Глава 32: Месть. Часть первая (2)

Солнечное Копьё, Дорн.

В отличие от большей части Вестероса, Мартеллы праздновали неожиданный поворот событий. Перед ними открылась дверь, которую они давно считали закрытой. — За Серсею Ланнистер — самого глупого и недальновидного представителя дома Ланнистер за всю его историю, — провозгласил Доран, поднимая кубок. Семья размышляла о возможности, которую создала дочь самого ненавистного ими человека. — Теперь у Ланнистеров появились проблемы, которые они сами на себя навлекли. — Именно, отец! Наконец у нас есть шанс добиться справедливости! — восторженно сказала Арианна. Братья, дядя и кузины разделяли её радость. Мартеллы не участвовали в предыдущей войне. Они никогда не поддержали бы Баратеона — особенно после поступков Станниса в начале конфликта. Теперь появилась гораздо лучшая возможность отомстить. — Я отправлюсь на Север и встречусь со Старками. Обсужу союз. Мейра Старк знает меня, поэтому мы сможем говорить откровенно, — предложила Рейенис. Наедине с семьёй она больше не собиралась использовать вымышленное имя. Остальным предложение не понравилось. — Рейенис, я не позволю тебе так рисковать, — сказал Доран. Тристан смело вызвался: — Я могу поехать! — Мы с дочерьми отправимся, — заявил Оберин, не желавший подвергать опасности племянницу. Все недоверчиво на него посмотрели. — После того, что случилось в прошлый раз, это не лучшая мысль, — заметила Арианна. Она продолжила: — Поеду я. Квентин всё ещё болен летней простудой, а у меня больше шансов договориться с Мейрой. Доран не хотел отпускать дочь, но неохотно согласился. Сам он ехать не мог. Квентин был слишком болен. Тристан не отличался дипломатическими талантами. А Оберину путь на Север закрывали очевидные причины. — Будь осторожна. С тобой отправятся лучшие стражники, — строго приказал Доран. Арианна улыбнулась. Точнее, хитро усмехнулась. Она уже знала, кого именно возьмёт с собой. Рейенис ответила такой же усмешкой. Сир Барристан вздохнул. Он сразу понял, что его принцесса собирается сделать нечто исключительно неразумное. — Возможно, пора создать неприятности и Тиреллам, — произнёс Оберин с жестоким блеском в глазах. — Большая часть их людей находится в Королевских и Штормовых землях. Сам Простор почти беззащитен. Можно подумать, после предыдущего раза они должны были научиться не оставлять ситуации, которые прямо просят воспользоваться ими. — Начинай готовить планы. Я созову знамёна, — кивнул Доран. — Посмотрим, какую выгоду удастся извлечь.

Винтерфелл, Север. Месяц спустя.

