Тесс

Наверное это всё же сон. Немного, конечно, странный, учитывая, что из всех Сидов ей является исключительно Джон. Но, в конце концов, каков округ, таковы и сны, всё логично. Для неё, Тесс, сильно ничего не меняется, она всё так же надёжно примотана к стулу, скорее даже, офисному креслу, с подлокотниками. Единственно, она снова не в бункере младшего Сида (и не, хм, в кровати из недавнего сна, при мыслях о котором помощник чуть кривит губы в отвращении). Самое же главное изменение наблюдает за ней через желтоватые стёкла авиаторов, и Тесса даже успевает подумать, что лучше б уж обратно Джон, там хоть всё понятно и предсказуемо. Джозеф молчит, и помощник вновь пытается выудить из задворок памяти, как там определить, во сне она или нет. Беда в том, что последние дни выдаются какими-то такими утомительно-суетливыми, еще и эта изнуряющая аномальная для осени жара, что даже сейчас, в предполагаемом сне Тесса не чувствует ничего, кроме всепоглощающей усталости. «А потому что ты не во сне», — мысль пронзает Тесс раскалённой молнией, если выражаться метафорически. На деле же девушка чувствует, как сердце ухает куда-то в пятки, от чего в груди образуется вакуумная безвоздушная пустота. Девушка с изрядной долей ужаса смотрит на мужчину перед собой, пытаясь вернуть сердце на положенное ему место. «Добегалась, — обречённо признаёт помощник, — но всё же, как, блядь, я тут оказалась». — Я был милосерден, — начинает Сид размеренно, наклоняясь на стуле чуть ближе к ней и упираясь предплечьями в бедра. Сегодня, как и в день их первой встречи, скажем так, он опять игнорирует рубашку, поэтому сейчас девушка не знает, куда девать глаза. Пусть она старомодна, но вести подобие переговоров она желает с более одетыми людьми. — Был терпелив и прощал ваше невежество и грязь, которую вы принесли в мой округ, закрывал глаза на многое, пока ты не убила мою сестру, мою Веру. — Я ничего с ней не делала, — замечает всё же Тесса. — Мерзость перед Господом — уста лживые, — спокойным голосом вворачивает Сид. — Она надышалась блажи и свалилась в реку! — не отступает от своей линии помощник. — Я… — она хочет сказать, что даже пробовала удержать Веру, когда та стала двигаться дальше на глубину. Но, во-первых, это уже оправдания, а оправдываться перед главой секты она не намерена. А, во-вторых, её воспоминания о том дне сильно приправлены блажью, которая тогда, кажется, пропитывает её насквозь. Этот отвратительно приторный запах ещё долго держится на одежде и волосах, накрывая Тессу облаком сладости и дурмана в наименее подходящие моменты. — Покайтесь и обратитесь от всех преступлений ваших, чтобы нечестие не было вам преткновением, — Джозеф буравит помощника взглядом своих голубых глаз, и девушка не вполне к месту вспоминает чуть более светлые, льдистые глаза его младшего брата. Тессе очень хочется так же ловко оперировать при ответе разными фразами из Библии, но тут она чувствует свою полнейшую неподготовленность. — Тебе было мало явиться незванной гостьей и забрать мою Веру, — глухо произносит Сид, мигом прекращая все внутренние монологи и сожаления помощника, — ты добралась до моего брата. «Минуточку, — думает помощник, — минуточку, до кого это я там добралась». — В каком смысле «добралась», — уточняет всё же Тесс, не уверенная, что после этого вопроса, да и в принципе после этого увлекательного тет-а-тета она выберется живой. «Так тем более надо уточнить», — подсказывает ей нечто, что можно отнести к внутреннему чутью. Джозеф смотрит на неё своим взглядом, под которым хочется раскаяться в грехах своих и соседа заодно уж. — Мне надоели эти игры, — Тесса слышит голос, от которого к горлу подступает тошнота, — жалкая горстка дилетантов, возомнивших себя героями. «Наверное, всё же, не снится, — никак не может определиться Тесс, — ну не может мой мозг сгенерировать ещё и старшего Сида». Это был бы, конечно, тот ещё кошмар. Проблема в том, что если это реальность, то, пожалуй, это ещё кошмарнее. Девушка наклоняет голову, и моргает несколько раз, жмурится, в последней надежде, что сейчас вот-вот очнётся от сомнительного сна. Должно быть со стороны это выглядит, как будто она вот-вот вырубится, потому как Джейкоб легонько похлопывает её по щекам: — Ну-ну, ты же солдат, не будь такой слабачкой, пока не время спать, — с усмешкой замечает рыжий Сид и