2. The Show Must Go On

Как пели великие Queen в своей бессмертной композиции — «The Show Must Go On» — шоу должно продолжаться. И Адиль, словно истинный артист, блестяще исполнял свою роль. Он схватил Фадиме за руку, и с яростью произнес: «Ты разведешься». В его глазах пылал огонь, способный сжечь всё на своём пути, огонь, который мог бы затмить даже самые безумные взгляды Шерифа Фуртуны. Но Адиль не был единственным, кто терял рассудок в этом безумном водовороте. Казалось, что вскоре обе враждующие семьи окажутся на грани психического срыва. Оруч, не в силах сдержать эмоций, рвал волосы у себя на голове, словно пытаясь вырвать из себя всю эту безумную ситуацию. Исо, наблюдая за братом изподлобья, не мог поверить своим глазам. От кого угодно он ожидал бы такого поведения, но от родного брата — никогда. «Что он творит?» — пронеслось в его голове, как глухой удар. «Это тот, за кого я был готов отдать жизнь?» Реакция Оруча и правда была странной, но трудно было судить о ней, учитывая, что его разум давно уже свела с ума эта бесконечная война. Он не понимал, какую игру затеял младший брат, но мысли о чем-то хорошем в голову не приходили. Фраза, которую Оруч повторял себе, когда в душе начинала теплиться хоть какая-то надежда на совместное будущее с Элени, звучала как заклинание: «Мы либо убиваем друг друга, либо предаем, другого выбора нет». Эти слова словно врезались в его сознание, отрезвляя от иллюзий. Вечный конфликт между желанием и реальностью терзал его изнутри, как неумолимый шторм. Оруч знал, что надежда — это опасная вещь в их мире. Именно поэтому он не хотел, чтоб его любимый младший брат также страдал. Ведь что там может быть в голове этой девчонки Кочари? Оруч не мог допустить, чтобы эта девушка разбила сердце его брату. Он знал, как трудно потом будет собирать осколки, как больно будет видеть, как надежда превращается в пепел.  Элени тоже смотрела глазами на выкат, она была похоже на маленького оленёнка, которого подбил охотник. Бедная девочка за короткий срок, проведенный в Караденизе, пережила больше негативных инцидентов, чем могло бы приснится даже в самом страшном кошмаре. И сейчас её сердце наполняло недоумение: как могла её Фадиме, та самая бойкая девчонка, согласиться на брак?  Хотя Элени признавала, что, несмотря на свой высокий IQ, в обычной жизни она порой казалась «глуповатой», но она не была совсем дурой. В этом зале явно разыгрывалась какая-то игра, и все присутствующие стали зрителями этого спектакля. Впрочем, мысль о так называемой любви пронеслась в голове самой младшей Кочари: «Разве может быть брак без неё?». Не трудно было вспомнить все те взгляды, которыми обменивались теперь уже наши женатики. Кто-то увидит в этом злость, вражду и ненависть, а кто-то скажет — любовь.  Сцена их всеобщего флирта, свидетелем которой Элени стала вчера, вновь всплыла в памяти. И догадка о том, что это была далеко не первая такая сцена, никак не покидала её. Эти двое, конечно же, всё отрицали: «Какой флирт-млирт? Никакого флирта, не выдумывай», — вспоминала докторша с легкой усмешкой на губах. Из глубины дум Элени вырвал Адиль, который уже тянул  Фадиме к выходу из пансиона, не сдерживая своего гнева. Он громко кричал Гезепу, чтоб тот немедленно забирал Элени и все Кочари быстро выметались отсюда. Фадиме сопротивлялась, понимая, что брат своими действиями ставит под угрозу её жизнь. Вариант того, что Шериф Фуртуна не тронет Фадиме Фуртуну, был хоть и незначительно, но выше, чем вероятностью того, что он оставит в покое Фадиме Кочари. Выйдя за эту дверь, она даже не догадывалась, что её может ждать за пределами деревни врага. Кроваво-красные глаза пса Шерифа явно не предвещали ничего хорошего.  