Сэмвелл читал последнее письмо сестры. Она отчаянно хотела знать, не пострадал ли он во время попытки переворота. Сэм уже писал ответ, заверяя, что с ним всё хорошо. Но новости, пришедшие с юга, потрясли его до глубины души. Дикон погиб. Его младший брат. Поскольку Сэмвелл так и не вступил в Ночной Дозор, теперь именно он снова стал наследником Рогова Холма. И не знал, хочет ли этого. Возвращение позволило бы позаботиться о матери и сестре. Обеспечить их безопасность и достойную жизнь. Сэм мог бы даже защитить Гилли. Он посмотрел на девушку из вольного народа, помогавшую мейстерам Эйемону и Лювину измерять материалы для опытов. Но хотел ли он возвращаться? При мысли о встрече с отцом Сэмвелла охватывал ужас. После всего пережитого ему не следовало бояться обычного смертного. Он собственными глазами видел Белых Ходоков и участвовал в сражении против них. Был за Стеной. Пережил лютый холод и опасности, которых отец никогда не испытывал. Возможно, страх остался от времён, когда Рендилл жестоко избивал его. Сэмвелл не знал причины. Но в глубине души всё ещё боялся отца. Гилли подошла ближе. Её яркая тёплая улыбка заставила колени Сэма ослабеть. Но человек, который действительно тебя любит, замечает даже тщательно скрываемое напряжение. Она с тревогой посмотрела ему в глаза. Сэм рассказал о смерти Дикона и собственных сомнениях. Гилли терпеливо выслушала. Затем нахмурилась и задала единственный вопрос: — А чего хочешь ты? В этих словах было столько смысла, что Сэмвелл растерялся. Он действительно не знал ответа. Поэтому начал объяснять, почему им всё-таки следовало отправиться на юг. — Там богатые земли. Я смогу заботиться о тебе, матери и сестре. Ты будешь жить в достатке. Гилли покачала головой. — Ты пытаешься убедить меня или себя? Мне кажется, ты этого не хочешь, но заставляешь себя поверить в обратное. Ответь на другое: ты счастлив здесь? — Да, — без колебаний сказал Сэмвелл. — Мне нравится наша работа. И жизнь с тобой. Он взял её мягкие ладони. Оба покраснели. — И я счастлива с тобой, — сказала Гилли, чувствуя, как горят щёки. — Нам достаточно друг друга. С остальным справимся. Зачем ехать на юг, где все будут нас осуждать, и встречаться с человеком, который причинил тебе столько боли? Я могу не удержаться и показать им, что бывает, когда разозлишь женщину из вольного народа. Последние слова она произнесла полушутя. На самом деле Гилли не знала, сможет ли сдержаться при встрече с человеком, который так жестоко обращался с Сэмом. Она вполне могла попытаться причинить ему такую же боль. Глаза Сэмвелла наполнились слезами. Он был бесконечно благодарен судьбе за встречу с Гилли. Она заполнила пустоту, о существовании которой он даже не подозревал. И была права. Он счастлив здесь. В Винтерфелле Сэм впервые чувствовал, что самостоятельно распоряжается своей жизнью. Зачем ему тот несчастный замок? Осознание принесло неожиданное удовлетворение. Словно с плеч сняли огромный груз. Сэм улыбнулся и поцеловал Гилли. Он сделал правильный выбор.

