Чат-боты и биологическое восприятие.

      Лихорадка у него разыгралась к ночи. Алексa, сидя в своей комнате и безуспешно пытаясь расшифровать символ на жетоне через магические поисковики, услышала через тонкую стену приглушённый стон, а потом — глухой удар. Как будто что-то упало.       «Чёрт», — подумала она, и через секунду уже стучала в его дверь.       — Малфой, вы живы?       Ответа не последовало. Она нажала на ручку — дверь была не заперта. В номере царил полумрак. Драко лежал на полу между кроватью и стеной, сбросив одеяло. Видимо, пытался встать и не удержал равновесие. На лбу у него выступила испарина, дыхание было частым и поверхностным. Он открыл глаза, увидел её, и в его мутном взгляде промелькнуло дикое, животное раздражение от собственной слабости.       — Убирайся, — прохрипел он.       — Молчите и не двигайтесь, — приказала она, опускаясь на колени рядом. Ладонь на его лбу обожгла её кожу. Температура была опасно высокой.       Магические средства от простуды она с собой не брала, только засунула в рюкзак пару пластинок от головной боли и температуры, полагаясь на иммунитет и здравый смысл, который теперь явно подвёл. Она втащила его обратно на кровать, что было задачей непростой — он был тяжелее, чем выглядел, и полностью мокрый от пота. Затем схватила свой планшет и вышла в коридор, где ловил слабый Wi-Fi от соседнего кафе. Набрала в поисковик:

      «Высокая температура у взрослого. Нет лекарств. Что делать?»

       Интернет, это сборище народной мудрости и откровенного безумия, выдал ей десятки советов. От «приложите картошку в носках» до «пойте мантры». Но один метод, упоминаемый неоднократно, выглядел более-менее логично: обтирание разведённым спиртом или уксусом для быстрого охлаждения за счёт испарения. Она ликовала: «Спирт есть мини-баре. Идеально».       Вернувшись с бутылочкой джина и куском льда из автомата в коридоре, она застала его бредящим. Он тихо что-то говорил на непонятном языке, возможно, на старом французском или латыни. Слова «цепь», «нестабильность» и «отец» повторялись чаще других.       — Ладно, аристократ, держись, — пробормотала Алексa, наливая джин в таз и разбавляя его ледяной водой. — Сейчас будет весело.       Она сняла с него промокший свитер. Под ним оказалась простая хлопковая футболка, тоже мокрая. Пришлось снимать и её. И вот тут её мозг на секунду отключился, уступив место чисто биологическому восприятию. Драко Малфой без рубашки был… неожиданным. Да, он был худощав, но не тощим. Мускулатура была длинной, сухой, чётко очерченной — не качка, а скорее фехтовальщика или скалолаза. На его торсе она увидела не только детские шрамы от грифона. Бледные, тонкие линии пересекали рёбра с одной стороны — следы от когтей? Ожоги? И вдоль позвоночника шла цепочка едва заметных, темных точек — следы от чего-то, что впивалось в кожу.       «Темная метка не оставляет физических следов, — мелькнула мысль. Это что-то другое».       Она встряхнулась, окунула полотенце в ледяной джин и, сжав зубы, начала протирать его горячую кожу: шею, ключицы, грудь, живот. Он вздрогнул от прикосновения холодной влаги и открыл глаза. Взгляд был не фокусированным, но осознанным.       — Что… вы делаете? — он попытался оттолкнуть её руку, но его движение было слабым.       — Сбиваю температуру по рецепту интернета, — отрезала она, продолжая обтирать его плечи и руки. — Спирт испаряется, охлаждает. Молчите и терпите.       Он зашипел от неприятного ощущения, но сопротивляться не стал. Его кожа под её пальцами была обжигающе горячей, гладкой, за исключением шрамов. Она старалась делать движения быстрыми, безлично-медицинскими, но её пальцы запоминали каждую выпуклость мышц, каждый изгиб ребра. А ещё — как его тело напрягалось при её прикосновении, не от отвращения, а от простой гиперчувствительности лихорадки.       — Противно, — пробормотал он, закрывая глаза.       — Джин не первой свежести, согласна, — сказала она, промокая полотенцем его спину, стараясь не задевать странные точки вдоль позвоночника.       — Не джин… Ваши руки. Холодные.       — Ну, извините, что я не излучаю тепло, как радиатор, — фыркнула она, но ненадолго согрела ладони своим дыханием, прежде чем продолжить. Процедура подействовала. Через двадцать минут его дыхание стало глубже, жар, казалось, немного отступил. Он лежал, уставленно наблюдая, как она моет руки в ванной.       — Где планшет? — хрипло спросил он.       — Вы сейчас в состоянии думать о работе?       — Где планшет, Вейн?       Она принесла устройство. Он с трудом приподнялся на локте, и они вдвоем уставились на символ.       — Я прогоняла через все известные магические базы, — сказала Алексa. — Ничего. Ни одной организации, гильдии, клуба с таким знаком. Как будто его придумали вчера.       — Возможно, так оно и есть, — медленно проговорил Драко. Его голос был слабым, но мыслительный процесс явно работал. — Новое образование. Или старое, но хорошо законспирированное. «G», обвитая змеёй… Змея, пожирающая хвост — Уроборос. Символ цикличности, самообновления. А также… алхимический символ.       — Алхимия? — Алексa нахмурилась. — Но наши подделки… это же не чистая алхимия. Там и рунические цепи, и кристаллические матрицы…       — Синтез, — резко сказал Драко. — Кто-то взял лучшее из двух миров. Точнее, самое опасное. Как тот газ в твоих модулях для стабилизации кристаллов. И смещение рунических узлов в моих артефактах. Это работа не мага-одиночки. Это… лаборатория. С командой. Со специалистами разного профиля.       Он откинулся на подушки, выглядя смертельно уставшим, но глаза горели.       — Надо найти связь между складом и этим символом. Кто покупал склад? Надо пробить маггловские земельные реестры. И магические архивы сделок.       — Лео может помочь с магловскими базами, — предложила Алексa, уже набирая сообщение другу. — А магические архивы… У вас есть доступ?       Драко кивнул, но лицо его исказила гримаса.       — Есть, но потребуется официальный запрос от Министерства или… личный визит в определённые отделы, где меня, мягко говоря, не жалуют.       — Зато вас боятся, — заметила Алексa.       — Страх — ненадёжный мотиватор, — он кашлянул. — Но иногда работает.       

