Завтра было вчера

Конечно, Доу не сознается, но он никому и никогда не открывал по настоящему своё сердце. В лучшем случае, он отмахивался от навязчивых вопросов, скрывая порыв за улыбкой, но чаще этого, он без разбора слал собеседника к чёрту, или ещё куда-нибудь, куда в приличном обществе посылать было не принято. Он долго мог бы рассуждать. Он долго мог бы доказывать что-то самому себе, распаляясь аргументами, кроя самого себя фактами, и постоянно подливая самому себе виски в чайную кружку, только вот толку от этого? Сам о себе Доу знал предостаточно, а далее ожесточённых дискуссий в гостиной это все равно не шло. Так или иначе, сейчас в его мысли кто-то стучал. Оцепенев в движении, следователь какое-то время провёл без признаков жизни, пытаясь понять кто он и где находится. И почему кто-то невидимый так настойчиво называл его имя уже пятый раз подряд. Сонные глаза мужчины недовольно приоткрылись на блестящую щель, и ныне старались сфокусироваться на источнике звука. Его чёрные зрачки сжались, ощущая покалывание яркого света, мозг старательно извлёк из недр помятый образ некого «капрала О'Гэрри», извещая созидание кратким «это он.» Доу напрягся. Их встречи никогда не сулили ничего хорошего. Первый кандидат на то, чтобы быть посланным к чёрту, сегодня пришёл к нему сам. — Детектив Доу. Я не буду повторять ещё раз. — Настойчиво призывая его ко вниманию, вновь (а может, уже не вновь) вошедшая фигура трижды постучала по высокому столу тяжёлым медным перстнем, столь комичным на фоне такой маленькой руки. — На сей раз я весь во внимании. — Устало вздохнул Доу, обводя гостя по контуру проницательным понурым взглядом. — Слушаю Вас. — Уж извольте потерпеть, мистер детектив. Рад, что Вы спустились на землю. Из облаков — плашмя на асфальт. — Улыбнулся капрал. — Ближе к сути. — Доу подпёр колючую щёку рукой, так, словно ему действительно было до всего этого дело. — Вы никогда просто так не приходите. — Ох, я? — С язвительной насмешкой переспросил его собеседник, на сей раз усмехнувшись с неподдельным удивлением. — Я целых четыре минуты пытаюсь донести до Вашей головушки одно извещение свыше. Эдакий по особенному высокомерный тон О'Гэрри подсознательно очень не понравился безымянному мистеру. Слова об «извещении свыше» гулким звоном отдались в его голове, но так там и остались. Не то, что бы Доу когда-то вообще нравилась манера речи капрала, но сейчас, в неприятном голосе собеседника словно было что-то ещё. Лёгкое злорадство, или, быть может, уверенность победителя, в борьбе, за коей тот лишь наблюдал. — В таком случае, прошу Вас задержаться ещё на минуту, и озвучить Ваше извещение ещё раз, громко и чётко, как Вы умеете. Только быстрее, у меня много работы. — Доу сощурился, не желая выпускать объект наблюдения из виду. На что капрал лишь мелодично рассмеялся, отходя к противоположному углу его рабочего стола. Его небольшие каблуки несколько раз громко цокнули по полу. — Будьте уверены, ещё немного, и выполнять Вам её уже не придётся. — Жестоко усмехнулся капрал, глядя детективу прямо в глаза. — С сегодняшнего дня истекает срок по Вашему делу. Это Ваш последний шанс оправдаться перед мистером Хендерсоном и отослать бумаги в срок. Возражения не принимаются. В Ваш кабинет весь день будут заходить Ваши напарники, детективы Мол и Экс, - если Вы ещё помните таких, - так что просьба не запирать двери и не разбрасывать личные вещи на нейтральной территории. — Вы, должно быть, шутите? Вы не можете просто так торопить меня в ходе расследования. Следствие всё ещё идёт. — Возразил мужчина, стараясь подавить эмоции, сминающие здравый рассудок в комок необоснованных лихорадочных смятений. — Ваша медлительность не счи-та-ет-ся, — Мелодично, на распев пролепетал капрал, сим только подкрепляя свою жестокую издёвку. — Вы прекрасно знаете, что нашему дорогому мистеру