Часть 64 (Участь победителей)

Высоко в башне, когда некоторые ученики уже спали, а остальные приветствовали своих чемпионов, несколько силуэтов вдалеке ото всех кое-что обсуждали. Им всем казалось, что все их слова останутся лишь между ними. — Так больше продолжаться не может, Альбус. Сначала Тёмная метка, теперь это. — Что ты предлагаешь, Минерва? Склонившись над котлом, освещавшим комнату голубым свечением, спросил директор Хогвартса, всё ещё погружённый в свои раздумья. — Положить этому конец! Запретить Поттеру участвовать. — Ты слышала Барти? Правила неприложны. — Да наплевать на Барти и на его правила! С каких это пор ты потакаешь Министерству? Женщина стремительно приблизилась к давнему другу и, остановившись в паре метров от него, продолжила говорить: — Профессор, я тоже не верю, что это простое совпадение. Я в этом убеждена… но тем не менее, если мы действительно хотим понять смысл этих событий, то, может быть, какое-то время лучше не вмешиваться. Наконец заговорил ещё один человек, присутствовавший в комнате. Тёмный силуэт, тоже решив последовать примеру коллеги, подошёл ближе. Его спокойный протяжный голос сильно контрастировал на фоне немного сердитой Макгонагалл, которая явно была недовольна последней произнесённой фразой профессора Снейпа. — Что? Бездействовать? Использовать его как приманку? Поттер — мальчик, а не кусок мяса. Недоумевала женщина, но остальные так не думали. — Я согласен с Северусом. Аластор, присмотри за Гарри, пожалуйста. — С удовольствием. — Только незаметно. Он и без того сильно напуган. Зная, что ждёт его впереди, должен сказать, что мы все напуганы.

***

Двое пуффендуйцев возвращались к себе в общежитие. Им оставалось только постучать, и вот они на месте. Но не успела потайная дверь полностью открыться, как множество рук подхватило парней и затащило внутрь. Их там уже давно ждали. Они всем факультетом приготовили печенье, маффины и другие закуски со снеками. Напитки тоже были — как же без них? Но самое главное: уютная пуффендуйская гостиная была полна людей, все они чествовали наших чемпионов, приветствуя их. А после, когда их попросили быть потише, на двух подростков посыпалось море вопросов. На них накинули гигантское знамя факультета и потащили к столу. — Как и следовало ожидать! Именно вы двое стали участниками! — Кто ещё этого больше заслуживает? — Наверняка Кубок не смог определиться с именем, а потому выбрал сразу двоих! — Что, Чхве Хан, с этого дня усиленно тренируемся? — Ты это, погоди, мы за тобой и так угнаться не можем. Уже давно заслышав шум толпы, Катрин и Винсент направились к друзьям. Их праздничное настроение нарушалось непониманием: как имя мечника оказалось в Кубке и неужели он передумал? Как-никак, его слова незадолго до объявления чемпионов не были забыты. Только вот народу было так много и все хотели пообщаться с чемпионами, что подойти к этим двум стало той ещё задачкой со звёздочкой. — Чхве Хан, Седрик! Протянул руку Винсент навстречу друзьям. Заметив её, мечник притянул друга к себе, помогая протиснуться, а Диггори в это время попросил пропустить их. Сразу же за Винсом показалась и Катрин, держа того за руку и позволяя себя вести. — А вот и вы соизволили показаться! — Ха… знал бы ты, как до вас нынче трудно добраться, не смеялся бы так. Пыталась прийти в себя девушка. — Представляю… — Ладно, не до этого. Чхве Хан, думаю, нам стоит кое-что обсудить. Винсент тут же вытащил из раздумий мечника. — Только не здесь... Нам бы как-то выбраться отсюда. Произнёс он позже шёпотом. Только их небольшой кружок по интересам слышал его слова. — Ну, это не так уж и сложно. Тоже шёпотом произнёс Седрик, а после игриво подмигнул. — Ну ладно, народ, давайте пропустим нашего чемпиона к спальням! Все же помнят, что у Чхве Хана режим и он не любит поздно ложиться спать? Ему ещё завтра на утреннюю тренировку. — Уже уходишь? — Может, на сегодня сделаешь исключение? — Нет, я, наверное, и вправду спать пойду. Повеселитесь с Седриком. Подыграл Чхве Хан другу. После чего толпа немного поникла, но расступилась для прохода. — Ладно, спокойной ночи тогда! — И вам всем тоже! И хорошо повеселитесь, пусть и без меня! — Разумеется! — Седрик, подай стакан, давай налью тебе.

