Глава 53. Миссия

Их жизнь снова вошла в привычный ритм. Тренировки на рассвете. Занятия с наставниками. Обед в столовой, среди других учеников. Вечера у камина, с книгами и разговорами. Ляньчжи был рад оставить заботы двора позади. Здесь не нужно было следить за каждым словом, взвешивать каждый жест. Здесь можно было просто быть собой. — Ты улыбаешься, — заметил Лоу однажды. — Что? — Улыбаешься. Постоянно. С тех пор, как вернулись. Ляньчжи пожал плечами. — Я дома. *** Однажды вечером они отдыхали у камина. Яньлин лежал на подушках, Шаали расчёсывала его волосы. Лоу и Ляньчжи играли в шашки — Лоу проигрывал и ворчал. — Ты жульничаешь! — Я не жульничаю. Ты просто плохо играешь. — Это одно и то же! — Это совсем не одно и то же! Дверь распахнулась. На пороге стояла Лисян — в дорожной одежде, с сумкой через плечо, с блеском в глазах. — Ну что, благородные рыцари, — она театрально поклонилась. — Сопроводите даму в опасном путешествии? — Конечно! — сказали они хором. И тут же: — Куда? — Зачем? — Дама — это ты? — спросил Яньлин. Лисян замерла. — Я сейчас обижусь! Что, я не похожа на благородную даму? — Тебе лучше знать, — Яньлин улыбнулся. — Для меня ты похожа на сияющее пламя. — Это комплимент или отговорка? — Это правда. Лисян фыркнула, но было видно, что она польщена. — Ладно, — она махнула рукой. — Не важно. Я отправляюсь с миссией целительницы в горную деревушку. — Какую деревушку? — Далёкую. В горах. — Лисян села рядом с ними. — Там у них что-то странное происходит. То ли болезнь, то ли проклятие, то ли вообще нечисть какая-то. — Нечисть? — Лоу оживился. — Может быть. Они сами не знают. Присылали гонца, просили помощи. — Так что, — она обвела их взглядом. — Вы со мной? — Только мы? — спросил Яньлин. — А что не так? — А если это действительно нечисть какая-то, как ты говоришь? Лисян уставилась на него. — Братец, ты с каких пор стал таким осторожным? — С тех пор, как понял, что осторожность спасает жизни. — У тебя же Шаали с собой. На всякий случай. — Шаали только моя, — Яньлин улыбнулся. — Ты не можешь рассчитывать на её помощь, сестра. Шаали фыркнула из-за его плеча. — Он прав. Я защищаю только его. Лисян закатила глаза. — Ты что, хочешь, чтобы я взяла с собой пару сотен заклинателей? — Не пару сотен. Но хотя бы... — Мы всего лишь разведаем, что там происходит! — перебила она. — Посмотрим, оценим, если что-то серьёзное — вернёмся за подмогой. — А если это болезнь? — не унимался Яньлин. — Мы не целители. Ты сама справишься? Лисян смотрела на него — долго, с нарастающим раздражением. — У меня ощущение, — сказала она медленно, — что я разговариваю не с тобой, а с мамой. — Так вот, — Лисян скрестила руки на груди. — Мама разрешила мне поехать. А отец сказал взять вас с собой. Ты доволен? Яньлин замолчал. — С этого надо было начинать, — сказал он наконец. — Что? — Что отец одобрил. Конечно поедем. Лисян застонала. — Братец, ты зануда! Я раньше этого не замечала! — Это называется «ответственность». — Это называется «занудство»! Лоу и Ляньчжи переглянулись и захихикали. Лисян встала, отряхнула одежду. — Жду вас на рассвете, — сказала она. — Не проспите. — Мы никогда не просыпаем, — возразил Лоу. — Ты просыпаешь постоянно. — Это неправда! — Шаали? — Правда, — подтвердила Шаали. — Каждый раз приходится его будить. — Предательница! Лисян рассмеялась. — Форма одежды боевая, — добавила она уже от двери. — Берите всё необходимое. Дорога займёт два