37.

Дин уставился вперед, нервозно перебирая пальцами по рулю. Впереди, сквозь полосу тенистого леса, виднелась Нидхемская психиатрическая больница. Здание — мрачное и потрепанное временем, — в надвигающихся сумерках выглядело почти зловеще. Куда более жутким оно казалось, если вспомнить, что именно находилось внутри. Обитель зла, не иначе. Встряхнув головой, охотник глянул в зеркало заднего вида на Кроули. Тот, придвинувшись вплотную к окну, сосредоточенно рассматривал что-то среди плотного строя деревьев. Они сидели так уже добрые десять минут: в гробовом молчании и тишине заглушенной машины, нарушаемой лишь мерным стуком дождя по крыше. На любые попытки разузнать, чего они, собственно, высиживают, чертов демонюга реагировал в привычной для себя манере — саркастичными шутками-прибаутками и красноречивыми взглядами, намекающими заткнуться. Однако терпение Винчестера постепенно начинало заканчиваться. Они прохлаждались здесь, в безопасности и тепле, в то время как Реджина находилась в сырых катакомбах Кроули один на один с неуравновешенной психопаткой. Лучше и не придумаешь. — Чего мы ждем-то? — опять спросил Дин, и, недолго поразмыслив, сварливо добавил: — Реджина сама себя не спасет. Время только теряем. Но Кроули вопрос проигнорировал и продолжил заниматься тем, чем занимался до этого. Винчестер недовольно закатил глаза. Внутри него медленно, шаг за шагом, росло раздражение. Выкрутасы демонюги действовали Дину на нервы практически всегда — как изощренная китайская пытка водой, о которой он однажды прочитал в интернете. Вот только сейчас, когда они находились в считанных минутах от спасения Реджины, это оказалось выше его сил. Мысленные аутотренинги, что Кроули тянет время вовсе не забавы ради, никакого эффекта не дали. Дин переглянулся с братом, пытаясь сыскать поддержки хотя бы в его лице. Тщетно. Сэм лишь молча пожал плечами, а во взгляде его усталых глаз весьма отчетливо читалось одно — не мешай, он знает, что делает. Тяжко вздохнув, Дин уставился в зеркало заднего вида. — Знаешь, ты мог хотя бы рассказать нам, что там высматриваешь. Ну, люди так обычно делают, когда работают в команде, — издевательски заметил он, не планируя униматься. Он имеет полное право на сарказм, раз Кроули не жаждет делится с ними информацией. Охотник открыл рот, чтобы извергнуть новую порцию колкостей, как вдруг… Дин резко обернулся назад, неверяще уставившись на опустевшее сидение. Секунду назад на том месте сидел Кроули — и вот его уже нет. Чертов демон. — Куда он, блин, делся?! Ну кла-а-а-сс, он нас кинул. — О чем ты? — нахмурился Сэм и одного взгляда в зеркало оказалось достаточно, чтобы понять. — Черт. — Так и знал, что ему доверять нельзя, — прорычал Дин, ощущая, как сердце заколотилось где-то в висках. Он сомкнул зубы. Теперь он действительно был зол. Чертовски, охренительно зол. Он сделал глубокий вдох, но это не помогло ни на йоту Они потратили уйму времени, высиживая и высматривая непонятно что, а Кроули взял и слинял. — Ты как хочешь, Сэмми, а я пошел. — Вообще-то я с тобой, — отозвался младший Винчестер, и в его голосе прозвучала плохо скрываемая обида. Можно подумать, он собирался сидеть здесь дальше, терпеливо ожидая чудесного возвращения Кроули. Конечно же, нет. — Вот и славно. Вытащив ключ из зажигания, Дин выскочил из машины и кинулся прямиком к багажнику, принявшись вытаскивать всё необходимое снаряжение. Демонические ножи, парочка обычных ножей, несколько бутыльков святой воды, специальные пули — с вырезанной на кончике дьявольской ловушкой, — приготовленные Реджиной ведьминские мешочки, зелья… Сэм, тем временем, сортировал все это это добро, сваленное в одну беспорядочную кучу, на две равные части и всеми силами подавлял желание недовольно цокнуть языком; беспорядок выводил его из равновесия похлеще исчезнувшего Кроули, но еще больше накалять обстановку точно не следовало. Обычные ножи Дин припрятал в ботинках, демонский расположился во внутреннем кармане куртки — поближе и посподручнее, — пистолет пошел в кобуру на поясе джинсов; многочисленные зелья охотник, как мог, рассовал по карманам. — Может, он еще