Глава 28. Младшие ученики

— Молодой господин Яньлин! Голоса налетели со всех сторон, как стайка воробьёв. Яньлин едва успел войти в учебный зал для младших, а его уже окружили — десяток детей лет восьми-девяти, с аурами яркими и нетерпеливыми. — Вы пришли! — Наставник сказал, что вы будете нам помогать! — Покажете, как делать огненную спираль? — А огненную розу? — А... — Тише, — Яньлин поднял руку, и дети послушно замолчали. — Я помогу всем. По очереди. Шаали, стоявшая рядом в человеческом облике, тихо хмыкнула. У тебя появилась армия, — сказала она мысленно. Это не армия. Это... стихийное бедствие. Маленькое, шумное стихийное бедствие. Самое опасное. *** Занятие началось. Наставник — молодая женщина с мягкой аурой — объясняла основы энергетических структур. Яньлин слушал вполуха — он знал всё это наизусть. Его задачей было помогать тем, у кого не получалось. А не получалось у многих. — Молодой господин! — мальчик с веснушками поднял руку. — У меня огонь не хочет закручиваться! Яньлин подошёл, присел рядом. — Покажи. Мальчик попытался создать спираль. Огонь вспыхнул на его ладони — неровный, дёрганый — и тут же погас. — Видишь? — мальчик расстроился. — Он меня не слушается! — Он слушается, — Яньлин улыбнулся. — Просто ты слишком сильно его сжимаешь. Огонь не любит, когда его заставляют. Его нужно направлять. — Как? — Вот так. — Яньлин поднял свою ладонь, и над ней расцвела маленькая спираль — идеальная, ровная. — Смотри. Я не толкаю его. Я... приглашаю. Показываю, куда идти. Мальчик попробовал снова. Огонь вспыхнул — и на этот раз закрутился. Криво, неуверенно, но закрутился. — Получилось! — он подпрыгнул от радости. — Получилось! — Молодец, — Яньлин кивнул. — Теперь практикуй. *** Пока Яньлин помогал одному ученику, другие наблюдали. Он чувствовал их взгляды — любопытные, восхищённые. И слышал шёпот — дети не умели шептать тихо. — Смотри, как он это делает... — Так легко... — Он прямо сразу видит, что не так! — Потому что он сын главы. Сын главы должен быть умным. — Не только поэтому! Наставник Чжао говорит, что молодой господин Яньлин видит энергию лучше всех в башне! — Правда? — Правда! Он даже старших учит! Яньлин почувствовал, как щёки краснеют. Он склонился над следующим учеником — девочкой с косичками, чья аура светилась нетерпением. — Молодой господин, — она протянула ладонь с кривой огненной фигуркой. — Посмотрите мою розу? — Давай посмотрим. *** Роза была... попыткой. Яньлин видел, что девочка старалась. Лепестки были почти на месте, центр почти круглый. Но что-то не складывалось. — Вот тут, — он указал. — Видишь, этот лепесток загибается не в ту сторону? — Не вижу, — девочка расстроилась. — Я вообще ничего не вижу. Только что она кривая. — Это нормально. — Яньлин мягко коснулся её руки своим огнём. — Закрой глаза. — Зачем? — Попробуй почувствовать вместо того, чтобы смотреть. Девочка послушалась. Её аура успокоилась, сосредоточилась. — Теперь, — продолжал Яньлин, — найди тот лепесток. Не глазами — огнём. Почувствуй, где он неправильный. Пауза. — Кажется... — девочка нахмурилась, — ...кажется, он слишком тяжёлый? Как будто в нём больше огня, чем нужно? — Именно. Теперь убери лишнее. Девочка сосредоточилась. Лепесток дрогнул — и выпрямился. — Получилось! — она открыла глаза, уставилась на свою розу. — Я сделала! — Ты умница. Девочка засияла. *** Перерыв. Дети сбились в кучку у окна, и Яньлин слышал каждое слово — его слух был острым, как и у большинства слепых. — Молодой господин Яньлин такой умный, — говорил мальчик с веснушками. — Он сразу понял, что я делаю не так! — И мне помог! — И мне! — Он лучше наставников объясняет, — заявила девочка с косичками. — Наставники говорят «делай так», а он говорит «почувствуй». — Потому что он сам так видит, — сказал кто-то. — Он же слепой. Он всё чувствует. — Это так странно... — Это не странно! Это круто! Яньлин улыбнулся про себя. Шаали рядом тихо фыркнула. Твоя армия тебя обожает. Они просто дети. Дети, которые тебя обожают. Это ещё опаснее. И тут один голос — тонкий, девичий — сказал: — А ещё он самый красивый. *** Тишина. Потом — хихиканье. — Мэй Линь! — кто-то ахнул. — Ты что говоришь! — Что? — голос девочки был упрямым. — Это правда. У него красивые волосы. И лицо красивое. И он высокий. — Он не такой уж высокий... — Выше всех нас! — Мы младше! — Всё равно! — девочка топнула ногой. — Он самый красивый мальчик в башне. И самый умный. И самый храбрый. Он же спас тех учеников от взрыва! — Это