Хендерсону важны только сроки. — Но мы ведь это уже столько раз обсуждали. Я беру столько времени, сколько мне нужно, чтобы докопаться до сути, и Вы это тоже прекрасно знаете. Я не желаю ошибиться из-за очередной «хотелки» очередного высшего чина. — Детектив подался к краю стола и задумчиво замер за сим, но О'Гэрри показалось, что Доу притаился за столом точно хищник, готовый броситься вперёд на капрала, и повалить его наземь, больно ударив об пол лопатками. — Никто Вас не спрашивает, мистер Доу. — Медленно процедил худощавый мальчишка с большим медным перстнем на руке. — И да, постарайтесь успокоиться хотя бы к приезду Ваших напарников. Если на Вас начнут жаловаться ещё и они — не волнуйтесь, Вас здесь уже никто терпеть не будет. А теперь, позвольте откланяться. — Нет, подождите, — Доу задумчиво потёр переносицу, серьёзно нахмурившись. — я бы хотел уточнить кое-какие детали. Я правильно понял, что... — Мистер Доу, у меня совсем нет на это времени. — Перебил детектива О'Гэрри, манерно поворачиваясь на каблуках в сторону выхода. — Конечно, Вы вряд ли сможете осознать подобную ситуацию, но право, на Вас у меня времени нет совсем. — Бога ради, я всего лишь... — Начал было Доу, но капрал, по обыкновению, уже не слушал его. — Ах, столько дел, столько дел, — Лепетал капрал себе под нос, неспешно отчаливая от рабочего стола детектива — тому кофе принеси, этому чая, третьему уведомление об увольнении выпиши, четвёртому ботинки протри ради лишней копеечки, столько дел, что я даже... О'Гэрри не успел договорить, когда сильная рука Доу схватила его за запястье и втянула обратно в кабинет, громко захлопнув за собою дверь. Доу втащил капрала к себе в комнату, с наслаждением наблюдая, как злорадствующая улыбка постепенно сползает с его лица. Испуганный светловолосый юноша сначала попытался вырвать запястье из мёртвой хватки Доу, но дёрнувшись всего пару раз, он быстро оставил свои напрасные старания. О'Гэрри уже привык к подобным выходкам со стороны этого странного следователя, однако с того момента как детектива бросила жена, капрал был вынужден признать, что Доу окончательно слетел с катушек. — А... Послушайте, мистер Доу, — Чувствуя, что самостоятельно выбраться не получится, неуверенно начал капрал, стараясь понапрасну не делать резких движений. Вид безымянного следователя и без лишнего масла в огонь его ярости выглядел весьма внушительно, и разве что безумцу ему подобному пришло бы в голову распалять Доу еще сильнее. Хорошо, что О'Гэрри к числу оных ещё не относился. Доу и одного им было более чем достаточно. — это ведь не я решаю. Поднимитесь, например, к старшему по отделу, поговорите с местным управлением участка? Или по приезду Ваших напарников скажите им с порога, что начальство требует определяться с версией побыстрее, а? Вряд ли они будут искусственно затягивать с этим, Вы так не считаете? — Вот так бы сразу. — Улыбнулся Доу в ответ, выпуская пленника из мёртвой хватки стиснутых в смертоносных объятиях рук. У его жертвы точно выступит синяк; пусть она и отделалась легко, Доу это знает, и потому, Доу остался доволен, когда соскользнул ладонями вниз, прочь от худощавого, высокомерного тела. Так бы сразу. А то приходит тут, как к себе домой, язвит с порога. Доу и сам прекрасно знал, что мальчишка виноватым не был, однако на сей раз, когда слова Доу перешли в действие, следователь был уверен — капрал запомнит урок. Как только пальцы детектива разжались, его жертву не пришлось просить дважды — О'Гэрри, ворча себе под нос что-то неразборчивое, с поразительной скоростью удалился по-английски, заходя в первый спустившийся лифт. Детектив лишь расплылся в улыбке. Он был уверен наверняка — капралу туда не надо. Все же не зря мистер Доу значился здесь одним из лучших следователей, с незаурядными способностями и с весьма противными подспудными привычками.

