Что происходит с глупцами? 11

Декабрь сменился январем, и Волан-де-Морт, закружившись, притворился Чудо-женщиной. «Почему, когда я кружусь, мне не достается красно-бело-синий костюм, который был на женщине?» — пожаловался он. «Я уверен, что все сделал правильно». — Ты что, дурак? — спросил Альбус. — Ты сделал это влево. Вот почему это не работает, идиот. Нужно было вращаться в другую сторону. «Заткнись, старый, дряхлый, древний, устаревший, антикварный, архаичный подобие волшебника», — рявкнул Волан-де-Морт. «Я знаю, что делаю. Ты ничего не знаешь. Ты просто тупой, и я раздавлю тебе голову». С этими словами Волан-де-Морт, прищурившись, сжал голову Дамблдора большим и указательным пальцами. «Ого», — сказал Дамблдор. — «Кто-то сегодня утром проснулся не с той стороны словаря синонимов. Что, чёрт возьми, тебя так взбесило?» «Локхарт, — сказал Волан-де-Морт. — Я поймал этого извращенца в ящике для нижнего белья. Когда я спросил его, что он делает, он заявил, что хочет использовать мои кружевные трусики салатового цвета. Когда я посмотрел, оказалось, что все мои трусики связаны в узлы». — Разве у него нет своих таких же? — спросил Дамблдор. — Зачем ему твои? «Да, он это делает», — сказал Волан-де-Морт. «Однако он сказал мне, что ему нужна вторая пара, чтобы надеть её на голову, так как он хотел замаскироваться для чего-то, что собирался делать в замке». «Как пара трусиков на голове может служить маскировкой?» — спросил Альбус растерянно, но расчетливо. «Когда я спросил, он ответил, что это для того, чтобы скрыть свое лицо», — сказал он. «Он сказал, что если никто не увидит его лица, то ему сойдет с рук его розыгрыш». «Получилось?» — спросил Дамблдор. «Нет, — сказал Волан-де-Морт. — Его поймала Сатана. Видимо, он надел трусики только на голову и забыл одеться. Поэтому ей пришлось преподать ему урок за хождение голым. К тому же он не видел, куда идет, врезался в двери и в итоге оказался в классе трансфигурации, где этот толстый старый хрен начал на него кричать. Видимо, он наказан и ему запрещено устраивать для нас чаепитие целую неделю. Какой же он идиот. Я очень хотела на этот раз быть Снежной Розой. Он упомянул, что будет Золушкой или чем-то вроде того. А ты должна была быть Спящей Попкой». — Ты вернула свои трусики? — спросил Дамблдор. — Я не хочу быть Спящей Попкой. Я хочу быть Буллой и Бит. «Пожалуйста, не спрашивайте, куда они делись», — сказал Волан-де-Морт, немного напряженно удаляясь. «Достаточно сказать, что мне было велено лучше следить за своими вещами, особенно за нижним бельем». — Что ж, — сказал Дамблдор, — у меня есть дела. Интересно, согласится ли Гилдерой прийти на мою вечеринку сегодня днем, ведь он не может устраивать свои собственные. Мне нужно все организовать. С этими словами Дамблдор, напевая новую песню, удалился. Тем временем Гарри и его друзья обсуждали зелье, которое им велел сварить Северус. «Сделать это было очень легко», — сказал Гарри. «Я рад, что дядя Сев разрешил нам попробовать. Я поражен тем, как хорошо у меня получается. Он говорит, что я как минимум на год, если не больше, опережаю своих одноклассников. В следующем году я начну изучать зельеварение на пятом курсе. Не могу дождаться». — Ты видела, что случилось с Драко? — спросила Гермиона с ухмылкой. — Этот тупой придурок никогда ничему не учится. Не могу поверить, что он до сих пор жив после всего того дерьма, что с ним постоянно случается. Он просто никогда не сдаётся. Как будто у него какая-то навязчивая потребность постоянно получать боль. Может, он увлекается БДСМ. Я знаю, что Уизли увлекается. Их застали за тем, как они пороли друг друга на днях. «Я пропустил последнюю серию «Смерти Драко», — сказал Гарри. — Что случилось на этот раз?» «Он был занят тем, что мучил Невилла, — объяснила Гермиона. — Пока он это делал, он не