Глава 5. Трое у реки

      Прошло три года.       Адар пришел к той самой реке, где он когда-то поймал окуня, но ушел гораздо выше по течению, туда, где границы кланов становятся совсем размытыми. Он сидел на берегу, скрыв свою чакру так глубоко, что даже опытный сенсор принял бы его за камень.       Он увидел высокого мальчика с длинными черными волосами, который безуспешно пытался запустить плоский камень по воде. Камень тонул на втором подскоке. Это был Мадара. — Слишком много силы, — негромко произнес Адар, не оборачиваясь. — Ты бросаешь его как кунай, а нужно позволить реке принять его.              Мадара вздрогнул и мгновенно принял боевую стойку, его рука потянулась к подсумку. Он был поражен: кто-то смог подобраться к нему незамеченным. — Кто ты? — резко спросил Учиха, вглядываясь в странного мальчика, который выглядел младше, но держался спокойнее любого взрослого. — Просто прохожий, — Адар поднял камушек и легким щелчком отправил его в полет. Камень коснулся воды семь раз и мягко опустился на другой берег. — Сила без контроля — это просто шум.       В этот момент с другой стороны реки показался еще один мальчик — с челкой и открытым лицом. Это был Хаширама. Он замер, переводя взгляд с Мадары на Адара.       Когда Хаширама, понурив голову после очередной неудачи с камнем, и Мадара, раздраженный присутствием незнакомца, наконец встретились взглядами, Адар заговорил первым, не давая начаться конфликту. — В этом мире всё повторяется, — произнес он. — Камни тонут, люди умирают, а деревья горят. Вы оба хотите это изменить, верно?       Хаширама замер, его глаза загорелись любопытством. — Ты тоже это чувствуешь? — спросил он, подходя ближе. — Что так не должно быть? Чтобы дети... такие как мой брат... просто исчезали в лесу?       Мадара фыркнул, скрестив руки на груди, но не ушел. — Мечты — это для тех, кто не умеет держать меч. Чтобы наступил мир, нужно уничтожить всех врагов. — Или создать место, где врагов не будет, — Адар подошел к кромке воды и черпанул горсть песка. — Если вы просто построите забор, война придет к нему. Если вы убьете всех врагов, вы станете единственными врагами для самих себя. Хаширама присел на корточки рядом. — Я Хаши... — он осекся, вспомнив правила. — Я просто человек, который хочет построить деревню. Место, где кланы будут жить вместе. Где дети будут учиться, а не сражаться.       Мадара посмотрел на него как на сумасшедшего, но в его глазах промелькнула искра надежды. — Глупость. Кланы ненавидят друг друга веками. Как ты заставишь их сидеть за одним столом?              Адар посмотрел на свои ладони. — Правилами, — твердо сказал он. — Хаширама дает мечту. Ты, — он кивнул Мадаре, — даешь силу, чтобы защитить эту мечту. А я... я дам вам структуру. Систему, где выгода от мира будет выше, чем выгода от войны.       Трое мальчишек замолчали. На берегу реки в этот вечер не было Сенджу, Учиха или Хьюга. Были три души, которые слишком рано повзрослели.       Они сели на берегу. Мадара — костер ярости и воли, Хаширама — бездонный океан жизни. А между ними — Адар, который видел их чакру и понимал: перед ним стоят столпы будущего мира.       — Я Адар, — представился он, впервые называя свое имя чужакам. — И если вы серьезно решили построить этот рай в аду, то нам нужно нечто большее, чем просто бросать камни. — И что же? — прищурился Мадара. — Нам нужно стать настолько сильными, чтобы никто не посмел сказать «нет» нашей мечте. Адар посмотрел на свои ладони, в которых билась кровь двух величайших кланов, о чем эти двое даже не догадывались. — Мечта Хаширамы — это фундамент. Твоя сила, Мадара — это стены. Но без чертежа и правил это здание рухнет при первом же ветре. Я дам вам эти правила.        — Давайте проведём дружеский спарринг? Спросил Адар. Мадара и Хаширама согласились.              