Глава 30

      Сон тёмного волчека был спокоен, но недолог.       В шесть утра прозвучал звонок лежащего на столе коммуникатора, показавшийся в тихом кабинете даже слишком громким.       Дракон тут же проснулся и быстро сориентировался - он в штабе корпорации и, к счастью, в своём кресле, а не на столе, как это было пару дней назад.       Подняв коммуникатор и определив, кто звонит, он уже был собран и готов к разговору.       - С рассветом вас, мессейр Дракон. - Изящно вежливый даже через трубку Ангер стелился поземкой. - Надеюсь, я вас не разбудил?       - Моя воля - вообще бы никогда не спал, конт Ортаси.       - Я к вам по делу – не желаете ли зайти ко мне сегодня вечером на приватный разговор? Касательно того контейнеровоза и моих восточных коллег. Мне бы хотелось услышать из первых уст ваши выводы.       - Сожалею, конт, сегодня я плотно занят и не могу быть уверенным, когда освобожусь.       - Жаль. Тогда выделите для меня завтра время, но в первой половине дня.       - Разумеется, конт.       - О, кстати, вы в курсе, что этой ночью от Красных Доспехов сбежал опасный заключённый?       - Заключённый. Сбежал. От Красных. Вы мне снег в уши не сыпьте, конт, у меня неважное чувство юмора.       - И тем не менее. Цитадель гудит, поговаривают, какому-то стат-фиттеру чуть голову не оторвали. Так что, на всякий случай, мессейр Дракон, будьте с ними повежливее, если столкнётесь – нервы там у всех на пределе.       - Кто сбежал-то?       - Откуда мне знать, я даже обстоятельств не знаю пока, но надеюсь в скором времени получить... Явно кто-то важный для них.       Ангер врал как дышал - и кидал тёмному волчеку обглоданные кости, чтобы тот отложил свои дела и как можно раньше прибежал к его ноге и выдал всю информацию по контейнеровозу. Если бы Дракон и так не был бы больше всех в курсе случившегося, то даже прибежал бы и хвостом повилял, чтобы потешить самолюбие благородного.       - Что ж, если вас не затруднит, расскажете мне подробности завтра, – не поддался он.       - Всенепременно, буду вас ожидать с нетерпением.       Дракону действительно сегодня было не до посиделок с Ангером – нужно было лично проконтролировать, чтобы Чёрный Доспех, который отнюдь не являлся психом, ни во что не вляпался и тем более не попался Красным. Поэтому волчек не возмутился раннему подъёму; чем раньше он вернётся к Тхару и упадёт ему на хвост, тем легче будет его отслеживать.       Не успел тёмный волчек вылезти из кабинета за кнаа, пока Сиафи ещё не явился на работу, как коммуникатор вновь зазвонил:       - Милый, с добрым рассветом! Надеюсь, выспался?       - Что-то случилось?       - Ну, я ждала, что ты сегодня придёшь ночевать ко мне, аж до утра просидела, проглядела все глаза в окно... – с показательной обидой надула губу Мата.       - А если серьёзно?       - Если серьёзно, то действительно ждала, – хмыкнула она. – Так что следующей ночью, будь добр, явиться ко мне до пяти утра. Ты и так слишком много работаешь.       - Понял, буду. Что-то ещё?       - Вот только рассвет, а ты сразу о делах. Да, моя охотница доложила, что нарисовался случайный свидетель очень захватывающих событий вчерашней ночи. Он видел некий фургон, но не определил, кто именно за ним гнался. К Доспехам не идёт, обдумывает, кого шантажировать – просто хочет денег, ничего нового. Я правильно понимаю, что с ним нужно сделать?       - Верно, и чем раньше, тем лучше, но незаметно. Мата, я обещал – и я приду. Охотнице передам через тебя бонус.       - Хорошо, что не лично. Не хочу тобой делиться, – не упустила подколки волчен. – Светлого дня, милый.       Мату точно обижать не следовало – слишком ценным приобретением она была для Дракона.       