вернется? — предположил Сэм, пряча флакончик с зельем в карман — огненным, насколько он помнил. Впрочем, по всей видимости, его тон не внушал особой уверенности, поскольку Дин на эту реплику лишь закатил глаза. — Кроули-то? — фыркнул он. — Ага, щас. Небось поразмыслил хорошенько и решил, что ему все эти проблемы не ну… Дин замолк на полуслове, когда позади послышался внезапный треск веток; его сердце пропустило удар. Долго не думая он схватил первое попавшееся под руку оружие, и, резко повернувшись, выставил его перед собой. Охотник ожидал увидеть кого угодно — начиная от демона-сторожа, патрулирующего окрестности больницы, и заканчивая диким зверем. Вместо этого перед ним, ухмыляясь, стоял Кроули. Собственной персоной. — Про меня сплетничаете, дорогуши? — Что за?.. Дин медленно опустил пистолет и недоверчиво покосился на Короля Ада. Видок у того был, мягко говоря, потрепанный: взъерошенные волосы, помявшийся костюм, неглубокая ссадина на скуле и… испачканный кровью нож в руке. Который демон, весь сморщившись от отвращения, брезгливо вытирал о ткань черного пальто. — Где ты был? — спросил Сэм и нахмурился, скептически оглядывая демона. — Мы думали, ты, ну… Слинял. Кроули недовольно фыркнул — иного он от Винчестеров не ожидал. Вечно никакой благодарности. Он поднял нож над головой, придирчиво проверяя на остатки крови и убедившись в чистоте, убрал оружие в карман пальто. — Разумеется, вы так думали, — передразнил он. — Я расчищал путь. У нас есть не больше десяти минут, прежде чем они обнаружат, что что-то не так. — До больницы топать по лесу как раз десять, — со вздохом заметил Дин. Он в последний раз похлопал себя по карманам, удостоверяясь, мельком оглядел значительно поредевший багажник и только после этого захлопнул крышку. Вроде все на месте. Он повернулся к Кроули, сложил руки на груди и хмуро добавил: — Впритык. Не успеем. Кроули недовольно прищурился. — Значит, самое время поторопиться, белка. — Разве ты не можешь нас просто телепортировать? — спросил Сэм, скептически приподнимая правую бровь. — Винчестер, не тупи, умоляю, — демон скорчил кислую гримасу и, издав проникновенный вздох принялся говорить таким тоном, словно объяснял очевидные вещи маленькому, глупому ребенку: — Нас могут засечь. Именно поэтому мы идем пешком. Поверь, лосяра, я тоже не в восторге от турпохода с вами двумя, особенно в костюме за три штуки. Заканчивайте ныть. Время тик-так. Дин на мгновение прикрыл глаза; знал бы Кроули, насколько он не в восторге от прерогативы тащиться с Королем Ада сквозь лес, да и еще пытаться того не прикончить — пригодится ведь, чертяка. Он открыл глаза, первым делом наткнувшись на самодовольную рожу демона, по привычке переглянулся с Сэмом и затем буркнул: — Ладно, идемте. Охотник наспех закрыл машину, выудил из кармана демонический нож, чтобы в случае чего быть наготове, и, не дожидаясь ответа, пошел первым. Сэм двинулся следом. А вот Кроули… Кроули поплелся последним, причем прилично отставая. В лесу не пели птицы, не шумел ветер и даже дождь к тому моменту закончился. Стояла поразительная тишина, нарушаемая разве что тихим шорохом их шагов и треском веток под ногами. Эта тишина вызывала странное чувство — будто всё вымерло на мили вокруг адского логова. Впрочем, Дин не удивился бы. Он внимательно глядел под ноги, стараясь не подскользнуться: помимо того, что узкая тропинка была усеяна толстыми, торчащими корнями, землю от многочасового дождя порядком размыло. По сторонам Дин смотрел не менее тщательно, и в надвигающихся сумерках ему чудилось всякое-разное. И хотя обычно это оказывались либо причудливой формы тень, либо поваленное дерево, каждый раз он напрягался, как в первый. Жуть, одним словом. Он и сам не заметил, как тропинка, поначалу казавшаяся бесконечной, резко прекратилась, а они очутились у края леса. Здание Нидхемской больницы — точнее, его задний фасад, — высилось совсем близко среди неухоженных зарослей травы. — Стойте, — раздался позади голос Кроули. Винчестеры одновременно остановились, и когда Дин развернулся, чтобы спросить, зачем, собственно, остановились… Демон испарился прямо