Глава 7. В путь!

— Это Янли? — спросил Чжоу Цзин, не отрывая глаз от девушки у колодца. — Скорее всего, это Хуайли Цзин, — ответил Шунь Синь, уже глядя на выражения лиц учеников пика мечей. Их лица было плохо видно, так как огонёк, исходящий из руки Гао Фэна, резко погас. «Система, в этом мире есть Хуайли Цзин? В новелле об этом не говорилось, но такие существа часто встречаются в подобных произведениях… — подумала девушка, желая сделать фейспалм.» [В этом мире действительно есть Хуайли Цзин. В новелле это существо было упомянуто в 7 томе, но вы не дожили до его издания,] — ответила ей система. «А сколько томов всего? И что происходило в других частях?» — поинтересовалась девушка. [Всего девять томов, и вы пропустили множество значительных поворотных моментов в сюжете. Например, главный герой не будет с Мэй Хуа. Однако я могу рассказать лишь поверхностно, потому что мне… запрещено,] — посетовала ей Система. «А кто тебе «запретил»?» — спросила девушка, но Система не успела ей ответить, а может, просто не захотела. — Помогите, пожалуйста, я потерялась и не знаю, куда мне идти, — жалобным, но нежным голосом произнесла девушка у колодца. — Почему вы оказались ночью в глуши леса совсем одна? — спросил Шунь Синь, пытаясь найти в её словах недочеты. — Я пошла на поиски трав вечером, потому что моя матушка больна, а у лекаря их не оказалось. Он сказал, что отправится завтра на их поиски, но моей матушке стало хуже, и я отправилась одна без её ведома — иначе она бы слишком переживала за меня, — проговорила девушка у колодца, начав плакать. После небольшого затишья она успокоилась и добавила: — Потом я заблудилась и бродила по лесу, пока не нашла колодец. Но к тому времени уже стемнело, и я решила дождаться утра здесь, у колодца. **Новое второстепенное задание** ~Помогите девушке в лесу~ Награда: +300 баллов. За невыполнение: -400 баллов. Время: 3 дня. — Откуда ты? — решил задать второй вопрос Шунь Синь для уточнения, так как он совершенно не знал, какие деревни могут находиться рядом с деревней Вотуцунь. — Перестань её допрашивать! Не видишь, что ей страшно?! — возмущённо произнесла Мэй Хуа, подходя к девушке у колодца и положив свою руку ей на плечо, придавая ей сил. Её голос звучал уверенно, как будто он мог развеять весь страх, который сковывал девушку. — Если она действительно заблудилась, нам стоит отправить её обратно в родную деревню. Её матушка, вероятно, беспокоится за неё, — парировал спокойным голосом Шунь Синь, подходя к колодцу, чтобы набрать воды в бамбуковую трубку. Девушка у колодца после его слов и жеста Мэй Хуа немного успокоилась и, наконец, расслабила руку, в которой напряжённо держала кусочек ханьфу. Немного приоткрыв рот, она с осторожностью, тихо сказала: — Меня действительно зовут Янли, но это никак не связано с легендой, о которой говорили в столице Роньяо Ду. Я родом оттуда, но моя матушка заболела, и ни один врач не смог ей помочь. Поэтому мы приехали в Чжиюжэцунь, ведь, как можно понять из названия, это деревня целителей. Помочь нам может только один лекарь, который знает, как вылечить мою матушку. Но, как я уже упоминала, ей стало очень плохо, и я не стала дожидаться её кончины, а отправилась за травами, о которых говорил лекарь. — Шимэй, ты говорила, что приехала из Роньяо Ду, какая у тебя фамилия? — невзначай спросила Мэй Хуа, с интересом глядя на свою новую знакомую. Янли немного помедлила, прежде чем ответить: — Моя фамилия Цай. А вы заклинатели? — Да, именно так. Мы заклинатели, — подтвердил Гао Фэн, направляя свет Ян вперед и освещая труднопроходимую дорогу. — Давайте вернемся к палаткам. Завтра на рассвете мы отвезем тебя в Чжиюжэцунь. По тропинке они шли уже по одному. Впереди шёл Гао Фэн, а замыкал шествие Шунь Синь. Дойдя наконец до места, где были их палатки, Мэй Хуа предложила: — Ты, должно быть, проголодалась. У нас ещё есть сушёная еда. Будешь? — спросила она, пристально глядя на девушку, при этом аккуратно доставая сушёное мясо. Цай Янли не задумываясь согласилась и поблагодарила Мэй Хуа за её доброту. — Цай Янли, ты говорила, что искала лечебные травы. Ты их собрала? — спросил Шунь Синь, переводя свой взгляд с Мэй Хуа на Цай Янли. — Нет, я так и не нашла их. Лекарь говорил, что это растение