Глава 33: Месть. Часть вторая (2)

Риверран, Речные земли.

Вокруг Риверрана было так многолюдно, что всех лордов невозможно было разместить внутри замка. Многим пришлось спать в шатрах вместе со своими людьми. Это касалось и рыцарей Долины. Свободными оставались лишь несколько комнат, предназначенных для важнейших гостей. Одним из последних прибывших стал лорд Ройс. Лорд Нестор вернулся в Орлиное Гнездо, чтобы управлять замком, а его кузен лично привёз Роберта Аррена на встречу с другими предводителями, где им предстояло определить дальнейшие действия. Размер лагеря поражал Роберта. Он никогда не видел столько шатров в одном месте. — Их так много! — воскликнул мальчик. Лорд Ройс спокойно кивнул. — Здесь находится множество рыцарей Долины и значительная часть армии Речных земель. Лагерь стал бы намного больше, если бы прибыло всё северное войско, но оно осталось в Харренхоле, чтобы предотвратить нападение с юга. Он мягко объяснял мальчику военную обстановку, стараясь научить основам тактики. — Леди Старк прибудет сюда со свитой, чтобы поговорить с лордом Талли и нами. Вместе с ней приедет Ширен Баратеон. — Санса приедет?! — восторженно спросил Роберт Аррен. Он вспомнил прекрасную кузину, которую видел во время посещения Винтерфелла. Лорд Ройс осознал ошибку и мягко, но строго поправил его: — Нет. Санса осталась управлять Севером во время войны. У неё две сестры, которых тоже называют леди Старк. На этот раз северян возглавляет её старшая сестра, другая твоя кузина — Мейра Старк. Ты встретишься с ней и с самой младшей сестрой Арьей, которая сопровождает войско. Роберт выглядел растерянным. Он почти не был знаком с большинством родственников. Лорд Ройс вздохнул. Мальчику предстояло многому научиться, прежде чем он сможет занять место отца. Звук шагов по камню заставил их посмотреть на дверь. Вошёл лорд Бринден Талли в сопровождении племянницы Кейтилин. После измены мужу лорд Ройс не мог хорошо к ней относиться. Но Кейтилин исполняла обязанности леди Риверрана, поэтому он проявлял положенное уважение, пусть и считал, что она его не заслуживает. Роберт немедленно показал, насколько многому ему ещё предстоит научиться в правилах поведения. — Вы похожи на мою мать… и леди Сансу, — сказал он Кейтилин. Она мягко улыбнулась племяннику. Кейтилин была рада наконец встретиться с ним и уже видела в мальчике прежнюю невинность Лизы. — Твоя мать была моей сестрой, а леди Санса — моя дочь. Значит, я твоя тётя. Она говорила мягко, а затем представила Бриндена: — А это твой двоюродный дед, лорд Бринден Талли. Для нас большая радость наконец встретиться с вами, лорд Роберт Аррен. — Для меня тоже большая честь познакомиться с вами. Роберт слегка поклонился. Кейтилин и Бринден нашли это очаровательным. Чёрная Рыба повернулся к лорду Ройсу, желая успокоить возможные опасения. — Спасибо, что привезли его к нам, лорд Ройс. Это немного облегчает боль после смерти Эдмура. Лорд Ройс кивнул. Их отвлекло прибытие северян и Баратеонов. Небольшая группа всадников въехала в лагерь. Даже издали было понятно, кто её возглавляет. На людях были качественные доспехи и одежда. Все, кроме Ширен Баратеон и Вариса, несли оружие. Северные стражники, в том числе семеро воинов, окружавших предводительницу и сопровождавших её лордов, нанесли на лица странные разноцветные узоры. Это тревожило речников и рыцарей Долины. Но сильнее людей пугали три взрослых лютоволка и огромный снежный медведь. Никто не решался приблизиться. Из-за раскрашенных лиц северяне выглядели нечеловеческими. Роберт испуганно отступил за лорда Ройса. Остальные смотрели с растерянностью. Бринден объяснил: — Это боевая раскраска. Древний северный обычай. Они красят лица, чтобы устрашать противника. — Нед не делал этого. Как и его люди во время войн, — осторожно заметил лорд Ройс. В его представлении обычай выглядел глупо, хотя и оказывал нужное воздействие. — От него отказались примерно во времена создания Железного трона, — задумчиво сказал Бринден. — Похоже, в этой войне северяне решили его возродить. Кейтилин же не могла оторвать взгляда от двух женщин среди прибывших. Обе были вооружены и облачены в кожу, а не платья. Рядом шли лютоволки. Кем ещё они могли быть? У Кейтилин перехватило дыхание. Она смотрела, как дочери гордо проезжают через лагерь к воротам. Впервые за многие годы она увидела Мейру и Арью. Кейтилин узнала их издалека. Обе стали выше с момента последней встречи. Разумеется, этого следовало ожидать. Но ей было больно оттого, что она не видела, как они росли. Сёстры спешились и передали лошадей конюхам вместе с остальными участниками отряда. Мейру было легче всего узнать по огромному необычному