Часть 6. Покажи ей свою недоступность.

Встречи Мародеров стали частым явлением, проходившими поздними вечерами в кабинете Джеймса. Иногда к ним присоединялась Лили, предлагая свою точку зрения на происходящие события. – Ну, как продвигается стратегия «настоящей связи», сынок? – спросил Джеймс, откинувшись на спинку стула с довольной ухмылкой на лице. Он затянулся трубкой, наполняя воздух приятным ароматом дуба и чего-то слегка сладковатого. Гарри рассказал о своих многочисленных встречах: долгих дискуссиях в библиотеке, совместных обедах, случайных, почти незаметных улыбках Гермионы. – Она предложила мне наложить заклятие молчания на Дэниела и Каспиана, – сообщил Гарри с ноткой гордости в голосе. Сириус расхохотался, чуть не опрокинув стул. – Да! Истинный знак привязанности! Она практически взяла их под свою опеку! Лили, сидя на краю стола Джеймса, покачала головой. Ее рыжие волосы ярко контрастировали с темным деревом. – О, Гарри, ты влюбляешься в нее, не так ли? Ты влюбляешься в нее точно также, как твой отец в свое время влюбился в меня. То же бесконечное терпение, та же раздраженная привязанность к ее непреклонности. – Дело не в непреклонности, мама, – возразил Гарри, хотя от ее слов его охватило тепло. – Дело в… преданности. – Именно, – вмешался Джеймс, подмигнув Лили. – У моего мальчика хороший вкус. Теперь, Гарри, главное не дать ей заскучать. Не будь слишком доступным. Нужно создать немного… напряжения. Немного загадки. – Загадки? – нахмурился Гарри. – Но я думал, что весь смысл в искренности. – В искренности, да, – уточнил Сириус, наклонившись вперед. Его глаза озорно заблестели. – Но искренний человек все же может быть немного… непредсказуемым. Помнишь, как мы рассказывали, как твой папа иногда просто исчезал на день, чтобы потом появиться с каким-нибудь до смешного замысловатым подарком для твоей мамы, утверждая, что он был на сверхсекретной миссии? – Обычно эти исчезновения заключались в том, что я, Питер и Джеймс исчезали в Запретном лесу, пытаясь найти какой-нибудь редкий ингредиент для розыгрыша, а не для того, чтобы не дать заскучать Лили, – сухо добавил Ремус, медленно отпивая чай. – Подарки были второстепенными, Джеймс. Джеймс пренебрежительно махнул рукой. – Детали, Луни, детали! Суть в том, Гарри, что тебе нужно показать ей, что у тебя есть жизнь и помимо нее. Что ты не просто щенок, который готов ходить за ней по пятам. Лили издала раздраженный вздох. – Джеймс, не забивай ему голову чепухой. Гарри, послушай меня. Гермиона ценит честность и интеллект превыше всего. Просто будь собой. Своей лучшей версией. И не играй с ней в игры. Она сразу же их раскусит. – Твоя мама права, Гарри, – мягко сказал Ремус. – Пусть небольшая загадочность и сможет ее заинтриговать, но, если ты перейдешь черту – рискуешь показаться неискренним в глазах Гермионы. Гарри почувствовал знакомую внутреннюю борьбу. С одной стороны его отец и крестный – мастера сложных розыгрышей и расчетливого обаяния. А с другой – мама и Ремус, олицетворяющие голоса разума и подлинной связи. – Значит… никаких исчезновений? – спросил Гарри, переводя взгляд с Джеймса на Лили. – Абсолютно нет! – твердо заявила Лили. – Если только ты действительно не находишься на какой-нибудь сверхсекретной миссии для Министерства Магии, в чем я сильно сомневаюсь. – Но, возможно, немного меньше… постоянного присутствия, – предложил Джеймс, подмигнув Гарри. – Пусть она иногда гадает, где ты. Пусть скучает по тебе. – То есть, нужно быть искренним, но… немного менее доступным? – задумался Гарри. – Именно! – Джеймс хлопнул в ладоши. – Идеальный баланс. Обаяние