Глава 26

Днём следующего дня мы отправились на собрание к Марселю. Территория поместья Клауса была заполнена вампирами. Их было больше, чем я ожидала — пара сотен, наверное. Все разные: от юных, как мы, до древних с каменными лицами и глазами, полными вековых историй. Кэролайн, к моему удивлению, выглядела совершенно спокойной и даже заинтересованной — её новая природа, казалось, принимала эту обстановку как должное.   Мы вошли во внутренний двор, где уже собралась толпа. На балконе особняка, как на королевской ложе, стояли Клаус, Марсель, Кол и ещё двое — мужчина с аристократической осанкой и девушка с живыми, любопытными глазами. Вся «королевская семья» Нового Орлеана. Клаус поднял руку, и толпа замолкла мгновенно. — Вампиры Нового Орлеана! — его голос, усиленный силой, легко достиг каждого уха. — Как всегда, мы с семьёй подводим итоги месяца. А так как у нас появилось несколько новых лиц, позвольте представить вам тех, кто стоит во главе порядка, который мы здесь построили. Он жестом указал на своих спутников. — Мой брат, Элайджа. Мой брат, Кол. Моя сестра, Ребекка. Мы — Майклсоны. Мы — сердце и основа той системы, которую с таким усердием поддерживает наш дорогой Марсель.   Мой взгляд невольно прилип к Колу. Он стоял, слегка отклонившись, с привычной полунасмешливой ухмылкой, но его глаза были прикованы ко мне. Наш немой диалог длился несколько секунд: в его взгляде читались вызов, раздражение и что-то ещё, более сложное. В моём — холодное презрение, под которым клокотала та самая предательская, опасная искра. В голове шла настоящая гражданская война.   Одна часть меня: «Как же твои принципы, Вики! Ты сама клялась — никаких мужчин, никаких чувств, особенно к нему! Он использовал тебя, он лжец, он изменяет своей девушке!» Другая часть, низкая и постыдная: «Но у него безумно красивые карие глаза. И лицо. И тело. И он… чертовски хорош в постели. Твою мать, перестань!»   Марсель шагнул вперёд, его харизма была иного рода — не древней и грозной, как у Клауса, а живой, лидерской, завоевавшей уважение делом. — В этом месяце, как и в прошлые два, всё было тихо. Никаких нарушений, никаких инцидентов с людьми. Я хвалю вас за это! — Его слова были встречены одобрительным гулом. — Если так продолжится, наше сообщество станет только крепче! Мы должны воспитывать в себе коллективность, подобно стаям оборотней! Вампиры — одиночки по природе, но здесь, в Новом Орлеане, мы — семья! Вместе мы помогаем друг другу, учимся, растем! У каждого из вас есть, к кому прийти за помощью или советом! Он говорил с таким искренним убеждением, что даже я на миг поверила в эту идеальную картинку. Потом он добавил: — Некоторым из вас уже пришли приглашения на традиционный бал Майклсонов, который наша семья проводит раз в сезон. Будем рады видеть вас там. Я переглянулась с Кэролайн и шепнула: — Нас, похоже, ещё не зовут. Мы слишком новенькие. Кэролайн разочарованно кивнула, но прошептала в ответ: — Я бы так хотела сходить… Должно быть, невероятно. Марсель завершил собрание, и толпа начала расходиться. И тут он добавил, глядя прямо в нашу сторону: — Вики, Кэролайн — прошу вас остаться на минуту. Внутри всё сжалось, хотя разум подсказывал, что причин для паники нет. Мы поднялись по лестнице на балкон, где нас уже ждала вся «королевская семья». Ребекка, сестра Клауса, первая шагнула нам навстречу. У неё были добрые, живые глаза и открытая улыбка. — Рады, что вы переехали в наш город! — сказала она тепло. — Надеюсь, вам у нас понравится. — Спасибо, что приняли нас, — ответила я, стараясь улыбаться. — В нашем родном городе вампиры… держались сами по себе. Там не было такого… порядка. Кол, стоявший чуть позади, тихо усмехнулся, скрестив руки. Звук его усмешки заставил меня внутренне съёжиться. — У нас есть ещё сестра, Фрея, — продолжила Ребекка, — но она ведьма, поэтому сейчас, скорее всего, с Давиной и вашей подругой. Элайджа, тот самый аристократичный мужчина, сделал шаг вперёд. Его манера говорить была безупречно вежливой, но в ней чувствовалась стальная воля. — Клаус рассказал нам о твоей фамилии, Вики. Мы кое-что узнали от Хейли. Она была бы рада встретиться и рассказать тебе всё сама. На балу. Я почувствовала, как сердце замерло. — Вы… приглашаете нас? На бал? Клаус ухмыльнулся, его взгляд скользнул между мной и Колом. — По особой просьбе, — сказал он, и я поняла, о чём он. — Нашего брата Кола. Он сказал, что ты хорошо себя показала. Проявила ум и выдержку. Так что… почему бы и нет? Ребекка, детали. Ребекка с улыбкой протянула нам два изящных конверта из плотной, кремовой бумаги с золотым тиснением. — Здесь всё: время, место, дресс-код. Будем ждать. Мы с Кэролайн синхронно кивнули, она едва сдерживала сияющую улыбку. Клаус махнул рукой. — На этом всё, дорогуши. Марсель, проводи, пожалуйста, наших новых гостей.   