копью в руках. Она раскрасила лицо белыми и серыми цветами, а тёмно-каштановые волосы заплела в косы вокруг головы. Арья, похоже, следовала примеру старшей сестры, но поменяла цвета местами, сохранив узор. Она обрезала прекрасные волосы до плеч. Кейтилин печально подумала, что у Арьи всегда были чудесные волосы. Северяне и сопровождавшие их люди производили сильное впечатление. Толпа поспешно расступалась перед ними. Бринден направился навстречу. Роберт держался поближе к лорду Ройсу, поскольку боялся северян. В большом зале ждали лорды Долины и Речных земель. Бринден, Кейтилин, лорд Ройс и Роберт Аррен вошли первыми. После долгого ожидания появились гости. По толпе прокатилась волна страха и растерянности при виде северян. Кейтилин пыталась поймать взгляды Мейры и Арьи. Обе сознательно её избегали. Это ранило сердце. Бринден шагнул вперёд. — Лорд Талли, лорд Аррен, лорд Ройс, — спокойно произнесла Мейра и уважительно кивнула каждому. Они ответили тем же. Роберт смотрел на неё с растерянностью. — Леди Старк, добро пожаловать в Риверран. Мы благодарим вас и ваших людей за защиту южной границы и надеемся, что сможем вместе противостоять дальнейшей агрессии, — сказал Бринден. Мейра кивнула. — Старки и Талли связаны кровью. Как и Старки с Арренами. Мы уважаем родственные узы. Кроме того, с вами произошло то же, что и с нами. Для нас так же важно добиться справедливости. Полное отсутствие эмоций в голосе Мейры тревожило. Затем она повернулась к подошедшей Ширен. — Леди Ширен Баратеон. Ширен выступила вперёд. На ней было простое платье. Она присела перед лордами, а те слегка поклонились в ответ. — Милорды, благодарю за предоставленное убежище, — сказала Ширен. Бринден кивнул. — Для нас это честь, леди Баратеон. Примите соболезнования в связи с утратой. Ширен спокойно приняла положенные слова. — Мой отец был суровым и трудным человеком, который перешёл слишком много границ. Но я надеюсь, что сегодня мы сумеем найти общую цель в уничтожении Ланнистеров. По залу прокатился одобрительный гул. Мейра решила заговорить. — Да, Ланнистеры… очередные злодеи в длинном ряду людей, от которых нам приходилось страдать. Она начала ходить по залу. Арья слегка усмехнулась, понимая замысел сестры. Варис и Ширен тоже догадались. — На Севере мы победили за них железнорождённых, — сказала Мейра, обращаясь к своим людям. Затем повернулась к речникам: — Вы кормили их город. Люди согласно загудели. Она подошла к лордам Долины. — Вы помогали защищать расширявшиеся земли короны. Не сражались против Ланнистеров и даже не создавали им проблем. Что мы получили за свои усилия? Чем Ланнистеры отплатили за то, что были нам должны? Мейрра продолжала двигаться по залу, удерживая внимание всех присутствующих. — Предательством, презрением и ложью. Это их главная валюта. Они используют людей, а затем уничтожают, когда те перестают быть полезными. Во время восстания они сражались меньше всех, но получили больше остальных. Посадили на престол своих маленьких бастардов и постоянно проигрывали, пока их не спасали другие или пока им не удавалось победить изменой. «Услышь мой рёв»? Скорее «услышь, как я снова лгу и обманываю»! Зал наполнился одобрительными возгласами. — Много лет назад некоторые из вас участвовали в союзе Севера, Долины, Речных и Штормовых земель. Вместе вы свергли короля, который желал сжечь всех и всё диким огнём. Мейра напомнила присутствующим, что они или их предки уже однажды уничтожили династию. Это льстило их гордости. — Враг теперь другой, но причина осталась прежней. Если мы хотим мира и безопасности хотя бы в обозримом будущем, то должны повторить это. Мейра перешла к главному. — Враг ослаблен и уязвим. Мы сильны и решим довести дело до конца. Всё наследие Тайвина Ланнистера должно быть уничтожено! Оно будет гореть и лежать в руинах у его ног! Лев Утёса падёт, сломленный собственной гордыней! Идея явно пришлась собравшимся по душе. Люди застучали кулаками по столам. Мейра воспользовалась переполнявшими их чувствами. — Вы будете сражаться вместе с нами? Вы подниметесь и оставите след в истории, чтобы однажды рассказать потомкам, что именно мы навсегда покончили с Ланнистерами?! В ответ раздались громкие крики. Люди вскочили на ноги, охваченные возбуждением. Ширен, Арья и Варис улыбались. Мейра стала неофициальным предводителем нового восстания. Для Вариса всё складывалось прекрасно. Чем больше власти она получит сейчас, тем легче будет сделать её королевой после победы. Кейтлин тревожилась. Её дочь становилась главой восстания и ещё более важной целью для Ланнистеров. Да, сейчас их положение было выгодным. Но нельзя забывать, насколько опасна предстоящая война.