обращал внимания на своё собственное зелье и на то, что добавлял, и в итоге получился эликсир похоти вместо зелья, восстанавливающего кровь». «Это очень далеко от того, что мы должны были сделать», — заявил Гарри. «И что же в итоге получилось?» «В любом случае, профессор Снейп заставил его выпить зелье», — сказала Гермиона с усмешкой. «Драко повернулся к Рону Уизли, и с тех пор они бегают по замку». «Как то, что Драко выпил зелье, повлияло на Уизли?» — растерянно спросил Гарри. «Мне это совершенно непонятно». «Драко теперь влюблён в Рона Уизли, — объяснила Гермиона. — Он хочет жениться на Рональде. Всё это превратилось в полный хаос, когда Одлиснакс начал кричать что-то о том, что Драко ему изменяет, а Дамблдор кричал на Рональда по той же причине. Несколько минут всё было очень запутанно, но я уверена, что автор этой истории знает, что он себе представлял». «Мне кажется, что Дамблдор испытывает влечение к Рональду Уизли, а Олдфартс — к Драко», — сказал Гарри. «С другой стороны, Дамблдор испытывает влечение ко всем. Так что, наверное, это не так уж и удивительно. Если подумать, это наиболее логично в данной ситуации». «Давай спустимся на обед и посмотрим, что сегодня в меню», — предложил Блейз. «Возможно, сегодня будет что-нибудь вкусное. С тех пор как Дамблдор начал переделывать канализационные трубы так, чтобы они протекали на кухню, эльфы больше стремятся убить его, чем приготовить что-нибудь съедобное». Трое студентов покинули подземелья и направились в Большой зал. Когда они проходили мимо тринадцатой аудитории, в дверях появился Альбус. — Убирайтесь, коротышки, — рявкнул он. — Я собираюсь устроить одну из своих вечеринок, а вас не пригласили. Хотя я не возражал бы, если бы вы одолжили мне своё нижнее бельё. Похоже, раз Гилдерой наказан, а Волан-де-Морт не может пользоваться своим, нам не хватает нижнего белья. — Э-э, — сказал Гарри. — Мы просто проходим мимо, и вы не можете устраивать вечеринку посреди коридора. Студентам нужно проходить мимо, чтобы попасть на обед. К слову, я не карлик, и меня оскорбляет, что вы меня так называете. «Мисс Грейнджер, — сказал Дамблдор, подмигнув ей. — Не хотите ли войти и что-нибудь перекусить? Я приготовил для себя, Долдиморта и Гилдерфрауда специальную закуску». «Нет, спасибо», — сказала она. «Я иду обедать в Большой зал. Что это вы нюхаете?» «Клей, — сказал Дамблдор хипповским голосом. — Ты знаешь, что от этой дряни можно очень сильно обкуриться? От неё голова кружится». Гарри и Гермиона стояли в изумлении, наблюдая, как голова Дамблдора вращается, словно волчок, на его плечах. Когда же вращение прекратилось, Дамблдор начал без всякой причины издавать звуки, похожие на фырканье. «Думаю, нам лучше кому-нибудь об этом рассказать», — прошептал Гарри. «Насколько я вижу, это большая бутылка пасты, и часть её попала на тарелки». «Если вы это построите, они придут», — произнес Дамблдор. В этот момент вошёл Волан-де-Морт и сел за стол. Он принялся запихивать в рот целые куски шоколадной пасты. Через несколько минут вошёл Локхарт, и между ними завязалась борьба за красную тарелку. Гарри и Гермиона были настолько шокированы увиденным, что не могли пошевелиться. Дамблдор устроил стриптиз двум другим мужчинам, одновременно подстрекая их к борьбе в луже шоколада, которая находилась в комнате. Вскоре все трое, игнорируя подростков в коридоре, начали интерпретировать происходящее по-своему. Северус проходил мимо и заметил, что Гарри и Гермиона стоят и смотрят на что-то, что их совершенно заинтриговало. Блейз уже убежал в туалет и был занят тем, что его рвало. Северус подошел к ним и заглянул им через плечо, чтобы посмотреть, что они видят. Его глаза расширились, когда он увидел, как Дамблдор и Волан-де-Морт пытаются понюхать один и тот же клей, щипая друг друга за ягодицы. Локхарт