22.Месть и осознание

︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **От лица Ка’Рет-Мор** Я двигался между домами так, как двигаются только охотники, знающие: добыча уже обречена. Медленно. Без спешки. Спешка — для слабых. Запахи вели меня сами. Страх людей пахнет резко, но *вина* — слаще. Я чувствовал её на дверях, на стенах, на руках тех, кто касался Скаверрны. Первый дом я обошёл кругом. Окно. След от ладони на раме — свежий. Этот держал её, пока другие смеялись. Я вошёл без звука. Мужчина сидел у очага, спина ко мне. Я дал ему услышать шаг. Один. Чтобы он *знал*. — Кто здесь… — он не успел повернуться. Я схватил его за плечо и вдавил лицом в стол. Дерево треснуло. Он закричал — коротко, резко. Я наклонился ближе. — Ты держал, — сказал я тихо. — Ты не бил. Ты хуже. Я сломал ему руку. Не резко — *точно*. Он завыл. Я отпустил и вышел, оставив его лежать, с осознанием, что это только начало. Во втором доме было двое. Они проснулись одновременно — люди иногда чувствуют смерть заранее. — Это не мы! — закричал один. Я выключил маскировку. Пусть видят. Они упали на колени сами. Я не тронул их сразу. Я прошёлся по дому, коснулся их вещей, медленно, демонстративно. Хищник показывает: *тут больше нет хозяев*. — Вы смотрели, — сказал я. — И ничего не сделали. Один заплакал. Второй попытался встать. Я положил его обратно одним движением. Без ярости. С холодом. Когда я ушёл, они уже не могли идти. Но были живы. Им предстоит рассказать. Третий дом. Запах крови. Старый. Это был тот, кто бил ногами. Я не говорил с ним. Я дал ему услышать дыхание за спиной. Он обернулся — и увидел отражение своих глаз в моей маске. Он упал, пытаясь отползти. Я позволил. Страх должен *дозреть*. — Пожалуйста… — сказал он. Я наклонился. — Она тоже просила — ответил я. Он замолчал. Я оставил его у дороги. Так, чтобы первый луч солнца упал на него. Последний дом я посетил перед уходом. Там жила та, что смеялась громче всех. Она узнала меня сразу. — Я ничего не сделала… Я подошёл ближе. — Ты смеялась, — ответил я. — Этого достаточно. Я не убил её. Я забрал у неё сон. Возможно она скоро сойдёт с ума. Когда я покинул деревню, не было криков. Только тишина. Тяжёлая, липкая, как понимание. Я вернулся к ученикам. Они смотрели на меня, не задавая вопросов. — Готово, — сказал я. — Они вернутся? — спросил Т’Реш. Я посмотрел на свои когти, очищая их от крови. — Нет. Если не хотят смерти. Теперь, если они увидят её — они вспомнят меня. И этого было достаточно. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **От лица Скаверрны** Когда они ушли, я почти сразу провалилась в сон. Лекарство действовало быстро — боль отступила, тело стало тяжёлым и ватным, мысли расплылись. Я даже подумала, что, может быть… всё позади. Я не знаю, сколько прошло времени. Час. Два. Может, больше. Сначала было тихо. Потом тело дёрнулось само. Не от холода — наоборот. Жар поднялся внезапно, как будто кто-то разжёг огонь *внутри* меня. Кожа горела, дыхание стало рваным. Я застонала и открыла глаза. — А-ах… — вырвалось у меня само. Я попыталась свернуться, но любое движение отзывалось вспышками боли — в плечах, в бёдрах, в рёбрах. Лекарство перестало держать. Оно будто ушло, оставив меня одну. Я дрожала уже не от слабости, а от напряжения. Воздух казался густым, тяжёлым. Я с трудом втянула его в лёгкие, потом ещё раз. — Н-не так… — прошептала я, сама не зная, кому. Шкура, накрывавшая меня, вдруг стала невыносимо тяжёлой. Я скинула её дрожащей рукой. Стало чуть легче — на мгновение. Потом жар накрыл снова, сильнее. Время тянулось мучительно медленно. Каждая минута была как отдельная боль. Я прикусила губу до крови, чтобы не кричать, но стоны всё равно срывались — глухие, сдавленные. — Пожалуйста… — выдохнула я в пустоту. — Хватит… Жар