***

— Никогда не думала, что моя свадьба будет такой, — с печальной улыбкой сказала Ланна. Санса и Игритт помогали ей готовиться. Всё устроили настолько быстро, что Санса великодушно отдала подруге собственное свадебное платье. Остальные девушки усердно изготовили плащ дома Кассель. После случившегося Ланна категорически отказалась надевать цвета Ланнистеров. — Мы не выбираем обстоятельства, — с печалью ответила Санса. — Только то, что сделаем с ними. Её собственная свадьба навсегда останется связана с воспоминаниями о засаде и гибели брата. — Кроме того, ты можешь стать леди замка. Я на это не способна, — усмехнулась Игритт. Она ничего не знала об управлении крепостью и хозяйством. Игритт была охотницей и лучницей. В этих делах она являлась мастером. Но почти ни в чём другом. Ланна же выросла настоящей леди. Знала всё необходимое и даже больше. Она сможет управлять замком, пока Игритт занимается тем, что умеет лучше всего. — Джон… действительно согласен? — с надеждой спросила Ланна. — Ему неловко. Но сейчас весь Север ненавидит Ланнистеров, поэтому это лучший способ тебя защитить, — успокоила её Санса. Ланна кивнула. Она хотела бы выходить замуж при иных обстоятельствах. Но когда мир вообще был идеальным? Будь в нём хоть немного милосердия, рядом сейчас находилась бы мать. Ланна всё хуже помнила её лицо. Она вспоминала голос, певший по ночам. Запах. Тепло объятий. Но внешность постепенно стиралась из памяти. Ланна снова посмотрела на маленький портрет матери, нарисованный Джори. На нём Тиша улыбалась так тепло и красиво. Несмотря на все пережитые страдания, она не позволила миру погасить эту внутреннюю теплоту. Ланна преклонялась перед её силой. Многие сломались бы после того, что пришлось пережить Тише. Но она продолжала бороться ради дочери. В комнату вошёл Джори. Увидев любимую девочку взрослой, в свадебном платье, он растроганно улыбнулся. Слова застряли в горле. Ланна была прекрасна. Джори не хотел отдавать её другому мужчине. И одновременно невероятно гордился тем, что может назвать себя её отцом. Ланна испытывала похожие чувства. Она поднялась и обняла его так же, как в детстве. Это было нужно им обоим. Джори крепко прижал дочь. — Я горжусь тем, что ты мой отец, — улыбнулась Ланна. Она старалась не плакать, чтобы не испортить макияж. Джори с трудом ответил: — А я горжусь тем, что могу называть тебя дочерью. В его глазах стояли слёзы. Они ещё некоторое время не разжимали объятий. Затем пришла пора идти в богорощу. Там уже ждали Мейра, Джейн и остальные друзья. Рядом с Джоном стоял Сэмвелл. Рикон поддерживал нервничавшего старшего «брата». Жаль, что лорд Бран не смог присутствовать. Он вернулся на юг, чтобы подготовить Ров Кейлин к возможному вторжению. Джон напряжённо смотрел на приближавшуюся Ланну. Бенджен Старк согласился провести церемонию. Неподалёку ободряюще кивала Лорра Сноу. Свадьба прошла быстро. Пира не устраивали, что было вполне понятно после событий прошлого торжества. Вскоре настала брачная ночь. Джон и Ланна отправились в общую комнату вместе с Игритт. После закрытия двери повисло тяжёлое напряжение. Даже Игритт проявила редкий такт и молчала, позволяя молодожёнам привыкнуть к происходящему. Джон нервничал сильнее, чем во время первой близости с Игритт. Ланну он знал с тех пор, когда она была маленькой девочкой. Она казалась младшей сестрой. Теперь Ланна выросла и стала поразительно красивой женщиной, что не укрылось даже от него, как бы Джон ни ругал себя за подобные мысли. — Ланна… — начал он, пытаясь успокоить и её, и себя. Она устало вздохнула. — Джон, я знаю, что ты любишь Игритт. И знаю, что всё ещё кажусь тебе ребёнком. Но если мне придётся выйти замуж и делить с кем-то постель, я хочу быть с человеком, которого уважаю. С человеком, который никогда не причинит мне вреда. Я хочу быть с тобой. Она нервно улыбнулась. Джон был поражён тем, насколько высоко Ланна его ставит. Она ясно дала понять, что сама приняла решение и больше не считает себя ребёнком. Даже Игритт впечатлила смелость девушки. — Сноу, она выбрала тебя. Я не против делить с ней жизнь и постель. Так что перестань стоять столбом. Она шлёпнула Джона по затылку. Он совершенно не понимал, как оказался в таком положении. У него уже была любимая женщина, отвечавшая взаимностью. Теперь рядом появилась вторая, не менее прекрасная, и Игритт её полностью принимала. Безумный мир. Они выпили немного вина, поговорили и постарались избавиться от неловкости. Джон обращался с Ланной мягко и внимательно, не торопя её. Этой ночью трое окончательно приняли сложившиеся между ними отношения и решили строить совместную жизнь.

Железнолесье, Север.

В отличие от большинства домов, Форрестерам повезло не потерять никого во время засады в Винтерфелле. Из семьи там находилась только Миира. И ей удалось выжить. Ашер и Родрик готовили себя и людей к будущему походу на юг. В это же время они впервые встретились с незаконнорождёнными братом и сестрой. Джосера и Элсера сидели напротив. Родрик и Ашер смотрели на них. Никто не понимал, как вести себя в такой ситуации. Наконец Ашер решил нарушить неловкое молчание. — Вы предпочитаете виски или водку? Вопрос застал врасплох даже его самого. Но, к счастью, сработал. Разговор начался. — Я предпочитаю водку, — признался Джосера. — За Стеной тепло от неё может решить, выживешь ты или умрёшь. Родрик согласно кивнул. — Знаю. Когда отправляем людей в долгие дозоры, выдаём каждому небольшую флягу, чтобы они могли согреться. Близнецы одобрительно переглянулись. — Возможно, в будущем мы сможем покупать её у вас, — предложила Элсера, присоединяясь к беседе. Они обсуждали только лёгкие темы. Это позволяло осторожно понять взгляды и характеры друг друга. К облегчению всех присутствующих, они оказались намного практичнее, чем ожидали. Во мнениях находилось много общего. Это давало надежду на хорошие отношения в будущем. По завершении подавления скагосцев им предстояло вместе отправиться на юг.

Скагос, Север.

