Глава 24

Кэролайн очнулась ближе к утру. Я всё это время не отходила от неё, сидя на полу у кровати, слушая редкие звуки за окном и собственные тревожные мысли. Она села на кровати медленно, будто проверяя каждую мышцу, и первой её реакцией было удивление. — Чёрт… — прошептала она, разглядывая свои руки. — Всё по-другому. Звуки, запахи… я чувствую, как бьётся сердце мыши где-то под полом. Я протянула ей заранее заготовленный пакет с донорской кровью, который стащила из больничного холодильника по пути от Марселя. — Тебе нужно завершить превращение. Пей. Медленно. Кэролайн выхватила пакет и с жадностью впилась в него. Я наблюдала, как её глаза, в которые вернулся фокус, загорелись новым, острым светом — не просто голодом, а осознанием силы. — Ну как? — осторожно спросила я, когда она опустошила пакет. — Ты в порядке? Она посмотрела на меня, и в её взгляде уже не было той девичьей неуверенности. Была твёрдая, почти холодная решимость. — Как никогда. Спасибо, Вики. Я вечно буду благодарна тебе за это. Я горько усмехнулась. — Подожди благодарить. Сначала нужно научиться с этим жить. Контролировать голод, силу, эмоции… Всё в тысячу раз острее. И учиться придётся быстро. В этот момент дверь открылась, и в комнату, слегка пошатываясь, вошла Бонни. Она выглядела измотанной — тёмные круги под глазами, одежда помята. Но её ведьминская чувствительность сработала мгновенно. Она замерла на пороге, её взгляд перескочил с Кэролайн на меня, и я увидела, как в её глазах вспыхивает понимание, а за ним — волна гнева. — Что происходит? — спросила она тихо, но в тишине комнаты это прозвучало как выстрел. Кэролайн, всё ещё сидя на кровати, сказала спокойно: — Вики сделала меня вампиром. Всё хорошо, Бон. Всё под контролем. Бонни взорвалась. Она редко злилась по-настоящему, но сейчас её лицо исказилось от ярости и боли. — Ты что?! — крикнула она, обращаясь ко мне. — Ты с ума сошла, Вики?! Как ты могла?! Без обсуждения, без… без ничего! Я подняла руки, пытаясь её успокоить. — Это было решение Кэролайн! Её выбор! Я не могла просто проигнорировать её желание! — Мы должны были обсудить это! Втроём! — парировала Бонни, её пальцы сжимались в кулаки. — Это же наша жизнь! Наша троица! А ты… ты взяла и изменила одну из нас навсегда! Кэролайн встала, её движения были теперь плавными, почти звериными. — Я хотела этого, Бон, — сказала она твёрдо. — Не осуждай меня. И не осуждай Вики. Это был мой путь. Так же, как твой путь — с ведьмами. Бонни смотрела на неё, и в её глазах читалась борьба — между любовью к подруге, страхом за неё и обидой на то, что её оставили в неведении. В конце концов, она просто опустила плечи, и гнев сменился глубокой усталостью. — Ладно, — прошептала она. — Сейчас… сейчас я хочу просто поспать. Мы с Давиной всю ночь общались с предками. Это выматывает не только физически. — Она, не глядя на нас, прошла к своей кровати и рухнула на неё, повернувшись лицом к стене.   Напряжение в комнате немного спало, но тяжёлое молчание между нами теперь было трёхслойным. Я обернулась к Кэролайн. — У тебя пока нет кольца от солнца. А мне нужно снова к Марселю. Узнать кое-что важное. — Попроси Давину сделать его, — предложила Кэролайн. — Или Бонни, когда она проснётся. Я могу посидеть здесь. Разобраться с… новыми ощущениями. — Ты уверена? — спросила я, беспокоясь. — Первые дни — самые тяжёлые. Голод, эмоции… всё может вырваться наружу в любой момент. Кэролайн кивнула, и в её глазах читалась непоколебимая решимость. — Я всё понимаю, Вики. Я справлюсь. Всё хорошо. Я не была до конца уверена, но выбора не было. Я кивнула. — Я буквально на час. Никого не впускай и, умоляю, никуда не уходи.