Глава 33. Призрачные холмы

Холмы появились на горизонте к вечеру третьего дня. Яньлин почувствовал их раньше, чем Шаали успела описать — странное искажение в потоках энергии, как будто само пространство здесь было надломлено. Что-то холодное, тоскливое, неправильное. — Вот они, — сказала Шаали. — Призрачные холмы. — Я чувствую, — Яньлин нахмурился. — Здесь... больно. — Больно? — Энергия. Она как будто плачет. Лоу за спиной Шаали съёжился. — Может, не надо туда ехать? — предложил он с надеждой. — Мы уже нашли разбойников. Этого достаточно, да? — Нет, — Яньлин покачал головой. — Я хочу понять, что там. — Зачем?! — Потому что это интересно. — Ты говоришь это про всё! — Лоу всплеснул руками. — Про волков — интересно! Про разбойников — интересно! Теперь про призраков — тоже интересно! — Ты можешь остаться здесь, — предложила Шаали. — Подождать нас. Лоу замолчал. Посмотрел на пустую дорогу позади, на темнеющее небо. — Нет, — буркнул он. — Поеду с вами. Одному ещё страшнее. *** Они въехали в холмы на закате. Дорога петляла между округлыми вершинами, поросшими чахлой травой. Деревьев не было — только камни, трава и странный туман, который поднимался от земли. — Здесь холодно, — заметил Лоу, кутаясь в плащ. — Не физически, — сказал Яньлин. — Это энергия. Она вытягивает тепло. — Утешил. Шаали остановила лошадь. — Чувствуешь их? — спросила она тихо. — Да. Яньлин чувствовал. Десятки... нет, сотни присутствий. Не ауры — что-то другое. Обрывки, осколки, тени того, что когда-то было живым. — Они везде, — прошептал он. — Повсюду. В земле, в воздухе, в тумане. — Что это? — голос Лоу дрожал. — Неупокоенные души. *** Туман сгустился вокруг них. И тогда Яньлин увидел их — своим особым зрением. Бледные силуэты, едва заметные даже для него. Они плыли в тумане, бесцельно, бессмысленно. Как листья, подхваченные ветром. — Они не опасны, — сказал он, скорее себе, чем другим. — Они просто... потерянные. — Потерянные? — переспросила Шаали. — Они не могут уйти. Что-то держит их здесь. Одна из теней приблизилась — медленно, нерешительно. Яньлин почувствовал её — обрывок эмоций, древних и выцветших. Горе. Страх. Одиночество. — Что с тобой случилось? — прошептал он. Тень дрогнула. И Яньлин увидел — не глазами, а чем-то глубже. Образы, вспышки памяти. Деревня. Огонь. Крики. Смерть. — Здесь была резня, — сказал он глухо. — Давно. Очень давно. Сотни людей погибли. И их души... они застряли. — Почему? — спросила Шаали. — Не знаю. Может, слишком много боли. Может, что-то не даёт им уйти. *** Они разбили лагерь на вершине одного из холмов. Костёр горел ярко — Шаали постаралась — но тепла почти не чувствовалось. Холод душ пробирал до костей. Лоу сидел, обхватив колени руками, и дрожал. Не от холода — от страха. — Мы ведь уедем утром? — спросил он с надеждой. — Нет, — Яньлин смотрел в туман. — Я хочу им помочь. — Помочь? Кому? Призракам?! — Они страдают, Лоу. Сотни лет страдают. Застряли между мирами, не живые и не мёртвые. — И что ты можешь сделать? Яньлин молчал. Он вспоминал. Свиток, который читал в библиотеке отца — древний, полуистлевший. Ритуал огненного очищения. Способ освободить неупокоенные души, дать им уйти туда, куда они должны были уйти давно. — Есть один ритуал, — сказал он наконец. — Я читал о нём. — Читал? — Шаали напряглась. — Ты его никогда не делал? — Нет. — Яньлин... — Я знаю теорию. Этого должно быть достаточно. — Должно быть?! — Шаали. — Он повернулся к ней. — Я не могу оставить их так. Не могу уехать, зная, что они будут страдать ещё сотни лет. *** Ночь прошла без сна. Яньлин сидел у костра, вспоминая каждое слово из того свитка. Каждый символ, каждое движение. Ритуал был сложным — один из самых сложных, что он когда-либо изучал. — Расскажи мне, — попросила Шаали. — Огненное очищение. — Яньлин закрыл глаза. — Огонь — это не только разрушение. Это ещё и освобождение. Когда тело сжигают, душа освобождается. Но если душа застряла без тела... — Нужен особый огонь. — Да. Не обычный. Очищающий. Огонь, который горит не снаружи, а внутри. Который сжигает не плоть, а оковы. — И ты умеешь создавать такой огонь? — Не знаю. — Яньлин открыл глаза. — Никогда не пробовал. — Это опасно. — Знаю. — Ты можешь навредить себе. — Знаю. — И всё равно хочешь попробовать. — Да. Шаали молчала долго. — Я буду рядом, — сказала она наконец. — Если что-то пойдёт не так — я вытащу тебя. — Спасибо. — Не благодари. Просто не умирай. *** Солнце поднималось над холмами. Яньлин стоял в центре круга, который начертил на земле. Символы — древние, почти забытые — светились слабым огнём вокруг него. Шаали и Лоу стояли в стороне. Лоу бледный как смерть, Шаали — напряжённая, готовая действовать. — Начинай, — сказала она. — Я слежу. Яньлин закрыл глаза. И потянулся к своему огню. Он был там — знакомый, тёплый. Но сейчас Яньлину нужен был другой огонь. Не тот, что жжёт и разрушает. Тот, что очищает и освобождает. Он искал его — в глубине своего контура, в самом сердце своей силы. Там, где огонь был не стихией, а чем-то большим. И нашёл. Пламя вспыхнуло — но не красное, не оранжевое. Белое. Яньлин почувствовал его — чистое, яркое, невозможно горячее и одновременно нежное. Оно не обжигало — оно звало. — Яньлин? — голос Шаали был далёким. — Что происходит? — Всё хорошо, — он едва слышал себя. — Магия... она ведёт меня. Это было странно. Он знал теорию, знал слова и движения. Но когда начал — что-то подхватило его. Что-то древнее и мудрое, что жило в самом огне. Слова полились сами — на языке, которого он не знал, но понимал. Руки двигались, чертя узоры в воздухе, и белое пламя следовало за ними. Он звал души. Они пришли. Сначала одна — та самая, что приблизилась к нему вчера. Потом другая. Третья. Десятки. Сотни. Туман заклубился, и Яньлин увидел их всех. Не тени — людей. Мужчин, женщин, детей. Они стояли вокруг него, и их лица... их лица были полны надежды. Ты пришёл, — шептали они. — Наконец-то кто-то пришёл. — Я освобожу вас, — сказал Яньлин. — Обещаю. Белое пламя разрасталось. Оно окутывало души — не обжигая, а согревая. Яньлин чувствовал их боль, их страх, их бесконечную усталость. И он забирал это. Сжигал в своём огне. Спасибо, — плакали они. — Спасибо, спасибо, спасибо... Одна за другой они начали исчезать. Растворяться в белом свете. Уходить туда, куда должны были уйти сотни лет назад. *** Яньлин не знал, сколько это длилось. Минуты? Часы? Время потеряло значение. Был только огонь, только души, только бесконечный поток боли, который он принимал и сжигал. Его контур горел. Не от силы — от напряжения. Он делал то, что было за пределами его возможностей, и его тело платило за это. Ещё немного, — говорил он себе. — Ещё немного. Они почти все ушли. Последняя душа — маленькая девочка с косичками — посмотрела на него. Ты добрый, — сказала она. — Спасибо. И исчезла. Яньлин рухнул на землю. — Яньлин! Голос Шаали прорезал темноту. Её руки — горячие, знакомые — подхватили его. — Яньлин, открой глаза! Пожалуйста! Он попытался. Веки были тяжёлыми как камни. — Живой, — выдохнул он. — Просто... устал. — Устал?! — её голос срывался. — Ты чуть не умер! Яньлин улыбнулся. Или попытался. — Они ушли, — прошептал он. — Все. Я чувствую. Холмы... они больше не плачут. И это была правда. То странное искажение, та боль в энергии — всё исчезло. Холмы были просто холмами. Обычными, пустыми, свободными. — Ты сумасшедший, — Шаали прижала его к себе. — Абсолютно сумасшедший. — Знаю. — Я должна была тебя остановить. — Не могла бы. — Знаю. Поэтому и злюсь. *** Он проспал целые сутки. Когда наконец проснулся — солнце садилось. Шаали сидела рядом, держа его за руку. Лоу спал у костра, свернувшись калачиком. — Как ты? — спросила она тихо. — Слабый. — Яньлин попытался сесть. Мир покачнулся. — Очень слабый. — Неудивительно. Ты сделал невозможное. — Я просто... — он поискал слова, — ...я просто следовал за магией. Она сама вела меня. — Это не «просто», Яньлин. — Шаали покачала головой. — Ритуал огненного очищения — высшая магия. Мастера тренируются годами, прежде чем попробовать. А ты... — Я читал об этом в свитке. — Один раз. — Один раз, — согласился он. Шаали смотрела на него — и в её глазах было что-то странное. Страх, гордость, благоговение. — Ты особенный, — сказала она. — Я всегда знала. Но сегодня... — Сегодня что? — Сегодня я поняла, насколько. *** Они покинули холмы на следующий день. Яньлин ехал медленно — сил всё ещё не хватало. Но внутри было тепло. Тепло и покой. Он сделал что-то хорошее. Что-то важное. Освободил сотни душ от вечных страданий. — Знаешь, — сказал Лоу, когда холмы остались позади, — я думал, что ты просто сумасшедший богатый мальчишка, который ищет приключений. — А теперь? — Теперь я думаю, что ты сумасшедший богатый мальчишка, который ищет приключений и делает невозможное. Яньлин рассмеялся. — Это комплимент? — Не знаю. — Лоу пожал плечами. — Но это правда. Шаали хмыкнула. — Чучело начинает понимать, — сказала она. — Сама ты чучело! — Ну началось... Яньлин слушал их перепалку и улыбался. Это было хорошее путешествие. Странное, опасное, незабываемое. И оно ещё не закончилось.