Исо схватил Адиля у самого выхода, его голос звучал уверенно и властно:  — Она никуда не пойдёт. Она теперь моя жена, и до конца своей жизни я отвечаю за неё. Но в этот миг раздался резкий удар, и никто не успел среагировать — кулак Адиля стремительно столкнулся с бедным глазом Исо. На щеке младшего Фуртуна мгновенно начал образовываться багрово-красный подтёк, словно предвестник грядущих бед. Адиль Кочари злобно скривился, и выплюнув в лицо парня сказал: — Надо было думать прежде, чем брать мою сестру в жёны. Он выбежал на улицу, таща за собой младшую сестру. Быстро запихнув её в пикап, он крикнул, уже выбегающим вслед за ним, семейке Фуртуна: — Нет мира, нет сделки! В этот момент раздалась очередь из пуль, выпущенных в небо, как будто сама судьба решила прервать их натянутый мир. Так, не успев начаться, он уже оборвался. Фадиме била брата по голове и кричала, чтобы он остановился. Но Адиль, быстро переключив передачу и нажав на газ, рванул с места, как пуля. За ним уже мчались машины Фуртуна, оставляя позади лишь облако пыли и предчувствие неминуемой беды. Исо, мгновенно очнувшись от удара, толкнул брата в грудь и с яростью прокричал: «Ключи, быстро!» Оруч не успел опомниться, как младший брат начал наносить удары всё сильнее: «Я сказал — ключи!» Мысли о том, что Фадиме увозят, и их спектакль может лишь навредить ей, начали пробиваться сквозь толщу других забот. Страх потерять эту девчонку, не успев её обрести, пугал куда сильнее всего на свете.  Шериф метнул в младшего племянника такой пронзительный взгляд, что Ширин Фуртуна, стоявшая до этого как статуя, испугалась и схватила сына за руку. Раздался ядовито-злобный голос Шерифа: «Что это за спектакль ты нам устроил?». Получив от старшего брата ключи, Исо воскликнул: «Не сейчас, дядя!» — и уже мчался к машине брата. Сев в чёрный внедорожник, он пустился по пятам Кочари, не оставляя себе права на промедление. В это время в машине Адиля Кочари раздался звонок: «Гезеп, перекрой мост». Фадиме не могла понять, что творится в голове у её брата и какие планы он строит.  — Брат, зачем перекрывать мост? Чего ты этим добьёшься? — спросила она, чувствуя нарастающее беспокойство. — Не дам им отнять тебя, — Адиль тяжело вздохнул, его голос звучал решительно, но был в то же время полон тревоги.  Фадиме осознавала, что через несколько минут ад действительно разверзнется. Узнав Исо хоть каплю, она понимала: он уже мчится за ней. Исо мчался так, как, вероятно, не гонял никогда. Гонщики Формулы-1 могли бы ему только позавидовать. Скорость была поистине невероятной — он уже обогнал машину Гезепа и Чакыра. Оставалось лишь сделать решающий манёвр и подрезать автомобиль Адиля, в котором сидела Фадиме. Взгляд Исо был полон решимости, а его машина стремительно неслась вперёд, словно на крыльях ветра.  Адиль, глядя в зеркало заднего вида, заметил машину Оруча, за рулём, которой явно находился какой-то безумный водитель — такой славой мог похвастаться лишь младший Фуртуна. Адиль нажал на газ и рванул ещё быстрее. Но Исо не собирался уступать. Выбор у него был невелик: впереди мост, разделяющий две враждующие деревни, и если они не дураки, то обязательно его перекроют. Чтобы добраться до Фадиме, ему придётся подрезать машину её брата. — Дай Аллах, он не убьёт меня, — пронеслось в голове у Исо, и внезапно он подрезал их, как ловкий хищник. Колёса его автомобиля скользнули по асфальту, оставляя за собой шлейф резкого запаха горелой резины. Адиль инстинктивно вывернул руль вправо, они уже были на мосту, а жить ему по-прежнему хотелось. Он не до конца вынес мозг Эсме и не свёл счёты с её мужем-псом Шерифом. Младший Фуртуна был уже впереди — он резко дал по тормозам, заставляя Адиля сделать то же самое. Фадиме впечаталась в спинку сидения брата — ведь кто этот ваш ремень безопасности? Кочари выбежал из машины, как гепард, и, не щадя сил, понесся к автомобилю Исо. Подбегая, он успел лишь крикнуть, подъехавшему Чакыру, чтобы тот не выпускал Фадиме из салона машины. Подскочив к чёрному внедорожнику, он силой вырвал оттуда парня, словно тот был лишь лёгким грузом.    — Я убью тебя! — прорычал Адиль, доставая пистолет и направляя его прямо в сердце Исо. — Ты слышишь меня? Я убью тебя, если ты не расскажешь мне, что тебе нужно от моей сестры! Какую грязную игру ты ведёшь?  