нарастал. Сердце билось слишком быстро. Я чувствовала, как по спине катится пот, как дрожат пальцы. Я сбросила вторую шкуру, не думая — просто потому, что казалось: ещё секунда, и я задохнусь. Боль стала волнами. Накатывала, отпускала на миг — и возвращалась снова, сильнее. Я выгнулась и не смогла сдержать крик. — А-а-а! Голос отозвался эхом от камней пещеры. Я сжалась, обхватив себя руками, ногти впились в кожу. Одежда мешала, тянула, давила — тело реагировало само, инстинктивно, я даже не осознавала движений. — Ка’Рет… — сорвалось с губ, хрипло, почти беззвучно. — Пожалуйста… Я не знала, слышит ли он. Я не знала, сколько ещё выдержу. Я знала только одно: если они не вернутся скоро — я могу не дождаться. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **От лица Ка’Рет-Мор** Мы были уже у входа в пещеру, когда воздух разорвал крик. — Ка’Ре-е-ет…! Я узнал его сразу. Имя, искажённое болью. Моё имя — из её горла. Внутри всё оборвалось. — Быстрее! — рык сорвался сам, я даже не понял, кому именно это сказал. Мы ворвались в пещеру, не скрываясь, не думая о тишине. И то, что я увидел, ударило сильнее любого клинка. Скаверрна металась на шкурах. Тело выгибалось, пальцы судорожно цеплялись за ткань, за камень, за собственную одежду. Лицо пылало, глаза были полузакрыты, губы искусаны до крови. — А-а-а… н-не могу… жжёт… — её голос сорвался на хрип. Я замер на долю удара сердца. Боль — не моя, но будто рвала меня изнутри. Компьютер включился сам, холодный и безжалостно точный: — Лекарство активировало ускоренную регенерацию. Микротрещины в костях, повреждённые ткани восстанавливаются в разы быстрее нормы. Повышение температуры — побочный эффект. Сбить жар невозможно без риска летального исхода. Рекомендуется ожидание и стабилизация. — Ждать?! — я зарычал так, что стены ответили эхом. — Она горит! — Ожидание неизбежно, — ответил голос. — Требуется теплообмен с существом, способным регулировать температуру тела. Я понял сразу. Не объясняя, не оглядываясь, я сорвал с себя тепловую сетку и вышел наружу. Холод ударил в грудь. Я рухнул в снег, втирал его в кожу, в плечи, в шею, пока тело не стало ледяным, пока дыхание не стало резким и тяжёлым. Я вбежал обратно. Скаверрна вскрикнула, когда я поднял её, но сил сопротивляться у неё не было. Тело было горячим, слишком горячим — как раскалённый камень у костра. — Тшшш… — я прижал её к себе, уложил так, чтобы она лежала на мне полностью, грудь к груди, кожа к коже. — Я здесь. Слушай дыхание. Она всхлипнула, пальцы вцепились в мою кожу, будто боялась упасть. — Б-больно… — прошептала она. — Я… я горю… — Нет, — твёрдо сказал я, хотя внутри всё рвалось. — Ты не сгоришь. Я не позволю. Ученики стояли поодаль. Тишина была глухой, напряжённой. Никто не смеялся, никто не говорил лишнего. Ка’Ел шагнул ближе. — Она выживет? — спросил он тихо. — Да, — ответил я, не отрывая взгляда от её лица. — ...Я надеюсь. Я обхватил её крепче, контролируя дыхание, замедляя своё сердце, заставляя тело отдавать холод. — Ка’Рет… — снова прошептала она, уже тише. — Я здесь, Скаверрна, — ответил я низко, почти рыча, но мягко. — Дыши со мной. Раз. Два. Снова. Её дыхание начало подстраиваться. Жар не ушёл сразу — но перестал расти. И я понял: если потребуется — я буду лежать так всю ночь. И следующий день. И столько, сколько нужно. Она — *наша*. Она МОЯ. Я замер. Мысль ударила резко, как клинок в грудь: *Она моя.* Нет. Это невозможно. Это неправильно. Она не яуджа. У неё иная кровь, иная плоть, иной путь. Я — учитель, охотник, воин. Я не имею права думать так. Не имею права чувствовать это. Я опустил взгляд на её лицо — бледное, измождённое. Губы были искусаны, кровь тонкой линией стекала к подбородку. Моё тело отреагировало раньше разума. Я даже не понял, в какой момент наклонился. Я лизнул кровь. Медленно. Осторожно. Пока губы не стали чистыми. Сладкая. Тёплая. *Её*. — Ммм… Я вздрогнул. *Стоп.