Глава 31. Лес

Рассвет окрасил башню в золото и алый. Яньлин стоял во внутреннем дворе, и его сердце билось так громко, что он был уверен — все вокруг слышат. Рядом переминались с ноги на ногу две лошади — гнедая кобыла для него и вороной жеребец для Шаали. Родители пришли проводить. Мэйлин обняла его — крепко, долго. Он чувствовал её ауру, полную тревоги и любви. — Береги себя, — прошептала она. — И слушай Шаали. — Буду, мама. — Если что-то пойдёт не так... — Мы вернёмся. Обещаю. Она отстранилась, провела ладонью по его щеке. Потом отошла, уступая место отцу. Си Ень не стал обнимать — просто положил руку ему на плечо. Тяжёлую, тёплую. — Помни, чему я тебя учил, — сказал он. — Помню. — И не лезь в неприятности. — Постараюсь. — Яньлин. — Да, папа? — Я горжусь тобой. Яньлин почувствовал, как что-то сжалось в груди. Он кивнул — слова застряли в горле. *** Шаали помогла ему сесть в седло. — Я буду показывать дорогу огненной стрелой, — сказала она, устраиваясь на своём жеребце. — Просто следуй за ней. И не спеши — мы никуда не торопимся. — Понял. — Готов? Яньлин глубоко вздохнул. Повернулся туда, где чувствовал ауры родителей — тёплые, яркие. — Готов. Они тронулись. Ворота башни остались позади, и мир открылся перед ними — огромный, незнакомый, полный возможностей. Яньлин чувствовал его своим особым зрением: потоки энергии, пульсирующие в земле; далёкие ауры деревьев и животных; бесконечное небо над головой. — Дорога идёт прямо, — говорила Шаали рядом. — Слева — поля, золотые от спелой пшеницы. Справа — холмы, поросшие травой. Впереди — лес. До него около часа езды. — Расскажи ещё. — Небо ясное, почти без облаков. Солнце встаёт за нашими спинами. Ветер тёплый, пахнет летом и пылью. — Она помолчала. — И свободой. Яньлин улыбнулся. Свободой. Да. Именно так это и пахло. *** Лес встретил их прохладой и тишиной. Яньлин почувствовал его раньше, чем они въехали под кроны — изменение энергии, сгущение теней. Здесь было по-другому. Древнее. Глубже. — Тропа узкая, — предупредила Шаали. — Деревья близко, ветки низкие. Пригибайся, когда скажу. — Хорошо. Они ехали медленно. Шаали впереди, Яньлин за ней — точно по следу её ауры. Лес становился всё гуще, тропа — всё уже. — Пригнись. Яньлин послушно наклонился к шее лошади. Ветка прошла над его головой — он почувствовал её движение. — Молодец. Теперь чуть левее, там корень. Лошадь послушно обошла препятствие. — Едем точно за мной, — сказала Шаали. — Медленно. А то вместо приключений мы переломаем лошадям ноги. — Я осторожен. — Знаю. Но всё равно напоминаю. Так они и ехали — медленно, осторожно. Шаали описывала дорогу, Яньлин следовал за ней. Лес обступал со всех сторон, полный звуков и запахов. И ни одного чудовища. *** Они выбрались на поляну ближе к вечеру. Яньлин почувствовал её раньше, чем увидел — открытое пространство, залитое светом. После тесноты леса это было как глоток свежего воздуха. — Здесь хорошо, — сказал он, останавливая лошадь. — Давай остановимся. — Уже? — Разведём костёр. Будем ждать чудовищ. Шаали помолчала. — Почему бы и нет, — сказала она наконец. — И еду приготовим. Они спешились. Яньлин чувствовал поляну — круглую, окружённую деревьями. Трава была мягкой, высокой. Где-то журчал ручей. — Здесь вода, — указал он. — Вижу. Отведу лошадей напоить. Пока Шаали занималась лошадьми, Яньлин собирал хворост. Он двигался осторожно, полагаясь на свой дар — чувствовал сухие ветки, камни, корни. Это было частью тренировки, которую он сам себе назначил. К тому времени как