Адиль с силой перевернул Исо и, облокотил его на ржавые поручни старого моста. Ну как сказать облокотил, верхняя часть туловища уже весела в воздухе, перекинутая через перила. Кочари держал парня за свитер, его рука крепко сжимала ткань, отпустит руку – и тот полетит в бездну. Гнев заполнил всё пространство, а глаза сверкали яростью, готовые к любой расправе. Скинуть сейчас этого мальчишку в водопад – легко, если на кону стоит судьба Фадиме, – такая мысль проносилась в голове Адиля.  Кочари не осознавал, что именно Исо сейчас защищает его единственную сестру. Боль от ударов, которые Адиль мог нанести, не могла сравниться с той мукой, которую он бы испытал, если бы с этой девушкой случилось что-то ужасное. Страх настолько сильно обволакивал, что когда он впервые услышал ультиматум дяди, его словно парализовало – воздух не поступал в легкие целых 5 минут. Стоя там, на берегу, он задыхался, пытался глотать воздух, как рыбка на суше, а в голове мелькали образы, каждый из которых был страшнее предыдущего. Исо уже подвел эту девушку и не раз. Он не сможет пережить, если с ней что-то случится.  И вот сейчас, лёжа на этом ржавом перилке, он не боялся — он не играл в игры, он защищал. Исо посмотрел в глаза Кочари и, без капли сомнения, произнес:  — Стреляй в меня. Кроме того, что я люблю Фадиме, ты ничего не услышишь от меня, брат. Звуки ударов, сотрясавшие воздух, вновь раздались, отголоском жестокой реальности. Исо не оказывал сопротивления, в его сердце царило понимание — Адиль защищал свою сестру, и в этом не было ничего неожиданного. Младший Фуртуна не был хорошим парнем, он уже раз подвел доверие старшего Кочари. Как тогда со стадом, так и сейчас, он с мужеством примет этот удар.  К моменту, когда лицо Исо полностью окрасилось в багровый цвет, к месту событий подъехала вся семья Фуртуна. Из машины повываливались абсолютно все: Оруч, Зарифе, Ширин, Шериф и, к глубочайшему сожалению Адиля, даже Эсме.  Заметив своего побитого сына, Зарифе подбежала к Адилю, её сердце переполнялось гневом и страхом.  — Что ты творишь, Кочари? — воскликнула она, голос её звучал как гром среди ясного неба. — Что ты за Янгаз такой? Куда ты увозишь эту девчонку? Ты что, ослеп? Неужели ты не понимаешь, что с этого момента Фадиме — моя дочь! — слова Зарифе были полны отчаяния и решимости. — А Исо — твой сын! — завопила она ещё громче, ударяя кулаками в грудь Кочари, словно пыталась пробудить в нём хоть каплю совести. Из машины Адиля выскочила Фадиме, и, не раздумывая, помчалась в сторону всей этой ужасающей картины, перед этим, укусив Чакыра за ухо, дабы нейтрализовать. — Брат, пожалуйста, остановись, не трогай его, я люблю его! — закричала она, ложь и правда, всё перемешалось в высоких горах Карадениза. Никто не мог сказать, действительно ли это так, но её крик был настолько пронзительным, что казалось, каждый вокруг поверил в искренность её слов. Адиль нанёс последний сокрушительный удар младшему Фуртуна. В этот момент, услышав слова Фадиме, Исо, даже получая по лицу, аккуратно улыбнулся уголком губ. Хоть это и была ложь, о которой они договорились, но из её уст, она звучало сладко. Заметив улыбающегося парня, Адиль воскликнул: — Да что ты лыбишься-то? — и, тряхнув его, Кочари поставил на ноги. — Нравится получать по лицу? Так я тебе устрою, будешь до конца своей жизни получать! Кажется, всё это безумие на мгновение остановилось. Зарифе выдохнула, мягко похлопав по плечу Фадиме. Девушка подошла к Исмаилу, который был покрыт синяками. «Но, боже мой, как же они ему шли» — пронеслось в голове у Фадиме.  — Ты в порядке? — осторожно спросила она, беря его под руку.  — Думаю, с тобой я буду в порядке до конца жизни, если твой брат не убьёт меня однажды, — ответил Исмаил с лёгкой усмешкой. Но мир, который засуществовал лишь на мгновение, уже успел нарушить Эюпхан. Он выскочил из машины отца, его глаза горели решимостью, а в руке сверкал пистолет, направленный на Исо. В воздухе повисло напряжение, и вдруг раздался оглушительный выстрел.