Глава 5

      Путь до дома Эбигейл занял всего тридцать минут, которые Жан благополучно проспал на заднем сиденье машины Ваймака. Всеми силами он старался не заснуть, но усталость и вымотанность взяли верх. Жан снова проиграл своему измученному телу.       Знакомство с Эбби прошло за чашкой чая в пустой квартире: Кевин, близнецы и Ники были на тренировке, а Дэвид уехал улаживать дела о переводе Моро в «Пальметто».       Француз думал, что ему будет некомфортно наедине с почти незнакомым взрослым человеком, но ошибся: медсестра лишь вначале спросила о его состоянии, а потом просто… начала узнавать своего нового подопечного.       На бОльшую часть вопросов Жан не мог ответить по простой причине: в Гнезде не разрешалось слушать музыку, а потому и любимой песни у него не было; читать можно было только определённую литературу, и ни одна книга ему не нравилась; любимое блюдо? Неужели она издевается? Хотя… Жан сделал очередной маленький глоток чёрного чая и провёл пальцем по ручке кружки.       — Персики, — не поднимая глаз на Эбигейл, ответил парень. — По крайней мере, из тех фруктов, что нам давали, персики были самыми вкусными.       — Как удачно, — девушка мягко улыбнулась и достала из холодильника тарелку с чистыми, спелыми персиками. — Они все твои. Можешь есть сколько захочешь.       В глазах Жана читались удивление и недоверие. Не веря своему счастью, Моро моргнул несколько раз и со скептицизмом посмотрел на Эбби.       — Это… до следующего года?       Девушка понимающе оглядела француза, и в её взгляде промелькнула тень печали. — Съешь столько, сколько хочешь, хоть за сегодня. Завтра я схожу в магазин и куплю ещё. Или сходим вместе. Кевин как раз список написал.       — Кевин?..       Глаза Моро округлились, а в памяти, будто лезвие, вонзились обрывки того разговора после его исчезновения из Гнезда. Лисы, Ваймак, Кевин… Конечно, он теперь Лис. И почему до Жана это дошло только сейчас? В левом плече резко дернула фантомная боль, а к горлу подступил тяжёлый, непроглотимый ком. Последнее, чего он хотел сейчас, — это увидеть лицо предателя, того, кто его подставил и бросил на растерзание Рико!       Жан вскочил из-за стола, опершись о столешницу дрожащей рукой. Его глаза метались по кухне, пытаясь зацепиться за что-нибудь, чтобы сфокусироваться и перевести дыхание. А сердце всё набирало и набирало бешеный ритм, пока ноги предательски подкашивались. Эбби сразу поняла, что у Жана началась паническая атака, и мягко, но уверенно начала помогать ему прийти в себя. Благо, всё обошлось, и через пятнадцать минут Жан, уже в более-менее спокойном состоянии, сидел на диване, прижав колени к груди, и изучающе разглядывал персик. Эбби куда-то вышла, и можно было, наконец, без посторонних глаз подумать о будущем, которого у Жана всё ещё не было. Его мрачные раздумья, на моменте мысленного поиска верёвки в этом чужом доме, прервал до боли знакомый голос. Дэй.       Он вошёл в зал с каким-то низкорослым блондином с повязками на руках.       — Я тебе говорю, лучше использовать верхний хват!       Кевин опять что-то кому-то доказывал. Типичный Дэй. На секунду в уголке губ Жана даже дрогнула что-то вроде усмешки.       — И когда руку…       Голос мгновенно оборвался.       — Ж-Жан?.. — Кевин от шока замер как вкопанный, а его взгляд сразу прилип к рукаву чёрной футболки, из-под которого не виднелась левая рука бывшего сокомандника. — Нет… Он не мог… Только не говори, что… Дэй прикрыл рот ладонью, сделав шаг назад. Этого не может быть. Нет. Рико же не маньяк!       — Да, Кевин, — ледяным тоном произнёс Жан, всё ещё сидя на диване и сжимая в ладони круглый фрукт, — Надеюсь, тебе нравится в новой команде Хотя на лице Моро не было ни печали, ни злости, в душе бушевало и то, и другое. Если бы он мог, то прямо сейчас впился бы пальцами в горло этому… уроду! Но мешали всё ещё слабое тело и присутствие того блондина. С ним было что-то не так. Что именно — Моро не знал и знать не хотел, по крайней мере сейчас.       Кевин, будто сквозь воду, сделал пару шагов и опустился на колени перед Жаном, отчаянно пытаясь разглядеть спрятанную руку.       Это же всего лишь шутка. Это не может быть правдой! Но сколько бы Дэй ни вглядывался, руки он не увидел.       Через несколько секунд французу стало невыносимо некомфортно от этого взгляда, и он прикрыл культю ладонью. В этот момент будто ожил блондин. Его глаза также округлились, но на лице расползлась странная, кривая улыбка. Он подошёл, грубо отвёл руку Жана и приложил свою ладонь к месту ампутации. Ему было плевать: комфортно ли парню, хочет ли он продолжать разговор или его оставить в покое. Почувствовав шрам под пальцами, Эндрю посмотрел на Кевина и холодно спросил:       — Это тот самый Жан?       Получив кивок, Эндрю схватил старшего за волосы и потащил в комнату под его крики, мольбы и сдавленные угрозы.       Жан поправил футболку, и его пальцы снова нащупали гладкую кожуру персика. Только сосредоточенное разглядывание этого маленького, солнечного фрукта помогало подавить накатывающую волну горьких воспоминаний и подступающих к глазам предательских слёз. Снова Кевин. Снова боль.