9

***

      На выходе из убежища Купер сталкивается с уже знакомым мужчиной — тем, который предлагал ему прийти и записаться в ряды добровольцев. — Наши подразделения нанимают людей в разведывательную экспедицию. Может присоединитесь? Вы вроде хотели погеройствовать. Там может быть сложно, но вы получите хороший процент с находок. Как вам такое, сэр? — Нет, спасибо, на этот раз останусь, пожалуй, гражданским. Я не так храбр, как кажусь на первый взгляд, — стебётся упырь. — Ну как хотите. Если что, предложение всё ещё в силе. И я хотел бы сделать вам предупреждение: распивать алкоголь в общественных местах в «Раю» запрещено. Это первое устное предупреждение, надеюсь, других вам не понадобится. Гуль, кивнув, прячет бутылку в карман. Пробка на место залезать не хочет, но Купер и не намерен оставлять бутылку полной. Он провожает патруль хмурым взглядом. «Нет уж, спасибо, мне теперь вообще всё по одному месту», — думает он.       Упырь добирается до своего хостела, оплачивает наперёд пару дней и запирается в комнате.       Довоенное виски настолько хорошо, что он не в себе весь вечер и весь следующий день. Купер не торопится: он не хочет забыться. Наоборот, он хочет всё прочувствовать и осознать. Потом он подумает над тем, как найти в себе силы делать что‑то дальше, как‑то выживать, найти какой‑нибудь смысл — хоть в чём‑нибудь. Это всё потом. Наверное, потом.       Он уйдёт далеко отсюда и, может, где‑нибудь найдёт себе постоянное место для жизни. Может, даже заведёт себе парочку браминов и кур. Смех отражается от стен в номере Купера — одинокий и печальный.       К следующему вечеру он, проспавшись, обнаруживает, что свет в номере не работает, а бутылка рядом пуста. Где‑то за стеной шумно, кто‑то даже кричит. Купер впервые слышит своих соседей. Зло уставившись на бутылку в темноте, упырь ругается с ней: — Чёртова штука, наверняка второй такой не найти! Раньше умели делать хорошую выпивку! Голова совсем не болит, и чувство лёгкости при нём. Может, стоит попросить портье найти что‑то приличное? Он вроде понятливый малый.       Снаружи слышится какой‑то шум, но что это — неясно. Вроде бы кто‑то пробежал по коридору. Гуль встаёт и шарит ладонью по стене, но выключатель мёртв. В этом «дивном новом мире Люси Маклин» отсутствие света настораживает. Он открывает дверь в коридор и на ощупь двигается вдоль него. Всё равно собирался отыскать себе утешение в новой бутылке. И тут он вновь слышит такие знакомые звуки. Взрывы! Совсем рядом!       Купер ускоряется, и едва его ладонь ложится на ручку входной двери, как ту вместе с ним сносит ударной волной от взрыва. Какое‑то время гуль в отключке, а когда приходит в себя, тут же мелькает только одна мысль: бежать! Спасти себя. Купер отвергает её. Здесь ещё есть Люси! И она в опасности. «Хорошо. Найти, вытащить её и убраться по‑живому, по‑здоровому, подальше от этого дерьма!» — шепчет гуль. — Она сказала, что этот город — вся её семья, каждый человек тут. — «Я не могу забрать только Люси. Она не простит мне этого». Он пытается подняться с земли. — Хочешь погеройствовать? — рычит гуль. — Тогда ты ещё больший идиот, чем я о тебе думал. — Хочу хоть раз сделать что‑то правильно. Так что просто закрой свой рот и не мешай, если не хочешь помогать.       Купер осматривает себя, но почти ничего не повреждено. Кровь из разбитой губы запеклась на подбородке, да немного содрана кожа на левой руке — перчатки больше на ней нет, но сейчас не до таких мелочей. Кому‑то рядом не повезло по‑крупному: из‑под обломков разрушенной стены видны только окровавленные ноги.       Красные всполохи пожара над всей видимой ему частью города. Живых людей рядом нет, и Купер, ещё раз подумав, как глупо было отдать своё оружие, быстрым шагом направляется по известному маршруту — к штабу.

