Глава 20

Прошло пару месяцев. Сейчас было жаркое, душное лето, и время текло иначе — не столько днями, сколько событиями.   В июне мы отпраздновали мой день рождения, что было странно, учитывая, что я вампир. Мы успешно сдали все экзамены. Получили результаты. И оказалось, что единственный университет, в который мы с девочками прошли по баллам был Университет Нового Орлеана.   Что ж. Я и не хотела оставаться в этом проклятом городе, который принёс мне столько боли и открыл такие пугающие истины. Мысли о переезде вызывали скорее облегчение, чем страх. Да, у меня теперь была вечная жизнь (или что-то очень на неё похожее). Но я всё ещё хотела учиться. Хотела доказать самой себе, что я могу. Что я не просто воровка из детдома и не просто новоиспечённый монстр. Что я могу что-то построить.   Мы начали готовиться к переезду. Нам выделили комнату в общежитии — одну на троих, благодаря моим «навыкам убеждения» у заведующей. Кэролайн собрала с собой, как шутила Бонни, «половину дома Форбс» — несколько огромных чемоданов с одеждой, косметикой и даже любимым пледом. Бонни, практичная и собранная, ограничилась двумя средними чемоданами — один с одеждой, другой с книгами по магии и семейными реликвиями.   А я… Все мои пожитки за 19 лет жизни, включая несколько обновок, купленных уже не на ворованные деньги, уместились в один большой походный рюкзак. Быстро и без сожалений. Я выходила из своего старого, обшарпанного дома, даже не оглянувшись. Не было в нём ничего, за что можно было бы зацепиться сердцем. Только пыль, пустота и воспоминания, которые я предпочла бы стереть. Почти на выходе я всё же остановилась, открыла дверцу старого шкафа в прихожей и достала оттуда аккуратно упакованное в ткань чёрное шёлковое платье. Оно лежало там, как обвинение и как напоминание. Сжечь его рука не поднялась. Выбросить — казалось слишком мелодраматичным жестом. В итоге я сунула его в рюкзак, на самое дно. Пусть едет. Как шрам. Как трофей. Как напоминание о том, насколько глупой и уязвимой я ещё могу быть.   Мы приехали в Новый Орлеан в середине июля. Жара была адской, влажной, обволакивающей, как одеяло. Воздух пах морем, специями, жареными орехами и чем-то ещё — древним, тёмным и живым. Город был абсолютно другим. Не тихим, дремлющим Мистик Фоллз, а шумным, ярким, хаотичным организмом. Джаз лился из открытых дверей баров, разноцветные фасады «пряничных» домов Французского квартала слепили глаза, а в воздухе витала атмосфера вечного карнавала и скрытой тайны. Мне это нравилось. Здесь можно было раствориться. Здесь можно было начать всё с чистого листа, не будучи при этом совсем человеком.   Мы заселились в нашу комнату в общежитии — тесную, но свою. Учёба начиналась только в сентябре, так что до конца лета у нас была только одна задача: гулять, осваиваться и пытаться отдыхать. В первый же вечер мы отправились в один из многочисленных баров на Бурбон-стрит. Заказали замысловатые коктейли в высоких бокалах и устроились за маленьким столиком, наблюдая за суетой. Бонни, вертя в пальцах соломинку, задумчиво сказала: — Думали ли вы когда-нибудь, что мы будем… вот так? Здесь? Втроём в совершенно новом городе,учась в одном университете? Я отпила свой «Хёррикейн», сладкий и обманчиво лёгкий. — Честно? Нет. Я думала, буду прозябать в том доме или, в лучшем случае, сбегу в общагу в каком-нибудь заштатном колледже. Но… я ни о чём не жалею. — Я посмотрела на Бонни. — Слышала, в этом городе, кстати, очень сильное сообщество ведьм. Сильнее, чем где-либо ещё. Бонни кивнула, и в её глазах загорелся профессиональный интерес, смешанный с волнением. — Я уже… связалась с их регентом. По совету бабушки. Её зовут Давина Клэр. Она молодая, но невероятно мощная. И она сказала, что для них будет честью принять ведьму из рода Беннет в своё сообщество. Мы с Кэролайн переглянулись и синхронно кивнули с гордостью. — Я рада за тебя, Бон, — искренне сказала я. — Ты правда сильная ведьма. А теперь у тебя будет целое сообщество, поддержка, наставники… Это же прекрасно! Бонни сияла от счастья и лёгкого волнения. — Спасибо, девочки… Без бабушки я бы, наверное, и не решилась. — Мы обязаны выпить за это! — провозгласила Кэролайн, поднимая бокал. — За новое начало Бонни! Мы чокнулись. Вечер тек легко и приятно, наполненный смехом и планами на будущее. Потом я, понизив голос, спросила Бонни: — Слушай, а ты не могла бы… ненароком узнать у этих ведьм, как тут обстоят дела с вампирами? Уверена, их тут, в этом котле, полно. Хотелось бы знать, с чем имею дело. — Конечно, — кивнула Бонни. — Я спрошу