* Что я делаю? Я резко поднял голову. Ученики стояли неподвижно, будто высеченные из камня. Их маски скрывали лица, но я чувствовал их шок, их замешательство, их страх — не перед ней, передо *мной*. В груди поднялся рык — низкий, тяжёлый, предупреждающий. — Прочь взгляд, — прорычал я. Они отвернулись мгновенно. Ни вопросов. Ни смешков. Ни звуков. Только уважение… и осторожность. Я снова посмотрел на Скаверрну. Она была без сознания, не знала, что произошло. Её дыхание стало ровнее, жар начал спадать, медленно, но ей стало легче. Она жила. Я сжал челюсти. — Ты не моя, — прошептал я себе, больше чтобы убедить себя, чем мир. — Яуджа не привязываются так. Но хвост её всё ещё был обвит вокруг моей ноги. Тело всё ещё искало моего тепла. А кровь… всё ещё жгла язык воспоминанием. Я уложил ладонь ей на затылок, уже осторожно, уже сдерживая силу. — Просто выживи, — тихо сказал я. — Остальное… потом. И впервые за долгие циклы я не был уверен, что смогу выполнить собственный приказ. Мне нужно было связаться с братом. Мысль не отпускала, грызла изнутри сильнее любой раны. Я знал законы. Знал традиции. Знал, что яуджа находили партнёров среди других рас — это не было запретом. Наших самок всегда было меньше, чем самцов, и потому Совет закрывал глаза на такие союзы, если они не ослабляли клан. Но **люди**… Я смотрел на Скаверрну. Она спала беспокойно, иногда вздрагивала, её дыхание сбивалось, хвост то сжимался, то расслаблялся. Ученики сидели поодаль, делая вид, что заняты оружием, но я чувствовал их внимание, их вопросы, их растущее понимание. — Мы охотимся на людей, — глухо проговорил Д’Рок, нарушая тишину. — И оставляем в живых слабых, — добавил Т’Реш. — Или тех, кто не представляет угрозы, — тихо сказал Р’Шал. Ши’Вак повернул голову ко мне: — Но её… никто не воспринимает как добычу. Это было сказано не как вопрос. Я медленно кивнул. — Между вами уже образовалась узы, — продолжил он осторожно. — Не охотничьи. Я зарычал негромко, предупреждающе. — Осторожнее с формулировками. Ка’Ел усмехнулся, но без насмешки: — Ты защищаешь её. Греешь. Мстишь за неё. И даже… — он замолчал, вспомнив сцену у огня. — Учишь нас через неё. Я отвернулся. Они были правы. Это было хуже, чем просто интерес. Хуже, чем влечение. У меня были связи с самками яуджа. Немало. Но всегда — вне цикла размножения. Без обещаний. Без щенков. Без постоянной пары. Я выбирал путь одиночки, путь арбитра. Совет давил на меня годами. *«Ты силён. Твоя кровь нужна клану.»* *«Ты не оставляешь следа.»* *«Ты бежишь от ответственности.»* Я отказывался. Брал очередной заказ. Улетал. Выслеживал преступников, дезертиров, предателей. Возвращался с трофеями, но без семьи. Так было проще. Чище. А теперь… Я активировал наруч. — Компьютер, — сказал я тихо. — Подготовь закрытый канал связи. Код клана Мор’Тха. Адресат — Ка’Рет-Кхан. Мой брат. — Связь возможна через два цикла луны, — ответил компьютер. — Сигнал бужет слабый, но устойчивый. Два цикла. Слишком долго. Я сжал кулак. — Ускорь. — Это увеличит шанс перехвата Советом. — Черт — отрезал я. Я опустил взгляд на Скаверрну. Она что-то прошептала во сне, неразборчиво, и инстинктивно придвинулась ближе, ища прохладу. Моё тело снова отреагировало. — Если это ошибка… — пробормотал я. — То самая опасная в моей жизни. Ка’Ел тихо сказал за моей спиной: — А если нет? Я не ответил. Потому что впервые за долгие циклы я не знал, хочу ли услышать правильный ответ. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ Пожалуйста, не забудьте оценить эту книгу звездой и оставить комментарии - ваши версии произошедшего, это очень важно для меня. Скорость глав зависит от вашей активности.