* * *

Доу немногим удивился, когда на пороге его кабинета внезапно появился Экс. Запыхавшийся, в пыльных туфлях, в шляпе, грубо сдвинутой на всклокоченный затылок, он скорее напоминал заблудившегося почтальона среди стального осеннего дождя. Скорее всего, Экс очень спешил сюда, и детектив глухо вздыхает, по виду коллеги понимая, что автобусы не ходят. Верно, на улицах опять протесты. Это ещё и внешним видом вошедшего объясняется весьма красноречиво. Так, ровно в три часа, в покои Доу однажды пожаловали незваные гости: детектив номер два, детектив номер три, и шествующий за ними по пятам капрал О'Гэрри, приближение которого Доу предсказал по цоканью его высокой обуви ещё в начале этажа. Капрал не выглядел взволнованным, однако судя по тому, как тот придерживал руку на тревожной кнопке пейджера, Доу с большой вероятностью мог бы предсказать, что за дверью находилась охрана. Дескать, если ведущий детектив начнёт распускать руки при свидетелях, у капрала будет больше доказательств в пользу принудительного увольнения надоевшей фигуры. Но нет. Удивленный светловолосый юноша застал мужчину со стаканчиком кофе в руке в самом благосклонном расположении духа. И всё же, кое-какие шаги собеседника мог предвидеть даже капрал. Доу ещё покажет этим двоим истинного себя, когда О'Гэрри соизволит удалиться вон. Но тогда Доу уже станет проблемой сослуживцев. Капрал нежно подтолкнул застывшего у дверей детектива Экса, и посторонившись выхода, пропустил внутрь детектива Мол, поясняя спокойным сдержанным тоном: — У мистера Доу есть новости для Вас, господа. — Капрал качнулся на каблуках, слегка наклоняя голову в сторону ведущего из них, детектива Доу. — Надеюсь, вам будет что сказать ему в ответ. — Славно. — Мило отозвался Доу, игнорируя театральное дружелюбие О'Гэрри. — Мы с господами сами как-нибудь разберёмся. Выход там. О'Гэрри, обратив сочувственный взгляд на присутствующих, дружески хлопнул Экса по плечу и вышел вон. Проводив глазами капрала до порога, Доу выдохнул, и только после этого протянул Эксу руку. Затем он поздоровался за руку с Мол. Доу поднял на старшего коллегу взгляд, давая понять, что он готов выслушать нерушимый аргумент Мола по поводу скучнейшего дела очередного самоубийства, благодаря которому Доу, конечно, поймёт, что он ошибается. Мистер детектив не боялся, что Мол предоставит Доу что-то, что разбивало бы его гипотезу на куски. Доу боялся, что Мол как раз-таки этого не сделает, что и случилось между ними в самом начале пути их разногласия. Однако кое-где разум безымянного мистера все же дал осечку. Пока что, ничего не произошло. — Ну-с, господа, — Первым нарушил молчание Доу, криво улыбаясь на одну сторону лица. Он чувствовал, - не знал, но чувствовал, - что джентльменам нечем крыть. — Я весь во внимании. — Понимаешь, Доу, — Тяжело вздохнул Мол, подходя к Доу вплотную и складывая руки на груди. — это очень тонкое дело, в котором твои методы работы, мягко говоря, некорректны. — Вы хотите сказать, что пробыли на месте преступления всё утро, но до сих пор не можете признать очевидное? — Наклонил голову Доу, поднимая лицо чуть выше и вдыхая с шеи коллеги нежный аромат его духов. От сослуживца пахло морозом, апельсинами, табаком, деревом и печеньем, оставленным на подоконнике в метель. — Я очень удивлюсь, если вы предоставите мне хоть какие-нибудь аргументы, мистер Мол. Доу отпил с края стакана ещё два глотка, искоса наблюдая за одним из своих сотрудников. Их формальные разговоры никогда не выбивались из рамок общепринятых норм, которые Доу хоть и соблюдал, но соблюдал весьма неохотно. Немного отступив от Мола и развернувшись к господам через левое плечо, Доу прошёл ещё четыре шага, и опустился обратно в кресло, надвинув шляпу на глаза. По счастливому стечению обстоятельств, кофе в стакане Доу до сих пор не разлилось. — Мы были в доме матери погибшей, — Настаивал Мол, подходя к нему, и наклоняясь ближе. Доу нахмурился, но не ответил, недовольно прикусив щёку изнутри. — Экс стенографировал, и... — И она опять не сказала вам ничего нового. — Доу едва сдержал себя от того, чтобы не закатить глаза. — А, по-вашему, она должна была? Родителям всегда кажется, что их ребёнок такого не сделает. И тем не менее. Доу мрачно кивнул в сторону коричневой папки дела №___. Он ещё не открыл её, но уже заметил на лицах собеседников приглушенное чувство боли. Доу не признается, но иногда он сам подавлял в себе что-то подобное, что-то неясной природы человеческое и даже живое. Конечно, Доу умел сдерживать свои чувства лучше, чем Экс, однако всё ещё