у Давины при первой же встрече. Должны же быть какие-то правила, раз всё так организовано. И словно в ответ на мои мысли, к нашему столику подошёл мужчина. Высокий, атлетичного сложения, с тёмной кожей, обаятельной улыбкой и проницательными карими глазами. Он был одет дорого, но без вычурности. — Здравствуйте, девушки, — сказал он, его голос был бархатистым и уверенным. — Прошу прощения, что вмешиваюсь, я услышал ваш разговор. Меня зовут Марсель Жерар. И вампирами в этом городе, можно сказать, заведую я. Внутри я невольно сжалась, готовясь к худшему. Опасность чуялась от него, как тепло от печки, но это была не дикая, хаотичная угроза, а сконцентрированная, контролируемая сила. Марсель, будто угадав мою настороженность, лучезарно улыбнулся, и в его улыбке была неподдельная харизма. — Не бойся меня. Я здесь для того, чтобы поддерживать порядок. Управляю Французским кварталом и делаю всё, чтобы вампиры в Новом Орлеане чувствовали себя… спокойно. И чтобы люди тоже могли спать спокойно. — Он склонил голову в мою сторону. — Как тебя зовут? — Вики, — ответила я, стараясь звучать ровно. — Приятно познакомиться, Вики. Добро пожаловать в наш город. — Его взгляд скользнул по мне, оценивающе, но не вульгарно. — Тебе, как новичку, нужно уяснить несколько правил. Чтобы у нас не было проблем, ладно? Я кивнула, чувствуя себя первокурсницей на лекции у строгого, но справедливого декана. — Первое, и самое главное: мы питаемся только туристами. Случайными прохожими, которых никто не будет искать. И мы всегда стираем им память. Никаких трупов, никакой паники. Это закон. — Второе: если у тебя какие-то проблемы — с другими вампирами, с ведьмами, с оборотнями, с кем угодно — ты обращаешься ко мне. Или… — он сделал лёгкую паузу, — к Клаусу. — А Клаус… это кто? — спросила я. Улыбка Марселя на миг стала сложнее, в ней появились оттенки уважения, истории и, возможно, старой осторожности. — Основатель этого города. Первородный вампир-оборотень. Гибрид. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Поверь, с ним лучше дружить. Или, на худой конец, не попадаться на глаза, когда он не в духе. Пока он доверяет управление мне, так что обычно тебе со мной и иметь дело. Я снова кивнула, стараясь запомнить. — И третье, — продолжил Марсель, — мы здесь стараемся поддерживать мир. Между всеми сверхъестественными фракциями. Никаких драк на улицах, никакой вражды на виду у людей. Разбираемся цивилизованно или на нейтральной территории. Поняла? — Поняла, — сказала я. Его деловой, но твёрдый тон внушал скорее уважение, чем страх. — Ты… со всеми новичками так общаешься? Марсель улыбнулся, и в этой улыбке было что-то отеческое, несмотря на его молодой вид. — Да. Потому что я ценю свой город. И то, что мы в нём построили. Здесь можно жить, не прячась в полной мере, но и не сея хаос. Это хрупкий баланс, и я его охраняю. — Он сделал шаг назад. — Ладно, дамы, не буду вам мешать. Хорошего вечера. Добро пожаловать в Новый Орлеан. Он кивнул нам всем, бросил ещё одну обаятельную улыбку и растворился в толпе, двигаясь с грацией хищника, который знает, что он — царь здешних джунглей. Я сидела, переваривая услышанное. — Это же… хорошо? — осторожно сказала Кэролайн, сжимая мою руку под столом. — Видимо, здесь действительно стараются держать порядок. Не как у нас, где все скрываются и воюют в тени. Бонни кивнула, задумчиво смотря в сторону, куда ушёл Марсель. — Давина что-то говорила про него… вроде, они друзья. Или союзники. Так что, думаю, ему можно доверять. По крайней мере, в том, что касается правил. — Первородный гибрид… — пробормотала я про себя, и в голове невольно всплыло другое лицо с насмешливыми карими глазами. Но я быстро прогнала мысли. Это было в другом месте, в другой жизни. Мы допили коктейли и под звон уличных музыкантов побрели обратно в общежитие.   Я засыпала под мерное дыхание подруг, глядя в потолок, по которому играли отблески неоновых вывесок с улицы. Здесь начиналась моя новая жизнь. С правилами. С сообществом. С возможностью учиться, расти и… просто существовать, не будучи вечной мишенью или игрушкой.   И главное — мне было уже не так страшно. Потому что я твёрдо усвоила одно правило для себя, которое оказалось важнее всех городских уставов Марселя:   «Ни в кого не влюбляться. Держать сердце на замке. Доверять только себе и тем двум, кто прошёл через огонь и остался рядом.»   А пока что у меня это получалось. И в этом тёплом, шумном, полном тайн Новом Орлеане, с вечностью впереди и парой верных подруг рядом, этого было достаточно. Более чем достаточно.