Часть 7. Светящиеся грибы в Визжащей Хижине.

В тот же вечер на собрании Мародеров присутствовала и Лили, которая услышала от одного из профессоров слегка преувеличенный рассказ об уроке Заклинаний. – Так ты наконец коснулся ее руки? – спросила Лили с понимающей улыбкой на лице, пока Гарри пересказывал им события. – И она тебя даже не прокляла? Это определенно прогресс. – Я ей всего лишь помогал, мам, – настаивал Гарри, хотя и не мог скрыть довольной ухмылки. – Конечно-конечно, дорогой, – ответила Лили, ее глаза озорно заблестели. – Точно также, как и твой отец «всего лишь помогал» мне на уроках Трансфигурации. Джеймс усмехнулся, в его глазах читалась нежность и какая-то задумчивость. – Эх, были времена! Случайные прикосновения рук, долгие взгляды… все это часть танца, сынок. Тонкий, замысловатый танец ухаживаний. – Тонкий танец преследований, я бы сказал, – пробормотал Ремус себе под нос, заслужив игривый толчок от Сириуса. – Так что дальше? – спросил Гарри, жаждущий дальнейших указаний. – Она сделала шаг первой. Она позволила мне прикоснуться к ее руке. – Теперь, Гарри, – сказал Джеймс, понизив голос до заговорщического шепота, – тебе нужно показать ей, что ты не просто человек одного таланта. Ты показал ей свою академическую сторону. Ты показал ей свою отзывчивость. Теперь пришло время показать ей свою… авантюрную сторону. – Авантюрную? – заинтригованно повторил Гарри. – Да! – вмешался Сириус, его глаза сияли от волнения. – Что-то смелое. Что-то немного… бунтарское. Что-то, что покажет, что ты не боишься рисковать! Лили подняла бровь. – Сириус, не смей подстрекать его к нарушению школьных правил! У него и так уже достаточно длинный послужной список с ними. – Не обязательно нарушать правила, Лили-цветочек, – уточнил Джеймс, хотя озорной блеск в его глазах говорил об обратном. – Это должно быть… неожиданно. Что-то, что покажет ей, что ты не просто книжный червь. Что покажет ей поттеровский дух! – Как, например, когда ты тайком выскользнул из замка, чтобы посмотреть на метеоритный дождь с Астрономической башни, просто потому что я упомянула, что это будет красиво? – спросила Лили с мягкой улыбкой на лице. – Именно! Видишь, сынок? – Джеймс засиял. – Речь идет о создании незабываемого впечатления. Чего-то, что она от тебя не ожидает. Гарри задумался. Неожиданное приключение. Что-то запоминающееся. – И я даже знаю, что именно, – ответил Гарри, медленно расплываясь в улыбке. На следующий день предстоял выходной в Хогсмиде. Вместо того, чтобы присоединиться к Рону и Невиллу в «Трех метлах», он, как обычно, нашел Гермиону в библиотеке, окруженную книгами. – Гермиона, – начал он, в его голосе послышалась осторожная непринужденность. Она подняла на него глаза. – Да, Поттер? Пришел обсудить плюсы и минусы Закона Гампа об элементарной трансфигурации? – Не сегодня, – усмехнулся Гарри. – Я хотел спросить… не хочешь ли пойти со мной в Визжащую Хижину? Глаза Гермионы расширились. – В Визжащую Хижину? Поттер, это… запрещено. И опасно. Зачем, скажи на милость, тебе понадобилось туда идти? – Я слышал, – сказал Гарри, чувствуя, как в нем закипает авантюризм, – что там, растет редкий вид светящихся грибов и подумал, что было бы интересно… понаблюдать за ними. Конечно же, для проекта по Гербологии. Он старался звучать как можно больше заинтересованным в академическом аспекте вопроса. Брови Гермионы нахмурились. – Светящиеся грибы? В Визжащей Хижине? Я ничего подобного об этом не читала. – Это было написано в очень… малоизвестном источнике, – солгал Гарри, припоминая совет Джеймса о загадочности. – Я случайно наткнулся на него в Запретной секции. Гермиона замялась, не отрывая от него взгляда. Он отчетливо видел конфликт в ее глазах – ее врожденное кредо следовать правилам боролось с ненасытным любопытством. – Это было бы… интересным практическим исследованием, – озвучила она скорее для себя, чем для него. – И, возможно, уникальная возможность собрать данные для нашего следующего эссе по Гербологии. – Именно! – воскликнул Гарри, торжествующая улыбка расплылась по его лицу. – Только подумай о дополнительных баллах! Гермиона прикусила губу, а затем, к удивлению