Глава 45. Тревожный сон

Яньлин метался во сне. Огонь. Везде огонь. Но не тёплый, не родной — искажённый, страдающий. Он горел неправильно, корчился от боли, кричал беззвучно. Помоги, — шептало пламя. — Помоги нам. Яньлин тянулся к нему, но не мог дотронуться. Огонь ускользал, рассыпался искрами, собирался снова. Двести лет, — стонало пламя. — Двести лет в клетке. Двести лет боли. И лицо — размытое, искажённое. Молодое лицо с глазами, полными страха и безумия. Принц. Он умирает, — шептало пламя. — И я умираю с ним. Спаси нас. Яньлин проснулся с криком. Шаали была рядом мгновенно. — Яньлин! Он сидел, тяжело дыша. Пот стекал по лицу, руки дрожали. — Сон, — прохрипел он. — Просто сон. — Что ты видел? Он рассказал — сбивчиво, торопливо. Об огне, о боли, о лице принца. — Это было не просто сном, — сказала Шаали. — Это было видение. — Я знаю. — Пламя звало тебя. — Я знаю. Лоу проснулся, сел на своём матрасе. — Что случилось? — Ничего, — Яньлин потёр лицо. — Всё в порядке. Который час? — Почти рассвет. — Хорошо. — Он откинул одеяло. — Мне нужно поговорить с отцом. *** В другой части резиденции Си Ень и Мэйлин тоже не спали. Они сидели у камина — она массировала его виски, он рассказывал. О короле, о проклятии, о похищенном пламени. — Двести лет, — прошептала Мэйлин. — Двести лет они держали живой огонь в плену. — Да. — Это... чудовищно. — Да. — Что ты будешь делать? Си Ень молчал долго. — Попробую освободить его, — сказал он наконец. — Вернуть в источник. Но я не знаю, получится ли. — А проклятие? — Не знаю. — Он закрыл глаза. — Может, снимется вместе с огнём. Может, останется. Двести лет — долгий срок. Мэйлин обняла его. — Ты справишься. — Надеюсь. *** За завтраком Яньлин рассказал о своём сне. Си Ень слушал внимательно, не перебивая. Когда сын закончил, он кивнул. — Пламя почувствовало тебя, — сказал он. — Ты — заклинатель огненного источника. Ты можешь его услышать. — Оно страдает, — Яньлин сжал чашку. — Очень сильно. — Знаю. — И принц... принц тоже страдает. Пламя сжигает его изнутри. Си Ень помолчал. — Теперь нам придётся действовать быстрее, чем хотелось бы, — сказал он. — Мы должны встретиться с королём и принцем. Понять, как лучше поступить. — Да, — Яньлин кивнул. — Мне нужно поговорить с принцем. И с пламенем. Не во сне. — Ты уверен? — Уверен. Си Ень посмотрел на сына — долго, оценивающе. Потом кивнул. — Хорошо. Я отправлю послание королю. ***! Встреча была назначена на полдень. Та же комната, что и вчера — скромная по меркам дворца, защищённая от посторонних ушей. Только теперь их было четверо. Король и принц. Си Ень и Яньлин. Отец и сын — и отец и сын. Принц выглядел ещё хуже, чем вчера — Яньлин чувствовал это по его ауре. Нестабильной, мерцающей. Пламя внутри него разгоралось, пожирая разум. — Мы должны позволить им поговорить, — сказал Си Ень королю. Тот колебался. — Мой сын... он не в лучшем состоянии... — Именно поэтому, — мягко сказал Си Ень. — Мой сын может помочь. Но ему нужно поговорить с вашим — наедине. Король посмотрел на принца. Тот стоял, сжав кулаки, глядя в пол. — Хорошо, — сказал король наконец. Яньлин подошёл к принцу. Тот отшатнулся. — Здравствуй, — сказал Яньлин мягко. — Меня зовут Яньлин. Как зовут тебя? — Как ты со мной