правда... — Вот видите! Яньлин почувствовал, как его лицо заливает жар. Он отвернулся, притворяясь, что смотрит в окно — бесполезный жест для слепого, но что ещё делать? Шаали рядом тряслась от беззвучного смеха. Даже не начинай, — предупредил он. Я молчу. Абсолютно молчу. Ты смеёшься! Молча смеюсь. Это разрешено. *** Оставшееся время Яньлин провёл, старательно избегая девочку по имени Мэй Линь. Это было сложно — она всё время оказывалась рядом. Просила помочь с формацией (её роза была идеальной ещё полчаса назад). Задавала вопросы (на которые знала ответы). Смотрела на него (он чувствовал её взгляд, горячий и восхищённый). — Молодой господин, — она подошла к нему, когда занятие закончилось. — Вы придёте завтра? — Да, — он кивнул, стараясь говорить нейтрально. — Я буду приходить регулярно. — Правда? — её аура вспыхнула радостью. — Это... это замечательно! — Рад, что тебе понравилось занятие. — Мне понравилось всё! Шаали за его спиной издала звук, подозрительно похожий на сдавленный смех. — Мне пора, — Яньлин начал отступать. — До завтра. — До завтра, молодой господин! Он почти выбежал из зала. *** Они шли по коридору — Яньлин быстрым шагом, Шаали рядом. Она молчала. Подозрительно молчала. — Можешь уже сказать, — буркнул Яньлин. — Сказать что? — То, что собираешься сказать. — Я ничего не собираюсь говорить, — её голос был невинным. Слишком невинным. — Шаали. — Что? — Я слышу, как ты улыбаешься. Пауза. И потом — смех. Настоящий, звонкий, заливистый. — У тебя появилась поклонница! — выпалила Шаали сквозь смех. — Маленькая, с косичками, которая считает тебя самым красивым мальчиком в башне! — Замолчи! — «У него красивые волосы!» — Шаали явно передразнивала. — «И лицо красивое! И он высокий!» — Шаали! — «Он самый красивый, самый умный, самый храбрый!» Яньлин закрыл лицо руками. — Я тебя ненавижу. — Нет, не ненавидишь, — она обняла его, всё ещё хихикая. — Ты меня обожаешь. Так же, как маленькая Мэй Линь обожает тебя. — Это не одно и то же! — Конечно не одно. Моя любовь взаимна. А её... — Шаали театрально вздохнула, — ...бедная девочка обречена на страдания. *** Яньлин рухнул на кровать. — Это был ужасный день. — Это был прекрасный день, — возразила Шаали, садясь рядом. — Ты помог десятку детей. Они все тебя обожают. И одна из них считает тебя красивым. — Ей восемь лет! — Девять, судя по ауре. — Шаали пожала плечами. — Но да, это детская влюблённость. Пройдёт через неделю. — Ты уверена? — Почти. — Она задумалась. — Или через месяц. Или через год. Трудно сказать. — Шаали! — Шучу, шучу! — она подняла руки. — Скорее всего, пройдёт, как только она увидит какого-нибудь другого мальчика. Дети непостоянны. Яньлин вздохнул. — Надеюсь. — А даже если не пройдёт, — Шаали начала расплетать его волосы — вечерний ритуал, неизменный, — это не так уж плохо. Иметь поклонницу. — Ей девять! — Сейчас девять. Через несколько лет будет больше. — Шаали! Она рассмеялась. — Ладно, ладно. Я прекращаю. — Она провела гребнем по его волосам. — Но признай — это было мило. Яньлин помолчал. — Может быть, — сказал он наконец. — Немного. — Вот видишь. — Но если ты расскажешь кому-нибудь... — Я? — Шаали приложила руку к груди. — Никогда! — Шаали. — Хорошо, хорошо. Не расскажу. — Она помолчала. — Может быть, только твоей маме. — Шаали! — Она будет в восторге! Её сын — сердцеед! — Я не сердцеед! — Пока нет. Но дай время... Яньлин застонал и уткнулся лицом в подушку. А Шаали продолжала расчёсывать его волосы, тихо посмеиваясь. *** Позже, когда смех утих, они лежали рядом в темноте. — Шаали, — позвал Яньлин. — М? — Ты правда думаешь, что я... красивый? Молчание. — Ты спрашиваешь серьёзно? — Да. — Он повернулся к ней. — Я никогда не видел себя. Не знаю, как выгляжу. Мама говорит, что я похож на папу. Папа говорит, что у меня мамины глаза. Но я не понимаю, что это значит. Шаали придвинулась ближе. — Ты красивый, — сказала она тихо. — По-настоящему. У тебя тёмные волосы с огненными прядями, как у отца, золотые глаза. Лицо... — она задумалась, — ...мягкое. Доброе. Когда ты улыбаешься, хочется улыбаться в ответ. — Правда? — Правда. — Она коснулась его щеки. — И маленькая Мэй Линь права. Ты самый красивый мальчик в башне. Яньлин почувствовал, как тепло разливается в груди. — Спасибо. — Не за что. — Шаали обняла его. — А теперь спи. Завтра у тебя ещё одно занятие с твоей поклонницей. — Шаали! — Спи! Он закрыл глаза, улыбаясь. Может быть, этот день был не таким уж ужасным. Может быть, он был даже хорошим.