хихикал, быстро запихивая клей себе в рот. «Этого не может быть, — сказал Северус. — Не могу поверить, что эти трое снова затеяли. Пойдемте со мной, Гарри и Гермиона. Нам нужно позвать Минерву. Она должна разобраться с этим бардаком, прежде чем у студентов появятся безумные идеи. А еще вам следует обратиться к мадам Помфри за зельем забвения». Когда Минерва узнала, что происходит, она бросилась в коридор и вошла в комнату. Все три волшебника были совершенно голыми. Все они, словно паря в неистовстве, пели непристойные песни о том или ином. Прежде чем она успела их остановить, они побежали в Большой зал. Оттуда они начали петь песню «Barbie Girl» группы Aqua. Сначала студенты не понимали, что происходит. Через пару мгновений начался настоящий хаос: не менее трехсот студентов выбежали из замка и бросились в озеро. Те студенты, которые не попытались этого сделать, связывали простыни вместе, чтобы сделать петли и повеситься на потолке Большого зала в знак протеста. Только Гарри и Гермиона остались невозмутимы. Оба недоумевали, как и зачем студентам вообще понадобились простыни в Большом зале. «Леди Хогвартс, — вздохнул Гарри. — Вы можете что-нибудь с этим сделать? Они только что испортили обед. Теперь нам нужно спасти студентов и предотвратить их самоубийство. Это уже не смешно. Кому-то серьёзно грозит опасность». «Эй, жирная задница!» — крикнул Дамблдор, указывая на Минерву. — «Почему бы тебе не раздеться и не потанцевать голой? Хочешь поиграть в "потыкай в пиписку"? А может, спрячь хот-дог? Если это тебе не по душе, всегда можно поиграть в "задуши цыпленка"». Минерва просто стояла там. Она была настолько потрясена увиденным и услышанным, что не могла отреагировать ни на что. Когда троица закончила петь «Barbie Girl» с непристойными жестами, они решили исполнить «YMCA» группы Village People. Дамблдор решил быть индейцем, а Локхарт — человеком в кожаной одежде. Волан-де-Морт решил быть ковбоем. Обычно это не было бы проблемой. Однако Дамблдор был одет не анатомически правильно. Вместо того чтобы надеть головной убор на голову, он засунул его себе в задницу. Он больше походил на очень больную индейку, чем на индейца. Гарри с отвращением начал биться головой о стол. — Ну же, Гарри, — сказала Гермиона. — Я думала, мы тебя отучили от этой вредной привычки. Тебе вредно постоянно биться головой о стол. Мы уже объяснили тебе, что в конце концов сломается либо твоя голова, либо стол. «Как же тебя это не задевает?» — снова спросил Гарри. «Тебе бы уже захотелось присоединиться к нашим одноклассникам и совершить какое-нибудь самоубийство». «Автор решил, что я должна быть самой крутой в группе», — ответила она. «Пока ты страдаешь, я — фанатка, которая способна всё это вытерпеть. Ему кажется, что от меня, несмотря на обрезание, исходит какая-то извращённая, отвратительная аура». «Обрезание?» — спросил Гарри, глядя на неё. «Ты имеешь в виду обстоятельства?» «НЕТ», — сказала Гермиона, указывая на Дамблдора и Волан-де-Морта. — «Я имею в виду обрезание. Они оба держат Локхарта и пытаются сделать ему обрезание. Какие же они глупые». — Да уж, — сказал Гарри. — Мы знаем, что он уже обрезан. Трудно этого не заметить, когда он постоянно бегает голым. Ещё раз подчеркну, я буду рад, когда этот год закончится, чтобы мы могли выгнать его из замка. У нас и так дел по горло с двумя умственно отсталыми старыми волшебниками в замке. — Кого ты называешь старым? — спросил Дамблдор. — Я похож на тебя, коротышка. «Э-э, профессор Дамблдор, — сказала Гермиона. — Вам около ста пятидесяти лет. Так что вы, конечно, морщинистый старый придурок. У чернослива и изюма морщин меньше, чем у вас. Могу я предложить вам одеться? У вас скоро возникнет проблема, с которой вам захочется разобраться». — Что это такое, мисс Грейнджер? — огрызнулся Альбус. — Как видите, я в