на его глазах, растворившись в воздухе, будто призрак. Охотник раздраженно цокнул языком, покачав головой. — Вот же ж! Мог хотя бы предупреждать… Сэм криво усмехнулся. — Полагаю, это максимум его командной работы, — снисходительно заметил он. Дин поглубже вдохнул еще сырой после дождя воздух — пахло и хвоей, и влажной землей, и прелыми листьями, — и в его голове невольно всплыли воспоминания. Воспоминания о том, как они с Реджиной шастали по Сторибрускому лесу. Вместе. Сердце болезненно защемило. Он не найдя лучшей опоры, прислонился к стволу толстенной сосны позади себя. Да, они не просто прогуливались по лесу, а искали преступника. Да, Реджина даже поджарила того не путевого сталкера — так ему и надо. Да, он находился тогда под заклятием, но… Теперь Дин даже не знал, смогут ли они вообще когда-нибудь прогуляться. Черт подери. Видимо, всё, о чем он размышлял предательски отпечаталось на лице, поскольку Сэм подошел и успокаивающе потрепал его по плечу. — Нервничаешь? — мягко спросил он, и его тихий голос сочился заботой. Заботой, которую Дин никогда не умел принимать. Оттого ситуация становилась еще более неловкой. — Давай без разговоров про «все будет хорошо», окей, Сэмми? — без капли веселья усмехнулся Дин и опустил глаза. — Конечно, я нервничаю. Мы не знаем, что происходит внутри и не знаем, как далеко зашла её психованная сестрица. Еще я… — он запнулся, понятия не имея, стоит ли продолжать начатую мысль — сейчас это было не главное на повестке дня. Однако все-таки продолжил: — Я думаю о том, сможем мы ли мы с Реджиной еще когда-нибудь вот так взять и прогуляться по лесу. Не то чтобы мы раньше гуляли — мы убийства расследовали — но… Можно ведь и просто прогуляться. Заниматься как там его… Хайкингом! Вот. В Мэне красивые леса. Он шумно выдохнул, вывалив на брата всё, что скопилось на душе. Это было странно, непривычно, и, по правде говоря, Дин не припоминал ни одного раза, когда делился с Сэмом собственными чувствами. Быть может, на него так действовала дышащая в спину смерть?.. Дин не знал. Тем не менее, он ощущал странное облегчение. — Если предположить, что всё закончится хорошо, — Сэм крепко сжал его плечо. — То что вам мешает? Дин задумчиво свел брови к переносице. — Ну… А что, если она не захочет? Не захочет, чтобы я был рядом после всего произошедшего? Находился рядом с Генри? Имеет право. Сэм ненадолго замолк, раздумывая над сказанным. Его брат раскрывал душу — и он боялся спугнуть этот редкий момент искренности, сказав что-нибудь не то. Он прекрасно помнил, чем закончились отношения Дина с Лизой. Ничем хорошим. Вот только Реджина… Определенно не Лиза. Реджина была могущественной ведьмой, способной постоять за себя, и — судя по рассказам Дина, — своим характером могла дать фору любому. И именно поэтому, возможно, являлась куда более подходящей кандидатурой на роль девушки его брата. — Может и захочет, — наконец, отозвался Сэм. — Она сильная женщина, которая может справиться со всем происходящим. И… Мне показалось, что ты ей нравишься, разве нет? — Я знаю. Она сама об этом сказала, — честно признался Дин. Он знал. Знал, черт возьми, и это — главная проблема. Он легко покинул бы Реджину, будь его чувства односторонними. Залил бы печаль виски, погряз в работе — делов-то. Однако уходить, осознавая, что они могут быть вместе… Нет, такое выше его сил. — Но то, что я ей нравлюсь вовсе не означает, что нам суждено быть друг с другом. Дин вздохнул и уставился вниз, на свои черные ботинки, испачканные дождевой грязью; он не решался глядеть Сэму в глаза. Обсуждая их с Реджиной отношения, он не ощущал ничего, кроме смущения. Чуждое для Дина чувство. Но и не обсуждать он тоже не мог. В межличностных отношениях — не считая флирта с официантками и интрижками на одну ночь, конечно же, — он понимал целое ни хрена. Убивать нечисть куда проще. Сэм неопределенно пожал плечами. — Это решать Реджине. Не тебе. — Что решать? Хочет ли она постоянно быть втянута в дерьмо вроде того, ради которого мы сюда притащились? — вдруг вспыхнул Дин. Он мягко вывернулся из хватки брата и отвернулся, уставившись в пустоту. Меньше всего он сейчас хотел смотреть ему в глаза и видеть этот его фирменный сочувствующий взгляд. — От нашего образа жизни одни проблемы, Сэмми. — Ну, мы здесь из-за её сестры, — справедливо заметил тот. Конечно же, Сэм прекрасно понимал, о чем говорит брат; без охоты их близкие были бы живы, а они с Дином имели бы шанс на нормальную жизнь. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь. — Которую воскресил Кроули, чтобы добраться до меня, — огрызнулся Дин. — Зашибись. Глубоко вздохнув, Сэм оперся боком о ствол дерева и тут же пожалел, поскольку тот оказался влажным от дождя. Он уткнулся взглядом в спину брата. Возможно, ему не стоило этого говорить, однако сдержаться не вышло: — Ты же в курсе, что тебе не обязательно оставаться охотником? — осторожно напомнил он. — Если так получилось с Лизой, то… Необязательно также будет с Реджиной. Подумай об этом на досуге. Дин молча поджал губы, потому что брату наверняка не понравится то, что крутилось у него на языке. С Реджиной всё будет иначе — Дин и сам осознавал эту банальную истину. Вот только кто сказал, что у них что-то будет? Никто. Кроули появился перед Винчестерами так же неожиданно, как и исчез, материализовавшись на лесной тропинке из ниоткуда. Сложив руки в карманы, он вальяжно ступил им навстречу и натянул на лицо привычную гаденькую ухмылочку. — Скучали, мальчуки? — Где ты столько шлялся? — бесцеремонно выдал Дин и по привычке покосился на наручные часы, хотя, на самом деле, времени не засекал. — Продрогли уже здесь стоять. — Ути, какие мы неженки, — передразнил Король Ада глумливым тоном, скривившись в гримасе. — Нужно было все проверить. Не люблю сюрпризы. А теперь идем.

***

Эмма медленно приоткрыла веки и в ту же секунду зажмурилась обратно, когда белый свет потолочной лампы болезненно ударил по глазам. На самом деле, лампочка светила чертовски тускло, однако для Эммы, погруженной в кромешную тьму последние несколько — она понятия не имела сколько именно — часов, даже это казалось чересчур ярко. Она с удовольствием не открывала глаза еще столько же, потому что спать хотелось жутко. Но её, подхватив под белы рученьки, тащил невесть кто и невесть куда. Впрочем, Эмма даже не пыталась сопротивляться. Сил не было. Она беспомощно обмякла в чужой хватке. Её ноги волочились по полу, словно у какой-то шарнирной куклы. Свон, отчаянно щурясь, снова открыла глаза, но на этот раз осторожно, постепенно привыкая к непривычному освещению. Пусть глазам по-прежнему было больно, ей удалось кое-что рассмотреть. Это был коридор. Длинный, пустой и… Чем-то напоминающий коридор больницы. Она находилась в больнице? Нет, точно нет. Стены — обшарпанные и с трещинами, — явно не видали ремонта много-много лет. Да и запах оставлял желать лучшего. Эмму наверняка бы вывернуло, не будь она настолько… Онемевшей. Почему она вообще была такой вялой? Эмма ничего не помнила. Хотя… В голове само собой всплыло лицо того странного мужчины — последнего человека перед отключкой. Кто он? Почему она вспомнила именно его? Связан ли он с происходящим? Мысли в голове были до того тягучими, до того неповоротливыми, что она ощутила раздражение. Слабое, как и она сама. Эмма сделала вдох и, зажмурившись, заставила мозг напрячься. Мужчина. Он был весьма мил. Он называл её «дорогушей». Он ухмылялся ей. И еще… Он вколол ей что-то. Он накачал её наркотиками. Вот блин. Ей в миг стало дурно, хотя, казалось, дурнее уже некуда. Если её накачали наркотиками, значит всё невероятно, чертовски плохо. Кто замешан во всем — вопрос десятый. Сейчас необходимо выбраться. Эмма резко дернулась — настолько, насколько позволяло её тело, — и хватка из жесткой превратилась в стальную. Справа раздался хриплый смешок. — Не переживай, красотка, — низкий голос прозвучал почти над ухом. — Мы уже пришли. Королева тебя заждалась. Королева? Какая королева? Она в очередной раз попала в другой мир? Окружающая обстановка намекала на иное — поблизости не было ничего, что напоминало сказочный или хотя бы средневековый замок. Обычное заброшенное здание. Эмма с трудом повернула затекшую шею, желая рассмотреть своих похитителей, но увидела