Гарри, кивнула. – Хорошо, Поттер. Но мы будем заниматься исключительно грибами. Никаких шастаний за пределы. И мы вернемся до комендантского часа. – Договорились! – воскликнул он, его сердце затрепетало. Когда они шли по шумным улицам Хогсмида, Гарри увидел своих братьев, которые слонялись возле Сладкого королевства. Их глаза были широко раскрыты от недоверия. Он бросил на них самодовольный взгляд, на который они ответили преувеличенно отвисшими челюстями. Тем временем парочка достигла окраины деревни, где начиналась тропа к Визжащей Хижине. Воздух стал холоднее, и вокруг них повисла знакомая, жуткая тишина. Старинная постройка, мрачная и пустынная, одиноко виднелась вдалеке на фоне серого неба. – В живую она еще более жуткая, – прошептала Гермиона, крепче сжимая свою сумку. – Не волнуйся, – сказал Гарри, пытаясь успокоить девушку. – Я здесь уже бывал. Самое жуткое здесь это пыльный, скрипучий пол. Он достал свою палочку. – Люмос, – кончик засветился, отбрасывая танцующие тени. Когда они вошли в хижину, половицы застонали под тяжестью их веса. Пылинки танцевали в слабом свете, проникающем сквозь грязные окна. Воздух был пропитан запахом гнили и влажной земли. – Ну, так где же эти светящиеся грибы? – в ее голосе смешались тревога и научное любопытство. – Думаю, они в подвале, – ответил Гарри, направляясь к шаткой лестнице. – В тексте было написано, что они произрастают во влажных и закрытых пространствах. По мере того, как они спускались вниз, воздух становился еще холоднее и тяжелее. Гарри толкнул тяжелую деревянную дверь, открыв небольшой темный подвал. Там действительно было сыро, а стены были покрыты толстым слоем слизи. – Я не вижу никаких грибов, Поттер, – сказала Гермиона, в ее голосе сквозило подозрение. Гарри помедлил, затем глубоко вздохнул. – Хорошо, Гермиона, признаюсь. Светящиеся грибы здесь не растут. – Я так и знала! Ты солгал мне! Ты решил меня разыграть? – Нет! – запротестовал Гарри, подходя ближе. – Это… это не розыгрыш. Я просто хотел… провести с тобой время. В каком-нибудь необычном и запоминающемся месте. Гермиона пронзительно смотрела на него, по ее лицу невозможно было что-то прочитать. Тишина в подвале затянулась, нарушаемая лишь капаньем воды и далеким стоном старой постройки. – Ты затащил меня в Визжащую Хижину, запрещенное и потенциально опасное место, обманом, просто чтобы «провести со мной время»? – наконец произнесла она, ее голос опасно стих. Гарри морально приготовился к взрыву эмоций, яростной лекции, неизбежному проклятью. Но вместо этого на ее губах появилась едва заметная улыбка. – Поттер, – произнесла она, смягчая голос, – это самая нелепая, безответственная и совершенно очаровательная вещь, которую ты когда-либо делал. – Очаровательная? – у Гарри отвисла челюсть. – Да, очаровательная, – повторила она, подходя ближе, ее глаза сверкали весельем. – Это безрассудно, это глупо и это совершенно необдуманно, но… в этом весь ты. Она протянула руку, коснувшись его предплечья, а затем медленно наклонилась к нему. Сердце Гарри бешено заколотилось в груди. Он наклонился к ней навстречу, затаив дыхание. Их губы соприкоснулись. Сначала это было мягкое, неуверенное, нежное прикосновение. Ее губы были удивительно теплыми, мягкими и имели легкий привкус мяты. Разум Гарри опустел, все мысли растворились в чистых ощущениях. Он почувствовал, как ее рука переместилась на его плечо, а затем и на затылок, запутавшись в растрепанных волосах. Он углубил поцелуй, его руки нашли ее талию, притягивая ближе, пока между их телами не осталось расстояния. Из горла Гермионы вырвался тихий стон, когда он слегка наклонил голову вбок, исследуя изгиб ее губ. Ее губы слегка приоткрылись, приглашая его. Он полностью ощутил ее вкус: вкус мяты, легкую сладость чего-то неопределенного, опьяняющую сущность Гермионы. Ее пальцы крепче сжали пряди на затылке, мягкое потягивание вызвало мурашки по коже. Он застонал в поцелуе, инстинктивно прижимаясь к ее телу еще сильнее. Он почувствовал мягкость ее груди, нежный изгиб ее бедер. Поцелуй становился все более страстным, более напористым. Его язык проникал глубже. Ища. Исследуя. И она отвечала ему