнерис быстро натянула платье обратно, пока Джон пытался просунуться в рубашку, через мгновение в комнату нерешительно зашла Кифа. Растрёпанные волосы и раскрасневшиеся лица выдавали их, но Кифа что-то заподозрила ещё будучи в коридоре, где стоны были прекрасно слышны. Кифа, густо багровея, попыталась вспомнить, почему пришла: — Королева, я… — она запнулась. — Дейнерис, дорогая, для тебя просто Дейнерис, — она искренне улыбнулась девице. — Ты хотела что-то сказать? — Да, серый Червь просил передать, что неизвестные корабли приближаются с моря, сказал, что у нас полчаса. Лицо Дейнерис потускнело, Джон свёл брови и опёрся о стул. — Скажи ему, что я скоро буду, — Кифа быстро поклонилась и почти побежала прочь. Джон и Дэни переглянулись, возбуждение как рукой сняло. — Думаешь, это оно? — Не знаю, но, что бы там ни было, я с тобой, — уверенно сказал он. **** Тигровые плащи шли за Джоном мимо строящихся рядов солдат и фортификаций. Лучники на стенах города, впереди на берегу выстраивались ряды безупречных, а всадники седлали лошадей, все готовились к возможной атаке. Люди в панике забегали в город и прятались по домам, никто толком не понимал, что происходит и кто нападёт, но пятьдесят кораблей уже были в непосредственной близости от берега, и гадать о намерениях столь большого флота было безопаснее из-за крепких стен. Дейнерис стояла рядом с Дрогоном, нервно теребя пальцы. — Ты сделал? — спросила Дэни подошедшего Джона. — Я поставил десятерых плащей в комнату и столько же стражи снаружи. — Твоя сестра? — Там же. Дейнерис выдохнула, она не могла не думать о детях, после рассказов Кинвары и Реи у неё, казалось, начала развиваться паранойя. Тем не менее почему-то факт того, что Арья была там с ними, её немного успокоил. Им также наконец удалось разглядеть паруса — кракен. Вскоре первый корабль причалил к берегу. Сухой треск деревянного судна о камни и гул ветра — единственные звуки, что остались в это мгновение. С корабля спрыгнуло несколько человек, безоружных, Джону что-то показалось в них знакомым. Вскоре группа из нескольких человек двинулась вперёд, и Джон с Дейнерис вышли им навстречу. Чем ближе они подходили, тем сильнее у Джона перехватывало дыхание. — Королева, — обратилась к ней женщина, которую Дейнерис не сразу узнала. — Яра? — наконец дошло до неё. — Так это правда, вы здесь, — обратился Давос сразу к обоим. Джон всматривался в старика, пытаясь уловить в нём что-то враждебное, но вскоре лицо старого контрабандиста смягчилось, и Джон одним рывком крепко зажал его в объятиях. — Что вы здесь делаете, что происходит? — спросила Дейнерис, явно запутавшись. — Ради вас. Сначала я не поверила, но этот старик, — она кивнула на Давоса, — подтвердил, что король собирает против вас войско. — Она протянула руку, как тогда в первый раз в Миэрине. — Если примете, я хочу снова служить своей королеве. Дэни пожала руку. — Спасибо, — сказала она дрожащим голосом. За ними послышался шум и звук чего-то тяжёлого, падающего на землю, вскоре из-за носа корабля показалась знакомая фигура, которую под руку вёл другой. — Не может быть, — пробубнил Джон. — Сэм, Джендри?! Сэм заметил своего друга и, хромая, побрёл к нему навстречу и крепко обнял, когда тот влетел в него, чуть снова не сбив с ног. — Что ты здесь делаешь? — Джон не скрывал восторга. — У меня тот же вопрос, — Дейнерис подошла ближе. — Я понимаю, почему Яра здесь, но вы трое… — она глянула на Давоса, Джендри и Сэма. — Неужели я должна поверить, что вы всё забыли? — При всём уважении, ваше величество, мы здесь в первую очередь ради Джона, и нет, я ничего не забыл, но я доверяю этому юнцу больше всех на свете, и если честь погнала его найти и защитить вас, то я не буду стоять в стороне, — закончил Давос. Она глянула на Джендри. — Я обязан вам