Шаали вернулась, у него была приличная куча дров. — Неплохо, — одобрила она. — Складывай костёр, я займусь ужином. *** Костёр горел ровно. Яньлин сидел рядом, чувствуя его тепло на лице. Шаали возилась с котелком — нагревала воду, заваривала чай, помешивала какое-то варево. Лошади паслись поодаль — сытые, напоённые, довольные. — Ну не знаю, — сказала Шаали, протягивая ему чашку чая. — По-моему, кроме комаров, чудовищ мы здесь не найдём. — Подождём. — Мы уже ждём два часа. — Значит, подождём ещё. Шаали вздохнула, но спорить не стала. Ужин был простым — каша с вяленым мясом, — но после долгой дороги казался праздничным. Яньлин ел медленно, прислушиваясь к лесу вокруг. Ничего. Только обычные звуки — шелест листьев, пение птиц, стрёкот насекомых. — Может, волки выходят позже? — предположил он. — Может. Или их здесь просто нет. — Отец сказал, что есть. — Отец не был здесь лет двадцать. Многое могло измениться. Яньлин нахмурился. Он так надеялся... — Всё, — сказала Шаали, забирая у него пустую миску. — Спать. — Но я ещё не дождался чудовищ! — Ты очень устал. А нам завтра продолжать приключения. — Но... — Давай я тебе расплету волосы. — Она села рядом, начала вынимать шпильки. — Ложись и можешь ждать чудовищ, если не уснёшь. — Шаали... — Только учти, — она продолжала расплетать косы, — что я тут главное чудовище. И никакое другое не осмелится приблизиться. *** — Ты не чудовище! — возмутился Яньлин. — Нет? — в голосе Шаали была улыбка. — А кто же я тогда? — Ты... ты Шаали. Моя Шаали. — Саламандра. Огненный дух. Существо, которое может сжечь человека одним касанием. — Она провела гребнем по его волосам. — Это и есть чудовище, Яньлин. По любым меркам. — Но ты не такая. — Такая. — Она отложила гребень, начала заплетать простую косу на ночь. — То, что я твоё чудовище, не отменяет того, что я чудовище. Закончив с косой, она обняла его — крепко, тепло. — Ты не чудовище, — повторил Яньлин упрямо. — Ты чудо. Шаали замерла. — Что? — Чудо. — Он повернулся к ней, хотя не мог видеть её лица. — Ты моё чудо. Самое большое чудо в моей жизни. Она молчала долго. Потом её аура потеплела — так сильно, что Яньлин почувствовал это всем телом. — Маленький глупый принц, — прошептала она. — Что ты со мной делаешь. — Люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. А теперь — спать. *** Они лежали рядом, и Шаали описывала ему небо. — Звёзды очень яркие, — говорила она. — Здесь, вдали от башни, их видно лучше. Тысячи, тысячи огоньков. — Какие они? — Разные. Некоторые белые, холодные. Другие — желтоватые, тёплые. Есть красные, почти как угли. И голубые, как лёд. — А луна? — Луна почти полная. Серебряная, яркая. Она висит прямо над нами, как будто смотрит. Яньлин улыбнулся. — Дядя сказал бы, что луна всегда смотрит. — Он особенный. Как и ты. Яньлин хотел возразить, но тут услышал кое-что. Шорох. В кустах, справа от них. — Там кто-то ползает, — прошептал он. — Слышишь? Шаали напряглась рядом. — Слышу. — Может, всё-таки чудовище? Она прислушалась. — Нет потоков силы, — сказала она. — И вообще, я думаю, это человек. — Человек? В лесу? Ночью? — Похоже на то. *** — Что будем делать? — спросил Яньлин. — А какой ты хочешь результат? Он задумался. — Ну, если мы не нашли чудовищ, можно хотя бы узнать, кто это. — Тогда сделаем так. Шаали подняла руку и послала импульс энергии в кусты — не смертельный, но ощутимый. Огненная стрела прошила листву и врезалась в землю рядом с тем, что пряталось. — Выходи, — её голос стал холодным, опасным. — Если хочешь