Глава 3. Выбор отца

      — Я ничего не поджигал, мам, — спокойно ответил Адар, проходя к столу. — Я был в лесу. Наблюдал.       Мина замерла с половником в руке, её голубые глаза расширились. Вара же, чей взгляд обычно был спокойным и холодным, как подобает выходцу из побочной ветви Хьюга, едва заметно прищурился. В доме воцарилась тишина, прерываемая только треском дров в очаге. — Наблюдал за чем? — медленно спросил отец, отодвигая тарелку. Адар сел на стул, сложив маленькие ладони перед собой. Он выглядел как ребенок, но говорил как воин, вернувшийся из разведки. — За смертью. За тем, как кланы с символом веера на спине и шиноби с симметричным знаком из пересекающихся линий, превращают землю в пепел.       Мать ахнула, прикрыв рот ладонью, а отец напрягся всем телом. В этот момент Адар понял: скрывать свои амбиции больше нет смысла.       Так как в этом мире и этом теле, Адар чётко понимал чего хочет его душа. Чтобы строить свою империю, ему нужны знания о мире, которыми владеют взрослые. — Отец, мать... — Адар посмотрел на них по очереди. — Расскажите мне всё. О войнах, о границах и о том, почему мы до сих пор живы в этом хаосе. В тишине Адар услышал слова матери “Учиха и Сенджу”       Вара медленно поднялся, прошел к старому сундуку в углу комнаты и извлек из него свиток, пожелтевший от времени. С глухим стуком он развернул его на обеденном столе, отодвинув тарелку. — Мир — это не карта, Адар. Это костер, в который каждый клан подбрасывает дрова, — голос отца звучал глухо. — Мы здесь, в Стране Огня, но это название лишь оправдывает кровь на траве. Вот здесь, — он ткнул пальцем в лесистую местность, — земли Сенджу. На западе — владения Учиха. Мы живем на «ничьей» территории. Нас не режут только потому, что наши земли скудны, а имя Хьюга всё еще внушает страх. Мы платим дань главной ветви клана за право называться фермерами, а не пушечным мясом.       Карта перед Адаром оживала, превращаясь из плоского чертежа в шахматную доску грядущих свершений. Каждая линия границ была для него потенциальным торговым путем или логистическим рычагом, способным перевернуть привычный порядок вещей. — Можно ли мне сражаться? — вопрос Адара разрезал тишину, словно остро заточенный кунай. — Ты просишь о смерти, сын, — тихо произнес Вара, глядя на огонь. — Шиноби не живут долго. Они — кунаи в руках господ. Ты хочешь стать инструментом? — Я хочу быть тем, кто держит этот кунай, — ответил Адар, глядя отцу прямо в глаза. Мина выронила тарелку, и звук разбитой керамики прозвучал как первый выстрел на поле боя. — Вара, нет! — вскрикнула она. — Он же еще совсем кроха! Посмотри на его руки! — Ты видел сегодня кровь, Адар. Ты видел, как те мальчишки, которым едва исполнилось шесть-семь, превращали жизнь в пепел. Скажи мне... ты хочешь сражаться, потому что тебе нравится разрушать, или потому что ты боишься быть слабым? — Первое не по мне! — ответ Адара был таков, будто он произносил это делал не один раз и ему это надоело. — Я хочу быть сильным. Мне нужны знания этого мира для защиты и созидания! — Созидания через разрушение? — Вара горько усмехнулся, но в глубине его карих глаз промелькнуло уважение. — Ты говоришь как человек, который уже прожил жизнь, сын. — Вара, нет! — Мина подскочила к ним, её лицо было бледным. — Ты не позволишь этому случиться! Мы ушли от клана, чтобы он не стал одним из тех... тех теней, что умирают в лесах ради чужих амбиций! Он ребенок! — Он уже не ребенок, Мина, — отрезал Вара, не сводя глаз с сына. — Если я запрещу ему, он уйдет сам. И тогда лес заберет его навсегда. Лучше пусть его руки будут в крови врагов, чем его кровь — на этой карте.       Отец тяжело вздохнул и посмотрел в окно, в сторону далеких холмов. — Мои руки созданы для плуга, Адар. Я не смогу научить тебя искусству шиноби. Но завтра мы отправимся к Хензо. — К этому безумному старику? — ахнула Мина. — Он же едва ходит! — Хензо — ветеран, который пережил три крупных столкновения, когда его соклановцы полегли в первой же атаке, — пояснил Вара сыну. — Он изувечен, его каналы чакры повреждены, и он больше не может сражаться сам. Но его разум... это библиотека самых грязных и эффективных приемов. Если он увидит в тебе искру — он сделает из тебя шиноби. Если нет — ты вернешься к плугу. Адар кивнул. Он знал, что старый мастер — это именно то, что ему нужно. Не догмы великих кланов, а опыт выживания в мясорубке.