Глава 46. Возвращение домой

Утро началось с суеты. Слуги бегали по резиденции, упаковывая вещи. Стражники проверяли оружие. Лошадей седлали во дворе. Яньлин проснулся с ясной головой — слабость ушла, силы вернулись. Шаали уже готовила его одежду. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она. — Лучше. Намного лучше. — Хорошо. Одевайся. Через час выезжаем. Она помогла ему одеться — дорожная одежда, удобная, но достойная. Волосы собрала в высокий хвост, сколола простой заколкой. — Парадную причёску сделаю перед приездом в башню, — сказала она. — В дороге незачем. — Спасибо. Лоу уже был готов — в своей чёрной одежде, с сумкой через плечо. — Я проверил лошадей, — доложил он. — Всё готово. — Молодец. Мэйлин нашла Яньлина в коридоре. — Как ты? — она взяла его за руки, изучая его ауру. — В порядке, мама. — Правда? — Правда. — Он улыбнулся. — Шаали хорошо обо мне позаботилась. Мэйлин кивнула, но не отпустила его руки. — Яньлин... — она помолчала. — То, что ты сделал вчера... это было опасно. — Я знаю. — Соединение с чужим пламенем могло тебя убить. — Но не убило. — Это не аргумент. Яньлин вздохнул. — Мама, я должен был. Пламя звало меня. Принц умирает. Я не мог просто стоять и смотреть. Мэйлин смотрела на него — долго, внимательно. — Ты так похож на отца, — сказала она наконец. — Такой же безрассудный. — Это комплимент? — Не знаю. — Она обняла его. — Береги себя. Пожалуйста. — Буду. *** Королевская свита прибыла к полудню. Яньлин услышал их раньше, чем увидел — топот копыт, звон металла, голоса. Много людей, много лошадей, много шума. — Сколько их? — спросил он Лоу. — Много. — Лоу присвистнул. — Человек пятьдесят, не меньше. И карета. Огромная, золотая. — Карета? — Для короля, наверное. Си Ень вышел встречать гостей. Яньлин чувствовал его ауру — спокойную, уверенную. — Ваше величество, — голос отца. — Рад, что вы готовы к путешествию. — Глава Си Ень, — голос короля. — Благодарю за гостеприимство. Формальности. Пустые слова. Но необходимые. — Я поеду верхом. Голос принца — упрямый, резкий. — Ваше высочество, — кто-то из придворных. — Карета удобнее... — Я поеду верхом! — принц повысил голос. — Он едет верхом, — Яньлин почувствовал, что принц показывает на него. — Почему я должен сидеть в карете? — Ваше высочество... — Пусть едет верхом, — вмешался король. Его голос был усталым. — Если хочет. — Но... — Пусть едет. Придворные замолчали. Яньлин услышал шаги — принц подходил к нему. — Ты не против? — спросил принц. Его голос стал тише, неувереннее. — Если я буду ехать рядом? — Не против, — ответил Яньлин. — Ваше высочество. — Не называй меня так. — Принц помолчал. — Называй меня Ляньчжи. Мы же... — он замялся. — Мы же теперь связаны. Как-то. — Хорошо. Ляньчжи. *** Они выехали из столицы к вечеру. Кавалькада растянулась по дороге — впереди Си Ень с королём, потом стража, потом остальные. Яньлин ехал в середине, рядом с принцем. Лоу — по другую сторону. — Это твой помощник? — спросил Ляньчжи, кивая на Лоу. — Да. Лоу. — Он не заклинатель. — Нет. — Почему тогда?.. — Потому что он мой друг, — просто сказал Яньлин. — И я ему доверяю. Ляньчжи замолчал, обдумывая. — У меня нет друзей, — сказал он вдруг. — Только слуги и придворные. — Это грустно. — Это нормально. Для принца. — Нет, — Яньлин покачал головой. — Это грустно. Лоу слушал молча. Потом сказал: — Я могу быть твоим другом. Если хочешь. Ляньчжи вздрогнул. — Что? — Другом. — Лоу пожал плечами. — Почему нет? — Но я... я принц! — И что? Ляньчжи не нашёлся, что ответить. На первом привале Шаали приняла человеческий облик. Она подошла к Яньлину с водой и едой — как обычно. Ляньчжи смотрел на неё во все глаза. — Кто это? — прошептал он. — Шаали, — ответил Яньлин. — Моя... — он замялся. — Трудно объяснить. Она заботится обо мне. — Она красивая. — Я слышу, между прочим, — Шаали подняла бровь. — Ваше высочество, не желаете поесть? — Я... да. Спасибо. Она протянула ему хлеб и сыр. Ляньчжи взял — осторожно, как будто боялся обжечься. — Ты не человек, — сказал он вдруг. — Я чувствую. — Не