***

— Слишком много людей ушло в экспедиции, у нас просто нет столько рук! — кричит кому‑то по рации Макс. Штаб надёжно защищён, по крайней мере пока. Он оборачивается на Люси, которая просто не находит себе места. Макс тут, но вот где Норм? Всё ли у него в порядке? Связи с бункером нет, хотя наладчики делают всё возможное. На них напали так внезапно и в самый неподходящий момент! Но всё ещё может закончиться победой армии НКР. Так Люси думает в первые часы после прорыва городской стены.       К вечеру же ситуация ухудшается настолько, что штаб нуждается в эвакуации. Единственное, что случилось хорошего, — ответил из убежища её брат. Они успели закрыть ворота при первом сигнале сирен, как и было установлено правилами «Рая». Там достаточно много людей, и, по крайней мере, все они в безопасности.

***

      Макс отстреливается одиночными с крыши штаба. Пуля взвизгивает прямо у него под ухом, и он уходит с линии огня. — Чёрт! — Они не успели уйти. Возможно, штаб превратится для них в могилу? Лучше об этом не думать. Дейн всё ещё может успеть привести помощь. Но на это нужно время, а у них его почти не осталось. Легиона слишком много для них одних.       Максу страшно. Он остался главным в их маленьком отряде и растерялся, наделал косяков. У юноши не было такого опыта в прошлом: он ведь оставался бы всего лишь послушником, если бы не та история с яо-гаем. Его железный костюм стоит на первом этаже, но ядерного реактора там нет — он был нужен в убежище, и Макс смело отдал его, не зная, чем всё это закончится.       Он давно потерял из виду Таддеуса, но надеется, что тот всё ещё жив. Гуля не просто убить. Люси — этажом ниже, с Ли и Берди. Все вооружены. На первом этаже ещё около десяти -пятнадцати человек. Возможно, за эти пару часов их стало меньше.       У Люси складывается такое ощущение, что нападающие знают, по кому нужно бить и где их можно найти. — Естественно, они знали. Кто‑то донёс им о том, где ты и Ли будете находиться, — Берди уверена в этом.       Люси действительно разозлена. Она ведь делала всем только добро — почему с ней так обращаются? Снаряд разрывается совсем рядом со стеной штаба. Шатаются стены и пол. Девушки вскрикивают.

***

      Купер находит положение людей в штабе дерьмовым. Не безвыходным, но опасным. Почему они не пытаются прорываться? По сути, мышеловка уже захлопнулась, и нападающие просто ждут, пока у их добычи закончатся патроны. Что там за идиот ими управляет?       Купер осторожно подкрадывается как можно ближе к одной из огневых точек. Кто они? В сумерках сразу и не разберёшь. Хотя, в общем, это не столь важно. Взрывается чуть-чуть не долетевший до стены второго этажа снаряд. Они хотят взять Люси и её команду живой? Похоже на то — иначе бы просто похоронили их под обломками здания.       Через пару минут Купер разживается двумя снайперками, но ему также чудом достаётся и «тот самый» обрез, двести двадцать третий, на пять патронов. Эта штука не для слабаков, и Купер просто ликует, когда, обыскав труп со свёрнутой шеей, находит это чудо. С ним сподручнее. Огневая точка замолкает.