дня. — Понял. — И братец? — Да? — Спасибо, что согласился. — Она улыбнулась. — Мне спокойнее, когда ты рядом. И убежала, прежде чем он успел ответить. *** — Ну что, — Лоу потянулся. — Приключение? — Похоже на то, — кивнул Ляньчжи. — Горная деревушка. Загадочная болезнь. Возможная нечисть. — Лоу ухмыльнулся. — Звучит весело. — Звучит опасно, — поправил Яньлин. — Это одно и то же! — Это совсем не одно и то же. Шаали уже доставала дорожные сумки. — Я соберу вещи, — сказала она. — Вам лучше лечь пораньше. Рассвет близко. — Да, мама, — хором ответили мальчики. Шаали щёлкнула Лоу по лбу. — Не дерзи. *** Они легли спать — но не сразу уснули. — Как думаешь, что там? — спросил Ляньчжи в темноте. — Не знаю, — ответил Яньлин. — Узнаем, когда приедем. — Ты волнуешься? — Немного. — Яньлин помолчал. — Но Лисян права. Мы справимся. Вместе. — Вместе, — повторил Ляньчжи. — Эй, — сонный голос Лоу. — Хватит болтать. Спите. — Сам спи. — Пытаюсь. Вы мешаете. Шаали вздохнула, обняла их всех. — Спите, — шепнула она. — Завтра будет длинный день. И они уснули — все вместе, как всегда. Готовые к новому приключению. *** Утром они были готовы отправляться. Мальчики пристёгивали походные сумки к своим коням, проверяли снаряжение. Лоу ворчал, что его седло опять перекосилось, Ляньчжи помогал ему поправить. — Идут, — сказала Шаали. Яньлин повернулся к входу во двор. И услышал, как Лоу и Ляньчжи замолчали. Просто — замолчали. Посреди предложения. — Что? — спросил Яньлин. Тишина. — Что там? — Это... это Лисян? — голос Лоу был странным. — А кто ещё? — Но она... она... — Она выглядит как богиня, — выдохнул Ляньчжи. Яньлин нахмурился. Он чувствовал ауру сестры — яркую, тёплую, знакомую. Рядом с ней шла Мэйлин. — Опишите, — попросил он. — Алые одежды, — начал Лоу. — Такие... развевающиеся. С золотой вышивкой. Официальные, как у целительницы. — И причёска, — добавил Ляньчжи. — Сложная. Очень сложная. С золотыми шпильками. — Сколько шпилек? — Шесть. Нет, подожди... да, шесть. — Она сияет, — сказал Лоу. — Буквально сияет. Лисян подошла ближе. — Что, впечатлены? — в её голосе слышалась улыбка. — Можно? — спросил Яньлин. — Посмотреть? — Конечно. Он протянул руку. Аккуратно коснулся пальцами её причёски — сложной конструкции из кос и узлов. Нащупал шпильки — гладкие, с резными навершиями. — Драконы? — спросил он. — Фениксы. Символ целителей. Его пальцы скользнули ниже — по щеке, по линии подбородка. Потом — по ткани одежды. Плотный шёлк, рельефная вышивка, сложные узоры. — Красиво, — сказал он. — Ты же не видишь. — Я чувствую. — Он улыбнулся. — Ты красивая, сестра. Мэйлин подошла к ним. — Лисян, — её голос был серьёзным. — Ты старшая и главная в группе. — Знаю, мама. — Веди себя соответственно. — Мэйлин взяла её за руки. — Не делай глупостей. И им не давай. — Мы не делаем глупостей! — возмутился Лоу. Мэйлин посмотрела на него. — Лоу. — Да, госпожа? — Ты однажды попытался приручить дикого кабана. — Это было давно! — Это было в прошлом месяце. Лоу замолчал. — Будьте осторожны, — сказала Мэйлин. — Все. — Обещаем, — сказал Яньлин. — Обещаем, — повторили остальные. — Если что-то пойдёт не так — возвращайтесь. Сразу. Не геройствуйте. — Мама, — Лисян обняла её. — Мы справимся. Правда. — Знаю. — Мэйлин обняла её в ответ. — Просто... я мать. Мне положено волноваться. — И ты прекрасно справляешься. Мэйлин рассмеялась — невесело, но тепло. — Езжайте. И возвращайтесь целыми. Они оседлали