отличной форме, как пятнадцатилетний подросток. Пятьдесят миллионов очков с Гриффиндора за это глупое замечание. «Твои… ну, — пробормотала она. — Твои половые органы теперь вываливаются наружу. Думаю, тебе лучше пойти и попытаться их поймать, если ты хочешь и дальше оставаться стариком. Похоже, Вудимарт наложил на них заклятие». «Сколько раз я должен тебе повторять, чтобы ты называл меня правильным именем?» — закричал Тёмный Лорд. «Здесь ко мне никогда не относятся с уважением». «Сколько раз я должна тебе повторять, чтобы ты перестала кричать, как роженица?» — в ответ крикнула Гермиона. «Ты хуже, чем женщина в последние мгновения родов». Том решил преподать ей урок. Он подошёл и обхватил её шею руками. Проблема была в том, что его руки вывернулись наизнанку, и вместо того, чтобы душить Гермиону, он душил себя. Гарри сидел с ухмылкой на лице, убирая палочку в карман. «Это должно надолго занять и Дамблдора, и Волан-де-Морта», — сказал Гарри. «Четыреста очков тебе, Гарри, за это безупречное заклинание трансфигурации», — сказала Минерва. «Этого должно хватить, чтобы занять этих двух неуклюжих дураков на некоторое время. Куда делся Локхарт?» «Он направляется в женский туалет», — сказала Ханна, указывая в сторону коридора. "Зачем?" — спросила Минерва, выбегая из-за угла. «Он что-то говорил о том, чтобы взорвать туалеты, чтобы никто не мог ими пользоваться», — ответила она. «Возможно, вам стоит с ним поговорить. Его новое хобби — убивать с топором». «Опять хобби», — вздохнула Минерва. «Клянусь, к концу этого года у меня будет больше седых волос, чем чего-либо еще». «Я всегда могу побрить тебе голову», — сказал Дамблдор, гоняясь за своим пенисом по коридору. — «Так тебе не придётся беспокоиться о том, какого она цвета». Минерва даже не стала отвечать. Она просто смирилась с тем, что школа — это сумасшедший дом, и теперь ей предстоит следить за тем, чтобы никто серьезно не пострадал. Слава богу, она могла рассчитывать на Гарри Поттера и других безымянных, но все же важных профессоров школы. Позже в тот же день, когда Гарри и Минерва шли по коридору, они услышали, как Гермиона на кого-то набросилась. Приблизившись, они увидели Альбуса и Волан-де-Морта, которые в страхе прислонились к стене, пока Гермиона изливала всю свою злость. «Что значит, вы Джей Ар Юинг?» — закричала она. «Вы всерьез собираетесь навлечь на автора неприятности за нарушение авторских прав. Вам все равно, что вы создаете проблемы? Серьезно, вы двое — худшие профессора, которых мне когда-либо приходилось встречать». «Ты ненавидишь меня только потому, что я красивая», — сказал Дамблдор. «Тебе бы следовало научиться контролировать свой гнев, дочь Сатаны. Я собирался попросить тебя сыграть Дебру Фишер и роль Чудо-девушки». «Ты, придурок!» — закричала Гермиона. — «Теперь ты воруешь фразу у Келли ЛеБрок. К слову, ты, тупой старый хрен, Дебра Уингер была Чудо-девушкой. Если уж ты собираешься нарушать авторские права, то хотя бы знай, о ком говоришь». «Послушайте, мисс Умница, — сказал Дамблдор. — Меня зовут Джей Ар Юинг, и я звезда сериала «Династия». А теперь уходите, пока я вас не снёс домом или что-то в этом роде». «Как думаешь, мы можем сделать так, чтобы её сбил поезд?» — спросил Волан-де-Морт. «Так из замка выберут на одну надоедливую женщину меньше, которая полна решимости сорвать наш коварный и глупый план». «Мисс Грейнджер, почему вы кричите на этих идиотов?» — спросила Минерва. «Вы же понимаете, что противостоите безоружным противникам?» «В итоге на нас подадут в суд», — пронзительно воскликнула Гермиона. «К слову, ты, доисторическое ископаемое топливо, Джей Ар Юинг играл в «Далласе». Он НЕ играл в «Династии»». «Кого ты называешь ископаемым топливом?» — возмущенно спросил Волан-де-Морт. «Здесь нет топлива, глупая девчонка». — Ага, — усмехнулась