Воздух у реки был пропитан азартом. Мадара и Хаширама, раззадоренные словами Адара, сбросили лишнюю амуницию.        — Правило одно, — Мадара хищно прищурился, разминая кисти. — Никаких печатей. Никаких техник. Только тайдзюцу. Кто первым коснется шеи противника — победил.              Адар стоял в стороне, прислонившись к стволу старой ивы. Его глаза, которые сейчас казались глубокого карего цвета благодаря ювелирному контролю чакры в радужке, внимательно следили за старшими.        — Начинайте, — негромко произнес он. — Я хочу увидеть вашу «искру».              Первый раунд был столкновением двух стихий. Мадара двигался как разряд молнии: его удары были короткими, сухими и невероятно быстрыми. Он метил в суставы и нервные центры, демонстрируя жестокую школу Учиха. Хаширама же напоминал вековой дуб. Он принимал удары на предплечья, гася их инерцию, и контратаковал размашисто, вкладывая в каждый выпад чудовищную физическую силу.       Грохот их столкновений разносился над водой. В какой-то момент Хаширама сумел захватить руку Мадары, но тот, извернувшись в воздухе, нанес удар ногой в челюсть и разорвал дистанцию. Оба тяжело дышали, на лицах играли дерзкие улыбки. — Довольно! — Хаширама со смехом вытер кровь с разбитой губы. — Мы так до ночи будем бодаться. Эй, Адар! Твоя очередь. Кто из нас первым попробует тебя на вкус?        — Оба, — спокойно ответил Адар, отходя от дерева и становясь в расслабленную, почти небрежную стойку. — Нападайте вместе.       Мадара издал короткий смешок, в то время как Хаширама лишь встревоженно сощурился. — Нас двое, и мы старше, — Мадара сделал шаг вперед, нависая над мальчишкой. — Не боишься, что раздавим? — Попробуйте, — в голосе Адара не было ни тени страха.       Мадара сорвался с места первым. Он зашел с фланга, нанося серию ударов, которые должны были лишить Адара равновесия. Следом, как таран, шёл Хаширама, готовясь к захвату.       Адар закрыл глаза на мгновение, активируя внутренний взор. Он не выпускал Бьякуган наружу, не давая венам вздуться, но внутри его разум видел каждую вспышку их чакры, каждое сокращение мышц.       Когда кулак Мадары был в дюйме от его виска, Адар не уклонился — он перетек. Легким движением ладони он перенаправил энергию удара Мадары в сторону несущегося Хаширамы.        — Что за… — выругнулся Мадара, когда его собственная инерция едва не столкнула его с товарищем.       Адар двигался плавно, как вода. Он не блокировал удары — он лишал их опоры. Когда Хаширама попытался схватить его за плечи, Адар резко развернул корпус, используя технику «Вихря», но в миниатюре: лишь круговое движение предплечий, которое отбросило руки Хаширамы в стороны.       — Ты слишком напрягаешь спину, когда бьешь с разворота, — произнес Адар, оказываясь за спиной у Мадары и мягко касаясь пальцами его затылка. — А ты, Хаширама, слишком полагаешься на массу. Если земля под тобой уйдет, ты упадешь.       Троица замерла. Адар стоял между ними, не запыхавшийся, с идеально чистой одеждой.       Мадара медленно обернулся, его взгляд был тяжелым и пристальным. Он чувствовал, что за этим «тайдзюцу» скрывается нечто гораздо более глубокое. — Ты не просто отбивался. Ты управлял нашими телами. Откуда у тебя этот стиль? — Это стиль "того, кто хочет выжить", — Адар позволил своим глазам на мгновение стать чуть светлее, прежде чем снова вернуть им карий оттенок. — Сила — это хорошо. Но контроль над силой — это власть.       Хаширама с восторгом хлопнул в ладоши. — Адар, ты просто обязан помочь мне с планом деревни! С таким видением боя ты построишь лучшую академию в мире!       Мадара лишь промолчал, но в глубине его души зародилось уважение. Этот «мелкий» только что показал им, что возраст в мире шиноби — лишь цифра, если твой разум отточен, как клинок.