растёт рядом с чёрным деревом и напоминает траву, собирающую снег, — задумчиво ответила Цай Янли, уже закончив есть. «Если мне и понятно, что «чёрное» дерево — это эбеновое, то «трава, собирающая снег»…» — подумала девушка, не находя в голове ничего похожего, что можно было бы встретить ранней осенью. [ «Она говорит о центелле азиатской. «Трава, собирающая снег» — это обиходное название, связанное с народной медициной и местными традициями, которые вы не знаете». ] — пояснила ей Система. — Думаю, нам стоит сейчас поискать эту траву, собирающую снег. Иначе мы не успеем приехать в деревню Вотуцунь завтра в нужное время, — проговорил Шунь Синь, вновь переведя взгляд на Мэй Хуа. — Я с вами, — промолвил Гао Фэн. — Не стоит. Я могу осветить дорогу с помощью своих талисманов, а шимэй обладает удивительными знаниями о целебных травах. К тому же нам нужно обсудить произошедшее, — сказал Шунь Синь, отвергая предложение Гао Фэна и плавно обмахиваясь веером. Шунь Синь активировал талисман и они отправились в глубь леса. Шунь Синь и Мэй Хуа торопливым шагом ступали по узкой тропе, но их шаги, почти, были не слышны, как будто сами звуки старались не нарушить покой леса. В руках Шунь Синя ярко светился талисман, излучая теплое сияние, которое мягко освещало пространство вокруг, отбрасывая причудливые тени. Его лучи пробивались сквозь царящую тьму, создавая иллюзию живого света, игриво танцующего на поверхности листьев. — Ничего не хочешь сказать? — подталкивая к разговору, спросил Шунь Синь. — Сначала, дотронувшись до её плеча, мне стало ясно, что одежда на ней из шелка. Это означало, что она, как минимум, из семьи купцов. Позже выяснилось, что её фамилия Цай, а в Роньяо Ду эта фамилия принадлежала лишь одной семьи. В этой семье росла единственная дочь по имени Чжи И. Допустим, она по какой-то причине не назвала нам своего имени, но была ещё одна странность: однажды я заметила её на общественном мероприятии и запомнила, что глаза у неё были серые, а сейчас они светло-карие, — сказала Мэй Хуа, её голос звучал слегка растерянно. «Ты могла просто подытожить. Что именно тебя на что-то навело, говорить не обязательно», — хотела сказать девушка, но, распробовав свои слова на вкус, поняла, что они могли бы прозвучать грубо. Да и, возможно, этим замечанием она могла бы себя как-то выдать. — Допустим, что её внешность та же, но цвет глаз изменился. В твоей легенде не говорят, какого цвета были глаза у мужчины, что сгорел в доме Янли? — спросил Шунь Синь, постукивая аккуратно кулаком по большому стволу дерева. Он услышал глубокий, низкий и резонирующий звук, который был менее звонким по сравнению с мягкими породами дерева. Они начали осматриваться вокруг эбенового дерева их продолжали разговор: — Да, в легенде упоминалось, что у мужчины были красивые светло-карие глаза… Кстати, ты намного лучше разбираешься в травах. Ты понял, о каких именно растениях говорила Цай Янли? — спросила Мэй Хуа, забирая талисман из протянутой ей руки Шунь Синя. — Это хуа цзи сюэ — цветок, собирающий кровь. Хотя он и напоминает траву, собирающую снег, их связывает лишь форма листьев. Листья хуа цзи сюэ окрашены в багровый цвет, пронизанный жизненной энергией. Его белоснежные цветы источают удивительный аромат, напоминающий запах свежей крови или холодного железа. — Шунь Синь произнес эти слова, активируя новый талисман, и в воздухе запестрели искры света. Мэй Хуа странно посмотрела в глаза Шунь Синя. Осознав, как его слова могут звучать, он вдруг понял, что произнес начало своего предложения без учета того, что его собеседница воспримет это как одно и то же. В результате Мэй Хуа нашла хуа цзи сюэ, и они отправились обратно с одним талисманом, чтобы сэкономить энергию перед неизвестным заданием. — Подводя итоги, мы выяснили, что Цай Янли — это Янли из легенды, а Чжи И… мертва, — без эмоций произнес Шунь Синь, его взгляд устремился вдаль по дороге. Пауза витала в воздухе, словно на миг остановив время. — Какова возможность того, что Чжи И не умерла?... — шёпотом спросила Мэй Хуа, её слова звучали едва ли слышно, словно она боялась нарушить хрупкое спокойствие в воздухе. — Если она жива, то сейчас где-то в лесу с разорванным лицом, — задумчиво произнес Шунь Синь, его голос