Гермиона. — А как называется эта чёрная маслянистая субстанция, которая вытекает у тебя из задницы? Это точно не отбеливатель. — О чём ты говоришь? — рявкнул Волан-де-Морт. — Я ничего не чувствую из своей задницы. Думаю, ты просто теряешь чувство собственной всезнающей важности. Гарри, Гермиона и Минерва указали на жидкость, вытекающую из-за спины Альбуса и Волан-де-Морта. Двое старших чудаков посмотрели вниз и понимающе кивнули. «Ты выиграл этот раунд, умник», — сказал Дамблдор. «В следующий раз мы тебя достанем. Я даже могу наложить на тебя заклинание герпеса. Да, мне нравится эта идея. Если не получится подхватить герпес, может, удастся подхватить заклинание размягчения стула?» Дамблдор и Волан-де-Морт ушли, продолжая обсуждать различные заклинания, которые они могли бы использовать против Гермионы. «Смотрите», — сказала Локхарт, подходя ближе. — «Я Элизабет Монтгомери из серии книг о Чудо-женщине. Видите мое Золотое Лассо?» «Вот и всё!» — закричала Гермиона и принялась избивать всех троих старших волшебников. «Элизабет Монтгомери не играла Чудо-женщину, она играла Саманту в «Зачарованных». Это Линда Картер играла Чудо-женщину. Твоя золотая лассон — это просто твой пенис, покрашенный золотом, и нам надоело его видеть. Он всё равно меньше, чем у младенца. Тебе не следует гордиться тем, чего у тебя нет. У меня даже пениса нет, а мой больше твоего». «У неё что, месячные?» — спросил Волан-де-Морт сквозь разбитый рот. «Клянусь, у женщин в этом замке нет чувства юмора. Ну, я пойду буду Дианой Росс. Она спела песню «Beat It»». Гермиона зарычала из-за глупой ошибки, но Гарри и Минерва удержали её. «Не волнуйся, Гермиона, — сказала Минерва. — Он будет наказан. Однако ты должна знать, что это может быть честная ошибка. Майкл Джексон очень на неё похож. Мне лучше уйти, прежде чем семья Джексонов подаст на нас в суд». — Зачем им подавать на нас в суд? — спросил Гарри. — Ты просто говоришь правду. Даже Диана Росс так говорит. «Вам лучше прекратить это», — говорю я, как говорит автор. «Вы втянете меня в большие неприятности с кем-нибудь. Я пока не знаю с кем, но вижу, что назревают серьёзные проблемы». Все три персонажа показали мне средний палец и продолжили разговор так, будто меня никогда и не существовало. Какие же они стервы. Может, мне просто заменить их персонажей на героев фильма «Кто подставил кролика Роджера?». «Гарри, где твой адвокат?» — спросила Гермиона. «Думаю, кто-нибудь должен подать на него в суд за то, что он не выполнил свою работу». «Иск», — усталым голосом произнес Гарри и наблюдал, как адвокат бросился на пол. Он смотрел, как адвокат поднялся, а затем бросился на пол во второй раз. «Зачем всё это было?» — спросила Гермиона. «В первый раз он хотел показать мне, что подает в суд на самого себя от моего имени, — ответил Гарри. — Во второй раз он хотел показать мне, что проиграл дело против меня». «О, как здорово», — сказала Гермиона. — «Можешь дать мне немного денег? Мне нужно помыть волосы». — Конечно, — сказал Гарри. — Пойдем. Мы можем достать тебе всевозможные шампуни. Знаешь, именно такой я подарил дяде Северусу на Рождество? Он был так счастлив, что три дня не мог выйти из душа. Минерва с благоговением наблюдала, как адвокат поднялся с пола. Он передал Минерве документы для Гарри и покинул замок. К этому времени ужасная троица уже ушла из комнаты, чтобы устроить беспорядки где-то в другом месте замка. Минерва вздохнула, вернулась в класс и сделала вид, что ничего не происходит. Позже Гарри заметил, что она открывает бутылочку с таблетками и принимает несколько штук. — Что это такое? — спросил он. — Я не знал, что ты принимаешь магловские лекарства. «Это просто успокоительное», — ответила она. «Как вы думаете, как я могу оставаться такой спокойной во всем этом? Я изнемогаю от усталости, чтобы просто