всем, что у меня есть, ваша светлость, я стал лордом благодаря вам, — пожал плечами Джендри. Дейнерис повернулась к Сэму. — Я знаю, что между нами была вражда, ваше величество, — начал Сэм, — и я никогда не забуду вам ни отца с братом, ни кого-либо в Королевской Гавани, но если Джон здесь с вами, то и я буду. Тем более когда дело касается ваших детей, как я понимаю, у вас двойня? Поздравляю. У Дейнерис пробежал холодок по спине, по лицу Джона она поняла, что он испытывает схожие эмоции. — Как вы узнали? — спросила Дейнерис. — Король сошёл с ума, — без заминки доложила Яра. — Бран? — зачем-то уточнил Джон, ещё надеясь, что это какое-то недоразумение. — Да, твой брат, Джон, мне очень жаль, но с ним что-то не так, — Сэм понизил голос, — пока я был в столице, он только о вас и говорил, что очень жутко, ведь он обычно вообще не говорит. — Он собирает огромное войско, — добавил Давос, — Долина, Север, Штормовые земли, Дорн, Простор, Западные Земли — все, он созвал великий совет и провозгласил тебя врагом государства, и там же все узнали, что у вас дети. Я не смог это больше слушать и вышел, но они ещё недели обсуждали план вторжения. — План вторжения… — словно в тумане повторил Джон. Они какое-то время стояли так, обдумывая сказанное, остальные корабли, получив отмашку, стали причаливать, и напряжение спало. Сэм представил свою семью Дейнерис, Джендри и Джон разговаривали о его днях как лорда Штормового Предела, а Яра отдавала какие-то команды своим людям. Вскоре с одного из трапов сошла девушка с почти такими же фиалковыми глазами, как у Дейнерис, только её были чуть светлее. Она сразу обратила на себя множество взоров, и Давос представил её. — Ваше величество, по дороге сюда, кроме Сэма, мы подобрали ещё кое-кого. — Я Лиссара Дейн, королева, — девушка представилась в лёгком реверансе. Джендри получил тычок в бок от Давоса, когда заметил, что тот загляделся на леди. — Я рада познакомиться, — искренне ответила Дейнерис. — Я понимаю, что вы не ожидали кого-то вроде меня, королева, но я тут от лица своего кузена, Лорена Мартелла, у него и лорда Редвинна есть серьёзные сомнения насчёт… целесообразности этой войны, и он попросил меня быть его представителем. — Я рада иметь такую гостью, — Дейнерис взяла её под руку и повела в пирамиду. Разговор с прекрасной брюнеткой на удивление завязался легко, и Дейнерис сама не заметила, как пролетело время. Джон был в восторге, он помог устроиться семье друга, а после он с Сэмом, Джендри и Давосом отправились в ближайшую таверну и крепко напились в тот вечер, пересказывая все события последнего года. И хотя на задворках сознания и у Джона, и у Дейнерис маячила нависшая угроза, с не оставляющей их тревогой, они решили, что сегодня могут дать себе передышку. **** Ночь в пирамиде была громкой, тосты в честь прибывших и пьяное гудение не стихали до поздней ночи. Показав Лиссаре и Яре их покои, Дейнерис направилась в детскую. Зайдя, она застала Джона на балконе, глядящего на город. Дети мирно спали, и Дэни, нежно поцеловав дочь с сыном, стала рядом с Джоном. В нос ударил запах алкоголя, но Джон казался трезвым. Она не решалась начать разговор, и они какое-то время просто смотрели на ночной вид. — Я рад, знаешь, что они здесь, — начал он. — Я тоже, — согласилась она, не зная, что ещё сказать. — Я знаю, что тебе больно, это шокирует. — Он мой младший брат, Дэни, — с болезненной улыбкой сказал он, — или, по крайней мере, был. Сэм сказал, что он читал про это в цитадели, и если он то, что Сэм думает, то это очень плохо. — Джон покачал головой. — Арья знает? — Я специально привёл Сэма и Давоса, чтобы они рассказали ей лично, она, кажется, сначала не поверила, а потом просто ушла. — Ей нужно время. — Да, — согласился он. Они ещё недолго молчали. У Джона сжались кулаки, он