коней. Лисян — впереди, в своих алых одеждах, величественная и прекрасная. Яньлин — рядом с ней. Лоу и Ляньчжи — чуть позади. Шаали скользнула Яньлину за пазуху, устроилась привычно. — Готовы? — спросила Лисян. — Готовы. — Тогда — вперёд! Они тронулись. Мэйлин смотрела им вслед, пока они не скрылись за поворотом. *** Они ехали весь день. Солнце поднималось всё выше, потом начало клониться к закату. Дорога петляла между холмами, мимо полей и рощ. — Дорогая сестра, — сказал Яньлин после нескольких часов пути. — Только ты знаешь, куда мы едем. — И что? — Ты уверена, что мы движемся в правильном направлении? Лисян помолчала. — Конечно уверена. Почему ты спрашиваешь? — Потому что деревушка горная. Мы едем почти день. И ещё не начали подниматься в горы. Тишина. — В твоих словах есть смысл, — сказала Лисян после паузы. — Сейчас достану карту. — Только сейчас? — Яньлин поднял бровь. — А до этого по чему мы ехали? — По памяти, конечно. — По памяти. — Да! У меня хорошая память! — Видимо, не на дороги. — Братец! Яньлин вздохнул. — Дорогая сестра, достань карту и отдай её Лоу. — Это ещё почему?! — Так у нас будет шанс доехать. — Я прекрасно умею читать карты! — возмутилась Лисян. — Ты прекрасно умеешь лечить людей. Карты — не твоя сильная сторона. — Откуда ты знаешь?! — Потому что мы едем на юг. А горы — на востоке. Лисян замолчала. — Ты уверен? — Солнце справа. Значит, юг. — Может, я так и планировала... — Лисян. — Ладно! — она достала карту, протянула Лоу. — Держи. Веди нас, о великий навигатор. — С удовольствием, — Лоу развернул карту. — Так... карта это хорошо. Но где мы сейчас? Началась увлекательная игра. — Вон там река, — указывал Ляньчжи. — Видите? Она есть на карте? — Рек много, — Лоу водил пальцем по пергаменту. — Какая именно? — Та, что течёт на запад. — Они все текут на запад! — Вон то дерево, — вмешалась Лисян. — Огромное. С раздвоенным стволом. Должно быть ориентиром. — Деревья на карте не отмечены! — А должны быть! Яньлин молчал, слушая их споры. — Вон мельница, — сказал Ляньчжи. — На холме. Видите? — Мельница... мельница... — Лоу прищурился. — Есть! Вот она! — Кажется, понял, — сказал Лоу наконец. — Мы вот здесь. — Уверен? — Почти. — Он посмотрел на карту, потом на дорогу. — Если мы поедем туда, — он указал на восток, — то скоро должны доехать до начала горной дороги. — А если не доедем? — Тогда я не прав. — Замечательно, — сказала Лисян. — Поехали. — Ты не будешь спорить? — А смысл? — она пожала плечами. — Я уже доказала, что не умею ориентироваться. Веди. *** К вечеру они доехали до начала горной дороги. Она поднималась вверх — узкая, каменистая, петляющая между скалами. — Ура, — сказал Лоу. — Я был прав. — Не зазнавайся, — буркнула Лисян. — Но я был прав! — Был. Один раз. — Это считается! Яньлин слушал их и улыбался. — Почти ночь, — сказала Лисян, посмотрев на небо. — Опасно подниматься в темноте. Лучше найти место для ночлега. — Согласен, — кивнул Яньлин. Они свернули с дороги, нашли небольшую поляну у ручья. Шаали приняла человеческий облик. — Я разведу костёр, — сказала она. — Я помогу, — вызвалась Лисян. — Нет. — Что — нет? — Если я с вами — готовлю я. — Шаали уже собирала хворост. — Лоу, помоги мне. — Есть! Лисян стояла, растерянная. — Но я хотела... — Ты — главная, — напомнил Яньлин. — Твоя задача — командовать. Не готовить. — Но... — Сядь. Отдохни. Завтра будет долгий день. Лисян вздохнула и села. Шаали и Лоу приготовили