с завистью смотрел на Мола, который, в большинстве подобных случаев, и вовсе не казался живым. Тем не менее, когда дело касалось дела №___, все три джентльмена замолкали, чувствуя на глубине сердца тихую горькую скорбь, невыразимую словами траура. Это дело надолго останется в памяти их трио. Дело мёртвой девушки, в которой каждый из детективов видел что-то близкое сердцу. Она была молода, как Экс, ей было чуть больше двадцати, как и единственному сыну Мола, она тихо страдала в застенках разума, прямо как Доу, представлявший на месте погибшей не то себя, не то Жизель, в зависимости от наклона его настроения. — Она плакала, Доу. — Вздохнул Мол, подсаживаясь к столу на низкой табуретке. Заметив это, Доу хотел сказать ему что-то ещё, но передумал в это же мгновение, и тихо вздохнул, терпеливо выслушивая иную точку зрения. — Мы с Эксом пытались донести до неё твою версию, но она была безутешна. — Мы кое-как её успокоили. — Добавил Экс, медленно подходя ближе и опускаясь локтями на подоконник. — Пришлось продолжать допрос в более комфортной обстановке, но, сам понимаешь, толку от такого разговора было мало. В ином случае, она бы вообще отказалась с нами говорить. — Тем не менее, мы всё ещё не можем вычеркнуть её из списка подозреваемых. — Грустно кивнул Мол. — Нам ещё не удалось подтвердить её алиби через соседей, или, с большей вероятностью, полностью его опровергнуть. — Её соседи должны были вернуться сегодня к обеду, но их рейс «задержали по непредвиденным обстоятельствам». — Экс только пожал плечами, грустно покачав головой. — Мы и сами узнали об этом не так давно. Если бы знали заранее — утром бы туда не поехали. В ответ на это Доу только натянуто улыбнулся. Конечно, Доу тоже не сидел здесь без дела. По крайней мере, он сам хотел в это верить. Разве его вина в том, что его назначили ведущим детективом по делу №___, а Мол и Экс только напрасно задерживали его? Он дал им право влиять на исход его мышления, однако он не мог переубедить двух взрослых людей. Ну, пусть расследуют дальше, даже если для Доу всё было более, чем очевидно ещё с первого раза. — Надеюсь, их показания заставят вас определиться. — Грустно кивнул напарникам Доу. — Разве этот юнец на побегушках - в открытую «капралом О'Гэрри» Доу его ещё не называл - не сказал вам того, чем он меня провоцировал сегодня всё утро? Мол и Экс непонимающе переглянулись. Доу тяжело вздохнул. — Наш дорогой мистер Хендерсон требует определиться нас сегодня же. В ответ на эту новость Экс только ахнул и крепче прижал стенограммы к груди, а Мол, нахмурившись ещё глубже, скривился так, как будто съел что-то кислое. — Быть не может. — Наконец тихо сказал Мол. — Они не ставили нам никаких временных рамок, а теперь требуют от нас невозможного. — Вот-вот. — Виновато опустил взгляд Экс. — Ну, впредь мы будем расторопнее. Даже если это не наша вина. — Мы уже давно были бы, если бы Мол со мной не спорил. — Доу манерно ослабил узел галстука, наклоняя голову куда-то в сторону Мола. — Взаимно, Доу. — Мол в шутку пожал руку Доу в ответ. Молчание продлилось ещё немного, однако несмотря на полную невозможность действовать в столь краткие сроки, детектив Экс, из всех троих, был настроен решительно и оптимистично. Отложив стенограмму на край стола, Экс, покосившись на распахнутое окно, крепко прижал её к столу пресс-папье, после чего поправил рукава фирменной рубашки, и уверенно сказал остальным: — Я пошёл ругаться с Хендерсоном. И ушёл, как он и обещал. Доу перевёл нерешительный взгляд на Мола, но тот жестом указал ему оставаться на месте, поднимаясь с низкой табуретки. — Его там одного загрызут. — Улыбнулся Мол, выходя за дверь. — С меня пиво, парни. — Усмехнулся Доу не без благодарности, долго смотря Молу вслед. Коллеги, обменявшись парой фраз, вскоре разошлись по разным концам полицейского департамента. Доу, нисколько не сопротивляясь желанию сослуживцев улучшить им всем жизнь, только глубже уселся в любимое кресло, сильнее надвинув любимую шляпу на глаза. Нет, быстро они не вернутся. Зная их полицейское отделение, и всех гостеприимных людей в нём обитавших, Доу с уверенностью мог бы заявить — они не вернутся до глубокого вечера. Доу устало приподнял стаканчик кофе, и подержал его над столом какое-то время, рассматривая, как длинная тень то вытягивалась, то сжималась обратно, в зависимости от того, как падал свет. Но в конце концов, шляпа упала на глаза Доу, а его рука вытянулась, выронив пустой стаканчик на пол. О Доу можно было сказать многое, но прежде всего то, что Доу очень плохо спал в эту ночь.