***

      Макс прицеливается и… не стреляет. Глаза не обманывают его? Через площадь, подняв руку со шляпой, к ним приближается упырь. Тотчас в спину ему начинают палить ублюдки из соседних укрытий. — Впустите его, — Макс надеется, что на том конце рации есть хоть кто‑то живой. Рация шипит, сигнал расползается звуковыми пикселями, но потом кто-то ему отвечает: — Есть, впускаю.       На входе Купер ловит еще пару пуль в плечо и в поясницу. Но это всё такие пустяки. Макс, сбегая по лестнице, успевает бросить взгляд на Люси и её окружение. Всё в порядке. Ну, в относительном. Он несется дальше на первый этаж. Встретить незваного гостя. — Какого хрена вы всё ещё здесь? — орёт упырь сквозь шум, который подняли в ответ на его действия легионеры. Макс не готов к такому напору, нервы его на пределе, почти кричит: — Я вроде бы тебя не приглашал! Ты сам пришёл. — Если строишь из себя главного, то мог бы подумать не только о себе. Ты подставил Люси и всех оставшихся, решив отсиживаться, а не бежать. Не сразу же Легион подступил к стенам. И потом он делает выстрел в электроузел. Свет во всём здании потухает. — Вы тут как на ладони, неужели и это не ясно? Макс понимает, что Купер прав. Но резервный генератор просто забыли выключить в суматохе после того, как отключилось уличное освещение. Да, дал маху. Но что он может сделать, ничего уже не исправишь. Купер видит, что дальше разносить неумеху‑солдата смысла нет. Макс молчит и отводит взгляд. — Где Молдейвер? Хоть кто‑то тут есть с головой на плечах? — Она наверху с Люси. — С ними всё хорошо? Макс не успевает ответить, как Люси с темноволосой девушкой спускаются к ним по лестнице. — Не самое лучшее место для общего сбора, — Купер направляет всех наверх. — Окон на первом этаже слишком много. Нам нужно уходить отсюда. Всем! Люди Макса смотрят на своего командира, но тот лишь кивает в ответ. Купер более опытен в таких делах. А у рыцаря почти кончились силы.       На втором этаже гуль быстро осматривается. Оставляет двоих солдат охранять подъём на первый этаж. С таким ничтожным количеством бойцов легче оборонять простой объект, чем целый огромный этаж с множеством помещений. Почему Макс этого сам не понял, Куперу неясно. Ещё двоих отправляет на чёрный ход. Такие всегда были в торговчиках — для экстренной эвакуации, он помнит. — Эти болваны перешли на мачете и кувалды — вот наш шанс! — Половина из них всё ещё стреляет. Возможно, помощь уже близка, — говорит потерявший себя вконец Макс. — Связи нет, но я думаю… — Думаю, что нужно справляться своими силами. Иначе мы тут и подохнем, — рычит на него Купер. И всё это — под грохот выстрелов с другой стороны площади, на которой стоит штаб. Подмога в таких ничтожных количествах просто не может прорваться сквозь кольцо оцепления легионеров. — Всем держаться подальше от окон. Особенно женщинам! — командует Купер. Дерьмо!

***

      Гуль быстро оглядывается из одного окна, затем, пригнувшись, подбегает ко второму. В темноте на полу он видит Ли Молдейвер. — Ну, привет, старый знакомый, — улыбается она Куперу. Купер возвращает кривую улыбку. — Кажется, в последнее время мы встречаемся при не самых благоприятных обстоятельствах. — Когда мы вообще встречались просто поболтать за чашкой чая? Не припомню. — Что верно, то верно, — волосы женщины растрепались, чёрными рваными крыльями разлетелись по плечам. — Пришёл сюда за ней? Купер не отвечает — это и так понятно. — Надеюсь, я тоже могу рассчитывать на твою благосклонность? — шутит Молдейвер. — Они знали, где вы будете находиться. — Всегда кто‑то о чём‑то знает. Такая жизнь. Мы могли умереть ещё двести лет назад, однако посмотри: ты и я всё ещё топчем эту землю. Купер собирается ответить, но в этот момент легионеры решают идти в наступление — их больше никто не отстреливает с нижних этажей.

***

      Куперу приходится управлять оставшейся горсткой выживших. Хорошо, что Макс не пытается оспорить его решения, иначе их борьба за выживание могла закончиться ещё раньше. Призрачная помощь — это хорошо, но что делать прямо сейчас, когда противник уже под ними?

***

      Через какое‑то время, оставшись почти без патронов, они теряют контроль над лестницей и вынуждены отступать. На втором этаже много помещений — и это своего рода двойственное преимущество… Люси и другие женщины во главе с Ли, следуя подсказке Купера, уходят выше — на третий, последний этаж. — Скоро все будет хорошо. Я попробую немного помочь, — говорит женщина и перезаряжает винтовку. Патронов в запасе больше нет. Только те, что внутри ее оружия.       Что творится на нижних этажах, совсем не ясно, но люди, которых Купер отправил охранять лестницу, всё ещё живы. Это даёт хоть какую‑то надежду.       Люси кажется, что в разбитое окно третьего этажа доносятся новые звуки, влившиеся в общий нескончаемый хор выстрелов и взрывов. И еще она очень надеется, что те, кто успел спуститься в подвалы при первых звуках сирены, спаслись от жестокой расправы. Легионеры не щадят никого. Им нужны Люси и её наставница — Ли Молдейвер.       Люси перезаряжает и свою винтовку. Последний магазин. На поясе висит бесполезный в дальнем бою нож. Она поднимает глаза на женщину и видит в неясном свете сумерек, как прямо в голову высунувшейся в окно с винтовкой в руках Молдейвер прилетает пуля. Глаза девушки распахиваются, и она, уронив своё оружие, бросается к той, кто практически стала ей второй матерью. — Нет, нет, нет! — беззвучно шевелятся её губы. Руки осторожно поддерживают лицо: она успела подхватить Ли почти у самого пола, подтягивает к себе на колени. Кровь из аккуратного входного отверстия выплескивается на лицо, пачкая его, и Люси пытается стереть её ладонью, но тут уже поздно что‑либо делать. Мать Пламени мертва. Люси второй раз приходится переживать её смерть. Но тогда всё было не фатально. А с дыркой прямо посреди лба выжить ох как трудно. «Так не должно было случиться! Ведь у нас почти всё получилось с этим городом! Так нечестно!» — Люси обнимает обмякшее тело, а Берди стоит рядом, убитая тяжестью момента.