ужин — простой, но вкусный. Рис, сушёное мясо, овощи. Горячий чай. Они сидели у костра, ели, разговаривали. — Завтра поднимемся в горы, — говорила Лисян. — К полудню должны быть в деревне. — Что мы знаем о ней? — спросил Ляньчжи. — Немного. Маленькая, отдалённая. Живут охотой и скотоводством. — Лисян нахмурилась. — Гонец говорил, что люди болеют. Но описать толком не мог. — Симптомы? — Слабость. Бледность. Странные сны. — Она покачала головой. — Может быть болезнь. Может быть отравление. Может быть... — Нечисть, — закончил Яньлин. — Да. — Завтра, — сказал Яньлин, — первым делом осмотрим больных. Лисян — ты главная, ты и осматриваешь. — Понятно. — Мы с Ляньчжи проверим деревню. Поищем следы... чего-нибудь необычного. — А я? — спросил Лоу. — Ты поговоришь с жителями. Узнаешь, когда началось, с кого, были ли какие-то события перед этим. — Понял. — Шаали будет следить за всем. Как всегда, — отозвалась она в его голове. — Если что-то серьёзное — не геройствуем. Возвращаемся за помощью. — Как скажешь, братец, — кивнула Лисян. *** После ужина они устроились спать. Шаали осталась у костра — она не спала, просто следила. Остальные легли на расстеленные одеяла, глядя на звёзды. — Странно, — сказал Ляньчжи тихо. — Что странно? — Ещё год назад я был принцем. Спал во дворце, на шёлковых простынях. — Он помолчал. — А теперь лежу на земле, в лесу, и еду в какую-то деревню разбираться с нечистью. — Жалеешь? — Нет. — Он улыбнулся. — Ни капли. — Тихо, — сказала Лисян. — Спите. Завтра рано вставать. И они уснули — под звёздами, у догорающего костра. Готовые к тому, что ждало их впереди. *** Яньлин лежал с открытыми глазами. Вокруг спали остальные — он слышал ровное дыхание Лоу, тихое посапывание Ляньчжи, мерный ритм сердца Лисян. Костёр догорал, потрескивая. Но сон не шёл. Что-то тревожило его. Что-то там, впереди, на горе. Ощущение, которое он не мог объяснить словами. — Почему ты не спишь? — голос Шаали был тихим. Она села рядом с ним, положила руку ему на плечо. — Мы встретим что-то неприятное там, на горе, — сказал Яньлин. — Что-то, что не нравится огню. — Ты чувствуешь это отсюда? — Смутно. Но чувствую. Шаали помолчала. — Это будет завтра, — сказала она наконец. — А сегодня ты должен отдохнуть. Она легла рядом, обняла его. Её тепло окутало, успокоило. — Шаали... — Да? — Скажи... — Яньлин помолчал. — Я же не первый, с кем ты связана ритуалом? Тишина. — Мой господин хочет сказку на ночь? — Хочу правду. Шаали вздохнула. — Нет. Не первый. — До тебя, — начала Шаали, — я была саламандрой двух заклинателей. — Двух? — Да. — Её голос стал мягче, задумчивее. — В первый раз я не была ещё высшим духом. Я была как та саламандра, которой владеет твой отец. Уже не совсем просто ящерица, но ещё не разумное существо. — Ты помнишь его? — Мало что. — Она помолчала. — Наверное, только то, что он любил меня. И дал имя. — Шаали? — Да. Шаали. — В её голосе была нежность. — И это сделало меня той, кто я есть. — А дальше? — спросил Яньлин. — Дальше? — Шаали вздохнула. — Дальше я стала высшим духом. Только осознавшим себя высшим духом. — Это... больно? — Странно. — Она подбирала слова. — Как будто всю жизнь видел мир сквозь туман, а потом туман рассеялся. И ты понимаешь, что всё время был чем-то большим. — Я заставила его пройти ритуал. Яньлин замер. — Заставила? — Он умирал, — голос Шаали стал тише. — А я хотела спасти его. Он был такой яркий... как пламя источника. Я