Тёмный волчек только вернул коммуникатор в карман и встал из-за стола, как он снова завибрировал.       - Мессейр Дракон Шаррд? – раздался седоватый и суетливый голос.       - Да? – нахмурился тёмный волчек.       - Это Дейк, Дейк Арновери. Помните меня?       - Конечно. У меня очень хорошая память.       - Я не слишком рано?       - В самый раз.       - Уф, хорошо. Мы здесь с моей дочкой и Кларистом у Доспехов стоим, заняли очередь с утра, чтобы зарегистрировать вашу девочку, хотим у вас спросить насчёт неё...       Брови Дракона взлетели аж до гривы.       - ... какую девочку? – осторожно уточнил он.       В коммуникаторе повисло неловкое молчание.       - Вы же её Кларисту принесли, – растерялся Дейк, – один, момент, мессейр, я уточню... Да, Кларист говорит, точно вы, он вашу ауру хорошо запомнил. Фелинн её зовут.       - Подожди, Дейк, минуту.       Дракон присел обратно в кресло. Его взгляд панически заметался по кабинету; он судорожно искал в своей памяти хоть какую-то зацепку, связанную с некой волчен и ситреком.       Наконец, что-то смутное всплыло в голове – вроде бы после взрыва контейнеровоза, но до драки в порту...       - Фелинн, говоришь? – обречённо спросил Дракон.       - Да. Красивое такое имя вы ей выбрали, нездешнее, что-то из восточных корней.       - Почему Фелинн... – пробормотал волчек. – Так, ладно, что вы хотели уточнить?       - Родовое имя нужно ей. Мы посовещались, думаем, ваше ей подойдёт. Ведь это вы её спасли, да и звучит красиво – Фелинн Шаррд.       - Только не моё! – поспешно ответил Дракон, подобравшись. – Придумайте что-нибудь, никак не связанное со мной.       - Вы точно не обидитесь?       - Хаос упаси...       - Хорошо, у моей дочери тут вариант был Майира – в честь одной волчен-исследовательницы Майин, как вам?       - Прекрасно... – обмяк в кресле Дракон.       - Тогда, с вашего одобрения...       - Да-да, конечно, одобряю.       Завершив звонок, Дракон провёл рукой по лицу и посидел так пару секунд, переваривая последний разговор.       Нужно выпить кнаа, сожрать что-нибудь на скорую руку на завтрак, передать часть дел через Сиафи, выключить коммуникатор полностью... И бежать к Тхару, пока с таким трудом добытый Чёрный Доспех не выскользнул из его сети.       Даже закурить некогда.              ***              Осторожно выглянув из-под мешка, Тхар облегчённо вздохнул.       Призраков нигде в подвале не было видно.       Во рту была непонятно откуда взявшаяся мерзкая горечь, но, к счастью, без металлического привкуса; болело предплечье левой руки, словно там был ушиб, а ноги и спина еле разогнулись. Но в целом чувствовал себя Тхар вполне пристойно, несмотря на вчерашнюю вынужденную пробежку в одном тонком комбинезоне на морозе и сон в относительно холодном помещении.       Однако радоваться ещё рано; пусть он пригрелся, и покидать уютное гнездо из наваленных мешковин ему совершенно не хотелось, но назрела очень важная проблема.       Голод.       Вчерашние происшествия и разговор с ненормальным бурым волчеком Тхар пока гнал от себя прочь. Об этом он поразмыслить должен обстоятельно и не на голодный желудок.       Волчек огляделся бездумным взглядом. Что он имеет? Средств нет. Одежды нет – не считать же ею смирительный комбинезон с ремнями на рукавах? Кстати, о них. Тхар поискал подходящий иструмент в мусоре и нашёл ржавые кусачки. Подрезать толстые нитки удалось не сразу, но ремни он всё же оторвал.        Что дальше? На хвосте – предположительно, Красные Доспехи и этот псих. При мысли о последнем Тхар содрогнулся и машинально потёр загривок, которого омерзительно касались когти тёмного волчека.       