***

Позднее Бринден сидел в кабинете и подписывал документ, объявлявший Рикона его наследником. Это был лучший выбор. Рикон уже получал значительные владения в Речных землях и будущую жену из местного дома. Кроме того, его поддерживала северная семья. В нём текла кровь Талли. Название рода исчезнет, но сама кровь сохранится. Бринден с усмешкой подумал, что хотел бы увидеть лицо мальчика, когда тот узнает.

***

Тем временем Мейра изучала в большом зале все имевшиеся сведения о положении в Речных землях и дальше к югу. Большинство лордов и рыцарей уже вернулось в шатры или комнаты. Ширен и Арью поселили вместе, к раздражению сестры. Однако та смирилась. Мейра слегка усмехнулась и скормила лютоволкам приготовленное мясо. Затем заметила в углу мужчину, пившего вино. Он был пожилым, суровым и жёстким на вид. Но, присмотревшись, Мейра заметила зелёное мерцание, которое мгновенно исчезло. Она моргнула и сосредоточилась, решив, что показалось. Теперь мужчина выглядел так, словно на нём была полупрозрачная стеклянная маска, закрашенная лишь наполовину. Под ней проступало другое лицо. Разглядев скрытый облик, Мейра поморщилась и сердито нахмурилась. — Что ты здесь делаешь? — холодно спросила она, потянувшись к копью. Мужчина растерянно посмотрел на неё и попытался успокоить: — Леди Старк, я мастер Лом Килберн. Просто решил немного отдохнуть после помощи вашему двоюродному деду в возвращении Речных земель. Я чем-то вас оскорбил? Мейра не собиралась терпеть ложь. Лютоволки вздыбили шерсть и зарычали. — Думаю, на этот раз можно обойтись без иллюзий и вранья… Локи. Она сузила глаза. Мейра надеялась больше никогда не встретить этого ублюдка. Он выглядел удивлённым, но затем широко ухмыльнулся. По телу прошло зелёное сияние. Перед ней предстал настоящий, более молодой облик. — Ты видишь сквозь мои иллюзии. Впечатляет. С нашей последней встречи твои способности и сила копья явно возросли, — с самодовольной улыбкой сказал Локи. Мейре захотелось ударить его. — Лесть тебе не идёт, Локи. При нашей последней встрече ты заставил меня и остальных сражаться с Белыми Ходоками ради спасения близких. Теперь помогаешь Баратеонам. Мы оба знаем, что ты делаешь лишь то, что принесёт тебе выгоду в будущем. Чего ты добиваешься на этот раз? Он притворно нахмурился. — Тебе нужно научиться получать от жизни больше удовольствия, дорогая Мейра. Но раз ты увидела сквозь маскировку, я честно признаюсь в одном. Локи широко ухмыльнулся, наклонился и прошептал так, чтобы никто больше не услышал: — Я хочу посадить тебя на Железный трон. Но по собственным причинам. Мне нужно, чтобы тебя видели как можно больше людей. Он подмигнул. — Волчья Стая будет выполнять твои приказы. Я об этом позаботился. Задай им жару. Прежде чем Мейра успела ответить, Локи исчез во вспышке зелёного света. Она оглянулась. На этот раз он действительно пропал. Тревога усилилась. Если Локи говорил правду, в чём Мейра сильно сомневалась, зачем ему понадобилось видеть её на Железном троне? Какую выгоду он мог получить? Она ненавидела его, и он об этом знал. Его иллюзии больше не действовали на неё. Так чего он добивался? Возможно, хотел её смерти и новой гражданской войны? Мейра покачала головой. Для этого у него существовали намного более простые способы. Локи направил Ширен к ней, хотя мог попытаться сделать королевой саму Баратеон. Вместо этого он отправил её на Север и превратил их в союзников. Зачем? Мейра посмотрела на копьё. Возможно, дело было в Гунгнире? Потому что она могла им пользоваться? Это было единственное оружие, способное по-настоящему уничтожать красные дымки. Она стояла в растерянности. В зал вошла Лорра и заметила её состояние. — Что случилось? Пришли плохие вести с Севера? — обеспокоенно спросила она. Лорра боялась, что с семьёй произошло ещё одно несчастье. Мейра покачала головой. — Здесь был Локи! Именно он направил к нам Ширен Баратеон. Он говорит, что хочет посадить меня на Железный трон, но не объясняет зачем! Мейра была глубоко обеспокоена. Она уже начала размышлять, как посадить на престол другого человека и помешать замыслам Локи. Лорра потрясённо посмотрела на неё. Этот ужасный человек проклял её, брата и других людей, а затем едва не погубил всех в битве с Ходоками. Как и Мейра, Лорра надеялась, что они больше никогда его не увидят. Но сильнее всего её озадачивало желание Локи сделать Мейру королевой. Если он хотел править, почему не занял престол сам? Или не выбрал более послушную марионетку? По мнению Лорры, никто не подходил для Железного трона лучше Мейры. Она была умной, сильной и хитрой, но сохраняла честь и порядочность. Из неё получился бы прекрасный правитель. Но если Локи желал видеть её там, значит, это приносило ему какую-то выгоду. — Послушай, — сказала Лорра и положила руку ей на плечо. — Я не знаю, чего он добивается. Я понимаю не больше тебя. Но никто из находящихся здесь людей не справился бы с Железным троном лучше. Что бы он ни задумал, мы разберёмся, когда придёт время. Нельзя постоянно тревожиться о будущем. Настоящая власть существует лишь здесь и сейчас. Нужно принимать каждое решение и делать по одному шагу. Мейра кивнула. Тревога не исчезла, но слова помогли обрести почву под ногами. — Вестеросом никогда не правила королева. Ни разу. Единственная попытка произошла с Рейенирой Таргариен и закончилась катастрофой. Никто не согласится сделать меня королевой. Мейра боялась, что это разорвёт Вестерос ещё сильнее. Лорра знала историю Танца драконов и кивнула. — Выбор между тобой и Ширен Баратеон. Девочка не так сильна и желает трона не больше твоего. У тебя есть поддержка и воля. Кто ещё сможет его занять? Откуда нам знать, что следующий правитель не окажется хуже предыдущего? Существовала вполне реальная возможность, что хаос позволит очередному чудовищу завладеть Железным троном. Мейра понимала это. Она вспомнила Бейлиша и его планы. Он намеревался спровоцировать гражданскую войну между Старками и Ланнистерами, чтобы воспользоваться беспорядками ради собственного возвышения. Подобных людей будет много. Если Железный трон останется свободным, они не остановятся ни перед чем. А удержать его окажется намного труднее, чем захватить. — Где Арья? — спросила Мейра, надеясь хотя бы ненадолго отвлечься. Лорра слегка усмехнулась. — Пытается избегать вашей матери. Похоже, Кейтилин хочет поговорить с ней. С вами обеими. Улыбка Лорры потускнела. Она слышала, что Кейтилин предала Неда и родила ребёнка от другого мужчины. Лорра никогда не встречалась со старшим братом, но знала, насколько сильно это ранило его детей. Знакомиться с Кейтилин она не стремилась.