остаться жив. И даже не думай бежать. Мгновение тишины. А потом из кустов вывалилось... нечто. Яньлин почувствовал его ауру — маленькую, испуганную, человеческую. Но то, что описала Шаали... — Ну, это близко к чудовищу, — сказала она с отвращением в голосе. — Это какой-то мальчишка. Грязный как свинья и замотанный в какую-то солому. — Сама ты такая! — завопил мальчишка. Его голос был высоким, возмущённым. — Ты чего огнём кидаешься?! *** Яньлин встал, отряхивая одежду. — Ты кто? — спросил он. — Что ты делаешь в лесу? Хочешь есть? Мальчишка замолчал на мгновение. Потом: — А ты кто такой, чтобы спрашивать? Его аура была странной — испуганной, но дерзкой одновременно. Как у загнанного в угол зверька, который готов кусаться. — Ты заклинатель? — продолжал мальчишка. — Или девчонка? У тебя коса как у девчонки! — Закрой рот, пока цел, — прошипела Шаали. Яньлин поднял руку, останавливая её. — Меня зовут Яньлин, — сказал он спокойно. — Я заклинатель огненного источника. И мы путешествуем с моей саламандрой. — С саламандрой?! — в голосе мальчишки было искреннее удивление. — Ух ты! — Зачем ты ему представляешься? — возмутилась Шаали. — А ты, чучело, говори — почему следил за нами? — Сама чучело! — Я его сейчас зажарю! — Не надо никого зажаривать, — Яньлин шагнул между ними. — Скажи, как тебя зовут и зачем ты за нами следил. Остальное потом. *** Мальчишка помолчал. Яньлин чувствовал его ауру — всё ещё настороженную, но уже не такую враждебную. Голод. Он чувствовал голод, острый и давний. — Меня зовут Лоу, — сказал мальчишка наконец. — И ни за кем я не следил. Просто проходил мимо. — В середине ночи? Через густой лес? — Шаали фыркнула. — Очень убедительно. — Ладно, пусть так, — Яньлин не стал спорить. — Хочешь есть? Пауза. — Хочу, — признал Лоу. — Шаали, у нас же остался ужин? Накорми его. Шаали уставилась на него — он чувствовал её взгляд, тяжёлый и недовольный. — Ладно, мой господин, — сказала она с нажимом. — Как вы скажете. Но я это не одобряю, так и знайте. Она отошла к костру, загремела посудой. Вернулась и сунула миску в руки мальчишке. — Держи. Тот схватил еду и начал жадно есть — чавкая, давясь, почти не жуя. Яньлин слушал эти звуки и чувствовал, как что-то сжимается в груди. Этот мальчишка голодал. Давно и серьёзно. *** — Можешь ночевать с нами, — сказал Яньлин, когда звуки еды стихли. — Здесь безопасно. — У него наверняка насекомые! — возмутилась Шаали. — Пусть не приближается! — Сама ты насекомое! — огрызнулся Лоу. — Что ты сказал?! — Хватит! — Яньлин повысил голос. — Оба. Хватит. Тишина. — Лоу, — продолжал он спокойнее, — ты можешь остаться на ночь. Но держись по ту сторону костра. Шаали, он наш гость. Хотя бы до утра. — Гость, который следил за нами из кустов. — Я не следил! — Утром разберёмся, — отрезал Яньлин. — Сейчас — спать. Он вернулся на своё место рядом с Шаали. Она обняла его — всё ещё напряжённая, недовольная. Ты слишком добрый, — сказала она мысленно. Он голодный и напуганный. Он может быть опасен. Ты рядом. Что он может сделать? Шаали не ответила. Но её хватка стала крепче. *** Яньлин уснул быстро. Усталость после долгого дня взяла своё, и он провалился в сон — глубокий, без сновидений. Тепло Шаали окутывало его, защищало. По ту сторону костра устроился Лоу — Яньлин слышал, как тот ворочается, пытаясь найти удобное положение на голой земле. А Шаали не спала. Она лежала рядом с Яньлином, обнимая его, но её глаза были открыты. Она смотрела на мальчишку по ту сторону огня — на это грязное, оборванное