С этой напастью он разберётся позже.       Тхар встряхнулся и с силой потёр лицо руками, изгоняя лишние сейчас мысли.       Найти еду. Срочно.       Вряд ли сумасшедший тёмный волчек в ближайшее время наведается в этот дом – убийства и пытки не вершат на территории близко к убежищу. Поэтому здесь Тхар пока в безопасности. Из того, что он успел увидеть вчера, район был жилым, но теперь выглядел заброшенным. Если здесь не живут волчеки, то наверняка прячутся крысаки и стервятники. А это уже кое-что.       Нет, в таком виде на мороз всё равно выходить нельзя, надо бы хоть что-то найти из одежды.       Он принялся вновь копаться в окружающих его мешках и ящиках, с куда большим вниманием изучая всё, что попадалось ему на глаза.       Найденный моток грубой бечевы он отложил – пригодится. А вот рыболовная леска была не просто кстати. Её немного оставалось на болванке, но и того хватит.       Помимо этого, Тхар отобрал ещё лоскут яркой зелёной тряпки. Его он обвязал верёвкой и оставил её где-то с пару метров, чтобы тряпкой можно было шевелить на таком расстоянии.       Затем Тхар нашёл рваную в двух местах куртку рабочего. Ну и что, что на левой груди дырка и тёмное подозрительное пятно вокруг неё, не привыкать. Тёплая, неважно, что великовата; капюшон от ветра есть, молния застёгивается, а всё остальное не так уж и важно.       Конечно, не Техры весть что, но Тхар подозревал, что везти начало просто невероятно, и это ему не нравилось. Он терпеть не мог удачу – падла та ещё, хвост игриво задерёт, а потом и коленом... гхм, под зад.       Раздумывая об этом, Тхар быстро соорудил силок. Не особенно хороший, леска была старая и в некоторых местах на ней уже образовались надломы, но лишь бы выдержала первый рывок.       Теперь... Теперь найти путь на крышу.       Осторожно выбравшись из своего укрытия, белый волчек поднялся по лестнице из подвала на первый этаж дома. Он постоянно прислушивался, но в доме было тихо. За окнами было серое безрадостное утро, снег закончился, но тучи не спешили расходиться. Тем лучше, видно будет хорошо.       Преодолев себя, Тхар заглянул и в комнату на третьем этаже, откуда вчера сбежал.       Она пустовала, крюк по-прежнему висел на металлических трубах, да и стол лежал на боку у стены. Запаха тёмного волчека уже не ощущалось.       Белый волчек покинул комнату и поднялся на чердак. Дверь на крышу открылась легко, замка на ней не было.       Взору Тхара открылась довольно угнетающая картина; столица задыхалась от зимы. Дома вокруг были безжизненны, и только где-то вдали слышались привычные городские звуки.       Поведя носом, Тхар сощурился и огляделся. Отметив расположение домов, он нашёл то, что ему нужно.       В верхнем слое снега леска была совершенно незаметна. Возле силка, установленного недалеко от двери в дом, Тхар положил ткань. Сам же волчек ушёл под прикрытие двери и взял в руки концы верёвки и лески.       Мимо просвистела стайка стервятников, голов пять-шесть.       Тхар осторожно пошевелил привязанной к верёвке тканью. И продолжал ею двигать, пока стая не обратила на неё внимание.       Стервятники не очень умны, но весьма любопытны. А эти ещё и не шуганые. Странный яркий предмет, мелькавший на крыше, заставил их приземлиться поодаль и внимательнее осмотреть его со стороны.       Тхар тут же перестал шевелить кусочком ткани.       Вот это стервятников уже смутило. Едва они начали терять интерес к тряпке, как та вновь шевельнулась, заставив вожака стаи подпрыгнуть и грозно зашипеть на неё. Тряпка замерла.       Белый волчек подобрался. Шанс у него один – и из-за обстриженных когтей надеяться можно лишь на собственные клыки.       