Небольшой остров Скагос выглядел мрачным и неприветливым. Говорили, что местные жители заманивают моряков к берегу, а затем грабят и съедают живьём. Было ли это правдой, никто точно не знал. Но не вызывало сомнений другое. Они предали весь Север, выступив на стороне Ланнистеров. Такое невозможно было простить. Особенно после использованного ими способа. Мейра Старк лично взяла на себя месть за Север. И отправилась не одна. Пока большая армия собиралась для похода на юг, с ней на Скагос прибыли лорд Карстарк, леди Мормонт, лорд Амбер и новый лорд Рисвелл. Они привели ветеранов кампании на Железных островах. Эти люди научились быть жёсткими и безжалостными. Их подготовили делать всё необходимое. Именно такие воины сейчас требовались. Скагос был одним из немногих мест, не получивших пользы от северных изобретений. Островитяне сами отрезали себя от остальных. У них не было каменных замков, которыми располагали дома материка. Поэтому сломить сопротивление оказалось несложно. Воздух наполнили звуки боя и крики. Северные мужчины и женщины переходили от одного грубого скагосского поселения к другому и сжигали всё. Островитяне сражались хрупкими клинками из драконьего стекла, а также примитивным каменным, железным и деревянным оружием. Против северной стали и лучшей подготовки у них не было шансов. Мейра, как обычно, находилась в самой гуще сражения. Казалось, она танцует посреди хаоса. Гунгнир вращался в руках, рубя и пронзая противников. Ромул и Рема двигались у ног хозяйки. Рядом сражались её боевые товарищи. Они преподносили Скагосу давно заслуженный урок. Гордыня предшествует падению. И падение островитян будет страшным. В живых останется лишь небольшая часть. Во многом из-за их собственного упрямого желания продолжать сражение. Но уже сейчас было очевидно: очень долго они больше не смогут угрожать Северу. Мейра наблюдала, как горит Кингсхаус. Деревянный замок вместе с окружающей деревней был охвачен огнём. Зрелище пьянило и одновременно заставляло содрогаться. Подобные пожары полыхали по всему Скагосу и Скейну. Северяне уничтожали людоедов и самые отвратительные местные обычаи. Мейра не понимала, почему Север вообще так долго позволял им существовать. После тяжёлого дня войско вернулось в лагерь. Мейра вошла в шатёр вместе с лютоволками. У небольшой чаши с водой она начала смывать с себя грязь и кровь. Ромул и Рема ели принесённое для них мясо. Неподалёку в корзине спала Аврора. Скоро понадобится новая — дракон продолжал быстро расти. Аврора уже умела выпускать небольшие струи огня и постоянно пыталась двигаться и исследовать окружающее пространство. Мейра позволяла ей это. Активность помогала дракону правильно развиваться. Пройдёт ещё много времени, прежде чем Мейра сможет летать на ней. Но даже просто наблюдать за ростом Авроры было захватывающе. Кроме того, она вела себя намного лучше Норберта — или Норберты, как его впоследствии назвали. При этом воспоминании Мейра слегка улыбнулась. — Миледи, к вам посетитель, — сообщил Джендри от входа. Оружие находилось под рукой. Лютоволки были рядом. — Он назвался? Мейра гадала, с кем предстоит иметь дело. Ответил знакомый голос: — Моё имя Варис, леди Старк. Хотя вы, разумеется, это и так знаете. Мейра узнала бы мягкий экзотический акцент даже спустя годы. Она вышла из шатра. Ромул и Рема последовали за ней. Варис стоял один. Это удивляло. Прибудь он по официальному делу, логично было бы взять сопровождение или хотя бы охрану. Впрочем, в столице перед войной он тоже часто ходил без защитников. Мейра попыталась понять его цель. И решила спросить прямо. — Зачем вы здесь, мастер Варис? Насколько знаю, вы не имеете и не желаете титула. Если прибыли просить мира от имени Железного трона, то зря проделали путь. — Леди Старк, я представляю только себя и государство. Я не могу одобрить то, что случилось из-за безумия и ревности Серсеи Ланнистер. Мейра презрительно фыркнула. — Государство? Какое государство? Это жалкое существование, где все бесконечно сражаются за власть? Где обычные люди страдают из-за прихотей властолюбивых глупцов и чудовищ? В её голосе звучала ярость. — Всё прогнило. Великие дома бесконечно грызутся за влияние. Я намерена защитить семью и родину от дальнейшего участия в этом безумии. Чего