Часть 19

Глава 20 Ярость Чарли

      Дату назначили на воскресенье, через неделю. Чарли так и не решилась сказать Джоэлу о беременности. Эта тайна грела её изнутри, как маленькое личное солнце. «Скажу в первую брачную ночь, — думала она, прикладывая ладонь к еще плоскому животу. — Лучшего подарка не придумать.» За три дня до свадьбы привычный уклад Джексона взорвался тревогой. Дозорный на посту заметил одинокую фигуру, отчаянно убегающую от растянувшейся по дороге толпы заражённых. Сигнал. Протокол. Джоэл, как один из самых опытных, уже заводил лошадь, когда к нему подбежала Элли. «Я с тобой.»       «Не надо. Одна девчонка, справлюсь сам. — отрезал он, но в её глазах читалось непоколебимое «идём». Он выдохнул. — Ладно. Но держись сзади и слушай, что скажу.» Чарли, услышав суету, выскочила на крыльцо. Сердце ушло в пятки. «Джоэл!»       «Всё в порядке, — бросил он ей, уже садясь в седло. — Быстрая вылазка. Вернусь к ужину.»       «Обещаешь?» — голос её дрогнул.       «Клянусь,» — он поймал её взгляд, и на миг в его глазах мелькнуло то самое обещание — вернуться любыми путями. Томми, оставшийся за главного, удерживал Чарли у ворот. «Они справятся, дорогая. Не выдумывай.» Но тревога, острая и тошная, сжимала ей горло. Это было не просто дурное предчувствие. Это был животный страх. Она видела, как Элли, уезжая, обернулась — и в её взгляде был тот же холодок ужаса. Элли чувствовала неладное. Когда через два часа они не вернулись, а по рации от них была лишь тишина, Чарли не выдержала. Томми отвернулся на секунду, отдавая приказы следующему дозору, — и её уже не было. Она действовала на автомате. Склад. Оружие. Аптечка. Всё, чему учил Джоэл: «Не бери слишком много, враги могут обыскать нужно что-то такое, что можно спрятать и воспользоваться в самый ответственный момент. И всегда — жгут и морфин». Его голос звучал у неё в голове, пока она, заглушая панику, набивала сумку. Она видела в бинокль, куда скрылась Элли. Туда.       Она укрылась в развалинах сарая, видя вдалеке тот самый дом, куда зашли Джоэл и Элли. «Я должна добежать. Я должна знать, что он в порядке,» — твердила она себе, заставляя ноги двигаться сквозь одеревеневший от страха холод. Каждый шаг отдавался гулким стуком в висках. Когда Чарли, пригнувшись, вбежала в прихожую дома, её встретила гробовая тишина. И потом… плач. Сдавленный, яростный плач Элли. И глухие, мокрые удары. И голос. Женский. Полный такой ненависти и боли, что по спине пробежали мурашки.       «…ты думал, тебе это сойдёт с рук? Ты думал, я не найду?» Чарли медленно, как во сне, поднялась по лестнице. Дверь в комнату была приоткрыта. Она толкнула её. Мир сузился до одной картины. Джоэл. На полу. В луже крови. Лицо неузнаваемое. Он дышал, но это было хриплое, клокочущее дыхание обречённого.       Элли, скованная, прижатая к стене здоровенным бандитом, с безумными глазами. А над Джоэлом, занесли над ним окровавленный клюшку для гольфа, стояла она. Мускулистая, с безумным блеском в глазах девушка. Правая сторона волос Чарли в миг стал белым как и левая...Страх...её любовь её семья..       «СТОЙ!» — крик вырвался из груди Чарли прежде, чем она это осознала. Все замерли. Незнакомка медленно повернула голову. «Ох. А кто это у нас тут?»       «Стой, пожалуйста, — голос Чарли дрожал, но она выпрямилась. — Скажи, зачем? Что ты делаешь?»       «А ты кто? Шлюха этой твари?» — девушка фыркнула. Джоэл на полу слегка шевельнулся. «Лежи, сука, — она положила ногу, обутую в тяжелый ботинок, ему на спину, придавив. — Кто?»       «Я его невеста».       «Ох, как мило!» — раскатисто засмеялась Эбби. Её люди подхватили смех. Звук был леденящим. «Ну, хорошо. Так и быть, просвещу. Я — Эбби. Пришла отомстить этому куску дерьма. А что, глазами хлопаешь? Не знала, что твой жених — убийца? Жестокий и бесчеловечный маньяк? Конечно, не знала. Ты, наверное, и думать не способна, кроме как ноги раздвигать. Слышала, он тот ещё ходок по бабам. А у тебя что, пизда золотая, что невестой сразу стала? Ну, в общем, эта тварь убила людей. Хороших людей. Которые могли спасти этот мир. Он убил безоружного хирурга. Моего отца. И теперь получит по заслугам.» Она вновь замахнулась клюшкой.       «ПОДОЖДИ!» — отчаянный крик Чарли заставил её замедлить замах. — «А по-твоему, это месть? Просто избить и убить? Есть выражение — "око за око". Отомсти мне. Только мне. Посмотри на него. Он уже не будет способен мстить. Он любит меня. И будет страдать. Это будет твоя настоящая месть».       Эбби опустила клюшку, рассматривая Чарли с неожиданным интересом. «Ты серьёзно? Ради этого куска дерьма пожертвуешь собой? Видно, ты и правда его любишь, раз только его вида… — она кивнула на вторую поседевшую часть волос Чарли, — волосы равномерно окрасились.»       «Да. Как и он меня. Я серьёзно. Ты страдаешь. И он тоже будет.» У Элли округлились глаза. «Чарли, что ты несешь, тебя дери?!»       «Заткнись, Элли!» — строго, с незнакомой нотой в голосе, сказала Чарли. Ты идиотка Чарли кричала Элли « Он покончит с собой. И твоя смерть будет… напрасной. Глупостью.»       «Ах… — лицо Эбби исказила странная, почти восхищённая ухмылка. — Вот насколько он её любит, значит? Хорошо. Я принимаю твоё предложение. За храбрость — убью тебя быстро.»       «Могу я… подойти к нему? Обнять и сказать последние слова?»       «Конечно, валяй,» — Эбби отвернулась, обмениваясь с подручными взглядами, полными циничного веселья. Мысль о том, что её месть будет для Джоэла вечным адом, внушала ей радость.       «Что в сумке?» — один из бандитов грубо вырвал рюкзак у Чарли.       «Хм… аптечка. Оружия нет,» — покопался он и швырнул сумку в сторону Элли. «На, Джоэлу отдашь потом. Подлатаешь.» Заливистый смех вновь заполнил комнату. Чарли опустилась на колени рядом с Джоэлом. Наклонилась низко, будто для прощального поцелуя. Её губы почти коснулись его уха.       «Держись, милый. Всё хорошо,» — прошептала она так тихо, что услышал только он. И аккуратно, под прикрытием своего тела и его плеча, из специального кармашка в лифчике достала две маленькие, но знакомые каждому выжившему вещи: шашку светошумовую и осколочную гранату. «Всё будет хорошо. Только не отключайся…»       «Ну что, всё сказала?» — раздался нетерпеливый голос Эбби.       «Да, есть ещё последние слова,» — сказала Чарли, всё ещё не поворачиваясь.       «Да? Ну, говори!» Чарли глубоко вдохнула. И крикнула, чётко и ясно, на всю комнату:       «Пошла ты нахрен, тупая сука!»       «ЧТО ты сказала?!»       «Что слышала! Пошла нахрен, тупая сука!» — и в тот же миг Чарли сдёрнула чеку с гранаты. Звяканье было оглушительно тихим в наступившей тишине. В комнате на долю секунды повисло абсолютное непонимание. Потом мозги у всех, заработали.       «Вот блядь!» Группа Эбби инстинктивно рванулась назад, к двери. Глаза Элли округлились от чистого шока и неверия. Чарли вскочила. «Элли, вниз!» — и швырнула гранату не прямо в Эбби, а под её ноги, в центр комнаты.       