***

Тем временем Арья изо всех сил пыталась избегать матери. Женщина была невероятно настойчива и не оставляла её в покое. Она совершенно не понимала намёков и не желала держаться подальше. Арья попыталась спрятаться в библиотеке и избежать разговора ради сохранения мира. Но Кейтилин нашла её и там. Как она это делает? Арье никогда не удавалось скрыться от матери. Та всегда её находила. — Арья, — с улыбкой сказала Кейтилин, глядя на непокорную дочь. По крайней мере, девушки смыли с лиц ужасную краску. Теперь Кейтилин могла нормально рассмотреть их. Арья оставалась ниже многих сверстниц, но заметно повзрослела. Кожаная одежда подчёркивала небольшую и стройную, но вполне женственную фигуру. Кейтилин хотелось, чтобы дочь одевалась подобающим образом. Но это была Арья. Её невозможно заставить делать то, чего она не желает. К тому же у Кейтилин больше не было права даже пытаться. Она печально вздохнула и решила хотя бы начать разговор с самой необузданной дочерью. — Я так рада снова тебя видеть, Арья. Кейтилин тепло улыбнулась. Ей отчаянно хотелось обнять дочь. Но Арья пока не собиралась этого позволять. Возможно, когда-нибудь. Но не сейчас. Арья лишь сердито посмотрела. Сердце Кейтилин сжалось. Но после всего случившегося она ожидала подобной реакции. Она хотела сказать ещё что-то. Арья опередила её. — Мне нечего тебе сказать. Слова были полны горечи и презрения, направленного исключительно на мать. Кейтилин почувствовала, как разбивается сердце. Дочь явно её ненавидела. Она не представляла, как исправить причинённую боль и возможно ли это вообще. Нахождение рядом Нимерии не помогало. Лютоволчица рычала на Кейтилин, чувствуя неприязнь хозяйки. — Мама! Можно посмотреть на лютоволков? Пожалуйста, мама! — раздался детский голос. Обе повернулись. К ним приближалась Миниса вместе с кормилицей. Девочка широко улыбалась. Увидев Нимерию, она радостно завизжала. Лютоволчица вздрогнула от неожиданного звука и вздыбила шерсть. Нимерия не любила неожиданностей. Миниса быстро пошла к ней, почти побежала. Раздался громкий и строгий голос: — НЕМЕДЛЕННО ОСТАНОВИСЬ, ЮНАЯ ЛЕДИ! Миниса замерла. В дверях стояла Мейра с двумя лютоволками и суровым выражением лица. Как и Арья, она пока отказалась от боевой раскраски. Без неё Мейра выглядела ещё красивее. Кейтилин с печалью подумала, что дочь так и не нашла человека, способного это оценить. Но властный голос заставил Минису остановиться. Девочка с растерянностью посмотрела на незнакомую женщину. Она не понимала, кто перед ней, но немедленно подчинилась. Даже появление ещё двух лютоволков не заставило двигаться дальше. Мейра скрестила руки на груди. Её лицо оставалось неподвижным, словно камень. Она посмотрела на Минису сверху вниз. — Лютоволки — не домашние животные! В этом вопросе нельзя было проявлять мягкость. — Они дикие звери. Если лютоволки не знают тебя и рядом нет нас, они могут причинить вред. Мы связаны с ними, и они слушаются нас. Никогда не думай, что они будут так же относиться ко всем остальным. Мейра продолжала возвышаться над девочкой со скрещёнными руками и суровым взглядом. Но Минису больше интересовало, кто она такая. Девочка ярко улыбнулась. — Я Миниса Талли! Она протянула Мейре руку. Сначала та не ответила, но затем всё же пожала её. — А как зовут тебя? — Это Мейра и Арья Старк, милая. Они твои старшие сёстры, — сказала Кейтилин. На её лице выступил пот. Она