вы можете хотеть от меня? Говорите быстрее, мастер Варис. В последнее время у меня мало терпения. Его не удивило такое отношение. После случившегося оно было закономерным. Варис лишь сожалел, что предупреждение не пришло достаточно рано, чтобы предотвратить засаду. — Именно поэтому я вас и разыскал. Вы, как и я, видите, что в войнах мужчин и женщин за власть страдают невиновные. Я хочу перемен. Возможно, полностью прекратить борьбу за власть нельзя — мы оба понимаем человеческую природу. Но можно остановить эти мелкие войны и бесконечные смерти. Варис продолжил: — Ланнистеры стали опасной силой, разрушившей равновесие страны. Я готов помочь вам завершить начатую ими войну. Вы знаете моё ремесло. У меня есть союзники, многие из которых разделяют наши взгляды. Уверен, вы понимаете, насколько это может быть полезно. Мейра немедленно насторожилась. Варис служил каждому королю, занимавшему трон ещё до её рождения. Хорошему. Плохому. Безумному. Доверять ему нельзя. Это было единственным разумным выводом. Но он оставался опытным Мастером над шептунами. Именно такого человека Мейре не хватало. На войне сведения нередко определяют разницу между победой и поражением. Они долго молча смотрели друг на друга, пытаясь понять мысли собеседника. Разговор прервал очередной посетитель. Одного из прибывших Мейра уже знала. — Отряд Баратеонов, миледи, — нахмурившись, сообщил Торос. Появление людей Баратеонов стало ещё большей неожиданностью. Тем более что представительница этого дома осталась всего одна. Мира сочувствовала Ширен. У неё самой всё ещё была большая часть семьи. Ширен же потеряла всех и в одиночку противостояла Ланнистерам. Из мужчин Мейра узнала сира Давоса Сиворта. Они коротко встречались много лет назад в Близнецах. Старый моряк почти не изменился. Лишь на лице прибавилось морщин, а походка стала тяжелее — вероятно, из-за ответственности, давившей на плечи. Трое других важных членов группы сначала были ей незнакомы. В сломленном мужчине с каштановыми волосами Мейра вскоре узнала Лораса Тирелла. Она нахмурилась, но промолчала. Он выступил против собственной семьи ради любви к Ренли. Мейра не собиралась судить Лораса за фамилию. Две женщины отличались друг от друга как день и ночь. Первой бросалась в глаза высокая воительница в настоящих стальных доспехах. Это было необычно. Немногие сражавшиеся женщины носили полный латный доспех, поскольку он ограничивал движения. Даже Мейре понадобилось время, чтобы привыкнуть к специально изготовленной для неё броне из валирийской стали. Последняя участница была самой юной. На шее висел медальон с чёрно-жёлтым оленем. Тёмные волосы и голубые глаза были знаменитыми чертами Баратеонов. Опознать девушку не составляло труда. Миру впечатлило, что Ширен, бывшая не старше Арьи и выросшая в намного более защищённой обстановке, лично проделала такой путь. — Леди Старк, — вежливо произнесла Ширен. В её глазах читалось упрямство. — Благодарю за возможность встретиться. — Не знала, что у меня был выбор, — сухо ответила Мейра. Они фактически навязали ей встречу. Кроме поднятой брови, она не показала раздражения. — У меня много дел. Может, сразу перейдём к причине вашего прибытия? Давос, Лорас и незнакомая воительница удивились такой прямоте. Ширен приняла её спокойно. — Мне нужна помощь, чтобы вернуть Штормовой Предел. Для этого Ланнистеры должны быть устранены. У меня есть люди, Драконий Камень и достаточно большой флот. Говоря прямо, я предлагаю союз ради достижения общей цели. Достаточно честно? В её голосе прозвучал вызов. Мейра почувствовала симпатию к девушке. В ней было намного больше обаяния и чувств, чем в отце. — Я не могу говорить от имени всех союзников. Но когда мы встретимся с ними на юге, вам позволят изложить предложение. До тех пор можете сопровождать нас. Ширен благодарно кивнула. — Благодарю, леди Старк. Я ценю ваше понимание. Часть моих наёмников уже направлена на помощь вашему двоюродному деду в Речных землях. Мейра кивнула. Молодая Баратеон нравилась ей всё больше. Варис тем временем размышлял, как неожиданное развитие событий повлияет на его планы. — Уверена, он будет благодарен. Сегодня для вас установят шатры. Утром мы возвращаемся на материк. Мейра ушла, чтобы заняться приготовлениями.

