Глава 160 Черный дракон — Бедствие

Тринадцатая ночь не отличалась от предыдущих. Красный туман лежал над Йоруму так же густо, как всегда. Разрушенные дома, обугленные балки, улицы без имён. Еда, появившаяся с наступлением вечера, уже стояла на столах в пустых домах — одинаковая, безвкусная, но достаточная, чтобы выжить. Всё было на своих местах. Всё повторялось. И всё же что-то изменилось. Елена стояла на крыше полуразрушенного дома и смотрела на горизонт, где в полночь всегда появлялось оно. Она не говорила. Уже давно не говорила перед боем. Слова больше не помогали. Гилберт стоял рядом. Плечом к плечу. Так было каждую ночь. И каждую ночь они умирали. Первая попытка была яростью. Пятая — стратегией. Десятая — отчаянием. Двенадцатая — молчанием. Тринадцатая стала решением. — На этот раз, — тихо сказал Гилберт, — мы не пытаемся выжить. Елена кивнула. — На этот раз мы заканчиваем. Полночь наступила без звука. Просто мир стал холоднее. Красный туман в центре разрушенной площади начал сгущаться, как кровь в воде. Земля под ногами задрожала, и из глубины медленно поднялась огромная фигура чёрного Он был больше, чем раньше. Или они стали меньше. Его глаза открылись, и он узнал их. Каждую ночь. Каждую смерть. Он помнил. Гилберт сделал шаг вперёд. Елена — рядом. Манна была запечатана, как и всегда. Никаких техник. Никаких божественных сил. Только тело. Только воля. Только решение. Дракон двинулся первым. Его шаг разрушил камень под лапами. Елена бросилась в сторону, скользя по обломкам. Она знала его движения. Знала траектории. Знала, где он ударит. Но знание не давало силы. Только время. Гилберт принял первый удар на себя. Удар хвоста отбросил его в стену. Камень треснул. Воздух выбило из лёгких. Но он поднялся. Снова. Елена ударила в сустав лапы. Металл её клинка был обычным. Но руки — нет. Она вкладывала в удар всё, что оставалось после двенадцати смертей. Дракон взревел. Не от боли. От узнавания. Он тоже знал, что это тринадцатый раз. Бой длился долго. Без манны время ощущалось иначе. Каждое движение требовало усилия. Каждое уклонение — концентрации. Кровь текла быстрее, чем восстанавливалась. Елена получила удар когтем — глубокий. Гилберт — второй, в грудь. Они падали. Поднимались. Снова падали. Как всегда. Но сегодня они не пытались победить силой. Они ждали момент. Когда дракон снова поднял голову, чтобы обрушить удар на Елену, она не уклонилась. Она шагнула вперёд. Прямо под удар. Её плечо разорвало. Она схватила рог дракона обеими руками и удержала его на долю секунды. — Сейчас! — крикнула она. Гилберт уже был в движении. Он не бил в тело. Не бил в сердце. Он бил в камень. Красный камень во лбу дракона вспыхнул. Клинок вошёл не сразу. Будто сопротивлялся сам мир. Гилберт вложил всё. Не силу. Выбор. Клинок прошёл глубже и камень треснул. Дракон взревел так, что туман разорвался. Земля под ногами дрогнула. Елена отпустила рог и упала на колени. Гилберт сделал последний шаг вперёд и вонзил клинок до конца. Тишина. Дракон замер. Его глаза потухли не сразу. Он смотрел на них. Не как враг. Как тот, кто ждал. Тело медленно рассыпалось в пыль. Красный камень погас. И тогда прозвучал голос. Он не был громким. Он был старым. — Правосудие свершилось. Туман отступил. Небо, которого здесь никогда не было, стало видно. — Я — Тир. Бог правосудия и защиты. Я запер Бедствие здесь, ожидая того, кто сможет вынести окончательный суд. Но люди пришли за силой. И превратили испытание в тюрьму. Голос был спокойным. Без упрёка. Без жалости. — Те, кто вошли без права, не могли умереть. Те, кто умирали, возвращались. И сходили с ума. Таков был закон. Вокруг начали появляться люди. Из руин, из домов, из тумана. Они стояли, будто проснувшись. Разум вернулся. Но глаза были пустыми. — Их воспоминания останутся здесь, — сказал голос. — Но разум — с ними. Они вернутся в мир. Начнут заново. Земля дрогнула. Пещера начала рушиться. — Йоруму завершён. Вы — свободны. Свет открылся вдалеке и появился выход. Елена сидела на коленях, тяжело дыша. Гилберт опустился рядом. Они молчали долго. Впервые после боя — не из усталости. Из понимания. — Тринадцать, — тихо сказал он. — Тринадцать, — повторила она. Она посмотрела на свои руки. Они дрожали. — Мы умирали, — сказала она. — Да. — Каждый раз. — Да. Она закрыла глаза. Не от боли. От облегчения. — Мы живы, — сказал Гилберт. — Да. Вокруг люди шли к выходу. Медленно. Без воспоминаний. Без криков. Просто шли. Елена встала. Ноги держали плохо, но держали. — Пойдём, — сказала она. Они шли последними. Когда вышли из пещеры, утренний свет ударил в глаза. Свежий воздух. Настоящий. Пещера за их спинами рухнула. Йоруму исчез. Елена остановилась, Гилберт тоже. Они посмотрели друг на друга и просто обнялись. Без слов. Без героизма. Без победы. Только двое, которые умерли тринадцать раз и всё равно дошли до конца.