человек, — согласилась Шаали. — Я огненный дух. Саламандра. — Саламандра?! — Да. — Она улыбнулась. — Не бойся. Я не кусаюсь. Обычно. Ляньчжи побледнел. — Она шутит, — быстро сказал Яньлин. — Шаали, не пугай его. — Я не пугаю. Просто честно отвечаю на вопросы. На второй день пути Ляньчжи разговорился. — Ты правда не видишь? — спрашивал он. — Совсем? — Совсем. Глазами. — Но ты двигаешься так уверенно... — Я вижу по-другому. Энергию. Ауры. Движение. — Это... удивительно. Яньлин пожал плечами. — Это моя жизнь. Я не знаю другой. Ляньчжи ехал молча какое-то время. Потом спросил: — Каково это? Чувствовать пламя? — Оно тёплое, — Яньлин улыбнулся. — Живое. Как будто внутри тебя горит маленькое солнце. — Пламя во мне... оно не тёплое. — Голос принца стал тише. — Оно жжёт. Больно. — Потому что оно в плену. Оно страдает — и причиняет страдание. — А когда освободится? — Станет легче. Тебе и ему. Ляньчжи замолчал. — Обещаешь? — спросил он наконец. Совсем тихо. — Обещаю. Впереди Си Ень ехал рядом с королём. Они говорили тихо — о политике, о торговле, о границах. Но Яньлин чувствовал — под формальными словами скрывалось что-то другое. Два отца. Два правителя. Оба — с больными сыновьями. — Ваш сын, — сказал король. — Он... особенный. — Да, — ответил Си Ень. — Как вы справляетесь? С его... состоянием? Пауза. — Любовью, — сказал Си Ень наконец. — И терпением. И надеждой. — Надеждой на что? — На то, что он проживёт долгую и счастливую жизнь. Несмотря ни на что. Король молчал. — Я завидую вам, — сказал он тихо. — Вашей уверенности. — Я не уверен, — Си Ень покачал головой. — Я просто верю. Мэйлин ехала позади — следила за порядком. Кавалькада была огромной — королевская свита, стража Чёрной Башни, слуги, повозки с багажом. Кто-то отставал, кто-то рвался вперёд, кто-то спорил из-за места в строю. — Медленнее! — командовала Мэйлин. — Держите дистанцию! — Госпожа, передние остановились... — Тогда и вы остановитесь! Она была везде — успокаивала, направляла, разрешала споры. Придворные смотрели на неё с удивлением — жена главы Чёрной Башни, командующая как генерал. — Ваша супруга... впечатляет, — сказал один из королевских советников Си Еню. — Я знаю, — Си Ень улыбнулся. — Поэтому и женился. *** На четвёртый день они увидели башню. Вернее, увидели остальные. Яньлин почувствовал её раньше — тепло источника, родное и знакомое. Яньлин повернулся к принцу. — Добро пожаловать в мой дом, — сказал он. Ляньчжи смотрел на башню — Яньлин чувствовал его взгляд. Страх, восхищение, надежда. — Спасибо, — прошептал принц. Их встречала почётная делегация. Заклинатели в парадных одеждах выстроились у ворот. Во главе стояла Лисян — ослепительная в алом облачении, с золотыми украшениями в волосах. — Добро пожаловать, ваше величество, — она поклонилась. — С возвращением, глава. — Лисян, — Си Ень спешился. — Познакомься с его величеством королём Ли Чэном. — Ваше величество. — Ещё один поклон. Король смотрел на неё — молодую, красивую, уверенную. — Ваша дочь? — спросил он. — Да. Она управляла башней в моё отсутствие. — Впечатляет. Лисян улыбнулась — вежливо, но с достоинством. — Прошу вас, ваше величество. Покои готовы. *** Король хотел увидеть башню. Они шли по коридорам — Си Ень впереди, объясняя. Король слушал, смотрел, запоминал. — Здесь — учебные залы, — говорил Си Ень. — Здесь — библиотека. Здесь — лечебница. Мимо пронеслась стайка маленьких заклинателей — лет семи-восьми. Увидели короля, испуганно замерли, поклонились и убежали. — Наши младшие ученики, — пояснил Си Ень. — Извините за беспорядок. — Ничего, — король слабо улыбнулся. — Дети везде одинаковы. Они поднимались выше — мимо тренировочных залов, мимо жилых покоев, мимо мастерских. Башня жила своей жизнью — заклинатели спешили по делам, слуги несли еду и воду, где-то слышался смех. — Здесь... тепло, — сказал Ляньчжи. — По-настоящему тепло. — Это пламя источника, — объяснил Яньлин. — Оно согревает всю башню. — Я чувствую его. — Принц прижал руку к груди. — И пламя во мне... оно тоже чувствует. Вечером был