выдержать». — Это многое объясняет, — сказал Гарри, ласково похлопав её по руке. — Ну, не позволяй мне тебя останавливать. Если это поможет тебе остаться в замке и сохранить хоть какое-то здравомыслие, то это всё, что для нас важно. Гермиона, Седрик, Невилл, Блейз, Луна и я все тебя любим. Мне пора идти. Дальше у нас уроки зельеварения, и я не хочу пропустить ещё одну серию «Смерти Драко». В последнее время это становится самым популярным эпизодом дневного телевидения. — О, я знаю, — сказала Минерва. — Я записываю программу на TiVo каждый день после обеда, чтобы смотреть её вечером, пока проверяю работы. Удачи тебе в классе Северуса. После этого Гарри и Блейз ушли и направились в подземелья. Когда они туда добрались, война уже началась. Гермиона подстрекала к приготовлению котла, горелки Бунзена, трёх мешалок и бутылки с ядом. Каждый предмет по очереди изображал из себя пациента Драко, а они — врача. Группа ниндзя-сумоистов мешала Северусу спасти Драко. Гарри с отвращением огляделся и сел за свой стол. «Я знал, что пропущу что-то хорошее», — проворчал он Гермионе. — О, не волнуйся, Гарри, — весело сказала она. — Телеканал присылает тебе экземпляр этого эпизода с автографом. Видимо, Драко что-то выплюнул носом в сторону Невилла, и Невилл обиделся. Это было довольно отвратительно. Я даже не знаю, какого цвета эта субстанция, вылетевшая из носа Драко. Однако, я думаю, учитывая, сколько раз его голову окунают во что-нибудь, его слизь неизбежно должна была изменить цвет. — Откуда ты всё это знаешь? — спросил Гарри. — И как ты так быстро добрался до подземелий? «Потому что автор заявил, что я должна быть властной всезнайкой», — ответила Гермиона. «Что касается моего быстрого прибытия, это единственный способ, благодаря которому у меня есть время на главу. Поэтому я пришла первой, чтобы выступить в роли комментатора. Как ты думаешь, мне стоит подать в суд на автора за то, что он не предоставил мне моих собственных мест в этой истории?» «Нет, — сказал Гарри. — Это только превратит тебя в злодея, и ты можешь пострадать. Лучше просто оставаться в том положении, в котором находишься, и забыть прошлое. Просто повезло, что тебе досталось личное пространство. Я — звезда этого фанфика, и мне уделяется меньше внимания, чем ужасной троице и Драко». — Хорошая идея, — сказала Гермиона, показав мне средний палец. — Может, начнём варить зелье? Инструкция на доске. Как будто мы этого не знали. Что за идиот даже не преподаёт в классе? «Осторожно, Гермиона, — предупредил Гарри. — Потребовалось целая вечность, чтобы дядя Сев стал добрым. Мы же не хотим, чтобы он снова стал таким. Тогда автор снова начнет над ним издеваться. Что касается твоего вопроса, у меня есть два названия для учителей, которые не учат. Это Квиррелл и Локхарт. Если уж говорить совсем точно, то Тупоголовый и Заплесневелый тоже не такие уж и хорошие профессора». «Эй, — сказал Волан-де-Морт. — Моё имя даже с заглавной буквы больше не пишут. Это уже выходит из-под контроля. Меня никто не уважает». «Эй, вы все!» — крикнула Гермиона Драко и его проблеме. «Можете говорить потише? Некоторые из нас пытаются разговаривать во время урока, а сами себя не слышат. Было бы неплохо, если бы ты создавал проблемы потише, Драко Малфой». «Заткнись, грязнокровка!» — закричал Драко от боли, когда котёл сорвался со стола и начал бить его по голове. «У меня сейчас есть дела поважнее, чем молчать. На всякий случай, если ты не заметил, трёх мешалок нет, и котёл пытается забить меня до смерти». — Ну, это твоя собственная вина, — сказала Гермиона. — Если бы ты не была такой любительницей внимания, то всего этого бы с тобой не случалось. А теперь заткнись, а то я возьму трубку и проучу тебя. «ХАХАХА», — сказал Волан-де-Морт. «Она тебе говорила. Сейчас она главная задира в замке. Кажется, у нее лесбийские