отходит, видя, что помощник поднимает голову. — Дитя, — ещё ближе склоняется к ней Отец, — где Джон? «Да хотела бы я знать, — думает Тесса, — не пришлось бы бегать по всей этой сраной долине, такое себе удовольствие». А потом до неё доходит суть вопроса. — То есть, «где Джон», что… в каком смысле? Наклонив рыжеволосую голову задумчиво смотрит на неё старший Сид, Тесса может поклясться, что в голове он перебирает тысячу и один способ заставить нежелающего говорить выболтать все секреты. «Хотя это, вроде, по части Джона», — отчего-то Тесса опять вспоминает младшего Сида. Джозеф откидывается на спинку стула и молча сканирует Тесс взглядом. Понять, что там у него на уме — миссия невыполнимая, помощник решает не тратить на это силы. — Я его не видела после перестрелки в церкви, — сообщает Тесс. Ей самой кажется, что звучит это крайне лживо, но беда в том, что это правда. — Мы считали, он направится к ангару, но его самолёт на месте. Он просто сбежал. Тесса, если уж честно, считает, что вовремя выбраться из заварушки, когда понимаешь, что перевес сил не в твою сторону — не такое уж плохое решение. С другой стороны, ей кажется, что сидеть неизвестно где как пугливый тушкан не совсем, конечно, героически. Но вроде бы Джон никогда и не строил из себя храбреца. — Его не нашёл Ник, когда поднялся на «Кармине» и пролетел над лесом, не выцепил отряд, когда мы обшаривали каждый куст практически. Я считала, он с кем-то из вас или сбежал в округ Веры, — под внимательными взглядами Сидов помощник испытывает неконтролируемое желание тараторить без умолку, опасаясь, что стоит ей замолчать, это сразу же будет означать конец её жизни. — Это всё, дитя? — уточняет Джозеф, после небольшой паузы. «Да чтоб мне сдохнуть, клянусь!» — хочется ответить Тессе, но она вовремя спохватывается, что каждое слово тут может триггернуть рьяных блюстителей веры и психопатов-убийц в одном лице. — Я хочу вернуть своего брата, дитя, и ты мне в этом поможешь, раз уж причастна ко всему, что стало идти в этом округе иначе с твоим появлением, — изрекает Отец. И от непререкаемости и безапелляционности тона лидера секты помощника моментально бросает в жар, она чувствует мерзкую струйку пота, стекающую у неё между лопатками. «Иначе», это по пизде конкретно для его семейства? А голоса ему там ничего что ли не нашептали? Бесполезная тогда вообще фича, все эти ваши голоса», — размышляет Тесса. — Я, — начинает помощник, подавляет в себе желание откашляться, чтобы придать голосу больше уверенности, — я и так его ищу, чтобы передать в руки правосудия. Джейкоб открыто усмехается. — Так же, как ты передала в руки правосудия мою Веру? Это ты называешь «правосудием»? — голос Джозефа становится тише, но это почему-то только добавляет ему, голосу, угрожающего звучания. — Вы, оправдывающие себя законом, остались без Эдема, отпали от благодати. Тесс почти уверена, что конкретно в этой цитате Джозеф добавляет кое-что от себя, но, опять же, не чувствует в себе достаточно знаний, чтобы пререкаться. Знаний и смелости, если уж на то пошло. — Ты найдёшь и вернёшь мне брата, дитя. А затем я дам тебе возможность покинуть мой округ. Помощник совершенно явственно слышит нотки шантажа в щедром предложении, а с шантажистами, как известно, переговоров вести не стоит. — Иначе что? — всё же спрашивает Тесса. Наверное, если отчего-то они считают, что именно она найдёт Джона, то сейчас не прибьют. — Иначе, помощник, твои друзья ещё долго будут предаваться молитвам под моим надзором, в конце концов, им не привыкать, — старший Сид, очевидно, намекает на то, как Джон в свое время выманивает Тессу в церковь в Фоллс Энде. Спрашивать «где они» помощник не торопится, как и узнавать, кого конкретно эти психопаты сочли её друзьями. Что это, в конце концов, меняет конкретно для её ситуации. — Делая добро, да не унываем, ибо в свое время пожнем, если не ослабеем, дитя, — произносит Отец. Помощник вглядывается в его лицо, ей совершенно точно кажется, что этой свой фразочкой он изысканно подкалывает её. — Верни мне брата, — повторяет снова Джозеф, выделяя интонационно «мне». И кивает рыжему вестнику, тот двигается в сторону Тессы. «Нет, нет, нет, какого хрена», — только успевает подумать Тесс, мир вокруг неё постепенно меркнет, когда Джейкоб нажимает на точку на шее, и сознание помощника радостно ухает в обморочный сон.