Рефлекторно Эбби посмотрела на упавшую гранату, в этот миг один мощный удар с ноги по голове Эбби." Это муляж сука" Прокричала разъяренная Чарли Не сила, а ярость, отточенные Джоэлом приёмы и фактор неожиданности. Мощный удар коленом в живот, захват вооружённой руки, резкий рычаг — и пистолет выскользнул из ослабевших пальцев Эбби.       «ЭЛЛИ, ПОДНИМИ!» — закричала Чарли, заламывая Эбби руку за спину. Элли, будто очнувшись от сна, рванулась, подобрала пистолет и навела его на Эбби.       «Ты серьёзно? — выплюнула Эбби, сквозь боль. — Защищаешь его?» Чарли подобрала с пола револьвер Джоэла. Её рука не дрожала.       «Он убийца и психопат!» — закричала Эбби, пытаясь вырваться.       «Да, — безэмоционально, ледяным тоном, произнесла Чарли, приставляя ствол к виску Эбби. — И я тоже.» Выстрел грохнул в комнате, оглушительный и окончательный.       «Нихрена себе…» — выдохнула Элли, глядя на падающее тело. — «Ты… ты просто…»       «Позже, Элли. Ещё не всё кончилось,» — перебила её Чарли, её глаза уже сканировали окно. Снизу, с улицы, донёсся голос: «Эбби? Как ты там? Что происходит? Надо подняться?» Чарли без раздумий выстрелила в окно. Стекло с мелодичным треском осыпалось вниз.       «Какого чёрта?» — донеслось снизу. Группа внизу подняла глаза как раз в тот момент, когда тело их предводителя, выброшенное Чарли и Элли, полетело вниз со второго этажа и глухо шлёпнулось у них под ногами.       Начался ад. Чарли и Элли, как две фурии, вели шквальный огонь из окон. Выстрелы были меткими, хладнокровными. Один — в голову. Второй — в сердце. Подмога из Джексона, ведомая Томми, уже неслась к дому, и оставшиеся в живых нападавшие, увидев и тело Эбби, и приближающихся всадников, в панике бросились в бегство. Тишина, наступившая после боя, была оглушительной. Чарли бросилась к Джоэлу. «Дышит… Слава богу, дышит. Держись, любимый, держись…» Джоэл.       Голоса доносятся сквозь вату. Крики. Выстрелы. Её голос. Он пытается заставить глаза сфокусироваться. Какая же она красивая… даже сейчас, в дыму, с диким огнём в глазах. Она что-то говорит, но звук приходит обрывками. Тьма пытается засосать, но он цепляется за её образ.       Он чувствует, как она прикладывает его окровавленную, сломанную руку к своему животу. Нежно. Так нежно. И всё внутри него, сквозь боль, взрывается ослепительным пониманием. И невыносимой болью в тысячу раз сильнее всех ударов. Дитя. Наше дитя. Он хочет улыбнуться. Хочет сказать. Но не может. Лицо не слушается. Он умирает. И оставляет её одну. С их ребёнком.       Прости меня, моя девочка. Прости. Ты усвоила все уроки. Ты справилась… А он… он, увидев Эбби, услышав её голос, узнав в ней дитя того хирурга, на миг снова стал тем сломленным человеком. Груз вины парализовал сильнее любых ран. Он не смог сражаться. Не так яростно и храбро, как она. Вторая сторона виска твоих волос поседела. Ты так испугалась за меня?       «НЕ ОТКЛЮЧАЙСЯ!» — её крик пробивается сквозь туман. Он чувствует её руки, накладывающие жгут, давление на раны. Видит, как Элли что-то мастерит из обрезков ткани и палки — шину. Бросьте это, мои хорошие. Я уже не жилец… Но её рука снова на его руке, на её животе. И в этом прикосновении — целый мир, который он должен защитить. И этот последний инстинкт, инстинкт отца, оказывается сильнее тьмы. Он цепляется за него. За них. И медленно, с нечеловеческим усилием, пытается сделать ещё один вдох. Ради них