стал низким и мрачным, как тень, окутывающая их разговор. — Но с такими травмами выжить маловероятно. Кровопотеря, скорее всего, уже забрала её жизнь. В любом случае, нам нужно найти её тело и достойно похоронить в лесу. Либо… отнести его родителям, что будет гораздо сложнее и, по сути, оскорбительным для неё. — Да, мы не можем таскать её тело по дороге, — произнесла Мэй Хуа, сжав кулаки. — Тепло и влажность осени быстро испортят его. Лучше найти укромное место и закопать её там. Это не идеально, но так мы сможем показать ей хотя бы какое-то уважение. — Надо ускорить шаги, иначе Гао Фэн уже отправится нас искать, и Чжоу Цзин останется один с Янли. Шунь Синь, обмахиваясь веером одной рукой и держа в другой талисман света, спустя некоторое время добавил: — Следует немедленно отнести это целебное растение матери Цай Чжи И. Если, конечно, Янли не солгала о том, что она находится в деревне Чжиюжэцунь. Также желательно проинформировать Гао Фэна о истинной личности Янли, ведь у него есть золотое ядро и хороший меч. Подойдя к палаткам, Шунь Синь и Мэй Хуа увидели вновь горящий костёр, пламя которого манило их подойти ближе. — Где Гао Фэн? — спросила Мэй Хуа, осознавая, что он ушёл. В её голосе звучало не столько беспокойство, сколько усталость. — Он уже отправился на поиски вас, и этого времени едва будет достаточно, чтобы насладиться чаем, — ответил ей Чжоу Цзин, радостно глядя на них, ведь они наконец-то вернулись. «?» [ Меньше 15 минут, ] — ответила Система с нехитрым тоном. — [ Я перенастрою переводчик, чтобы он адаптировал такие словесные обороты, как «одна палочка благовония», «время крысы» или «долгие вечера», делая их понятными для вас, ведь вы плохо знакомы с терминологией династии Тан. ] Шунь Синь вновь мысленно поблагодарил Систему, а затем сказал: — Чжоу Цзин, тебе следует отправиться на поиски Гао Фэна. Ты прекрасно знаешь это место; я дам тебе свой талисман на случай, если ты его не взял. Между тем мы с Мэй Хуа отправимся провожать Цай Янли в Чжиюжэцунь. Нам нужно отдать лекарство лекарю сейчас, а не дожидаться рассвета. Чжоу Цзин был слегка ошарашен тем, как всё складывалось, в то время как Янли выглядела довольно спокойной и даже немного радостной. — Почему мы не можем все вместе отправиться на поиски Гао Фэна, а затем поехать в Чжиюжэцунь? — спросил Чжоу Цзин, вглядываясь в глаза Шунь Синя в поисках понимания. Шунь Синь задумался и некоторое время обмахивался веером чуть сильнее обычного, через какое-то время сказал: — У меня появилась одна идея, но вряд ли она сработает. После этих слов он попросил Мэй Хуа, дать ему один цветок хуа цзи сюэ и взял пустой талисман. Надкусив палец, он начертил на нём несколько символов и активировал его. Талисман засветился, и от него появилась красная полупрозрачная нить, слегка мерцающая в воздухе. — Что ты сделал? — с искренним интересом спросила Янли. — …Гао Фэн, скорее всего, ищет нас около чёрного дерева, а этот талисман укажет именно на него, ведь в хуа цзи сюэ осталась энергия этого дерева. — Посмотрев на Мэй Хуа, Шунь Синь добавил: — Шимэй, ты пойдёшь на его поиски и передашь, где нас искать, а мы тем временем будем на полпути в Чжиюжэцунь. Как только они собрались разойтись, Янли подметила: — Но ты так и не ответил на вопрос, шиди, — спросила она слегка настороженно. — Как я уже сказал, нам следует немедленно идти к вашему врачу и передать ему это средство. Растение хуа цзи сюэ редко используется в лечении и капризно в уходе. Как только его сорвали, без необходимого ухода, а именно без яда кратерной змеи, оно не продержится более трех часов. Кроме того, это растение достаточно редкое, и нам может не удастся найти его снова. Закончив свой рассказ, Шунь Синь собирался передать Мэй Хуа новый бумажный талисман и уйти, но Янли задала вопрос, который застал его врасплох. — Что такое хуошанкоу шэ? Я впервые слышу об этой змее. — Эта змея отличается характерными горизонтальными полосами и широкими, плоскими чешуями на голове. Она часто имеет характерные желто-коричневые или серые окраски с темными или светлыми полосами. В отличие от некоторых ядовитых змей, она не имеет широкого треугольного черепа. Этого достаточно для объ яснения? Дождавшись кивка Янли, он коротко добавил: — В путь!