Неизвестное явление требовало исследования, и вожак приблизился к тряпке. Придирчиво осмотрев её со всех сторон, он осторожно клюнул её раз... другой...       Леска затянулась на его лапе, стервятник с криком взмахнул крыльями, а в следующий миг челюсти прыгнувшего волчека сомкнулись на его шее. В пасть брызнуло солёным железом.       Стая порскнула в разные стороны, вереща и хлопая крыльями.       Обвисшая тушка стервятника в руках не вызывала большого аппетита в таком виде; Тхар поморщился, но – надо. Тем более, что кровь он уже попробовал, и живот требовательно заурчал.       Сглотнув, белый волчек с кислой миной попытался найти и светлые стороны в этом: он много лет сидел на одном и том же рафинированном меню больницы, а тут такое... неожиданное разнообразие.       Тхар зашёл в дом, держа птицу на вытянутой руке и стараясь не приглядываться к ней, как вдруг чуть не выронил добычу.       Возле лестницы на чердак на Тхара потусторонним взглядом глядел призрак в виде волчека в броне и с гипертрофированными когтями и клыками.       Скользнув вдоль стены, Тхар протиснулся на лестницу и кубарем скатился вниз на один пролёт.       Только бы он не пошёл следом, только бы не пошёл...       Обернувшись, Тхар обречённо поднял шерсть на загривке.       Синеватая тень шла по ступенькам вниз. Век у призрака отродясь не было, моргать он не моргал и не сводил свои огромные круглые глаза с Тхара.       Дрожа, Тхар зашёл в ту самую комнату с крюком и быстро отгородился от призрака опрокинутым столом. Призрак не возражал, только встал в проходе, не отводя от Тхара тупого взгляда.        Убедившись, что призрак пока не принимает никаких действий и вообще ведёт себя довольно спокойно, Тхар поднял стол и положил на него тушку стервятника.       При виде потёкшей на столешницу крови живот белого волчека заурчал ещё громче. Нервно оглядываясь на призрака, Тхар вцепился зубами в птицу.       Трапеза была скудной, в стервятнике не так много мяса, к тому же жёсткого, но и этого достаточно. Сырого и, возможно, не самого здорового мяса Тхар не ел уже давно, и потому, как бы голоден он ни был и как бы страшно не стоял над душой призрак, волчек старался не торопиться, чтобы оно нормально переварилось и усвоилось.       В этом доме он не останется – это укрытие хорошо только на первый раз, пока не вернулся тёмный волчек. Что сюда зайдут Красные Доспехи, Тхар сомневался, но не исключал – если странный бурый волчек не боялся решать свои грязные дела в этом районе, вероятность столкнуться с Доспехами здесь довольно низка.       С одной стороны, подумал Тхар, глядя на неподвижного призрака, можно вернуться в клинику – и будь, что будет. Он слишком смутно помнил, что произошло и как он оказался подвешенным на крюке в этом заброшенном здании. Может быть, это нелепая попытка его выкрасть, а может, всё это только кажется или снится. Если он туда вернётся, помогут ли ему? Уверенности не было.       С другой же стороны... Он впервые за столько лет чувствует себя на свободе. Свободе, о которой не просил, не мечтал и не думал. Что, если это поможет ему лучше каких-то лекарств собрать мысли в кучу и понять, что с ним происходит?       В конце концов, всегда есть самый последний вариант, с которым торопиться не стоит. Тхар только сильно подозревал, что в Лабиринте Хаоса ему рады не будут – не дай Техры ещё присоединиться к этой стае призраков. Мысль о подобном послесмертии вызывала лишь жгучее желание жить.       ... А ведь вчера тени неожиданно стали на его сторону.       Знать бы ещё, как это произошло, без их помощи крюком Тхар бы не отделался.       