надеялась, что знакомство пройдёт лучше. — Сёстры? — растерянно переспросила Миниса. Затем поняла смысл слов, улыбнулась, подбежала и крепко обняла Мейру. Та неподвижно стояла. Она совершенно не знала эту девочку, хотя понимала, что та приходится ей сводной сестрой. Миниса родилась из-за измены матери. Мейра не хотела иметь с ней ничего общего. Но совесть напомнила: когда-то она без колебаний приняла Джона, считая его сводным братом. Было бы несправедливо относиться к Минисе иначе. Мейра осторожно освободилась от объятий и опустилась на колено, оказавшись на одном уровне с девочкой. Все удивились. Кейтилин затаила дыхание с надеждой. Она отчаянно хотела, чтобы у Минисы сложились хорошие отношения с родственниками. Даже если собственные связи Кейтилин с детьми никогда не восстановятся. Миниса посмотрела старшей сестре в глаза и снова улыбнулась. — Ты самая лучшая! Она восхищалась Мейрой. Миниса снова обняла её. На этот раз Мейра неловко ответила. Прошло много лет с тех пор, как у неё был настолько маленький брат или сестра. Она не знала, как вести себя с девочкой. Арья не понимала, почему Мейра так добра к ребёнку, рождённому в результате измены. Но неохотно подошла ближе. Миниса обняла и её. Арья не слишком обрадовалась, однако позволила это сделать. — Запомни, Миниса, — сказала Мейра. — У нас одна мать, но нам тяжело находиться рядом с ней. Когда станешь старше, поймёшь причину. Миниса кивнула. Она не понимала, почему старшие сёстры и братья не любят находиться рядом с матерью. Но быстро отвлеклась. Под присмотром Арьи девочка осторожно гладила Ромула и Рему. Кейтилин стояла в стороне. Она посмотрела на Мейру, прислонившуюся к стене неподалёку. Мейра повернулась. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза. Между ними лежали долгие годы гнева и напряжения. Кейтилин собиралась заговорить. Мейра опередила её. — Я стану ей сестрой. Она ни в чём не виновата. Если я приняла Джона как брата, то приму и её. В отличие от тебя. Холодные слова едва не заставили Кейтилин расплакаться. — У меня не было настоящей матери с шести лет. Теперь она мне не нужна. Кейтилин глубоко ранили эти слова. Она понимала, что действительно почти не была матерью для Мейры с тех пор, как та раскрыла тайну Джона и отказалась подчиняться. Но Кейтилин всё равно любила её. Всегда любила. Просто не умела справляться с независимостью и вызывающим поведением дочери. — Я знаю, что не заслуживаю прощения, — тихо сказала Кейтилин. — Но я никогда не переставала тебя любить. — Любовь без уважения ничего не значит, — ответила Мейра. — Ты пыталась подчинить меня и заставить стать человеком, которым я не являлась. Когда это не сработало, ты отвернулась. А затем предала отца и всю семью. Кейтилин вздрогнула. — Я совершила ужасную ошибку. — Ошибка — перепутать два одинаковых кубка. Ты сознательно легла с другим мужчиной. Не называй это ошибкой. Кейтилин опустила голову. Возразить было нечего. — Я не прошу забыть случившееся. Только позволить мне однажды попытаться всё исправить. — Некоторые вещи исправить невозможно. Мейра посмотрела на Минису, игравшую рядом с лютоволками. — Позаботься хотя бы о ней лучше, чем заботилась о нас. Она развернулась и ушла. Кейтилин осталась стоять у стены, с трудом сдерживая слёзы. Арья посмотрела на мать. На мгновение в её глазах появилось что-то похожее на сочувствие. Но затем она отвернулась и последовала за сестрой.