Мы ушли, и как только вышли за ворота, Кэролайн не сдержалась: — Нас пригласили! Ты представляешь? Бал вампиров! Смотри, какие приглашения! — Она почти прыгала на месте, разглядывая золотые буквы. Я взяла своё приглашение, проводя пальцами по рельефному гербу Майклсонов. «Бал Майклсонов. Традиционный ежегодный приём». Я невольно усмехнулась. Бал вампиров. Я, Вики Маршалл, вороватая сирота из Мистик Фоллз, приглашена на бал к семье древнейших вампиров. — Ну что, — сказала я, глядя на сияющую Кэролайн. — Значит, едем в бутик. Ищем платья.Нам нужно выглядеть безупречно.   Мы отправились в один из самых пафосных торговых центров. Я объяснила Кэролайн, что теперь, будучи вампиром, она может просто внушить продавцу, что уже всё оплатила. — Но будь осторожна, — предупредила я. — Не переборщи с силой. Лёгкое внушение, как будто это само собой разумеется. Она кивнула, её глаза горели азартом. Весь день мы провели в примерочных. Я перемерила десятки платьев, пока не остановилась на одном. Чёрное, пышное, в пол, из тяжёлого атласа. С открытой спиной и тонкими, сверкающими блёстками бретелями, которые спадали с плеч, создавая иллюзию, что платье вот-вот соскользнёт. Оно было одновременно дерзким и элегантным. В нём я чувствовала себя не новичком, а кем-то… значительным. Кэролайн выбрала потрясающее платье цвета морской волны, длинное, облегающее, которое подчеркивало каждую линию её нового, совершенного тела. Она крутилась перед зеркалом, и в её глазах читалось чистое, детское восхищение.   Вечером в общежитии мы ждали Бонни. Она вернулась поздно, но её лицо светилось. — Представляете, — начала она, ещё не сняв куртку, — Давина официально пригласила меня на бал Майклсонов завтра! В качестве её гостя от сообщества ведьм! Я обменялась с Кэролайн взглядом. — Нас тоже пригласили, — сказала я. — Прямо от семьи. Бонни замерла, её радость на миг сменилась настороженностью, а потом — принятием. — Как ты, Бон? — осторожно спросила я. — Всё ещё злишься? Она вздохнула и села на свою кровать. — Вроде… смирилась. Это не моя жизнь, а ваша. Вы сами выбираете своё предназначение. — Она посмотрела на нас. — Я не выбирала быть ведьмой. Это пришло ко мне по наследству, как долг. Я подошла и села рядом, положив руку ей на плечо. — Я тоже не выбирала быть вампиром, Бон. Меня обратили без моего согласия. Ну, это была глупая случайность… Но сказать честно… сейчас я понимаю, что это лучшее, что случилось со мной. Вампиризм вытащил меня из той дыры, что называлась моей жизнью. Я стала увереннее. Сильнее. Почувствовала контроль над своей судьбой, пусть и в таком… извращённом виде. И это прекрасное чувство. Я научилась контролировать себя. И думаю, Кэролайн справится не хуже, если не лучше. Она уже на второй день выходит на улицу и не кидается на каждого встречного, как это делала я в первые дни. Она молодец. Кэролайн благодарно улыбнулась мне. Бонни поджала губы, потом кивнула. — Прости. Я просто… боюсь потерять вас. Ведьм и вампиров часто сталкивают лбами. А вы — мои лучшие подруги. — И мы всегда будем твоими подругами, — твёрдо сказала Кэролайн. — Вне зависимости от того, кто мы. Мы семья. — Семья, — повторила Бонни, и на её губах появилась слабая, но искренняя улыбка.   Весь остаток вечера мы провели как в старые добрые времена в Мистик Фоллз: болтали, смеялись, строили планы. Но пока Кэролайн и Бонни спорили о том, какую причёску сделать, мои мысли были далеко. Они метались, как пойманные в клетку птицы: «Что будет завтра? Как Кол отреагирует на моё платье? Увидит ли он в нём ту же «маленькую стерву» или что-то большее? Что скажет Хейли? Действительно ли мы родственники? А если да… то что это значит для меня в этом новом, опасном мире?» И самое главное, самый навязчивый вопрос, который крутился на задворках сознания, окрашенный в цвет его карих глаз: «Что происходит между мной и Колом? Эта токсичная, опасная тяга… она ведь ведёт только к боли. Так почему же я не могу просто вычеркнуть его из мыслей?»   Завтра будет бал. Завтра я снова увижу его. И завтра, возможно, я получу ответы на некоторые вопросы. А пока… пока нужно было просто дожить до этого «завтра», пытаясь не дать внутренней буре вырваться наружу.