Присутствовавший в комнате призрак волчека в броне молчал и вида не показывал, что слышит или понимает высказанный белым волчеком вслух вопрос.       Опасаясь поворачиваться к нему спиной, Тхар принялся ходить из угла в угол, держа призрака в поле зрения. Он не хотел иметь с этими тенями никаких дел и больше всего на свете желал, чтобы они исчезли. Ведь если присмотреться, то в этом призраке он узнает своего друга.       Голову пронзила боль, Тхар отвернулся от синей тени и зажмурился. Не вспоминать, не думать, не думать, не погружаться в пучину той страшной ночи...       На этот раз отпустило. Тяжело дыша, белый волчек постарался вновь посмотреть на призрака отстранённо.       Призрак исчез из дверного проёма.       Тхар облегчённо выдохнул, снова зашагал из стороны в сторону и на очередном повороте нос к носу столкнулся всё с тем же призраком.       С криком Тхар отпрыгнул от неподвижной тени, вздыбив шерсть и пытаясь унять бешено стучащее сердце.       Из Кест-Фернала нужно бежать как можно дальше, спасаясь от воспоминаний, проецирующих этих призраков.       С такими противниками за спиной, как непонятный тёмный волчек и Красные Доспехи, гиблое дело. Но не невозможное.       Вначале Тхар подумал о западном побережье, но тут же отказался от этой идеи. На западе вероятность столкнуться с выжившими Чёрными Доспехами слишком высока – там когда-то располагались два тайных штаба, контролировавшие конфликты в белых семьях. Приводить тёмного волчека к ним он не собирался. А вот восток... Иная культура, большие торговые города, своеобразное общество – если в него удастся влиться, его там Красные уже не достанут.       Как туда добраться – другой вопрос. Насколько Тхар помнил, в столицу и из неё на восток регулярно ходили и пассажирские, и товарные поезда. Сохранилась ли эта регулярность сейчас, ещё предстоит узнать, но в том Тхар почти не сомневался. Восточное железнодорожное сообщение слишком важно для столицы.       А чтобы попасть на поезд, нужны деньги.       Легальный заработок в Кест-Фернале отпадает, ведь нужна ксива для приёма на работу, а ксиву можно будет получить только у Доспехов. Так что только сдельная чёрная работа.       Пока что у Тхара один выход – держаться поближе к поездам.       В крайнем случае, он попытается проскользнуть в один из товарных вагонов.       Тхар решительно выпрямился и направился к выходу.       На лестнице его караулила одна из теней. И больше всего она напоминала одного юного рядового Доспеха, который столь проникся подвигами Тхара на службе, что всеми правдами и неправдами добился того, чтобы служить именно под его началом. Его тень же сейчас апатично мотала головой с перекошенной мордой, нижняя челюсть отвисла и заклинила в этом положении. А ещё конкретно эта тень предпочитала передвигаться на четвереньках.       Тхар снова ссутулился и, широко открытыми глазами следя за призрачной тварью, по стенке обошёл её и озирался до самого выхода.       Теней всегда было только четыре, другие ему не являлись, но привыкнуть к ним за эти годы он так и не смог. Они никогда не шли на контакт, ничего не просили, только стояли и смотрели. Редко когда собирались все вчетвером, обычно их было не больше двух разом. А ещё они никогда не уходили, не слушали и не слышали.       Именно поэтому неожиданная помощь с их стороны даже больше пугала, чем радовала. Зачем они это сделали? И что послужило причиной? Почему они сорвались?       А ещё... Тут Тхар даже остановился. Не значит ли это, что они... реальны? Или же нереальным был тот тёмный волчек и всё, что произошло с Тхаром? Может быть, это всё – развитие этих страшных иллюзорных снов, преследующих Тхара все эти годы?       