***

      В это время, ниже этажом, рация на плече у Макса оживает. Он никогда не был так рад слышать Дейн. — Мы идём, Макс, подожди совсем немного. Она смогла, как и хотела, вернуть несколько экспедиций, и теперь, возможно, они спасены!       Купер, получивший ещё несколько пуль из‑за точной наводки, замедляется. Его золотые капсулы остались в номере хостела. «Только вот, блин, не сейчас!» Как он вообще мог про них забыть?       Новость про подмогу успокаивает, но свои шансы Купер оценивает достаточно критически. Возможно, к тому времени будет уже некого спасать. Их теснят к лестнице на третий этаж. А дальше оттуда идти некуда. Последний рубеж.       Макс врывается наверх и замирает на мгновение. «С Люси всё в порядке?» Пыль, поднявшаяся со второго этажа, заволакивает помещение. Да и в темноте неясно, чья на ней кровь — её или лежащей на коленях Молдейвер. Макс подбегает ближе, но, увидев, что с девушкой всё хорошо, успокоенно выдыхает. Глаза мёртвой женщины закрыты. — Вам нужно спрятаться! Сейчас это единственно возможный вариант. Люси осторожно кладёт её голову на бетонную крошку пола. — Это случайность, — шепчет Берди сама себе. — Этого всего не должно было произойти. Макс согласен с ней на все сто процентов. Он слышит, как, возможно, на площади и под ними ситуация начинает меняться. Но какой ценой?

***

      Люси, обернувшись, видит спину Купера, появляющуюся в проёме темноты лестницы; тот отстреливается с двух рук. Внизу он успел захватить из хранилища ещё патронов и обрез. А Макс пытается увести ее и Берди подальше от лестницы: перед Купером там, дай бог, один‑два человека и те уже без огнестрела. Это почти что конец. Но можно понадеяться спрятаться в темноте или вообще прикинуться мёртвыми?       Их планы меняет взрывающаяся на подъёме лестницы граната. Купер, как и два бойца НКР стоящие рядом с ним, встречается с ней лицом к лицу. Он не хочет разжимать пальцы, но они становятся такими непослушными, словно он вновь одурманен наркотическим коктейлем. Не чувствует своего лица; тело хотя бы немного защитила одежда. Шатаясь, словно снова пьян, Купер делает вслепую несколько шагов, и не слыша больше криков Люси, вываливается в разбитое окно. Макс, расцарапанный бетонной шрапнелью, пытается удержать девушку, но она оказывается сильнее. Кажется, и у него в плече что‑то застряло, а он и не заметил. Юноша опасается легионеров, что теснили Купера: ведь они могли не все пострадать от случайно взорванной гранаты. То, что её активировали случайно, не подлежит сомнению. Ведь взрыв убивает не только Купера, но и тех, кто был внизу ступеней. — Не подходи туда! — кричит он Люси, которая уже почти у подоконника. Но девушка не слышит его, оглушённая взрывом и смертями дорогих ей людей. Задыхаясь в пыли, почти глухая, бежит сквозь ставший внезапно плотным воздух и никак не может угнаться за ним. Казалось бы, их разделяет всего секунда. Люси еле успевает затормозить у окна: пальцы вцепляются в подоконник и тут же режутся о разбитые стёкла, но этого девушка не чувствует. В танцующих отблесках пламени внизу она видит Купера, венчающего фонтан. Наколотый на выступающую часть верхней чаши и недвижимый, он лежит там. Тёмная кровь смешивается с водой и окрашивает стекающие вниз струи.