не могла его отпустить. Я провела ритуал без его согласия. — Она помолчала. — Он разозлился на меня. Решил, что я его поработила. — А ты? — Я просто хотела, чтобы он жил. Яньлин чувствовал её боль — старую, глубокую. Столетия не стёрли её. — А потом он понял суть нашей связи. И что теперь вся моя сила в его распоряжении. Мы совершили вместе много ужасных и прекрасных поступков, — продолжала Шаали. — И прожили долгую жизнь вместе. — Какую? — Разную. — Она улыбнулась — Яньлин почувствовал это по её голосу. — Были войны и мир. Победы и поражения. Были времена, когда мы ненавидели друг друга. И времена, когда любили. — Любили? — По-своему. Как могут любить огненный дух и заклинатель, связанные кровью и пламенем. Яньлин молчал, впитывая её слова. — А потом он умер, — сказала Шаали. — И я решила, что больше никогда не свяжу себя с заклинателем. Но потом появился ты, — Шаали обняла его крепче. — И я не смогла устоять. — Почему? — Не знаю. — Она помолчала. — Ты был такой маленький. Такой хрупкий. Такой... яркий. Несмотря на всё. — Я был умирающим ребёнком. — Ты был чудом. — Её голос стал твёрже. — Ребёнок, который не должен был выжить, но выжил. Который не мог видеть, но видел больше других. Который... Она замолчала. — Который что? — Который смотрел на меня без страха. Первый за столетия. Яньлин лежал, обдумывая услышанное. И вдруг понял. — Подожди, — сказал он. — Ты Шаали. Саламандра основателя Чёрной Башни? Тишина. — Та, из легенд? Сказаний? Исторических свитков? — Да, — голос Шаали был спокойным. — Я Шаали, саламандра основателя Чёрной Башни. Легендарное чудовище. — Чудовище? — В свитках меня называют именно так. — Она усмехнулась. — «Огненный змей, что пожирал врагов основателя». Звучит впечатляюще, правда? — Ты... — Яньлин не мог подобрать слова. — Ты жила тысячу лет назад? — Больше. Но давай сохраним это между нами. — Значит, ты согласилась пройти ритуал со мной, потому что об этом попросил глава Чёрной Башни? — спросил Яньлин. — Твой отец? — Шаали фыркнула. — Мне, конечно, очень нравится твой отец. Но конечно не из-за этого. — Тогда почему? — Когда ты мне поверишь, что я согласилась только из-за тебя? — вздохнула Шаали. — Ты особенный, Яньлин. Был особенным с первого дня. — Я не... — Спи, мой господин. — Она погладила его по волосам. — Если захочешь, я расскажу тебе потом. Всё, что захочешь узнать. — Подожди, — Яньлин не мог остановиться. — Ты видела возведение Чёрной Башни? — Я участвовала в возведении Чёрной Башни, — сказала Шаали. — Участвовала?! — Да. — В её голосе было что-то странное. Грусть? Гордость? — Но я никогда не видела её такой, как ты её знаешь. — Какой? — Уютным домом огненных. Местом, где дети смеются и бегают по коридорам. — Она помолчала. — Всё было гораздо более... диким. — Расскажи! — Я расскажу тебе потом, если захочешь. — Шаали поцеловала его в лоб. — А пока — спокойной ночи, мой господин. Яньлин хотел спросить ещё — так много вопросов кружилось в голове. Но тепло Шаали окутывало его, её дыхание было ровным и спокойным. И усталость наконец взяла своё. Он закрыл глаза. Саламандра основателя, — думал он, засыпая. — Легендарное чудовище. И она выбрала меня. Конечно выбрала, — голос Шаали в его голове, тёплый и нежный. — Ты мой. Всегда был мой. С первого вздоха. И он уснул — в объятиях существа, которое помнило зарю Чёрной Башни. А Шаали смотрела на него — на этого мальчика, который стал для неё всем. И улыбалась.