3 Глава. Следы которые не смываются

Ночь снова вернулась в город — тихо, без праздников и криков. Будто сама тьма решила забрать своё. Космо сидел на крыше старого дома, поджав колени к груди. Ветер трепал его волосы, но он не чувствовал холода. Он вообще мало что чувствовал сейчас — кроме пустоты, растянувшейся внутри, как бездонная пропасть. Запах пепла всё ещё был с ним. Он не исчезал. Не выветривался. Он въелся в память, в кожу, в само существование. Запах смерти, которую невозможно отменить. Ты обещал вернуться, — мысль возникла сама собой, болезненно ясная. Ты всегда возвращался. Космо закрыл глаза. Перед ним снова и снова вставал образ: кости, аккуратно сложенные, будто кто-то попытался придать им порядок. Пепел, рассыпанный по земле. Ни следа борьбы. Ни шанса. Он не плакал. Слёзы закончились слишком быстро. Он знал, кто это сделал. Охотник. Запах оружия, серебра, крови — всё было знакомо. Этот почерк он видел раньше, ещё ребёнком, когда отец запрещал выходить ночью и говорил шёпотом: — Если почувствуешь это — беги. Космо не убежал. Он выследил. Спраут возвращался с охоты медленно. Ночь была странно тихой — ни криков, ни шагов, ни даже привычного ощущения чужого присутствия. Это настораживало сильнее любого шума. Он шёл по переулку, когда вдруг почувствовал это. Взгляд. Не враждебный. Не угрожающий. Просто — внимательный. Спраут остановился, не оборачиваясь. — Ты можешь выйти, — сказал он спокойно. — Я знаю, что ты там. Тишина затянулась. Потом с крыши спрыгнула фигура — легко, почти бесшумно. Парень приземлился в нескольких шагах от него, не делая попытки приблизиться. — Мы снова встретились, — сказал Космо. Голос был тем же. Но что-то в нём изменилось. Спраут повернулся. Его рука инстинктивно легла ближе к оружию, но он не вытащил его. — Ты, — произнёс он. — Из театра. — Космо, — напомнил тот. — Ты так и не назвал своего имени. — Не вижу причины, — сухо ответил Спраут. Космо усмехнулся. Улыбка была кривой, лишённой прежней мягкости. — Конечно. Они стояли друг напротив друга, и между ними ощущалось напряжение — не как перед боем, а как перед признанием, которое никто не хотел делать первым. — Ты сегодня поздно, — сказал Космо, будто между ними ничего не произошло. — Обычно охотники возвращаются раньше. Спраут нахмурился. — Ты следишь за мной? — Я запоминаю, — спокойно ответил Космо. — Есть разница. Это должно было насторожить. И насторожило. — Тебе не стоит этим заниматься, — сказал Спраут. — Это опасно. — Для кого? — тихо спросил Космо. Вопрос снова повис в воздухе. Спраут отвернулся. — Ты живёшь здесь? — Иногда, — ответил Космо. — А ты? — Всегда, — коротко сказал он. Космо сделал шаг ближе. Спраут почувствовал это кожей — не прикосновение, а тепло, странное и неуместное. — Сегодня город снова праздновал, — произнёс Космо. — Ты видел? — Видел. — Ты не рад. — Радость — роскошь, — ответил Спраут. — Особенно когда знаешь, сколько крови стоит каждая «победа». Космо вздрогнул. Совсем незаметно — но Спраут это уловил. — Ты говоришь так, будто… — начал он. — Будто что? — спросил Спраут, наконец посмотрев прямо на него. Космо замолчал. Его взгляд скользнул в сторону. — Будто ты видел больше, чем хочешь помнить. Это было слишком близко к правде. Спраут сделал шаг назад. — Тебе пора идти. — Нет, — тихо сказал Космо. Охотник напрягся. — Ты не понимаешь. — Я понимаю больше, чем ты думаешь, — Космо поднял глаза. В них больше не было наивности. — Я знаю, чем ты занимаешься. Спраут медленно вдохнул. — Тогда тебе стоит держаться от меня подальше. — А если я не могу? В этот момент что-то внутри Спраута дрогнуло. Он не знал почему. Не знал, откуда это чувство. — Почему ты здесь? — спросил он жёстко. Космо смотрел на него долго. Слишком долго. — Потому что ты убил моего отца. Тишина обрушилась резко. Спраут не сразу понял смысл сказанного. — Что? — Ты слышал, — голос Космо был ровным. Слишком ровным. — Той ночью. Ты оставил его пеплом. Спраут сжал челюсти. — Если он был тем, о ком я думаю… — начал он. — Он был вампиром, — перебил Космо. — И он был моим отцом. Слова ударили сильнее, чем клинок. — Ты… — Спраут медленно поднял взгляд. — Ты знал? Космо усмехнулся. — О себе? Конечно. Сердце Спраута пропустило удар. — Значит, ты… Он не договорил. Космо сделал шаг вперёд. — Я не пришёл мстить, — сказал он. — Пока. — Пока? — хрипло переспросил Спраут. — Я пришёл понять, — Космо посмотрел ему прямо в глаза. — Почему ты колебался. — Я не колебался, — резко ответил Спраут. — Лжёшь. Они стояли так близко, что Спраут чувствовал дыхание Космо. Слишком ровное. Слишком тихое. — Если ты хотел меня убить, — продолжил Космо, — ты бы сделал это сразу. Спраут не ответил. Он не