***

Варис получил вполне удобный шатёр. Встреча прошла лучше, чем он ожидал. Мейра позволила ему остаться. К огромному облегчению Вариса, внешне она по-прежнему выглядела той доброй и ответственной женщиной, которую он помнил. Сумеет ли он убедить её предъявить права на Железный трон — другой вопрос. Но начало было обнадёживающим. Внезапно Варис почувствовал остриё у спины. — Моя сестра позволила тебе остаться. Но я буду следить за каждым твоим движением, — произнёс молодой женский голос. Варис повернулся. Перед ним стояла младшая сестра Мейры — леди Арья. Она повзрослела, но оставалась узнаваемой. Кровожадная усмешка на юном лице выглядела тревожно. — Леди Арья, я не собираюсь предавать вашу сестру. Наоборот, хочу помочь завершить войну, начатую Ланнистерами. Я Мастер над шептунами. Моя задача — предоставлять сведения, не более того. Арья продолжала держать оружие у его тела. — Значит, хочешь её использовать. Это не было вопросом. — В некоторой степени — да. Я предпочту говорить честно, поскольку подозреваю, что за ложь вы проткнёте меня. Я верю: ваша сестра — единственный человек, способный вернуть государству настоящий мир. Ради этого предоставлю ей свои услуги. Я устал от войн. — И чем именно занимается распорядитель шпионов? — спросила Арья. Отчасти она пыталась разгадать его намерения. Но присутствовало и искреннее любопытство. — Такой человек торгует информацией. Он располагает сетью людей, способных не только находить необходимые сведения, но и выполнять определённые поручения. Варис продолжил объяснение. Арья внимательно слушала. Она хотела понять, что именно он умеет, и удовлетворить собственное любопытство.

***

Позднее той ночью Мейра стояла перед большим стальным бруском. Она пристально смотрела на него и кусала губу. Ей предстояло сделать то, чего она никогда прежде не пробовала. Готового заклинания не существовало. Пришлось осторожно проводить опыты с другими металлами. Теперь Мейра была достаточно уверена, что сможет создать предмет, необходимый в предстоящей кампании. Из-за последних событий у неё не было времени найти надёжный чертёж пушки. Значит, придётся схитрить. И изготовить её с помощью магии. Мейра подняла кольцо. Глубоко вдохнула и сосредоточилась. Магия потекла в металл, а кольцо засветилось красным. Она удерживала в сознании точную форму. Стальной брусок начал перестраиваться. Он вытягивался и превращался в длинный гладкий ствол, напоминавший артиллерийские орудия семнадцатого века. К счастью, сведения о них входили в собранные Гермионой знания. Вероятно, она изучала обычное человеческое оружие, чтобы в очередной раз доказать чистокровным волшебникам их невежество. Закончив, Мейра открыла глаза. Перед ней лежал длинный тяжёлый ствол. Именно такой, какой требовался. Она с воодушевлением осмотрела изделие. Всё получилось. Мейра нанесла на поверхность руны, защищающие металл от разрушения и ржавчины, а также не позволяющие ему снова превратиться в стальной брусок. Она ещё не успела как следует научить братьев и сестёр рунам и их магическим свойствам. Но сейчас это не имело значения. У неё появилась пушка. Всё остальное уже было подготовлено. Люди, которым предстояло научиться обслуживать орудие. Большой запас пороха. Свинцовые ядра. Это потрясёт мир,— с улыбкой подумала Мейра. И значительно упростит предстоящую войну.

Замок Дарри, Речные земли.