Поттера, доведенное до совершенства! После разговора с родителями Гарри решил не списывать со счетов подход, при котором он бы не казался назойливым, а самодостаточной личностью, решив воплотить его в дело. В реальности же это оказалось гораздо сложнее, чем он думал. До этого момента он и представления не имел насколько естественным желанием для него стало найти Гермиону и завязать с ней разговор. Он из последних сил сдерживался, заставляя себя проводить больше времени в компании Рона и Невилла, и даже пару разу присоединиться к нескольким партиям игры во взрывающиеся карты с близнецами. Он заметил перемену почти сразу. Гермиона, обычно всегда поглощенная учебой, стала поглядывать на ту часть стола Гриффиндора, где располагался Гарри со своими друзьями, и слегка хмурилась, когда не сразу его замечала. Однажды в библиотеке, поглощенный особенно сложным текстом по Трансфигурации, он поймал взгляд девушки в его сторону. Однако настоящее испытание наступило на одном из уроков. Профессор Флитвик объяснял им сложное заклинание, требующее замысловатых движений палочкой и четкого произношения. Гарри, к своему удивлению, очень быстро его освоил, потратив дополнительное время на практику после совета отца о демонстрации своих академических способностей. Гермиона, обычно безупречная в заклинаниях и изучении нового материала, испытывала трудности с особенно сложным движением запястья руки. Гарри тут же испытал непреодолимое желание подойти и помочь, предложить совет в крайнем случае. Но он вспомнил совет Джеймса: пусть она первой сделает шаг. Сама этого захочет. С трудом он заставил себя отвлечься практикой собственного заклятия. Он чувствовал на себе ее взгляд. Безмолвный вопрос и немую просьбу. Однако предпочел сосредоточиться на своей палочке, идеально выполняя заклинание. – Поттер, – голос Гермионы, чуть тише обычного ее тона, прервал его на полуслове. – Как тебе это удается? Моя рука будто все время находится под неправильным углом. Гарри повернулся, стараясь сохранить на лице нейтральное выражение. – Вот это? – он продемонстрировал идеальное движение рукой. – Все дело во вращении запястья. Представь, что ты перемешиваешь очень густое, вязкое зелье, но резко. Он медленно продемонстрировал движение, его пальцы были точными. Гермиона внимательно наблюдала, нахмурив брови от сосредоточения. Она попробовала повторить, но ее палочка слегка дрожала. – Нет, не совсем, – сказал Гарри, подойдя ближе. – Позволь мне направить твою руку. Он осторожно ухватил ее за запястье. Как только пальцы Гарри коснулись ее кожи, между ними пробежала волна, похожая на статическое электричество. Ее рука была мягкой, теплой. Он направил ее руку, его большой палец скользнул по нежной косточке запястья, чувствуя едва уловимое напряжение. – Видишь? В самом конце – небольшой поворот, почти изгиб… Гермиона проследила за его движением, слегка затаив дыхание. Ее широко раскрытые, сияющие глаза встретились с глазами Гарри. На мгновение целый мир сузился до них двоих: едва уловимый аромат ее шампуня, тепло ее кожи под подушечками его пальцев, промелькнувшая искра в глазах, направленных друг на друга. Звонкий голос Флитвика прервал этот волшебный момент: – Отлично, мисс Грейнджер! У Вас получилось! Гермиона быстро отдернула руку, легкий румянец расплылся по ее щекам. – Спасибо, Поттер, – ее голос звучал немного прерывисто. – Всегда пожалуйста, Гермиона, – ответил Гарри, его сердце забилось немного быстрее. Его взгляд уловил Дэниела и Каспиана, притаившихся у двери класса и триумфально подмигивающих Гарри. Он их проигнорировал. Этот момент был… непривычным. Он был настоящим.