знал, что сказать. Потому что в глубине души понимал — Космо прав. Хорошо. Он смотрел на Космо так, будто видел его впервые. Слово «вампир» всё ещё отдавалось в голове глухим эхом, но не вызывало привычного отвращения. Не было вспышки ярости, не было автоматического желания схватиться за оружие. Было только странное, вязкое чувство — словно почва под ногами стала ненадёжной. — Ты знал, кто я, — наконец произнёс он. — С самого начала. — Да. — И всё равно подошёл. — Да. Космо не отводил взгляда. В его глазах не было злобы — только усталость и что-то ещё. Что-то, что Спрауту не нравилось узнавать. — Тогда ты либо глуп, — холодно сказал он, — либо ищешь смерти. — Или правды, — ответил Космо. Спраут усмехнулся коротко и невесело. — Правда редко кого спасает. — Но иногда она даёт выбор. Эти слова задели глубже, чем хотелось бы. Спраут резко развернулся и сделал шаг в сторону, увеличивая расстояние между ними. — Ты ошибся адресом, — сказал он. — Я не тот, у кого стоит искать ответы. — Ты убил моего отца, — напомнил Космо спокойно. — И ты всё ещё жив. Значит, ты — именно тот. Тишина снова нависла между ними. Где-то вдалеке лаяла собака, за стенами домов скрипели балки, город дышал — равнодушно, как всегда. Спраут закрыл глаза на секунду. — Он был монстром, — сказал он глухо. — Я делал свою работу. — Он был вампиром, — согласился Космо. — Но он был и отцом. Спраут резко обернулся. — Ты хочешь сказать, что он был… хорошим? Космо замолчал. Его плечи напряглись. — Нет, — честно ответил он. — Я не буду врать. Он делал вещи, которые нельзя оправдать. Он пил кровь. Он убивал. Иногда — без необходимости. Спраут внимательно слушал. — Но он выбирал жертв. Он не трогал детей. Не трогал тех, кто не мог защититься. И он… — Космо сглотнул. — Он любил. Это слово прозвучало здесь неуместно. — Вампиры не любят, — автоматически сказал Спраут. Космо усмехнулся — горько. — Тогда объясни мне, почему я всё ещё здесь. Спраут хотел возразить. Хотел сказать что-то резкое, привычное, удобное. Но слова не шли. Потому что он уже начал видеть. Не сразу. Неохотно. Но видеть. — Ты не похож на него, — сказал он наконец. — Я знаю. — И всё же ты — вампир. — Да. — И ты пьёшь кровь. Космо не ответил сразу. — Редко, — сказал он потом. — И никогда — насильно. Спраут хмыкнул. — Звучит как оправдание. — Звучит как правда. Они снова замолчали. Ветер усилился, заставляя мусор катиться по мостовой. — Почему ты не убил меня сразу? — вдруг спросил Космо. Спраут напрягся. — Потому что не знал. — Нет, — мягко возразил Космо. — Не поэтому. Он сделал шаг ближе. Спраут не отступил, но его пальцы дрогнули. — Ты чувствовал, — продолжил Космо. — В театре. В первую ночь. Ты почувствовал, что я не обычный человек. — Я чувствовал, что ты опасен, — процедил Спраут. — И всё равно остался. Спраут резко схватил его за воротник и прижал к стене. Движение было быстрым, отточенным, но в нём не было настоящей ярости. — Не смей читать меня, — прошипел он. — Ты ничего обо мне не знаешь. Космо не сопротивлялся. Он лишь поднял руку и осторожно коснулся запястья Спраута. Прикосновение было тёплым. Слишком тёплым. Спраут замер. — Ты боишься не меня, — тихо сказал Космо. — Ты боишься того, что чувствуешь рядом со мной. Это было правдой. И от этого становилось страшнее. Спраут резко оттолкнул его и отступил. — Убирайся, — сказал он. — Пока я ещё могу тебя отпустить. — А потом? — спросил Космо. — Потом я стану тем, кем должен быть. — Охотником. — Да. Космо кивнул. — Тогда скажи мне, охотник… — он сделал шаг назад, растворяясь в тени. — Ты убьёшь меня, если придёт приказ? Спраут открыл рот. И не смог ответить. Космо улыбнулся — печально, почти нежно. — Я так и думал. Он исчез в темноте — не как человек, не как зверь, а как тень, которую невозможно поймать. Спраут остался один. Долго стоял, не двигаясь, чувствуя, как внутри что-то трескается. Что-то, что он годами выстраивал, укреплял, превращал в броню. Вампир любви, — всплыло в памяти. Он раньше считал это шуткой. Теперь — нет. Этой ночью Спраут не вышел на охоту. Он сидел у себя дома, перебирая оружие, но ни один клинок не казался привычным. Серебро жгло ладони сильнее обычного. Он вспомнил кости. Пепел. Скелет. Ты убил моего отца. — Чёрт… — прошептал он. Впервые за много лет ему стало стыдно. Космо же наблюдал с крыши. Он чувствовал Спраута — не точно, не ясно, но достаточно, чтобы знать: охотник не спит. Не идёт. Не преследует. Это удивляло. — Ты сломаешься, — прошептал Космо в ночь. — Или с ломаешь меня. Он не знал, чего хотел больше. На рассвете город снова притворился обычным. Но между охотником и вампиром уже была проведена черта. И каждый следующий шаг будет стоить крови.