Глава 8

      Одежду выбирать не приходилось, он только куртку сменил на более новую и тёплую. Нормальными ботинками он так до сих пор и не обзавёлся, и Дракон напомнил себе решить этот вопрос в ближайший выходной.       На условленное место на Рахен-гард он явился вовремя, и сразу увидел троих знакомых – Хамару, Таура и Сола, коренастого волчека песочного цвета, с которым довелось пересекаться всего пару раз. Они шли вдоль невысокого старого дома к входу в подвальный бар, и, заметив Дракона, махнули ему рукой.       Зайдя за ними следом, тёмный волчек ощутил волну немедленно окутавшего приятного густого тепла в просторном помещении с множеством столов. Некоторые из них были заняты, но напарники пошли устраиваться за дальним длинным столом с десятью стульями неподалёку от стойки. Освещалось помещение грубоватыми лампами вдоль стен и на квадратных колоннах посреди зала, поскольку хозяин предусмотрительно не стал нагружать и без того низкий потолок. Как волчеку высокого роста, Дракону хотелось инстинктивно пригнуться, хотя макушка всё же чуть-чуть не доставала до самого потолка.       Он пробрался между столов к товарищам и сел с краю стола ближе к стене – так он хорошо видел остальное помещение целиком.       - Таки мы первые, - оглядываясь, произнёс Хамару.       - Ну а кто бы пришёл раньше, Нина, что ли? – хмыкнул Сол. – Она, как обычно, явится самая последняя и в обнимку со своим коммуникатором.       - Предлагаю пока взять по ратвию, хоть согреемся немного, а потом и остальные подтянутся, - пожал плечами флегматичный Таур и поднял руку, подзывая официантку.       - Это можно...       На вкус ратвий показался Дракону таким же мерзким, как и на запах, по горлу прокатился обжигающий комок, ободравший горло, и он против воли скривился.       - Непривычный, что ли? – отпил из своей кружки Хамару, обратившись к Дракону.       - Непривычный, - согласился он. – К этому... Этому ощущению.       - Как по мне, так лучшее средство от холода. Не считая жарких объятий, конечно.       - Только не вздумай с нами обниматься, - хохотнул Сол. – Мы ещё только начали. Я после качественного стейка не откажусь и от бокала тарминского...       - Дракон, если обычно не пьёшь, не вздумай к нему прикасаться, - наклонился к тёмному волчеку Таур. – Я до сих пор ничего не могу вспомнить, что со мной было после него. А эти придурки не рассказывают.       Под общий ржач над Тауром тёмный волчек подвинул к себе предусмотрительно принесённый расторопным официантом графин с водой и отпил из стакана, чтобы приглушить дерущие ощущения в горле. Градус алкоголя в ратвии ощущался слабо, но по опыту Дракон знал о коварстве этого вида напитков.       - Surmateehis лучше, - фыркнул он.       - Сурматское? – переспросил Сол. – Я о нём только слышал. На востоке, говорят, оно настоящее.       Дракон кивнул:       - Но пить нельзя. Пробовать – да, пить – нет.       - Почему?       - Дорого и... Башню срывает нахрен.       - Ну что, выпьем за нашу встречу? – поднял кружку Хамару. – Чтоб она случалась почаще и по хорошим поводам!       Вопреки ожиданиям Нина пришла даже не последней. Неизменно держа в руках коммуникатор, она без приветствий плюхнулась на место напротив Таура:       - А чего, Морон не придёт, что ли?       - Сказал, задержится, позже будет, - ответил Хамару.       - Он мне нужен позарез, я отпроситься хочу на три дня.       - А позвонить?       - Когда я звонила, он был занят.       - У тебя что-то случилось? – спросил Таур.       - Не твоё дело!       - Ладно, ладно, мало ли, вдруг тебе помощь нужна или что…       - Захлопнись!       - Всё, молчу.       Вскоре подтянулись и Девир с Шутаром, а за ними Ласси и даже Амайя, хотя все до последнего держали вялое пари, что она не явится.       