существо, которое её принц решил накормить и приютить. Глупый, добрый, невозможный мальчик. Её мальчик. Она не доверяла этому Лоу. Не верила его истории про «просто проходил мимо». Но Яньлин решил — значит, так тому и быть. До утра. А утром... Утром она разберётся с этим пугалом. Узнает, кто он такой и чего хочет. И если он окажется угрозой... Шаали улыбнулась в темноте. Тогда она действительно его зажарит. *** Яньлин проснулся от запаха каши. Шаали уже возилась у костра, а по ту сторону огня сидел Лоу — Яньлин чувствовал его присутствие, хотя и не видел ауры. Это было странно. Непривычно. — Доброе утро, — сказал он, садясь. — Доброе, — буркнул Лоу. — Сомнительно, — добавила Шаали. — Но каша готова. Они ели молча. Потом Шаали отложила миску и уставилась на мальчишку. — Ну? — сказала она. — Рассказывай. — Чего рассказывать? — Кто ты. Откуда. Почему шатаешься по лесу ночью. — Она скрестила руки на груди. — И не ври. Я чую ложь. Лоу поёжился. Яньлин чувствовал его страх — не магией, а обычными человеческими признаками. Учащённое дыхание, нервные движения. — Ладно, — сказал мальчишка наконец. — Я из деревни. Была деревня. За холмами. — Была? — Сгорела. — Его голос стал глуше. — Месяц назад. Разбойники напали. Тишина. — А твоя семья? — спросил Яньлин тихо. — Нету семьи. — Лоу пожал плечами — Яньлин услышал шорох соломы. — Мамка умерла, когда я мелкий был. Батя... батя пил много. А потом помер тоже. — И ты один выжил? — Спрятался в погребе. — Лоу помолчал. — Потом пошёл куда глаза глядят. Вот и хожу. *** — Месяц? — Шаали нахмурилась. — Ты месяц бродишь по лесам? — Ну да. — Чем питался? — Чем придётся. Ягоды там, грибы. Иногда воровал в деревнях. — Он быстро добавил: — Только еду! Ничего больше! — Сколько тебе лет? — спросил Яньлин. — Двенадцать. Наверное. Или тринадцать. Не помню точно. Примерно его возраст. Яньлин задумался. Этот мальчишка — обычный человек, без магии, без семьи, без дома — выживал один в лесу целый месяц. — Ладно, — сказала Шаали, вставая. — История трогательная. Но с таким чучелом я никуда не поеду. — Эй! — возмутился Лоу. — Иди отмываться в ручье. Немедленно. — Он же холодный! — Тебе подогреть? — Шаали улыбнулась, и в её голосе было что-то угрожающее. Лоу побледнел и поплёлся к ручью. *** — Найди ему одежду из моей, — попросил Яньлин, когда плеск воды и возмущённые вопли донеслись издалека. — Ни за что! — Шаали. — Он будет оскорблять твою одежду своим видом! — Тогда мы поедем с соломенным чучелом. — Яньлин пожал плечами. — Мне вообще-то всё равно. Я его не вижу. Он замолчал, осознавая сказанное. — Мда, — продолжил он задумчиво. — Я его вообще не вижу. У него нет чёткого энергетического контура. Я не привык общаться с просто людьми. — Он какое-то мелкое недоразумение, — Шаали всё ещё сопротивлялась. — Он ниже тебя и будет оскорблять твою одежду своим видом. — Но наверное это лучше, чем солома. И оно чистое. Шаали вздохнула — глубоко, страдальчески. — Ладно. Но я это не одобряю. — Записано. *** Лоу вернулся мокрый и дрожащий. — Я ч-чуть не з-замёрз! — простучал он зубами. — Зато чистый, — Шаали критически осмотрела его. — Почти. Держи. Она швырнула ему свёрток одежды. Лоу развернул — и замер. — Это... это же шёлк! — его голос стал благоговейным. — Настоящий шёлк! С вышивкой! — Одевайся и не трогай вышивку грязными руками. — Они чистые! — Они всё равно грязные по сравнению с этой одеждой. Лоу переоделся — быстро, пока Шаали не передумала. Яньлин слышал шорох ткани, восхищённые вздохи. — Ну и как