Близнецы, Речные земли.

Ворон из Риверрана доставил известие о выборе наследника лордом Талли. Рикон сидел в кресле, совершенно потрясённый. Он едва успел смириться с мыслью, что станет лордом Близнецов через несколько лет, после достижения совершеннолетия. Теперь ему предстояло унаследовать не просто крупный дом с двумя большими замками и несколькими небольшими крепостями. Он получал два важных замка и все Речные земли. Лорд Блэквуд прислал письмо. По тону было очевидно, насколько он счастлив, что Бетани однажды станет леди Речных земель и будет править Близнецами и Риверраном. Сам Рикон был напуган. Особенно когда вспоминал возраст двоюродного деда. Не желая жестокости, приходилось признать: лорд Бринден уже не молод. Возможно, Рикону придётся принять обязанности намного раньше, чем он рассчитывал. Бетани и Джиор заметили его растерянность и тревогу. Они продолжали смотреть, пока мальчик не признался, что его пугает ответственность не только крупного, но и великого лорда. Бетани мягко улыбнулась, подошла и взяла его руку в свою. От прикосновения Рикон покраснел. — Ты станешь прекрасным лордом, — тихо сказала она, крепче сжав его ладонь. — Это огромная ответственность. Но тебе не отдали бы земли материнской семьи, если бы не верили, что ты справишься. Её тёплая улыбка заставила сердце Рикона забиться быстрее. — Всё необходимое ты либо уже знаешь, либо можешь выучить, парень. Ты справишься. И не думай, что твой двоюродный дед собирается сейчас, мать его, умирать. Мейстеру Эйемону больше ста лет. Думаю, у Бриндена впереди ещё несколько лет, — сурово сказал Джиор. Рикон кивнул. Он понял, что напрасно поддался страху, и снова улыбнулся. Вместе с Бетани он отправился посмотреть на реку, которая его успокаивала. Девушка всё ещё держала его за руку. Джиор наблюдал за ними, качая головой. Сцена была до тошноты милой. Но он радовался, что мальчик нашёл девушку, которую сможет по-настоящему полюбить.

Красный замок, Королевская Гавань.

Внезапный отъезд Тиреллов был почти ожидаем. Они потеряли значительную часть армии, а теперь столкнулись со вторжением в собственные земли. Было бы странно, если бы они остались. Тем более теперь от них не было пользы Тайвину Ланнистеру, а он не терпел бесполезных людей. Но отъезд поставил Тайвина в крайне опасное положение. Даже ослабленная армия Простора оставалась важной частью его плана по защите города, борьбе с северянами и удержанию порядка в Штормовых землях. Теперь у него имелось лишь тридцать тысяч человек. Ими требовалось защищать Западные земли и Королевскую Гавань, сражаться с Севером и удерживать Штормовые земли. Этого было совершенно недостаточно. Тайвин погрузился в мрачное настроение. Его наследие и династия стояли на грани гибели. Сил не хватало, чтобы удержать всё вместе. Окажись сейчас рядом Серсея, Оленна Тирелл или обе, Тайвин собственноручно убил бы их. Он понимал, что не сможет контролировать все земли. По крайней мере сейчас. Чем-то придётся пожертвовать. Тайвин стиснул зубы и выбрал Штормовые земли. Людей оттуда можно отвести для защиты столицы. Сам он вернётся на запад и соберёт новое войско против Севера. Раньше Тайвин поручил бы это Кивану или даже Стаффорду. Но оба погибли. Кроме Тириона и Джейме никого не осталось. Значит, придётся лично отправиться в Западные земли и поднимать новых солдат. Дверь открылась. Вошёл Джейме в сопровождении Пса. Между ними шёл Томмен, рядом с огромным телохранителем выглядевший ребёнком сильнее обычного. Однако одна вещь заслуживала одобрения Тайвина. Двое сильнейших и самых верных членов Королевской гвардии теперь почти не отходили от Томмена и обеспечивали его безопасность. — Лорд-дед, — нервно произнёс Томмен. Мальчик боялся его. Это немного раздражало Тайвина, но страх поможет контролировать Томмена так, как никто не мог контролировать Джоффри. — Ваше Величество, Тиреллы покинули нас. Для борьбы с северными армиями потребуются новые солдаты. Когда в город прибудут люди из Штормовых земель, я вернусь на запад и соберу подкрепление. Джейме кивнул. При нынешних обстоятельствах он ожидал подобного решения. Пёс бесстрастно наблюдал. Томмен выглядел встревоженным. Даже испуганным. — Вы уезжаете?! — воскликнул он, задрожав. Тайвин нахмурился. Несмотря на немного повзрослевшее тело, Томмен оставался ребёнком. К счастью, в отсутствие деда он не станет провоцировать беспорядки. Тайвин всё равно дождётся прибытия солдат. После этого глупый Малый совет и Тирион должны справиться с городом до его возвращения. — Да. Чтобы продолжить войну, мне нужны люди. Без поддержки Простора придётся собрать их в Западных землях. До моего возвращения столицу защитят воины из Штормовых земель. Тебе будут помогать советники и дяди. Тайвин странным образом попытался успокоить внука, у которого никогда не было сильного мужского примера. Томмен кивнул. Он принял слова и попытался выглядеть решительным. Получалось плохо. Но это было хотя бы началом. Тайвин не знал, что Пёс вовсе не оставался безучастным. Он запомнил каждое слово. А затем отправился прямо в театр, где Тирион работал над новой пьесой.