Когда в бар зашёл Морон, он зябко передёрнул плечами и какое-то время раздумывал, не остаться ли ему в куртке; на улице мороз крепчал, впрочем, как уже и содержимое кружек его подчинённых. Хамару тут же уступил ему место во главе стола и сдвинулся к Девиру.       - Слышали новость, кстати? – тем временем спросил Шутар. - Красные живого Чёрного Доспеха таки взяли!       - Он что, застрелиться не успел? – поморщился Хамару.       - Да не, говорят, он с катушек слетел, даже не понимал, где он и что с ним, про каких-то призраков всё говорит.       - Все Чёрные были двинутые ребята… - буркнула Нина. - Подожди, так он до сих пор жив, что ли?       - А я о чём толкую? Мне знакомые рассказали, он даже не в Цитадели сейчас – его в психушку упекли.       - Почему только сразу не казнили? Какой в том смысл?       - Есть смысл, - сказал Дракон. – Со стороны Императора это хорошее... Ммм... способ сказать, что Чёрные Доспехи не есть опасность.       - Что они не являются угрозой, - подсказал помрачневший Морон.       - Да. Это показательно... унизить, подавить, оскорбить, втоптать в грязь. Оставил в живых потому, что иметь тогда Чёрные жалкий облик. Умно.       - Умно... – эхом повторил Хамару. – Но нам-то что с того, время Чёрных вышло в тот момент, когда они встали на сторону Серана.       - Тише, - рыкнул Морон. - Услышат это имя от тебя Красные, замучаешься доказывать, что ты не каргуль. Шутар, ты лучше имя Чёрного скажи.       - Да не помню точно… То ли Марадет, то ли Марадес… Вроде фиттером был.       - Вроде, вроде… Уши развесил, там услышал, тут подхватил, а проверенной информации ни на коготь. – Морон отпил ратвия, но вкус теперь казался ему намного горше.       - Давайте за наших лучше выпьем, - предложил Таур, - за тех, кто сегодня не пришёл.       - Вот это другой разговор!       - И за тех, кто не придёт… - тихо добавила Нина и залпом выпила свой ратвий, даже не поморщившись.       - Оставить пораженческое настроение! – Морон откинулся на спинку стула. – У нас есть работа, есть официальный заработок и крыша над головой. У многих и половины этого нет. Что вам ещё надо?       Волчеки притихли и прижали уши – со своим командиром они были согласны.       - То-то же. Вот и хватит сопли распускать!       Девир скосил глаза в сторону и уже через секунду заинтересованно повернул голову; остальные тоже заозирались и быстро поняли интерес большого белого волчека.       За стойку бара прошла тёмно-серая волчен в длинном красном платье с открытыми плечами и настолько глубоким декольте, что мужской половине компании за столом разом стало жарко. Взгляд её глубоких фиолетовых глаз в обрамлении чёрных татуированных век хищно прошёлся по залу, заставив дрогнуть даже Морона. Рядом с ней расположились ещё трое волчен в не менее откровенных одеждах и с тяжёлыми крупными драгоценностями, но на фоне этой дамы они выглядели дёшево и бледно.       - Так, мне срочно нужно то самое сурматское вино… - пробормотал Таур.       - Зачем? – недоумённо спросил Дракон.       - Добавит смелости и сотрёт воспоминания!       - Ты её хочешь? – хмыкнул Сол.       - Хочу.       - А зачем стирать воспоминания? – всё ещё не понимал Дракон.       - Она… Блин, как тебе объяснить…       - Ха, делаем ставки! – потёр руки Хамару. – Ставлю двадцать серебряных, ты так и не решишься к ней подойти!       - Тридцать, - ответил Ласси, - на то, что Таур таки выпьет хотя бы тарминского.       - Придурки, - фыркнула Нина.       Морон покачал головой – ставки он не одобрял, но лучше пусть темой разговора будут деньги и бабы, чем Чёрные Доспехи.       Волчен за стойкой тем временем уже привлекли к себе внимание чужой компании из трёх волчеков. Однако тёмно-серая волчен резко отказала самому настырному и пьяному из них – тот повёл себя агрессивно, но его коллеги вовремя одумались и силой уволокли своего товарища, так что конфликта удалось избежать. Таур всё-таки заказал себе тарминского, но не решался пригубить его, всё катал бокал в руках, да и в сторону тёмной волчен уже не смотрел, боясь передумать.       