это выглядит? — спросил он. — Чудовищно, — вздохнула Шаали. — Подойди ко мне ближе, чучело, — добавила она, и в её голосе появилась хищная нотка. — Нет! — пискнул Лоу. — Не пойду! — Давай. Я тебя не съем. Только причешу. И она напала на него с расчёской. *** Вопли Лоу разносились по всей поляне. — Ай! Больно! — Не дёргайся! — Ты мне голову оторвёшь! — Я тебе её оторву, если не перестанешь вертеться! — Там колтун! — Я вижу, что колтун! Сейчас... — А-а-а! — Всё, отрезаю. — Нет! Не режь! — Тогда терпи! Яньлин сидел в стороне и слушал эту какофонию с улыбкой. Шаали ругалась, грозилась всё отрезать, но всё-таки расчёсывала — упорно, методично. Наконец — тишина. — Всё, — сказала Шаали мрачно. — Собрала в короткий хвост. Нет, что с ним ни делай — всё равно чучело. — Расскажи мне, как это выглядит, — Яньлин улыбнулся. Шаали помолчала, собираясь с мыслями. — Ну, это такой тощий ощипанный цыплёнок, — начала она. — В не по размеру большой одежде. И с хвостом какой-то щетины на голове. — А ты не обзывайся! — возмутился ощипанный цыплёнок. — А ты чего её спрашиваешь? Сам не видишь? *** — Не вижу, — Яньлин улыбнулся. — А очень интересно. — Что не видишь? — Ничего не вижу. Кроме потоков энергии. А в тебе их нет, так что тебя я не вижу совсем. Пауза. — То есть ты слепой? — в голосе Лоу было искреннее удивление. — Ну да. — Но... но ты же... ты вчера двигался так, как будто всё видишь! И костёр сложил! И... — Я вижу по-другому, — объяснил Яньлин. — Энергию, ауры. Но ты — обычный человек. В тебе нет магии. — А. — Лоу переваривал информацию. — То есть ты меня вообще-вообще не видишь? — Вообще-вообще. Только слышу и чувствую тепло. — Странно. — Для меня — нормально. Шаали хмыкнула. — Ладно, хватит болтать. Поехали. Мы должны сегодня выбраться из леса. *** — Шаали, Лоу поедет на лошади с тобой или со мной? — Конечно со мной, — отрезала Шаали. — Близко его к тебе не подпущу. — На какой лошади?! — в голосе Лоу был ужас. — Я не умею на лошади! — А придётся, — Шаали улыбнулась. — Но я упаду! — Не упадёшь. Я тебя держу. — Она схватила его за шиворот. — Давай, залезай. — Как?! — Ногу в стремя. Другую перекинь. Не туда! Вот так. Теперь держись. — За что?! — За луку седла. И не вертись. Яньлин слушал эту возню с улыбкой. Потом сел на свою лошадь — привычно, легко. — Все готовы? — Я не готов! — пискнул Лоу. — Он готов, — сказала Шаали. — Едем. *** Первый час прошёл спокойно. Шаали вела, Яньлин следовал за её огненной стрелой, Лоу вцепился в седло и тихо скулил при каждом покачивании. Потом тропа стала уже. Потом — ещё уже. Потом исчезла совсем. — Стой, — сказала Шаали. — Что-то не так. — Что? — Тропы нет. Яньлин остановил лошадь. Прислушался к лесу вокруг. Деревья обступали со всех сторон — он чувствовал их энергию, древнюю и равнодушную. — Мы свернули не туда? — Похоже на то. — Шаали оглядывалась. — Здесь всё одинаковое. Деревья, кусты, опять деревья... — А я говорил, что не надо было сворачивать! — подал голос Лоу. — Ты вообще молчи! — Я просто сказал! — Вот и не надо было! *** — Ладно, — Яньлин поднял руку. — Давайте без паники. Шаали, в какую сторону солнце? — Слева. Значит, мы едем... — она замолчала. — Что? — Мы едем на север. А должны на восток. — Отлично. Значит, поворачиваем направо. — Там овраг. — Тогда объедем. Они двинулись дальше. Лес становился всё гуще, ветки цеплялись за одежду, лошади недовольно фыркали. — Здесь не проехать, — сказала Шаали через полчаса. — Слишком густо. — Вернёмся назад? — Я не помню, откуда мы приехали. — Как