торжественный ужин. Большой зал, длинные столы, множество блюд. Заклинатели в парадных одеждах, слуги в чёрном и красном. Король сидел рядом с Си Енем — они говорили тихо, серьёзно. Мэйлин развлекала придворных дам. Лисян следила за порядком. Яньлин сидел с Ляньчжи и Лоу — в стороне от главного стола, но на виду. — Здесь столько людей, — прошептал Ляньчжи. — И все... заклинатели? — Большинство. — Это страшно. — Почему? — Столько силы в одном месте... — Сила не страшна, — сказал Яньлин. — Страшно, когда её используют во зло. Ляньчжи замолчал, обдумывая. — Ты странный, — сказал он наконец. — Знаю. — Мне это нравится. Яньлин улыбнулся. После ужина короля проводили в его покои. Лучшие комнаты в башне — просторные, богато обставленные. Огромный камин с живым огнём, мягкие ковры, шёлковые занавеси. — Надеюсь, вам будет удобно, ваше величество, — сказал Си Ень. — Благодарю, глава. — Король выглядел измученным. — Это... более чем достаточно. — Отдыхайте. Завтра будет долгий день. Они вышли, оставив короля с его слугами. — А принц? — спросила Лисян. — Для его высочества тоже подготовлены покои, — сказал Си Ень. — Рядом с покоями короля. — Вообще-то, — голос Ляньчжи был тихим, но упрямым. — Я не хочу свои покои. Все повернулись к нему. — Ваше высочество? — спросил Си Ень. — Я хочу... — принц замялся. Посмотрел на Яньлина. — Я хочу быть с ним. — Ваше высочество, — осторожно начал Си Ень. — Это не совсем... — Пожалуйста, — Ляньчжи сжал кулаки. — Там... в ваших покоях... там холодно. И темно. А рядом с ним... — он кивнул на Яньлина. — Рядом с ним — теплее. Пламя во мне успокаивается. Си Ень посмотрел на Яньлина. Яньлин чувствовал ауру принца — нестабильную, мерцающую. Пламя внутри него действительно было спокойнее, чем раньше. — Я не против, — сказал он. — Яньлин... — Правда не против, отец. — Он улыбнулся. — У меня большие покои. И Шаали с Лоу будут рядом. Си Ень помолчал. — Хорошо, — сказал он наконец. — Если вы оба согласны. — Спасибо, — прошептал Ляньчжи. *** Они устроились в покоях Яньлина. Шаали приняла человеческий облик — нужно было показать принцу, что она не угроза. Лоу расстелил дополнительный матрас. — Я лягу здесь, — Ляньчжи указал на кровать рядом с Яньлином. — Хорошо. — А где будут... они? — принц кивнул на Шаали и Лоу. — Лоу — у двери. Шаали — где захочет. — Где захочет? — Она — огненный дух, — объяснил Яньлин. — Она не спит. Просто... следит. Ляньчжи кивнул, хотя явно не понял до конца. Они переоделись — Шаали помогла Яньлину, Лоу показал принцу, где что лежит. Потом легли — четверо в одной комнате, в тепле огня. — Завтра, — сказал Ляньчжи тихо. — Завтра будет ритуал? — Да. — Расскажи мне. Что будет происходить. — Мы спустимся к источнику, — начал Яньлин. — Туда, где горит вечное пламя. — Вечное? — Да. Оно не гаснет никогда. — Яньлин помолчал. — Там я... позову пламя в тебе. Попрошу его выйти. — А если оно не захочет? — Захочет. Оно хочет домой. Я это чувствовал. — А что будет со мной? — голос Ляньчжи стал тише. — Когда оно уйдёт? — Ты станешь свободным, — Яньлин повернулся в его сторону. — Пламя больше не будет тебя жечь. Голоса в голове замолчат. — Голоса? — принц вздрогнул. — Ты знаешь про голоса? — Пламя говорило со мной. Оно показало. Тишина. — Я боюсь, — прошептал Ляньчжи. — Я тоже. — Яньлин нашёл его руку, сжал. — Но мы справимся. Вместе. — Хватит разговоров, — голос Шаали был твёрдым. — Пора спать. — Но мы... — Пора спать, — повторила она. — Вам обоим нужно обязательно отдохнуть перед ритуалом. — Шаали... — Не спорь, мой господин. — Она подошла, поправила одеяло. — И вы, ваше высочество. Закрывайте глаза. Ляньчжи посмотрел на неё — с удивлением и чем-то похожим на уважение. Они замолчали. Огонь в камине потрескивал, тепло окутывало комнату. — Спокойной ночи, — сказал Яньлин. — Спокойной ночи, — отозвался Ляньчжи. И они уснули — двое мальчиков, связанных пламенем. Двое друзей, которые только начинали понимать это. А Шаали сидела рядом и смотрела на них. Завтра будет непросто. Но сейчас — сейчас всё было хорошо.