Дарри были одним из древнейших домов области. Они происходили от Первых людей, упорно сражались с андалами, а спустя столетия — с железнорождёнными. После завоевания Таргариенов их могущество только выросло. Мейегор отдал Дарри обширные владения побеждённых врагов. За последующие годы дом пережил несколько несчастий. Крупнейшее случилось во время Танца драконов, когда Эймонд Таргариен сжёг их замок и тогдашнего лорда с помощью дракона. Но Дарри сумели сохранить богатство и положение. Всё изменилось после восстания Роберта. Они поддержали Таргариенов против собственных сюзеренов. В войне погибло множество сыновей дома. За выступление против Талли Дарри сурово наказали: лишили большей части богатств, влияния и более половины земель. Ланнистеры, а точнее Серсея, пообещали лорду Раймуну Дарри вернуть старые владения и добавить новые. Он не любил Серсею больше, чем остальных представителей её семьи. Но шанс восстановить могущество оказался слишком заманчивым. К тому же любви к Талли он не испытывал. Теперь Раймун и его сын были мертвы. Но замок Дарри отказывался сдаваться. Его удерживала последняя живая сестра лорда — леди Джейн Дарри. Она была замужем за Фреем, погибшим, когда Старки захватили Близнецы. Бринден Талли осадил замок, намереваясь наказать всех мятежников. Дарри был старой крепостью, которую в последние годы плохо содержали. Вероятно, дому не хватало денег. Это хотя бы объясняло отчаянное решение связаться с Ланнистерами. Однако Бринден не собирался тратить время на голодную осаду. Его люди били ворота тараном. Толстое дерево долго держалось, но после множества ударов треснуло. Некоторые воины погибли или получили ранения от стрел и кипящего масла, которое лили со стен. Но ворота рухнули. Солдаты ворвались внутрь. Бринден наблюдал, как они быстро захватывают замок. Леди Джейн Дарри вытащили двое мужчин. Она кричала и сопротивлялась. Чёрная Рыба остался равнодушен. Женщина добровольно участвовала в подготовке засады в Риверране. Бринден позволил казнить её молодому лорду Каменной Ограды, Хендри Бракену. Тот приходился племянником прежнему лорду и остался последним мужчиной дома. — Ещё один враг пал, — сказал стоявший рядом сир Нестор Ройс. — Но с прежними вассалами Фреев будет сложнее. Его прислали вместе с рыцарями Долины. Лорд Ройс сам не приехал, поскольку занимался воспитанием юного Роберта Аррена. Бринден гордился тем, что однажды его внучатый племянник станет править Долиной. Родственные связи позволили получить воинов, необходимых для разгрома большей части мятежных домов. Большей части. Бринден нахмурился. Наёмники из эссосской Волчьей Стаи неожиданно высадились в Девичьем Пруду и захватили город. Эту компанию основали северяне, покинувшие родину после Танца драконов. Теперь они заявляли, что действуют от имени Ширен Баратеон. Бриндену совершенно не нужна была ещё одна проблема. В Волчьей Стае насчитывалось не больше тысячи человек. Но среди них были опытные всадники и пехотинцы. О мастерстве свидетельствовало то, насколько быстро они овладели небольшим городом. И всё же появилась и хорошая новость. Он получил поддержку, на которую надеялся. Север восстановил порядок быстрее ожидаемого и уже двигался к югу. Долина вступила в войну. Когда их силы объединятся, они смогут отомстить за измену Ланнистеров. Бринден не собирался останавливаться, пока Ланнистеры и вся их династия не будут уничтожены.

Королевский тракт, Север. В то же время.