это не помнишь?! — А вот так! Здесь всё одинаковое! — Ты же саламандра! У тебя должно быть чутьё! — Моё чутьё говорит, что мы в глубокой... — она осеклась, покосившись на Лоу. — В глубокой чего? — спросил тот. — В глубоком лесу! *** — Может, спросим у кого-нибудь? — предложил Лоу. — У кого?! — взвилась Шаали. — У белки?! — Ну, я не знаю! У лесника! — Какой лесник в дикой чаще?! — Откуда мне знать, я не местный! — Ты вообще бесполезен! — А ты злая! — Я не злая! Я реалистичная! — Тихо! — Яньлин потёр виски. — Оба. Тихо. Они замолчали. Яньлин закрыл глаза — бесполезный жест, но помогающий сосредоточиться. Он потянулся своим восприятием, пытаясь найти... что-нибудь. Любой ориентир. — Там, — сказал он наконец, указывая вправо. — Чувствую воду. Ручей или река. — И что? — Вода течёт куда-то. Если пойдём вдоль неё — выйдем к людям. Рано или поздно. — Или к болоту, — буркнула Шаали. — Или к болоту, — согласился Яньлин. — Но это лучше, чем кружить на месте. *** Они нашли ручей через час. Узкий, но с чистой водой. Яньлин чувствовал его — холодную энергию, текущую между деревьями. — Едем вдоль, — сказал он. — По течению. — Почему по течению? — Потому что вода течёт к большей воде. Реке. А у рек живут люди. — Или не живут. — Шаали. — Ладно, ладно. Едем. Они двинулись вдоль ручья. Здесь было проще — деревья расступались, давая место воде. Лошади ступали увереннее. — Смотри, тропинка! — воскликнул Лоу. — Где?! — Шаали завертела головой. — Вон там! Видишь, трава примята! — Это звериная тропа. — Всё равно тропа! Звери тоже куда-то ходят! — К водопою, гений! — Ну и что? Может, она выведет из леса! — Или в логово! — Тогда не пойдём! — Мы и так не идём! — Давайте попробуем, — вмешался Яньлин. — Хуже уже не будет. *** Тропа петляла между деревьями. Узкая, еле заметная, но всё же — путь. Лошади ступали осторожно, Шаали ругалась сквозь зубы, Лоу вцепился в неё и молчал. — Ветка, — предупреждала Шаали. — Пригнись. Яньлин пригибался. — Корень. Лошадь чуть левее. Яньлин направлял лошадь. — Яма. Обходим справа. Они обходили. Так — шаг за шагом, предупреждение за предупреждением — они продвигались вперёд. Лес вокруг менялся, становился светлее. — Деревья реже, — заметил Яньлин. — Да, — Шаали приободрилась. — Кажется, выбираемся. — Кажется или выбираемся? — Не знаю пока. Но... — она замолчала. — Что? — Свет впереди. Много света. *** Они вырвались из леса внезапно. Деревья расступились, и перед ними открылось поле — широкое, залитое солнцем. Яньлин почувствовал это мгновенно — простор, свет, отсутствие давящей тени. — Выбрались! — завопил Лоу. — Мы выбрались! — Не ори, — буркнула Шаали, но в её голосе было облегчение. Яньлин глубоко вздохнул. Воздух пах травой, пылью и свободой. — Где мы? — спросил он. Шаали огляделась. — Вижу дорогу. Вон там, за холмом. И... — она прищурилась, — ...кажется, дым. Деревня или постоялый двор. — Далеко? — Час езды. Может, меньше. — Тогда едем. Они выехали на дорогу — настоящую, утоптанную, с колеями от телег. После дикого леса это казалось чудом. — Мы потеряли полдня, — сказала Шаали. — Зато нашли приключение, — улыбнулся Яньлин. — Это не то приключение, которое ты планировал. — Приключения редко идут по плану. Лоу за спиной Шаали тихо хихикнул. — А ты чего смеёшься, чучело? — Ничего! — Вот и молчи. Они поехали дальше — по дороге, к дыму, к людям. Лес остался позади, тёмный и равнодушный. Но Яньлин знал — он вернётся. Когда-нибудь. Чтобы найти тех огненных волков. А пока — вперёд. К новым приключениям.