понизил дрожащий от злобы голос, чтобы не разбудить детей. — Мой собственный брат желает мне смерти, смерти моей семье… — Что ж, к чёрту. — Она недоумённо посмотрела на него. — Если он желает войны, я дам ему чего он хочет, мне всё равно, кого он пошлёт, пришло время защищать мои интересы. — А твои интересы — это? — Моя семья, — он решительно посмотрел на неё, — к чёрту долг, к чёрту честь и славу, всем плевать. — У него всё кипело внутри. — Каким же я был глупцом… — Джон иронично усмехнулся. — Мой отец, мой брат умерли за свою честь, и я повторил их ошибку однажды, но больше не повторю. — Он взял её за руку. — Дэни, я обещаю тебе, я буду рядом, ты моя семья, они моя семья, — он кивнул на детей. — Даже если тебе придётся пойти против Брана? — она спросила взволнованно. — Если я не смогу его спасти, то да. В ответ он получил долгий поцелуй, на который с удовольствием ответил. — Я хочу, чтобы ты закончил то, что начал сегодня, — прошептала она и поманила за собой в другую комнату. Закрыв двери, она сняла с Джона верхнюю одежду и толкнула его на кровать. Она стянула с себя чёрное платье, и Джон застыл, глядя на шрам на груди. Вдруг похоть пропала, и он отвёл глаза. Она заметила и, сев рядом, потянула за подбородок, пытаясь поцеловать. Он отстранился, убирая её руку с лица. — Дэни, я не могу. — его голос дрожал. — Посмотри на меня, — она дёрнула его, поворачивая к себе. — Ничего уже не будет как прежде, но это не значит, что мы должны вечно наказывать себя. — Она положила его руку себе на грудь, там, где начинался шрам. Кожа покрылась мурашками от холодного прикосновения, и Джон осторожно провёл по рубцу, словно боясь, что он разойдётся. — Я люблю тебя, — сказала она, слезинка упала с щеки. Джон погладил её по лицу пытаясь унять бешено стучащее сердце. Тёплый поцелуй опустился на шрам, она вздрогнула. Дальше на грудь, покрывая сосок. Дэни закинула голову назад, выпячивая грудь вперёд и давая полный доступ. Вскоре последние одежды упали на пол, и Дэни забралась на него, плотно прижимаясь телами, они разделили ещё поцелуй. Тёплый свет догорающей свечи и холодный лунный отблеск были единственным, что освещало комнату. Джон опустил руку между её ног, медленно массируя самые чувствительные зоны. Она извивалась под его пальцами, чувствуя жар дурманящий голову.Рывком он перевернул их набок, пристроившись сзади, и одним неспешным движением вошёл в неё. Пальцы жадно впивались в талию, пока он медленно двигался в ней. Тёплые стенки туго обхватывали его с каждым толчком, впуская всё глубже. Они не торопились, им казалось, у них было всё время мира в ту ночь. Дейнерис тихо постанывала, подаваясь бёдрами навстречу, она чувствовала, как жар распространяется по телу и как всё больше влаги выделяет её промежность. Сердце бешено колотилось, а рука гладила его бедро. Ароматы близости заполонили комнату и зачаровывали, разжигая похоть ещё сильнее. Они сплелись в очередном поцелуе, когда фрикции усилились, она застонала от усилившихся ощущений, но он притянул её губы обратно, плотно прижимая к себе. Джон ускорился, когда почувствовал приближающийся конец. С каждым толчком новые волны наслаждения подкатывали всё ближе. Вдруг она резко выгнулась, и Джон почувствовал, как Дэни дрожит всем телом. Она плотно сжала его внутри, и вскоре он сам почувствовал нахлынувший экстаз, и, будь он сейчас на ногах, то точно бы не удержался. Он словно онемел от шокирующей разрядки, и всё его тело расслабилось, отдавая приятным чувством усталости. Дэни ещё какое-то время содрогалась от нахлынувшего наслаждения и тоже упала на кровать, приходя в себя. Он всё ещё был в ней, когда она поцеловала его. Он обнял её, желая закрыть своим телом, и, не говоря больше ни слова, они быстро начали засыпать под шум отдалённых звуков города.