На Королевском тракте стояла огромная колонна из шестидесяти тысяч мужчин и женщин, готовых идти на юг. На Севере уже появились другие дороги. Но для большой армии, двигавшейся в этом направлении, старый тракт всё ещё оставался лучшим. Мейра Старк осмотрела собранные силы. Сильные. Подготовленные. Полные решимости. Она с удовлетворением увидела северных лордов, присоединившихся к походу. Даже тётя Лорра ехала вместе с ними. Ширен Баратеон сидела верхом в окружении своих людей и смотрела на Мейру. Та кивнула. Затем во главе войска, рядом с советниками и гостями, среди которых находился Варис, начала движение на юг. Мейра поклялась не возвращаться, пока угроза Ланнистеров не будет устранена навсегда. Красный замок, Королевская Гавань. Ночь. Серсея лежала лицом вниз на кровати и рыдала по погибшему сыну. Её любимый Золотой Лев умер задолго до положенного срока. Боль и унижение от публичной порки не могли сравниться с этой потерей, хотя воспоминание о наказании всё равно вызывало ярость. Серсея считала, что действовала ради уничтожения врагов. Остальные были слишком слепы, чтобы увидеть опасность. Она презирала их за жалкую глупость. Серсея не могла признать, что ею манипулировали и что она совершила страшную ошибку. Высокомерие, тщеславие и раздутое чувство собственной значимости никогда бы этого не позволили. Дверь открылась. Вошла Фалис. Она принесла маковое молоко, чтобы облегчить боль. Фалис была одной из немногих, кто относился к Серсее с заслуженным уважением. Серсея без колебаний выпила лекарство. Боль в покрытой шрамами, всё ещё саднящей спине быстро ослабла. Даже быстрее, чем она ожидала. Почти сразу появилась сонливость. При большой дозе макового молока это было обычным явлением. Перед тем как темнота полностью поглотила сознание, Серсея увидела усмешку Фалис. Это вызвало недоумение. А затем она отключилась.

***

Когда «королева» потеряла сознание, Фалис свистнула ожидавшим снаружи людям. В комнату вошли двое Безупречных. Они выполняли каждый приказ и были тайно проведены в Красный замок. Тела ланнистерских стражников неподвижно стояли, прислонённые к стене. Следом появились ещё двое Безупречных с деревянным ящиком. — Положите её внутрь осторожно. Мы не должны её повредить, — с возбуждением приказала Фалис. Они давно искали женщину вроде Серсеи. Рисковать таким ценным приобретением нельзя. Бессознательную Серсею уложили в ящик и закрыли крышку. — За мной. Идём к пристани. Безупречные подчинились. Они несли ящик по ночному Красному замку. В это время коридоры почти опустели. Всех стражников и свидетелей, пытавшихся их остановить, убивали. Во дворе ждала повозка под охраной дополнительных Безупречных. Они погрузили ящик, забрались сами или побежали рядом. Повозка спустилась к пристани. Там их ожидал корабль. Небольшое судно было выкрашено в чёрный цвет. Оно строилось ради скорости, а не ради сражений. Экипаж бодрствовал и был готов к отплытию. Все моряки хранили полное молчание. Во многом благодаря капитану. Мужчина с короткими волосами и бородой носил крепкую кожаную одежду. В единственном глазу светилось безумие. — Груз, — торжествующе сказала Фалис. Он рассмеялся. — Отлично! Я доставлю её. Это будет очень весело! В глазах Эурона появилось возбуждение. Его раздражало лишь то, что для проникновения в город пришлось использовать это жалкое судёнышко. «Чёрный Ветер» был слишком узнаваем. Впрочем, Эурон испытывал гордость оттого, насколько знаменитым стал его корабль. В Пентосе они снова поднимутся на его борт и отправятся в долгое путешествие. И хорошо. Он больше не мог терпеть эту развалину. Эурон с отвращением осмотрел судно. Затем сделал то, чего хотел с первой встречи с высокомерной женщиной. Он повернулся к Фалис. Схватил её руками за горло. И с широкой улыбкой начал сжимать. Глаза женщины расширились от потрясения. Она вцепилась в его руки, пытаясь освободиться. Эурон не отпускал. Он сдавливал шею так сильно, что едва не раздробил её. Всё закончилось за несколько мгновений. Это немного разочаровало его. Зато теперь на корабле не будет надоедливой гарпии. Эурон усмехнулся и сбросил тело Фалис с пристани. После того как Безупречные погрузили ящик и поднялись на борт, он вернулся на судно. Предстояло долгое путешествие. Эурон нахмурился. Нужно доставить стерву в целости. Это станет серьёзным испытанием терпения. Но награда, ожидавшая его после выполнения задания, стоила усилий. Весь экипаж был лишён языков. Поэтому моряки молча подняли паруса. Чёрное судно отошло от пристани и быстро набрало скорость.