разговариваешь?! — прошипел принц. — Ты должен кланяться! Называть меня «ваше высочество»! — Извини, ваше высочество, — Яньлин не отступил. — Я не привык разговаривать с принцами. — Я вообще не хочу с тобой разговаривать! — принц повысил голос. — Убирайся! — Не бойся, — Яньлин поднял руки. — Я просто хочу поговорить. — Я не боюсь! Но его голос дрожал. И его аура дрожала тоже — страхом, болью, отчаянием. — Я вижу твой страх, — тихо сказал Яньлин. — И пламя в тебе. Могу я поговорить с вами? Принц замер. — Ты... видишь пламя? — Да. — Как? — Я заклинатель огненного источника. — Яньлин чуть улыбнулся. — Во мне тоже есть пламя. Моя огненная сила. Принц смотрел на него — недоверчиво, почти с надеждой. — Но пламя в тебе, — продолжал Яньлин, — оно не твоё. Оно страдает. И мучает тебя. Я хочу попробовать вам помочь. — Ты не сможешь! — голос принца снова стал резким. — Никто не может! Лекари, маги, целители — все пробовали! — Я попробую, — твёрдо сказал Яньлин. — Хорошо? Принц молчал. — Если ты согласен — возьми мою руку. И не вырывайся. Я попробую поговорить с пламенем. Долгая пауза. Потом принц протянул руку — дрожащую, холодную. Яньлин взял её. Мир исчез. Яньлин погрузился внутрь — мимо кожи, мимо крови, мимо костей. Глубже, туда, где горело похищенное пламя. Это было как войти в другой мир. Мир боли и огня. Пламя было здесь — маленькое, искажённое, заключённое в клетку из древних символов. Оно билось о прутья, кричало беззвучно. Ты пришёл, — прошептало оно. — Ты услышал. Я услышал, — ответил Яньлин. — Кто ты? Я — частица источника. Кусок живого огня. Меня украли. Давно. Очень давно. Яньлин видел — не глазами, чем-то другим. Видел, как пламя страдало веками. Как оно пыталось вырваться и не могло. Как оно сжигало своих тюремщиков — медленно, поколение за поколением. Я хочу домой, — шептало пламя. — Я хочу вернуться. Я помогу, — пообещал Яньлин. — Мы отвезём тебя в башню. Вернём в источник. Правда? Клянусь пламенем. *** Яньлин вынырнул из видения — резко, болезненно. Его качнуло. Мир кружился, ноги подгибались. Си Ень подхватил его мгновенно. — Яньлин! — Я в порядке, — он ухватился за отца. — Я... я поговорил с ним. — С пламенем? — Да. Принц стоял рядом — бледный, потрясённый. Но что-то в его глазах изменилось. Безумный блеск стал слабее. — Что... что это было? — прошептал он. — Магия, — Яньлин слабо улыбнулся. — Огненная магия. Он повернулся к отцу. — Отец, нам нужно взять принца в башню. Мы вернём похищенное пламя в источник. Я его уговорю. — А что будет с принцем? — спросил король. Его голос дрожал. — Он будет свободен, — ответил Яньлин. — Пламя отпустит его. — А проклятие? Яньлин помолчал. — Я не знаю, — признался он честно. — Снимет ли это проклятие — не знаю. Но стоит попробовать. Король смотрел на сына. Принц смотрел на Яньлина — с чем-то похожим на надежду. — Ты молодец, — тихо сказал Си Ень, усаживая Яньлина в кресло. — Что бы я без тебя делал. — Справился бы. — Не уверен. Он повернулся к королю. — Что скажете, ваше величество? Король долго молчал. — Что ж, — сказал он наконец. — Мы приедем с официальным визитом в башню. Если глава не против. — Только не затягивайте, — предупредил Си Ень. — Мой сын теперь тоже с этим связан. И ему тяжело. — Мы можем поехать