***

Пока за дверью шум всё не утихал, трое друзей пошли в мальчишескую комнату. Катрин было немного неловко там находиться, но Винцент успокоил её, сказав, что все и так там с Диггори, и спальни сейчас считай пустые. Так и оказалось: на пути к нужной комнате они никого не повстречали, как и в ней самой. Кроме этих троих, там никого больше не было. — Думаю, теперь мы можем спокойно поговорить. Произнёс шатен, пока все устраивались на кроватях поудобнее. Рин и Винц сели рядом, а Чхве Хан — напротив них, на другой кровати. — Так как же так вышло, что твоё имя оказалось в кубке? Неужели ты передумал? — Нет, и я не знаю, откуда оно там. Да и вы сами видели, что я не кидал. Мы же с вами весь день вместе пробыли. — Но не ночью же. Ай! За что? Девушка пихнула друга локтем в бок. — Ты что, ему не веришь, что он не кидал? — Да верю я. Другие могут не поверить. — Ну вот и всё, а о других думать нам и не нужно. Лишний раз нервы трепать... Только вот, тебе не сложно участвовать будет? — Ты про мою магию? * Которой у меня, собственно, и нет. * — Ну да... — Думаю, я достаточно силён для турнира. По крайней мере, надеюсь на это. * В конце концов, турнир рассчитан на школьников, пусть и старшеклассников, владеющих магией. После стольких лет в Лесу Тьмы и наших сражений с БЗ, мне эти испытания должны быть под силу. К тому же, с местными монстрами я, вроде, справляюсь без проблем. Какой-нибудь выход в любом случае найду. * — Чхве Хан... — Мы в любом случае тебя поддержим. Если чем-то сможем помочь — обращайся. — Да, Винцент прав. Не держи в себе, вместе штурмовать ту же библиотеку в разы легче. — Спасибо вам, ребята.

***

Проснувшись в воскресенье, Гарри не сразу осознал, что накануне произошло. В голове все перепуталось. Но сейчас он поговорит с Роном, и Рон, конечно, поверит ему. Гарри отдёрнул полог — постель Рона пуста. Наверное, ушел завтракать. Гарри оделся и по винтовой лестнице сбежал в гостиную. Его появление встретил гром аплодисментов. Куда деваться? Идти в Большой зал? Там гриффиндорцы обрушат шквал приветствий, как на героя. Остаться здесь? Опять пристанут братья Криви, вон, уже машут. Нет, сейчас надо все обсудить с Гермионой. И Гарри решительно двинулся к выходу, толкнул портрет, выбрался на площадку и нос к носу столкнулся с Гермионой, державшей в руке многоэтажный бутерброд, завернутый в салфетку. — Привет. Гермиона, развернув салфетку, протянула Гарри еду. — Это тебе. Может, прогуляемся? — С радостью! Благодарно согласился Гарри. Они спустились на первый этаж, не заглянув в Большой зал, пересекли холл, вышли наружу и быстро зашагали по лужайке в сторону озера. Корабль стоял у причала, отбрасывая на воду черную тень. Утро выдалось прохладным, они шли, жуя тосты, и Гарри без утайки поведал всё Гермионе. Гермиона, к его облегчению, не усомнилась ни в едином слове. — Конечно, ты тут ни при чём. Кивнула Гермиона, выслушав рассказ о сцене в комнате с камином. — Видел бы ты себя со стороны, когда Дамблдор объявил: «Гарри Поттер»! Но кто, кто же это сделал? Грюм прав, Гарри. Ученикам не под силу обмануть Кубок и переступить линию Дамблдора… — Ты видела Рона? Перебил ее Гарри. — Да… во… во время… завтрака Замялась девочка. — Всё ещё думает, что это моих рук дело? — Нет… наверное, нет. Кажется, не совсем… — Как это не совсем? — Гарри, неужели тебе не ясно? Он просто слегка завидует! Всплеснула руками Гермиона. — Завидует? С сомнением протянул Гарри. — Чему завидовать-то? Хочет выставить себя идиотом перед всей школой? — Пойми, Гарри, ты всегда в центре внимания… Принялась терпеливо объяснять Гермиона. Гарри хотел возразить что-то резкое, но Гермиона, не дав ему, продолжала: — Знаю, ты не виноват. Слава тебя не прельщает. Но пойми и Рона. Дома старшие братья, все они в чем-то его превосходят. Ты, его лучший друг, — знаменитость, он всегда в тени, когда вас видят вместе. Рон смирился с этим, никогда даже не заикнётся. Но история с Кубком — это уж чересчур. — Только этого не хватало! Передай ему, я с радостью с ним поменяюсь. Пусть узнает, каково это — куда ни пойдешь, люди всюду таращатся на твой шрам… — Не собираюсь ничего передавать. Поговори с ним сам. Это единственный выход. — А я не собираюсь бегать за ним, как нянька, учить уму-разуму! Крикнул Гарри, спугнув дремавших на дереве сов. — Может, он поверит, когда я сверну себе шею… Поймет, какое это удовольствие — Турнир! — Да, веселого мало. Вид у Гермионы был на редкость озабоченный. — Знаешь, что надо сделать? Немедленно, как придём в замок… — Дать Рону хорошего пинка. — Написать Сириусу. Обо всем. Он просил все сообщать ему, держать в курсе дела. Как видно, предвидел что-то подобное. Я захватила с собой перо и пергамент. — Ничего не надо писать. Гарри обернулся: не подслушивает ли кто? Кругом ни души. И он продолжил: — Сириус сразу же решил приехать, только потому, что у меня слегка заболел шрам. Напиши я ему о Турнире, он опять примчится. — Но это его решение. Он всё равно об этом узнает. В голосе у Гермионы появился кремень. — Как? — Турнира не утаишь. Девушка говорила очень серьезно. — Турнир Трех Волшебников — знаменитое состязание. Ты тоже знаменитость. Удивлюсь, если в «Пророке» еще не вышла статья «Гарри Поттер — чемпион Хогвартса». Ты значишься в половине книг о Сам-Знаешь-Ком. Поверь, будет лучше, если Сириус всё узнает от тебя самого. — Ладно, напишу. Ты права.