отношения с сатанинской тетей Поттера». Гермиона схватила бутылку с надписью «Суть пуков Дамблдора» и бросила её в Волан-де-Морта. Бутылка разбилась, и глупый волшебник был окутан отвратительным запахом. «Неужели это было действительно необходимо, мисс Грейнджер?» — прогремел Северус. «Вы только что довели до обморока половину класса от запаха. Кто в здравом уме стал бы разливать в бутылки такую ​​отвратительную жидкость? Вы — настоящая извращенка!» «Мисс Тэнг!» — крикнула Гермиона в ответ. — «Не смей со мной дерзить. Если ты это сделаешь, я тебе мозги врежу!» «Гермиона, — сказал Гарри. — Когда ты научилась говорить на уличном языке?» «Вчера, — ответила она, — я думаю, это имеет значение. Разве ты не заметил, что он отступил?» «Думаю, дело в тёте Петунии, которая стоит в дверях», — сказал Гарри, указывая пальцем. «Она занята тем, что кричит на всех. Пока ты кричал на дядю Сева, она схватила Волан-де-Морта и избила его. Уличный жаргон ни к чему хорошему не привёл. Тебе действительно не стоит больше его использовать». «Черт возьми», — пробормотала Гермиона. — «Я потратила недели, пытаясь это перевести. Ну ладно. Может, мы выучим другой язык». Позже в тот же день в коридоре возле класса заклинаний разворачивалась сцена. Волан-де-Морт сражался лицом к лицу с Минервой. «Вай Ю Мун Чинг», — спросил Волан-де-Морт. — Что ты только что мне сказала? — спросила Минерва. — Если это было что-то плохое, я тебя изобью до полусмерти. «Думаю, это было по-китайски», — сказала Гермиона, добавляя: «Если я правильно перевела, он сказал: „Я думал, ты на диете“». «Не будь глупой, Гермиона», — сказал Гарри, пытаясь избежать очередной ссоры. «Дело было в том, что ты ешь». — О, я знаю, — сказала Гермиона. — Я просто хотела, чтобы она снова его хорошенько избила. Меня это очень возбуждает. «Вы же понимаете, что серьезно не в себе, — ответил он. — Думаю, просмотр всех этих сцен выбил вам из колеи несколько гайек». «Вероятно, ты права», — признала Гермиона. «Однако я по-прежнему отличница и мне по-прежнему весело. Так в чем же смысл?» «Полагаю, у меня его и не было», — сказал Гарри. «Ты заметил, что остальная часть семьи Уизли пока не получила никакой огласки в этой истории?» «Это потому, что Джинни заперта в Тайной комнате», — сказала Гермиона. «По-видимому, она хозяйка борделя и находится там. Правда, Гарри? Тебе следует быть внимательнее к своему окружению. Фред и Джордж — её сутенеры. Они обеспечивают её и других девушек клиентами». — Разве они не слишком молоды для проституток? — спросил Гарри. — Ей всего одиннадцать. «Они не занимаются сексом, ты педофил», — сказала Гермиона. «Боже мой! Ты поставишь этой истории оценку получше? Там играют в парчиси, монополию, скрэббл и ладушки». "Так как же это делает её шлюхой?" — спросил Гарри, потирая голову, чувствуя, как начинает болеть голова. «Всё просто, — сказала Гермиона с улыбкой. — Она — подражательница Лили Поттер, и автор этой истории ненавидит её, Беллу Свон и Джессику Стэнли». — Кто такие Белла Свон и Джессика Стэнли? — спросил Гарри, потирая голову. — Подожди! Не отвечай на этот вопрос. Я правда не хочу знать. Мне нужно зелье от головной боли. От этого фанфика у меня болит голова. «Это потому, что ты постоянно бьешься головой о твердые поверхности», — сказала Луна. «Мы тебя предупреждали. А ты знаешь, что трава зеленая?» «Да, Луна, я знал это», — пробормотал Гарри. «Кажется, у Волан-де-Морта идёт игра в "Красного разбойника". Он хочет видеть тебя в команде соперника. Тебе стоит поторопиться, пока не опоздал». «Хорошая идея, Гарри», — радостно прощебетала она. «Я обожаю эту игру, особенно когда моя команда побеждает. За победу нам дают бонус». «Я пожалею об этом», — сказал Гарри. «Что получаешь, когда побеждаешь?» «Мы можем покопаться в ящике с нижним бельем Волдифлор и взять все, что