Театр Драконьей Ямы, Королевская Гавань.

Тирион был погружён в работу над постановкой о короле, которого преследовали призраки людей, убитых им за долгую жизнь. Вошёл Пёс с довольной усмешкой. — Полагаю, меня вызывают ко двору, — вздохнул Тирион. Ему не хотелось бросать работу в момент вдохновения. Пёс сообщил: — Старый Лев вернётся в Западные земли и станет собирать новых людей, как только из Штормовых земель прибудут солдаты. Тирион едва не выронил перо. Перед ним открывалась возможность, о которой он мечтал. На лице появилась дьявольская улыбка. Он отпил вина. — Нам известен его маршрут? Пёс назвал обычную дорогу — самый быстрый путь к Западным землям и Утёсу Кастерли. В этом не было ничего удивительного. Тирион не мог поверить в подобную удачу. Однако привычный цинизм заставлял соблюдать осторожность. Возможно, это была ловушка. — Благодарю за содействие, Сандор Клиган. Я прослежу, чтобы ты получил награду. Тирион немедленно начал писать сообщение, которое предстояло отправить самым быстрым вороном другу в Риверране. Упускать такую возможность нельзя. Он должен воспользоваться ею в полной мере. Бронн принёс золото для Сандора. Тирион добавил к нему ещё один кошель. Пёс удивился. Но сегодня Тирион впервые за долгое время чувствовал надежду.

Солнечное Копьё, Дорн.