с таким же пылом. Из ее уст вырвался тихий, отчаянный вздох, когда он едва успел прервать поцелуй, их лбы соприкоснулись, а дыхание смешалось в затхлом воздухе подвала. – Поттер, – прошептала она, голос ее был хриплый от эмоций. – Ты… ты полный идиот. Но в ее голосе не было гнева, только затаенное изумление. – Я восприму это как комплимент, – ухмыльнулся Гарри. Она рассмеялась, а в следующую минуту наклонилась, уже сама инициируя новый поцелуй, на этот раз смелее, увереннее, ее губы поглощали его с такой же жаждой, как и его собственная. Осознание настигло его, как удар молнии. Он был в Визжащей Хижине, целовал Гермиону Грейнджер, и она ему отвечала! Внезапно сверху раздался громкий хлопок, за которым последовали приглушенные крики. Гермиона резко отпрянула, ее глаза расширились от тревоги. – Что это было? Гарри, все еще ошеломленный, попытался прийти в себя. – Я… я не знаю. Еще один хлопок, на этот раз ближе, а затем раздражающие голоса близнецов. – Гарри! Гермиона! Вы здесь? Мы слышали шум! – веселый голос Дэниела эхом разнесся по лестнице в подвал. – И нам показалось, мы слышали звуки особенно бурного поцелуя, – добавил Каспиан, в его голосе звучала притворная обеспокоенность. – Вы двое в порядке? Мы подумали, что вас схватили упыри и пытают страстными поцелуями. Лицо Гермионы, которое до этого пылало страстью, теперь приобрело яростный багровый оттенок. Она оттолкнула Гарри, стараясь разгладить мантию рукой, ее взгляд метался между ним и лестницей. – Твои братья! – раздался ее яростный шепот. – Я убью их. Клянусь Мерлином, я убью их, – застонал Гарри, уткнувшись лицом в ладони. Дэн и Кас появились наверху лестницы в подвал, с палочками в руках, на их лицах читалась смесь притворной тревоги и едва скрываемой радости. – О, вот вы где! – воскликнул Дэн, опуская палочку. – Мы волновались! Думали, вас сожрал особенно голодный боггарт. – Или вас нашел Филч, – добавил Кас, окинув взглядом растрепанные волосы Гермионы и столь же неряшливый вид Гарри. – Хотя, похоже, вы сами нашли… что-то другое. Гермиона испепеляюще посмотрела на них, ее глаза опасно сверкнули. – Вы двое совершенно невыносимы! Понятие приватность вам ни о чем не говорит? – Приватность в Визжащей Хижине? – фыркнул Дэн, делая вид, что оглядывается. – Думаю, привидения с тобой не согласятся, Гермиона. – И, кроме того, – добавил Каспиан с широкой невинной улыбкой на лице, – мы просто волновались за нашего дорогого старшего брата. Сама понимаешь, он склонен попадать в… компрометирующие ситуации. Гарри шагнул вперед, сжимая кулак. – Убирайтесь. Оба. Сейчас же. Дэниел и Каспиан, почувствовав неподдельную ярость в голосе Гарри, мудро решили отступить, хотя и не без последней затянувшейся усмешки. – Ладно, ну что ж, мы просто оставим вас заниматься вашими… исследованиями грибов, – крикнул Дэниел, его голос эхом разносился по лестнице. – Не хотим прерывать ваши новаторские открытия! – последовал голос Каса, сопровождаемый удаляющимися шагами и приглушенным смехом. Гермиона фыркнула, проведя рукой по своим теперь еще более растрепанным волосам. – Поттер, твоя семья меня доконает. Гарри, все еще потрясенный прерванным поцелуем, слабо улыбнулся. – Они желают мне добра. Ну… в основном. Она посмотрела на него, ее взгляд смягчился, легкий румянец все еще оставался на щеках. – Что ж, несмотря на то, что нас… прервали, не могу отрицать, что это был, безусловно, незабываемый опыт. Он сделал шаг к ней, желая продолжить с того места, где они остановились, вернуть волшебство момента. Но ее поднятая рука его остановила. На лице Гермионы играла понимающая улыбка. – Возможно, – сказала она тихим шепотом, – нам стоит приберечь оставшуюся часть наших «исследований» для менее… публичного места. И без присутствия твоего личного фан-клуба. – Думаю, я смогу это устроить, – его лицо излучало надежду. Гарри знал с уверенностью, которая засела глубоко в его душе, что это только начало. И даже неустанные поддразнивания братьев не могли заглушить глубокую, волнующую радость, которая в нем бурлила. Яблоко, казалось, не просто падало рядом с деревом; оно, наконец-то начинало прокладывать свой собственный путь.