Где вообще реальность?       Белый волчек судорожно вздохнул... И встряхнулся.       В своём безумии он пойдёт до конца. И пусть он будет играть по сумасшедшим правилам, но никто не сказал, что играть всегда нужно честно.       Тхар прекрасно помнил Кест-Фернал. Он ходил по его тёмным улицам бесчисленные сотни раз во сне, знал каждый закуток, каждую щель и всегда, всегда видел смерть своих собратьев по оружию. Но сейчас... Сейчас же всё наяву?       Белый волчек кутался в рваную куртку и избегал самых памятных для него путей. Он очень боялся, что этот раз тоже окажется сном. Несколько раз он видел подле себя то одного, то другого призрака, которые либо стояли на мостовых, либо шли, иногда даже в противоположную сторону, не замечая Тхара. Но неизменно они присутствовали поблизости. Несколько раз тень проходила через случайных встречных волчеков, и те не обращали на неё никакого внимания.       В горле начало неприятно саднить. Ослабленный и переохладившийся организм взбунтовался простудой, которой волчеки болели нечасто, зато бурно и быстро, так что вскоре белого волчека уже потряхивало ознобом.       Прибившись к двери одного из домов, Тхар укрылся за небольшим выступом от ветра. И почему его угораздило очутиться на улице зимой? Есть ведь ещё лето, весна... Осень, на худой конец!       Мышцы одеревенели, конечности ломило; Тхар знал, каково это – умирать от холода, но именно сейчас он очень хотел жить. И какой-то простуде он тоже не сдастся.       Куда теперь?       Тхар помотал головой, с усилием вспоминая, куда же он шёл.       Нет, только не направо, там он уже был и не раз, там смерть.       Значит, налево... И дальше, но ни в коем случае не оглядываться.       Смерть взглянула на него и там, но Тхар на сегодня уже устал шарахаться от возникающих в случайных местах призраков.       Ветер успокоился, и пошёл снег.       Видимость снизилась, но ноги сами несли Тхара знакомым путём.       Ведь этой дорогой он тоже ходил.       Жилые дома сменились промышленными складами и другими производственными зданиями. Среди них Тхар разглядел покатую металлическую крышу и уверенно направился к ней.       Послышались протяжные грустные гудки, а значит, волчек не ошибся.       Пройдя вдоль длинной и высокой стены, Тхар увидел, наконец, железнодорожные пути и несколько грузовых составов на них, заметаемых усиливающимся снегом.       В открытые двери грузового вагона одного из составов по дощатому настилу трое волчеков таскали ящики.       - Эй, - окликнул он их издали. – Ещё пара рук нужна?       - Засунуть некуда? Оставь при себе! – грубо ответил самый низкий волчек, больше стоявший и командовавший.       - Так помочь можно?       - Чё хочешь? Денег? Вали отсюда, пьянь.       - Ты меня даже не нюхал! – притворно возмутился Тхар, настроившись на торг.       - Зато посмотрела, - отрезал командир, и Тхар понял свою ошибку: на самом деле, то была угольно-чёрная волчен с красными глазами и очень хриплым и низким голосом. – Не впечатляешь.       - А восемь часов за шесть серебряных? – навскидку рискнул поторговаться Тхар.       - За два, - с готовностью огрызнулась волчен.       - Пять.       - Три, и больше не получишь.       - Да это же чистая эксплуатация!       - Ну и что?       Действительно, подумалось Тхару.       - Ещё один накинешь?       - Нет.       - Ну, половину.       - Три с половиной, точка. Танк покажет тебе на складе груз, будете подтаскивать партию к вагону.       Крупный бежевый волчек опустил ящик обратно на землю и махнул Тхару рукой.       - За мной иди. Там не очень много на сегодня осталось, перетаскаем до конца дня.       - Ифер, а ты чё застыл? – накинулась волчен на второго подчинённого. – Продолжайте, у вас смена только началась.       - Так холодно же! Температура падает!       - Значит, плохо работаете, если согреться не можете, - рявкнула волчен.       - Ну ты сука...       Под вечер к концу погрузки Тхар молил всех известных ему Техр, чтобы дали ему просто упасть в снег. Столько он уже очень давно не надрывался, хотя когда-то приходилось вкалывать в куда более тяжёлых условиях. К тому же его доконали температура и мокрый и вязкий кашель, от которого Тхар разодрал себе горло и теперь тяжело сипел. Только деваться всё равно было некуда, и он продолжал работать – так он хотя бы изредка оказывался в тёплом помещении.       Новичка Танк пожалел и сам отнёс его последний ящик, который Тхар выронил из дрожащих рук и не смог поднять. Тхар в полузабытьи осыпал ругательствами призраков, толпившихся вокруг и отнюдь не изъявлявших желание помочь, отчего на него с изумлением оглянулись все грузчики. Но белоснежному волчеку уже было всё равно, что о нём могут подумать: он многажды клял себя за совершенно дурацкую идею и хотел только одного – лечь и забыться нездоровым сном.       Шай, хотя и орала дурниной на косорукого помощника, не злилась; как сказал бурый Дач, ругалась она всегда для виду.       Но чему Тхар действительно был благодарен, так это тому, что Шай разрешила ему переночевать в сторожевой каморке на опустевшем складе. По крайней мере, там было тепло.       Есть волчеку уже совершенно не хотелось, чувствовал он себя всё паршивее. Когда он добрался до продавленной кровати в каморке, то просто упал на неё и свернулся калачиком. Отяжелевшие веки закрылись сами, и Тхар провалился в глубокий сон.        Ночью его словно что-то толкнуло. Белый волчек открыл глаза в темноту, прорезаемую только слабым светом из окна. Ещё была глубокая ночь.       Во рту был странный отвратительный привкус, Тхар с трудом заставил себя сглотнуть. Горло ещё болело, но странно – признаки болезни ощущались не так остро, можно сказать, он чувствовал себя сносно. Тхар поднялся с кровати и вышел из клетушки, чтобы умыться от засохшей грязи на лице и прополоскать горло.       Вытирая уже несвежим полотенцем лицо, волчек медленно побрёл обратно в кровать, как продышавшийся нос распознал сильный запах дешёвых сигарет. Тхар вздрогнул и поднял голову.       На металлической перекладине прямо над ним сидел бурый волчек в чёрном пальто и курил, легкомысленно свесив вниз ногу в тяжёлом сапоге.       - Опять ты?! – прохрипел Тхар и прокашлялся. – Отвали уже от меня!       Тёмный волчек выпустил плотную струю дыма изо рта, пристально глядя на Тхара жутко суженными зрачками-нитками.       - Я тебе снюсь, - спокойно заявил он.       Тхар растерялся. Он покрутил головой, нашёл взглядом одного из призрачных Доспехов возле сломанной тележки, но тот не реагировал на пришельца, словно его здесь и вправду не было.       А тёмный волчек откинулся спиной на перекладину, с видимым удовольствием потянувшись всем телом.       - Неубедительно... – неуверенно отступил Тхар, снова взглянув на призрака в углу. – Я же не сплю.       - Откуда тебе знать, если настоящих снов ты не видел?       - Что? – непонимающе поднял глаза белый волчек, но того на перекладине уже не было. Тёмный волчек испарился, оставив после себя только неприятный сигаретный запах.       Шерсть на загривке у Тхара встала дыбом, он задрожал и, поджав хвост, поскорее убрался в каморку. Дверь ему показалась ну очень хлипкой преградой, липкий страх прокрался между лопаток по позвоночнику и ниже и поселился где-то в разом ослабевших коленках.       Ощущение тепла и покоя схлынуло, оставив только панику.