захотим», — ответила она. «В прошлый раз, когда мы играли, мне достались неоново-желтые кружевные трусики». К этому моменту у Гарри так сильно разболелась голова, что он был уверен, что вот-вот потеряет сознание. Мадам Помфри подошла со своей тележкой с зельями и протянула одно из них Гарри. Он с благодарностью выпил его и вернул ей пустой флакон. — Тётя Поппи, — сказал Гарри. — Зачем ты возишь по школе тележку с зельями? «Гарри, — ответила она. — Для такого умного человека это был самый глупый вопрос, который когда-либо задавали. Я делаю это потому, что Дамблдор, Олдифлопс и Локкап всегда что-то затевают. Половина зелий — это зелья забвения. Другие флаконы содержат обезболивающие, зелья от головной боли и успокаивающие средства для желудка. В некоторых из них я даже добавляю кислоту, чтобы люди могли вылить её себе на мозг и навсегда забыть то, что видели. А теперь, если у вас больше нет вопросов, то Дописаркс и Локфарт устраивают кукольное представление в Башне Прорицаний. Они используют Дамблдора как марионетку. Вам действительно не хочется знать, куда они засунули палочки». «Этот год тянется бесконечно», — сказал Гарри. «Гермиона, кого ты возьмешь на бал в честь Дня святого Валентина?» «Я пойду с оленем», — небрежно ответила она. — Ты имеешь в виду, что поедешь один? — растерянно спросил он. «Нет, — сказала она. — Я иду с оленем. Зачем мне идти одной? Это же сделает меня неудачницей, не так ли? А с кем ты идешь?» «Я как раз собирался спросить тебя, — сказал он. — Раз уж ты уже с кем-то пошла, я, пожалуй, попрошу тетю Петунию пойти со мной. Она хочет, чтобы я сошлась с Седриком, но я сказала ей, что этот фанфик не должен быть слэшем». «Мудрая мысль, Гарри», — сказала Гермиона, погладив его по голове. «Хотя тебе действительно стоит начать встречаться с Седриком. Он отлично выглядит в обтягивающих джинсах». «Клянусь, все эти люди — настоящие извращенцы!» — взревел Гарри. «Мне всего двенадцать. Я сейчас не могу встречаться ни с кем». «Конечно, можешь», — сказала Гермиона. «Я встречаюсь с Невиллом. Почему ты не можешь встречаться с Седриком? То, что у тебя пока нет гормональных проблем, не значит, что ты не можешь заинтересоваться кем-то». «Как бы ни было это утверждение правдивым, — сказал Гарри, — я еще раз подчеркиваю, что этот фанфик НЕ о моей личной жизни. Зачем ты встречаешься с оленем, если встречаешься с Невиллом?» «Думаю, теперь уже слишком поздно, Гарри», — серьёзно сказала Гермиона. «Секрет уже раскрыт. Я пойду одна, потому что Невилл сказал, что не пойдёт. Он упомянул, что не хочет снова видеть, как Дамблдор и Смолдершортс занимаются сексом. Это его очень обеспокоило». «Почему ты так думаешь?» — спросил он. «Давай вернёмся к моей проблеме, у меня нет времени на Невилла». «Волдипартс, Дамблдик и Локфлок уже слышали этот разговор и делают плакаты для школы», — сказала она, указывая пальцем. «Кроме того, теперь все читатели этого фанфика знают, что Седрик и вы должны стать парой в последующих главах». «Но, — сказал он, — мне всего двенадцать». «Ему всего пятнадцать, — сказала Гермиона. — Закон запрещает автору описывать откровенные сексуальные сцены с участием несовершеннолетних. Так что тебе не о чем беспокоиться, пока тебе не исполнится хотя бы шестнадцать». — Хорошо, — сказал Гарри. — Как думаешь, что произойдет в следующей главе? «Я не уверена», — сказала Гермиона. «Возможно, тебе стоит быть готовой ко всему. Этот писатель и его мать — сумасшедшие. Никогда не знаешь, что произойдет, когда эти двое объединят свои усилия и что-нибудь придумают». — Хорошая мысль, — сказал Гарри. — Ага, хорошо. Увидимся, читатели, в следующих главах. А пока хорошего вам дня. «Вы вернетесь сейчас же», — сказала Гермиона. «Слышите?» «Разве это не были «Беверли-Хиллбиллис»?» — спросил Гарри, когда сцена начала исчезать.