Парочка волчен, рыженькая и коричневая, всё-таки сами подошли к их столу, соскучившись и устав сидеть в одиночестве; разговор за столом в их обществе пошёл оживлённее.       Под громогласный восторженный рёв коллег Таур выпил тарминского и повернулся к барной стойке. Только тёмно-серой волчен там уже не было, и волчеку пришлось довольствоваться её палевой подругой, охотно принявшей его неловкие ухаживания.       Тем временем в одной из верхних комнат когти волчен осторожно коснулись белесого шрама на груди Дракона. Точно такой же она нащупала и на спине тёмного волчека ровно напротив, будто волчека когда-то проткнули насквозь. Они изучали друг друга, урча от удовольствия и до боли впиваясь клыками в чужую одуряюще пахнущую шкуру.       - У тебя нет сердца? – прошептала волчен, от ключицы до подбородка лизнув шею склонившегося над ней волчека. – Такая дыра, должно быть, было больно…       - Разумеется, есть. Без сердца не живут.       - Жаль. Это было бы очень… романтично.       - Тебе же всё равно.       - Как и тебе.       Тёмная волчен прижалась к волчеку всем телом и вцепилась когтями в его плечи.       - Что ж, пусть нам будет безразлично вместе, пока твои друзья тебя не хватились.              ***       Когда тёмный волчек открыл входную дверь в квартиру, там уже был Зорфен - он сидел в кресле в одних штанах и пил кнаа. Вяло взглянув слипающимися глазами на вошедшего, Зорфен повёл носом и тут же оживился:       - У-у-у, это где ты так наклюкался?       Дракон с трудом расшифровал смысл вопроса по интонации и выражению лица Зорфена, но не смог подобрать ответ на донгевере и перешёл на старый язык, с трудом ворочая языком:       - С сослуживцами. Эти ублюдки пьют, как рыбы...       - О, я ведь чую ещё и волчен?       Под весёлым взглядом бледного волчека Дракон снял куртку, так и бросив её в коридоре, по стеночке добрался до кровати и упал на неё. Перевернувшись на спину, он с облегчением отметил, что в лежачем положении потолок и стены почти не вызывают чувства качания.       - Где же это прекрасное классовое неравенство, когда оно так нужно... – пробормотал бурый волчек, потирая виски.       - Чего? - Зорфен не стал мучить товарища языковым барьером, тоже перейдя на стародонгеверский.       - Был бы ты моим слугой, молча бы набрал ванную и снял с меня ботинки.       - У-у-у, ну ты даёшь... Неужели настолько хреново? И, кстати, благородный, нет у тебя ботинок.       - Ещё проще, - поморщился Дракон.       - Чего пили хоть?       - Такую дрянь, что она породила во мне тоску по прошлому. Этим можно только напиваться, но никак не пить!       - А ты как хотел? Помнится, последний раз, когда мы с тобой закладывали за воротник, ты зарёкся доводить себя до состояния тваахи...       - Я ушёл оттуда и пришёл на своих двоих! – возмутился тёмный волчек, с трудом приподнимаясь на локте и фокусируя глаза на товарище. – В отличие от некоторых...       - А что за повод-то?       - Понятия не имею...       - Ну что ж, добро пожаловать в клуб алкоголиков! – осклабился Зорфен. – Видела бы тебя сейчас твоя мамаша…       - Вот не надо о ней, а? И вообще, она сейчас выдала бы по затрещине нам обоим, не особенно разбираясь. Мне – за пьянство, тебе – за то, что не уследил за мной.       Волчеки переглянулись и, синхронно потянувшись руками к затылкам, поморщились от воспоминаний.       - Ладно, один-ноль в твою пользу, - хмыкнул бледный волчек. – От мыслей о ней так хочется сразу притвориться тряпочкой...       - Не надо так про неё... – Дракон повернулся на бок к стенке и шумно вздохнул. - Если ты заткнёшься хотя бы на минуту, попробую уснуть.       - Учти, утром я не буду спасать тебя от похмелья. Мне завтра одно дело надо провернуть.       - Как угодно.       Тёмный волчек вопреки собственным словам вырубился почти сразу же, как закрыл глаза.