V. "Незванные гости"

По истечению часа, в период которого Хёнджин держал руки сцепленными, глаза закрытыми, а колени его уже от боли ныть начинали, он встал и, приклонившись перед ликом Мученика Феликса напоследок, медленно ушёл, осторожно спустился по лестнице с чердака, держась руками за деревянные перила. Одежда его пропиталась лёгким запашком горелых свечей и тонким ароматом хлеба. Клонило в сон, на ногах стоять уже не мог. Так получилось, что спальня Хёна имела окно, слева стоящее от кровати и смотрящее прямо на лес. Ночью его красота куда завораживающе кажется, чем днём. Казалось бы, мир забыл светлячки, но именно этот лес хранил сие богатство, ещё не полностью стёрлись крылатые копии звёзд. Облака жёлто-зелёных точек покрывали всё вокруг, вздымались вверх, кружились и оседали обратно. Благодаря им стало чуть светлее, как в сумерках. И сразу с дальних уголков леса донёсся совинный визг, жужжание сверчков, скрипучие мелодии цикад. У самой окраины леса, то есть конца территории будущей церкви, из гущи деревьев, лоз и кустарников показались огромные и длинные, как дубовые ветви, рога. Сием чудом оказался оленьий вожак. Он смотрел на то, как дом Хёнджина и город так близко осели к лесу, любопытно было зверю, но дальше края он не переступал, словно боялся попасться в петли или получить пулю в грудину. Усталость вмиг куда-то испарилась. За всю свою 25-летнюю жизнь Хван не то что в зоопарках илизаповедниках, он и в фильмах не видел такой красоты! - Ах...Благодать-то какая... Приспичило его открыть окно, вдохнуть немного свежего воздуха, но своим движением и стуком в момент открытия окна, он слегка напугал оленя. Вдруг из глубины леса какие-то мелкие зверьки. Даже под светом светлячков их не было видно чётко, казались чёрными. Олень даже почему-то поклонился им, вот что удивительно. Вожак стада, "лесной король" и сторож склонился перед какими-то бегущими теньками. Эти теньки побежали прямо в сад и, естественно, Хёнджина это насторожило, но бегать ночью за какими-то зверьками после такого трудоёмкого дня не было у него ни сил, ни желания, ни времени, утром ведь рано просыпаться. Где-то домовой сыч писал и летал бесшумно, возможно, таща в дупло очередного зверёныша. Медлило время, Хван всё смотрел и смотрел, а рука всё медленно-медленно сползала из-под головы. Хёнджин даже и не заметил, как те самые теньки уволокли, или даже, укатили что-то, относительно них, большое да круглое и опять с той же стороны, с которой зашли. Понятное дело, из сада. Хёнджин только потом заметил это маленькое похищение, когда теньки уже докатили добытое до границы леса. Но Хёнджина это не злило. В мыслях он говорил себе: " пусть тащат зверушки. Сад большой, меня с головой прокормить сможет"