***

      Пока Лео копался в интернет-пропастях, а Драко, снова задремав, бормотал во сне формулы, Алексa решила попробовать другой путь. Она сфотографировала жетон и загрузила изображение в несколько закрытых магических форумов и чатов под ложным именем, с вопросом: «Встречал кто? Нашёл на месте одной интересной аварии». Ответы пришли не сразу. В основном — «не видел», «похоже на герб какого-то самозваного лорда». Но один анонимный пользователь в чате алхимиков написал: «G в змее? Бррр. Слышал байки. Недавно на чёрном рынке реагентов появилась партия сверхчистого фосфора с таким клеймом. Продавали дорого, якобы для «высокоточной работы». Покупатели — тени».       Она показала сообщение Драко, когда он снова пришёл в себя после короткого сна.       — Фосфор… — он повторил задумчиво. — Чрезвычайно летучий и опасный в чистом виде. Используется в особо сложных трансмутациях и… в изготовлении нестабильных магических батарей. — Он посмотрел на неё. — Как в ваших модулях.       — И в ваших самонастраивающихся цепях, — добавила она. — Им нужно высококачественное, дорогое сырьё. И они его покупают. У них есть финансирование.       — И своя символика, — заключил Драко. — Это не бандиты. Это… конкуренты. Теневые. Те самые, кто хочет, чтобы мы уничтожили друг друга.       Он попытался сесть, и одеяло сползло с его талии. Алексa, отводя взгляд, натянула его обратно.       — Спасибо, — пробормотал он, и в его голосе прозвучала неловкость.       — Не за что, — быстро сказала она. — И… надевайте уже футболку, а то простудитесь ещё сильнее.       Уголок его губ дрогнул в чём-то, что могло быть слабой попыткой улыбки.       — Приказ, Вейн?       — Медицинское предписание, Малфой.       Он послушно натянул сухую футболку, которую она ему протянула. Движения были медленными, скованными.       — Завтра, — сказал он, глядя в потолок, — мы идём в архив Министерства. Я знаю, к кому обратиться. А потом… надо будет снова посетить тот склад, но уже с подкреплением и ордером.       — Вы с ума сошли? Вы еле живой!       — Я буду в порядке, — он сказал это с такой ледяной уверенностью, что стало ясно — спорить бесполезно.       — Ладно, — вздохнула Алексa. — Но если вы снова упадете, я не буду вас волочить. Просто оставлю там и привяжу к трости воздушный шарик, чтобы вас быстрее нашли.       На этот раз он не ответил. Он уже засыпал, на этот раз — крепким, целительным сном. Температура, кажется, спала. Алекса сидела на краю его кровати ещё несколько минут, глядя, как поднимается и опускается его грудь. Запах джина и пота смешался с его собственным, теперь знакомым, запахом. Она думала о его спине, об этих странных точках. О его руках, которые могли так точно наносить удары. О его уме, который даже в бреду выстраивал логические цепочки.       «Опасный, — подумала она. — Слишком опасный, чтобы быть просто врагом. И слишком… человечный, чтобы быть просто Малфоем». Она встала, потушила свет и вышла, оставив дверь приоткрытой на случай, если ему снова станет плохо. И всю ночь ей снились змеи, пожирающие хвост, и холодные пальцы на горячей коже.