Часть 18

Глава 19

      Джоэл отправился после долгих уговоров и разрешения со стороны Чарли, которая очень нехотя согласилась, конечно. Но после качественного, полного любви и нежности секса на протяжении ночи. Она была не в силах отказать. Утром, наблюдая, как он укладывает рюкзак с деловым видом, она только вздохнула, обвив его сзади руками: «Ты же вернешься целым и невредимым, старикан? А то я к тебе привыкла».       «Обещаю, — обернулся он, целуя ее в макушку. — Буду как штык дома, через пару дней.» Томми, Элли и Джоэл отправились на вылазку за припасами. Воздух был прохладным, а дорога знакомой, но сегодня по ней ехали с особой миссией.       «Ну что, где искать-то будем?» — Томми, сидя за рулем, бросил взгляд на брата на пассажирском сиденье.       «Везде. Оно должно быть идеальным. Подстать ей, — Джоэл уставился в окно, будто искомое могло вырасти на обочине. — И еще нужно как минимум два… на всякий случай.»       «Это точно, — фыркнул Томми. — На вторую вылазку ближе к задуманному дню она тебя точно не отпустит.» С заднего сиденья донеслось хихиканье. Элли, доедая какой-то батончик, сказала с набитым ртом: «А вы гляньте-ка, как большой и страшный Джоэл отпрашивается у маленькой хрупкой девочки. Просто трогательно до слёз. Ути-пути.» Джоэл обернулся, пытаясь сохранить суровую мину, но уголки губ предательски дергались.       «Заткнись, Элли, — сказал он беззлобно, не сдерживая смеха. — И не чавкай.»       «Ой, извините, сэр, — парировала она, ухмыляясь. — А можно спросить, что мы, собственно, ищем-то? Алмаз размером с кулак? Или там, редкое вино допотопное?»       «Кольцо, — лаконично ответил Джоэл, обменявшись понимающим взглядом с Томми. — Ищи глазами. Если увидишь что-то… красивое и как она сама — дай знак.» Они отсутствовали три дня, обыскав несколько заброшенных городов на старой карте. Нашли. Не без приключений, парой лишних царапин и одного весьма впечатляющего выстрела Элли по банке из-под бобов, которую она приняла за что-то шевелящееся в кустах. Но нашли. Джоэл, разжимая затекшие от напряжения пальцы, смотрел на сверток в своем рюкзаке с чувством глубочайшего удовлетворения.       Чарли чувствовала себя отвратительно. Тошнота была ее верным спутником с самого утра, едва она открывала глаза. Есть она не могла, а все время чувствовала усталость, будто таскала на плечах мешок с цементом. «Просто нервы, — пыталась убедить себя она, лежа на диване и уставившись в потолок. — Просто он долго не возвращается.» Когда к ней пришла Мария, жена Томми, с очередной порцией «успокаивающего» чая, она сразу навострила нос. «Дорогая, ты выглядишь… ну, мягко говоря, не очень. Как будто тебя переехал грузовик.?»       «Нет-нет, — замотала головой Чарли. — Просто… всё.» Мария прищурилась, поставила кружку и молча ушла. Вернулась через пятнадцать минут, держа в руке маленькую картонную коробку, будто это была граната. Сунула её Чарли в руки. «На.»       «Что это?» — Чарли покрутила коробку, пытаясь разобрать стершиеся буквы.       «Тест. На беременность, — сказала Мария прямо, по-доброму, но не без улыбки вызванное её не знанием. — Тебе нужно пописать на него.»       «ЧТО?» — Чарли аж подпрыгнула на месте. «Но… что это? Откуда?»       «Сохранила с давних пор, ещё до всего этого бардака. Лежал в аптечке как музейный экспонат. Иди, давай, — строго, но с теплой улыбкой сказала Мария, подталкивая её к ванной. — Пока мужчины на вылазке, самое время узнать свои маленькие секреты.» Чарли вышла из ванной через несколько минут, разве что не зелёная от смеси страха и неверия. «А теперь дай мне, — протянула руку Мария. — И сама не смотри.»       «Ну и что это за дрянь такая…» — бормотала Чарли, сдавая «экспонат». Мария посмотрела, и её лицо озарилось широкой, сияющей улыбкой. «Это, дорогая, тест на беременность, который с вероятностью в девяносто девять процентов говорит, что ты ждёшь ребёнка.» Чарли застыла, не веря своим ушам. Мир сузился до двух полосок на белом пластике. «Не может быть…»       «Веры, конечно, этим допотопным тестам сто процентов нет, — быстро добавила Мария, видя её панику. — Поэтому пошли к нашему доктору. Сейчас же.» Спустя время, после визита к врачу, который подтвердил всё с медицинской, хоть и кустарной, точностью, они сидели на крыльце дома Марии.       «Ну? — спросила Мария, протягивая подруге кружку с мятным чаем. — Доктор что сказал?»       «Три месяца, уже… — тихо произнесла Чарли, глядя куда-то вдаль, где садилось солнце. — Никаких внешних изменений нет, думала, недомогание или отравление просто…»       «Когда скажешь Джоэлу?» — спросила Мария. Чарли замялась, сжав кружку в руках так, что костяшки побелели. «А вдруг он рассердится?» Глаза Мари выпучились, а брови взмыли к потолку. «ПОЧЕМУ, прости господи? Ты же видишь, как он с тобой! Он на руках тебя носит!»       «У него была дочь. Сара. И… у него есть ещё одна, Элли, по факту. Вдруг ему больше не нужно? Вдруг это слишком много? — слова вырывались пулемётной очередью. — А вдруг меня заразит кордицепс? Вдруг умрёт Джоэл? Я боюсь, что наш ребёнок останется один, как и я когда-то…»       «Стоп-стоп-стоп, — оборвала её Мария, пересаживаясь ближе и беря её холодные руки в свои. — Джоэл будет безмерно счастлив. Ты не видела, как он смотрит на маленьких детей здесь, в Джексоне. Как замирает. Дети — это невероятное счастье и надежда, даже в нашем, с позволения сказать, мире. Он изменился с тобой. Ожил. Сара, я уверена, была бы счастлива, если бы у её отца появился шанс снова стать папой. Поэтому выдохни. Не переживай, не плачь и отдыхай. Я думаю, наши мужчины скоро вернутся. И Джоэл не должен видеть, что ты боишься или расстроена. Он должен видеть только счастье. Ну, и свою легендарную крутость, конечно,» — добавила она с ухмылкой. Предчувствие Марии не было ложным. Троица вернулась следующим вечером, пыльные, усталые, но с каким-то озорным блеском в глазах. Чарли, следуя совету, выпила нужные травы, и её состояние к его приезду действительно улучшилось – или просто отступило перед волнением.       Увидев Джоэла, переступающего порог, она не выдержала. Соскочив с дивана, она буквально налетела на него, вцепилась в него так, будто хотела вжаться в самую сердцевину, и стала осыпать его лицо, шею, губы поцелуями – быстрыми, жадными, безоглядными.       «Эй, эй, спокойно, — засмеялся он хрипло, роняя рюкзак на пол со звонким стуком. Но её порыв был заразителен. Все дни в разлуке, все страхи и это новое, огромное знание внутри неё вырвались наружу в этом стремительном приливе нежности. Он ответил тем же: его поцелуй стал глубже, требовательнее. Руки скользнули под её свитер, ладони прижались к горячей коже на спине, чувствуя, как она вздрагивает.       Он подхватил её, не разрывая поцелуя. Пара шагов — и её бедра уперлись в прохладную столешницу кухонного стола. Всё происходило стремительно, почти яростно, но в этой ярости не было агрессии — только облегчение и жажда подтвердить, что они живы, они вместе, они здесь и сейчас. Его пальцы сплелись с её пальцами, прижимая её ладони к столу. Его губы следовали по линии её челюсти, шеи, скользили вниз, пока она, запрокинув голову, бормотала его имя, теряя нить мыслей. Мир свелся к запаху его кожи, смешанному с пылью дороги, к тяжести его тела, к нарастающему, всепоглощающему теплу, разливающемуся из самого центра её существа. Это был не просто секс. Это был ритуал возвращения, запечатывания их связи, молчаливая клятва, данная на языке прикосновений.       Позже, уже умывшись и придя в себя, они вышли во двор, чтобы подышать холодным вечерним воздухом. Чарли закуталась в большой шерстяной плед, чувствуя приятную истому в мышцах. Она залюбовалась закатом, который растекался по небу алыми и золотыми мазками.       «Красиво, — прошептала она. — Как будто специально для нас.» Оборачиваясь, чтобы разделить этот момент с Джоэлом, она замерла. Он стоял не рядом, а в паре шагов от неё. И стоял на одном колене. В его вытянутой руке, ловя последние лучи солнца, лежало кольцо. Не алмаз размером с кулак и не допотопное вино. Это невероятно красивое, и изящное кольцо из белого золота, бриллиант в нем был в форме розового сердца.       «Чарли, — его голос был немного хриплым, но твердым. Он смотрел прямо на неё. — Ты… ты выйдешь за меня?» Она опешила. Мир замолчал. Весь этот безумный мир с его грибами и потерями замер в ожидании. А потом из её груди вырвался не крик, а что-то вроде счастливого вопля, смешанного со смехом и слезами.       «ДА! — закричала она так громко, что, казалось, эхо покатилось по спящим улицам всего Джексона. — Да, да, тысячу раз ДА!» Она бросилась к нему, чуть не сбив с ног, и он, подхватив её на руки, закружил прямо посреди двора, а кольцо, уже надетое на её палец, сверкало в свете уходящего дня — крошечная, но непоколебимая точка света в их общей, трудной и такой прекрасной истории.