Глава 4

Утро началось с обычного, уже привычного похмелья. Кайран уже пьет столько, сколько скитается по миру – какие-то побочные эффекты от алкоголя на него не так плохо влияют, как на большинство существ. Вот что-что люди изобрели по-настоящему гениальное: это забродившее пойло. Будь его воля, он бы расцеловал этого гения. Но тут пред его взором предстает нечто низкое и обворожительное. Щетинистый мужчина жмурится и приглядывается: темноволосая девушка с зелеными, янтарными глазами… Вспоминает! Вчера проходил мимо неё в переулке, а потом были «отвратительные коктейли». А потом, — блондин смотрит щуро на девушку молодую, а после на свою ладонь. Огрубевшая кожа давно не чувствует каких-либо порезов или боли, но ощущение бинта, на ладони которого там не было поставило Кайрана в полное вопросительное положение. — Вот непруха, — ругается бранно он и дернув бровью, стремительно разматывает ткань с ладони и в глаза ударяет рана. Свежая. От кинжала, лежащего перед самой девушкой, — Я ни черта не помню, — признается он и равнодушно пожимает плечами перед незнакомкой, вставая устало с барного стула и собираясь уйти. — Мы заключили клятву. — Ага, с бродячкой, — не упускает момента пошутить блондин и поправляя свой плащ, разворачивается в сторону выхода из таверны. Надо идти зарабатывать на еду. — Подожди… — Ага, — говорит он ей спиной, стремительно идя к выходу. — Я сказала стоять! — темноволосая срывается почти что на властный крик, и вся таверна оборачивается на кричащую посреди белого дня на девушку. А Страж останавливается как вкопанный: ноги не идут, а легкие моментально сложно сжимают кулаком изнутри, перекрывая воздух. Мужчина хватается за грудь и резко оборачивается на девушку, осматривая её. Черт, он даже не помнит, как её зовут… Он понимает: что это ловушка, а клятва по всему видимому на самом деле теперь существует между ними…. Видели бы вы удивление Лиры, когда клятва сработала и падший хранитель не мог двинуться с места. Удивление сменяется на гордость за саму себя, и темноволосая лишь скрещивает руки на груди, самодовольно улыбаясь Кайрану. Он садится рядом, смиренно (но не без раздражения) принимая ситуацию и та собирается вновь начать читать лекцию о том, что она вообще-то принцесса Лираэль Вестериал Де Солленвиль, дочь крови короля. «Если бы мне давали монету за каждый мой плохой выбор, я бы уже купил себе королевство. И тут же прокутил его.» — Как, говоришь тебя зовут? — с раздражением, но смирением ситуации он садится обратно к девушке напротив, кидая уже более пристальный взгляд на потертый кинжал. Он в жопе. Не успев услышать ответ, небо грохнуло: раздался звук, похожий на раскат грома и дрожащий все в округе, но… Грома и дождя не было. В окне было отчетливо видно: по небу прошлась тонкая будто паутина, словно разделяющая небо на две части… или разрушая? Кайран смотрит: голубые глаза сужаются, когда он видит треск неба и слышит разрыв откуда-то сверху, с Божественной высоты. У него сердце пропускает глухой удар, когда он видит опадающие куски границ и понимает: Печати разваливаются. Он чувствует это по тому, словно от него самого оторвали что-то родное, близкое. Блондин хмурится и видя панику людей за таверной, берет резко, но аккуратно даму за кисть и ведет за собой на улицу и сразу в переулок. Прислоняясь с ней к каменной стене в узком пространстве, чуть выглядывая из-за угла на паникующий народ. И на несколько мгновений город словно замер. А потом воздух дрогнул. Все почувствовали это, Небо над Астрариумом вспыхнуло, словно его пронзила трещина — узор тьмы, расцветший по своду мира. Сначала это выглядело как затмение, потом — как второе солнце. Чёрное. Голодное. Рвущее ткань небес. Люди на улице закричали в ужасе, бросились бежать. Как звуки раската грома перебивают. Глаза округляются, сердце дрогнуло от боли, и беглянка чуть скорчилась, хватаясь за грудь. Дышать становится тяжело, зрачки дрожат от осознания ситуации — вот оно. Падение. В голове гудит, девушка даже не осознает, как оказалась в том переулке. Лишь помнит о том, как блондин потянул ее за руку. — Тсс, - он шепчет приказным тоном, а та лишь хмурит бровь — Поосторожнее, окаянный! — Лира выдохнула с обидой, пытаясь вырвать руку из его, — Я, между прочим, тебе не вьючная кобыла! — Не спорю, но визжишь похлеще, - Кайран не слушает, ведёт ту за собой быстрым шагом, сворачивая за углы, — Замолкни да не мешай. Она споткнулась о камень, едва не рухнула, удерживаясь лишь благодаря хватке хранителя. Воздух был густым, только вместо привычных пряностей и фруктов — гарь, пот и страх. Люди, обезумев, кричали, сбивались в стаи и бежали прочь, разворачивая прилавки. Они бежали, не разбирая дороги — топтали упавших, задевали тех, кто слаб. Вновь раскат грома, что ударяет в дом рядом, заставляя крышу обрушиться в переулок, а пламени вспыхнуть в тот же миг. Кайран ускоряется, тянет на себя Лиру и те все же успевают пробежать. — Мне дурно! – она останавливается, просто не может дальше продолжать бежать. Ноги дрожат и подкашиваются, и беглянка оседает на землю, облокотившись спиной о каменную стену, — Я… – Лира пытается отдышаться, — Не могу больше бежать… — О Светила, за что мне такое наказание, — недовольно ворчит блондин и в спешном беспорядке оглядывает вокруг все, анализирует взглядом. Презренно, почти с полной чашей раздражения он опускает взгляд на сидящую в ногах никудышную принцессу и хмурится, подхватывая её в коленях и за спину — легко поднимает, убегая дальше в сторону подальше от «обвала».