вместе, — предложил король. — Обоснуем это придворным... устроим ответный визит. — Хорошо. — Си Ень кивнул. — Собирайтесь. Мы выезжаем как можно скорее. *** Си Ень почти нёс Яньлина обратно. Мэйлин встретила их у двери — одного взгляда хватило, чтобы понять. — Что с вами?! — она бросилась к ним. — Вас там пытали?! — С нами всё хорошо, — сказал Си Ень. — Только Яньлин очень устал. У меня раскалывается голова. И мы возвращаемся в башню. — Когда? — Завтра. Вместе с его величеством и его высочеством. Мэйлин замерла. — Вместе с королём? — И принцем. — Си Ень потёр виски. — Это долгая история. Потом расскажу. Мэйлин смотрела на них — на измученного мужа, на едва стоящего на ногах сына. — Тогда, — вздохнула она, — отправлю письмо Лисян. Чтобы подготовила всё для встречи его величества. — Хорошо. — А я займусь Яньлином, — Шаали уже была рядом. — Пойдём, мой господин. Она увела его — полунесла, полувела. Лоу бежал следом. — А я займусь своим господином, — сказала Мэйлин. Она усадила Си Еня в кресло, встала за его спиной. Её пальцы легли на виски — тёплые, золотистые от целительной энергии. — У тебя бледный вид, муж мой. — Я в порядке. — Нет. — Она начала массировать. — Ты не в порядке. Ты перенапрягся. — Немного. — Много. — Её пальцы двигались мягко, снимая боль. — Ты выпьешь сонное зелье. — Мэйлин... — И не спорь со мной. Си Ень откинул голову назад, закрыл глаза. — Я не смею, моя госпожа. — Вот и правильно. Она достала флакон, помогла ему выпить. Зелье было горьким, но действовало быстро — Си Ень почувствовал, как напряжение уходит, как веки тяжелеют. — Спасибо, — прошептал он. — Спи. — Мэйлин поцеловала его в лоб. — Завтра будет долгий день. И он уснул — впервые за много дней без тревожных снов. *** Шаали привела Яньлина в его покои и усадила на кровать. Он был бледен, руки дрожали. Соединение с украденным пламенем забрало много сил — больше, чем он ожидал. — Ляг, — скомандовала Шаали. — Я в порядке... — Ляг. Он подчинился. Шаали помогла ему раздеться, укрыла одеялом. — Лоу, принеси горячий чай и что-нибудь сладкое. — Понял. Лоу выскочил из комнаты. Шаали села рядом с Яньлином, положила руку ему на лоб. — Ты горишь, — сказала она. — Чужое пламя оставило след. — Оно такое... — Яньлин закрыл глаза. — Такое несчастное. Двести лет в плену. Двести лет боли. — Знаю. — Я обещал ему. Обещал вернуть домой. — И вернёшь. — Шаали погладила его по волосам. — Но сначала — отдых. Ты не поможешь никому, если свалишься. Лоу принёс чай и сладкие пирожки. Яньлин пил и ел — медленно, без аппетита. Но Шаали настаивала, и он не спорил. — Расскажи, — попросил Лоу. — Что ты видел? Когда был... там? Яньлин молчал долго. — Клетку, — сказал он наконец. — Древнюю клетку из символов и заклинаний. И пламя внутри — маленькое, искажённое. Оно билось о прутья и кричало. — Кричало? — Беззвучно. Но я слышал. — Яньлин поёжился. — Оно хочет домой. Так сильно хочет. — И ты его отпустишь? — Мы отвезём его в башню. Вернём в источник. — Яньлин посмотрел в сторону Шаали. — Получится? — Должно, — сказала она. — Источник примет своё дитя. Но ритуал будет непростым. — Я справлюсь. — Знаю. Но сначала — спи. Она забрала чашку, поправила одеяло. Легла рядом, обняла его. И Яньлин уснул — на этот раз без тревожных снов.