Ни Талла, ни её мать никогда не бывали в Дорне. У них не возникало ни желания, ни возможности отправиться туда. Обеих это вполне устраивало. Пустынная жара была сильной и крайне неприятной. Им пришлось надеть очень лёгкую одежду и обмотать головы тканью, защищаясь от солнца и песка. Прибытие в Солнечное Копьё после долгого путешествия одновременно принесло облегчение и вызвало страх. При других обстоятельствах Мелессе и Талле было бы интересно увидеть настолько отличавшуюся от их собственной культуру. Но они прибыли сюда как заложницы и военнопленные. Поэтому впечатления были тяжёлыми. Вид Песчаного Корабля наполнил их ужасом. Женщины не знали, что ожидает внутри. Тревогу усиливали откровенные дорнийские платья, которые их заставили надеть. Тела оставались намного более открытыми, чем они привыкли. Когда их провели внутрь, Водные Сады оказались неожиданно прохладными. Это принесло облегчение. Но количество стражников не уменьшилось. Мелесса и Талла продолжали бояться за будущее. Принц Доран сидел в колёсном кресле. Рядом стояли молодой человек примерно одного возраста с Таллой и ещё один, немного старше. По сходству лиц и глаз было ясно, что это его сыновья. — Леди Тарли, леди Тарли. Я принц Доран Мартелл. Добро пожаловать в мой дом. Он вежливо представился и указал на сыновей: — Принц Квентин и принц Тристан. — Несомненно, мы очарованы, — горько ответила Мелесса. Она пыталась сохранять силу ради напуганной дочери. — Я понимаю ваш страх. Но под моей крышей вам не причинят вреда. К сожалению, я должен сообщить, что ваш супруг погиб в сражении, — серьёзно сказал Доран. Улыбка исчезла. Мелесса и Талла были потрясены. Рендилл был непобедимым. Он одолел Роберта Баратеона на поле боя. Единственный человек, которому это удалось. Он не мог просто погибнуть. — Я вам не верю, — немедленно ответила Мелесса. В голосе прозвучал страх. Если это правда, их с дочерью положение становилось ещё опаснее. — К сожалению, это правда, — спокойно сказал принц Квентин. — Он недооценил Мейру Старк из-за того, что она женщина, и позволил заманить себя в ловушку. Ваш супруг и множество его воинов погибли или попали в плен. — Отец?! — болезненно выдохнула Талла. Рендилл в лучшем случае почти не замечал её. Но он всё равно оставался отцом. Он был центром их мира. Без него действительность становилась пугающей и непредсказуемой. — Да. В наших руках находится несколько крепостей и значительные земли. В том числе Светлый Чертог, поскольку остальные Флоренты удерживают Штормовой Предел, — сказал Доран, намекая на владения семьи Мелессы. К её тревоге, он продолжил: — Я собираюсь передать их под управление младшего сына Тристана. Доран говорил так спокойно, словно обсуждал погоду. Следующие слова удивили ещё сильнее. — Но Рогов Холм является владением Тарли, а Светлый Чертог принадлежит Флорентам. Поэтому я намерен связать сына браком с вашей дочерью. Она станет леди обоих замков, и владения останутся внутри семьи. Доран преподносил это как милость. Мелесса потеряла дар речи. Талла тоже. Мысль о том, что дочь силой — точнее, под угрозой копий — заставят выйти за незнакомца, привела Мелессу в ярость. — Только через мой труп! В наступившей тишине слова повисли в воздухе. Дорана заявление скорее позабавило, чем рассердило. Он слегка улыбнулся. — Не думаю, что это потребуется. Тристан, пожалуйста, прогуляйся с будущей невестой по садам, пока я поговорю с её матерью. Он повернулся к младшему сыну. Тристан внезапно занервничал. Юноша медленно поднялся и протянул Талле руку. Она неохотно приняла её и позволила увести себя. — Всё будет хорошо, милая! — крикнула вслед Мелесса, пытаясь успокоить дочь. Когда молодые люди скрылись, она яростно посмотрела на Дорана. — Я не позволю использовать дочь как фигуру в ваших играх. Угроза совершенно его не обеспокоила. Доран откинулся в кресле и усмехнулся. — Похоже, у вас почти не осталось других вариантов. Прежний жених вашей дочери и остальные возможные кандидаты, вероятно, скоро погибнут. Земли дома Фоссовей являются целью моего брата, поэтому он наверняка освободит Таллу от этой помолвки. Тристан — красивый молодой человек и настоящий романтик. Он мечтает о любящем браке и будет обращаться с вашей дочерью как с принцессой, которой она станет после свадьбы. Войдя в дом Мартелл, вы обе станете частью нашей семьи, получите содержание и защиту. Тиреллы вряд ли надолго сохранят власть над Простором, а Ланнистеры скоро вообще ничем не будут править. В долгосрочной перспективе это лучший выбор для вас обеих. Спокойствие Дорана тревожило Мелессу. Но она понимала, что его слова могут оказаться правдой. Многие дома Простора злились на Тиреллов. Никогда прежде их положение не было настолько слабым. Защита Дорна значительно повысила бы их шансы на безопасность. Мелесса ненавидела саму мысль о принудительном браке дочери. Но именно это сделал Рендилл, обручив Таллу с Симуном Фоссовеем — мужчиной, годившимся ей в отцы. Всё это было отвратительно. Но существовал ли у них другой выбор? Подавленная Мелесса понимала, что нет.

***

Талла сильно нервничала, пока Тристан вёл её по прекрасным садам. В другое время она с удовольствием всё бы осмотрела. Но страх за себя и мать не позволял расслабиться. — Это тебе, — сказал Тристан и сорвал с кустов две розы. Одну розовую. Одну белую. Талла покраснела. Она знала их значение. Судя по тому, что Тристан выбрал именно эти цветы, хотя рядом находились другие, он тоже понимал символику. Белая роза означала, что он считал её чистой и благородной. Она также символизировала новое начало. Розовая говорила, что Тристан видел в ней изящную, добрую и милую девушку, которой восхищался. Возможно, даже преклонялся перед ней. Щёки Таллы стали ещё ярче, и жара была здесь ни при чём. На мгновение ей пришлось напомнить себе, что она пленница. Тристан выглядел всего лишь нервным ухажёром. Кроме того, он был намного красивее всех прежних кандидатов, что ещё сильнее сбивало с толку. — Спасибо… принц Мартелл. Они прекрасны. Талла вдохнула сладкий аромат. Тристан обеспокоенно посмотрел на неё. — Тристан. Пожалуйста, называй меня по имени. Я хочу извлечь лучшее из сложившегося положения и построить с тобой хороший брак. Талла не удержалась от смеха. На мгновение юноша расстроился. Но она пошутила: — Ты ухаживаешь за мной всего несколько минут, а уже говоришь о браке. Давай сначала закончим прогулку и узнаем друг друга немного лучше. Она крепче взяла его под руку. Честность Тристана немного ослабила страх и неуверенность. Он с облегчением улыбнулся. Они продолжили прогулку, сделав хотя бы первый шаг к знакомству.