лишь широкую, мускулистую грудь, облаченную в черную футболку. Точно не сказочный мир. — Какая королева? — прошелестела она пересохшими губами. Её услышали. — Узнаешь, — ответил тот же голос. — Скоро все узнаешь, красотка. Жаль расставаться с такой привлекательной блондиночкой, но что поделать. — Может, Королева разрешит оставить её? — гадко усмехнулся уже другой. — Если она ей не нужна, то нам очень пригодится… Эмме захотелось им обоим хорошенько вмазать. Вот только она едва управлялась с собственными конечностями, а о сражениях с двумя мощными, перекаченными мудаками речи и вовсе не шло. — Не говори глупостей, Рэй, — огрызнулся первый. — Ей суждено умереть. Так решила Королева. Ответом ему последовал горестный, тяжкий вздох, и они синхронно замолкли, продолжая терпеливо тащить Эмму по коридору. Как бы она ни пыталась мыслить трезво, как бы она ни старалась направить размышления в рациональное, логическое русло, в висках болезненно запульсировало от тревоги. Омерзительные разговоры этих двух громил вызвали в ней лишь злость, но теперь… Теперь на смену пришла паника. За что её хотят убить? Да еще и столь низко — накачав наркотиками до беспомощности? Какой Королеве она насолила на этот раз? Массивная дверь, перед которой они остановились, пусть и отличались от остальной убогой обстановки, однако по-прежнему не тянула на средневековье. Нет, Эмма определенно находилась в нашем мире. И от того вопросов становилось всё больше. Амбал справа ослабил хватку на короткий миг, прежде чем, постучав, снова сжать локоть Эммы почти до боли. Она тихонько ойкнула. Как будто ей было куда бежать! По ту сторону послышалось глухое бормотание, и затем двери распахнулись, представляя взгляду просторный зал. Эмма не успела рассмотреть ровным счетом ничего — ни человека, отдавшего приказ войти, ни присутствующих внутри, — потому что сразу зажмурилась. Обилие света, льющегося из множества потолочных светильников, ударило по глазами. После мрачных коридоров контраст был поразительным. Амбалы потащили её дальше, чтобы скоро опять остановиться. Хватка с обеих сторон резко ослабла. Её отпустили. Не в силах стоять самостоятельно, Эмма беспомощно рухнула на пол. — Поаккуратнее! — крикнула женщина. — Она же вам не плюшевая игрушка. Идиоты. Её голос показался Эмме знакомым. Чертовски знакомым. Она поморщилась, напрягая одурманенный наркотиками мозг; даже боль от падения отошла на второй план. Голос. Хрипловатый, мелодичный, строгий. Эмма знала его слишком хорошо. Реджина. Но что здесь, блин, делала Реджина? — Не вздумай к ней подходить, сестрица, — угрожающе прорычал другой голос, и теперь Эмме не потребовалось труда, что распознать его обладательницу. Истеричная женщина, спорившая с накачавшим её мудаком — вот кем она была. — Вы можете быть свободны. Оставьте нас одних. Стражи, не сказав ни слова, покорно покинули зал, оставляя Эмму один на один с жуткой женщиной. И… Реджиной? Последнее еще предстояло выяснить. Неуклюже повернувшись на правый бок, она прислонилась виском к холодному камню пола, тяжело дыша. Её выбивали из сил простейшие действия. Как нелепо. Эмма сощурилась и постаралась сфокусировать взгляд, чтобы рассмотреть место, в которое её приволокли. Она почти сразу наткнулась на чьи-то ноги, облаченные в пару кожаных сапог на каблуках и черные джинсы. Следом — на полы черного пальто. А затем… Их с Реджиной взгляды пересеклись. Эмма недоверчиво заморгала, но Реджина никуда не исчезла, так и продолжив стоять в нескольких ярдах от неё. Что ж, это действительно была она. Живая. Не мираж или глюк опьяненного сознания. И её взгляд — жалостливый и беспомощный, — не внушал ничего хорошего. Внутри Эммы всё рухнуло. Если всегда собранная и хладнокровная Реджина смотрела на неё вот так, значит, они обе в дерьме. Причем полнейшем. Черт. И когда другая женщина вновь подала голос, теперь для Эммы не составило труда идентифицировать его обладательницу. — Кто бы мог подумать, что меня почтят присутствием сразу две именитые персоны, — промурлыкала Зелена. — Злая Королева и Спасительница. Наконец-то, мы можем поболтать. Как девчонка с девчонкой.