Часть 30. Наше родство…

- Рики, пойдём. Пора возвращаться обратно на базу, - произнесла Кейла, заходя за девушкой в воду и обхватывая её плечи. - Леди, торопитесь! Вы же знаете – я не люблю долго ждать! – крикнул Джаз, стоя в тени деревьев на кромке пляжа и слегка поблескивая своим белым корпусом. Кейла бережно развернула подругу лицом к берегу, и они принялись аккуратно и медленно возвращаться обратно. Каждый шаг по вязкому песчаному грунту давался Уитвики с трудом. Виной всему было её тяжелое физическое состояние после той сложнейшей экстренной операции с экспериментальным переливанием очищенного энергона, которую провели, чтобы спасти её выгорающее тело. Прошло ровно две недели с того сингапурского кошмара. После хирургического вмешательства, Рики было строго решено оставить в медицинском отсеке под постоянным и неусыпным надзором робота-медика. Удивительно, но уже за первую неделю все её внутренние повреждения и трещины в рёбрах затянулись с поразительной, просто аномальной скоростью – кибертронское топливо буквально пересобрало ткани её организма заново. Девушка окончательно пришла в себя, однако переливание такой чужеродной субстанции не прошло бесследно: артериальное давление то и дело резко скакало, а вестибулярный аппарат давал серьезные сбои, из-за чего координация движений полностью нарушилась. Вся вторая неделя ушла на то, чтобы, в буквальном смысле слова, заново учиться ходить. Рики стоило колоссальных усилий и тройного труда уговорить Леннокса, Оптимуса и всю остальную команду выпустить её хотя бы ненадолго на свежий воздух и разрешить дойти до пляжа. Военные и автоботы сдались лишь при одном жестком условии: эта вылазка разрешена исключительно под надзором Джаза и Кейлы. Все эти четырнадцать дней Кейла Уилтон не отходила от неё ни на один шаг. Рыжеволосая учёная буквально переселилась в отсек Рэтчета, наотрез отказавшись возвращаться в свою комнату. Она ночевала там же, чутко спала на неудобном раскладном стуле прямо у кушетки Рики, по нескольку раз за ночь проверяла показания датчиков, лично контролировала состав капельниц и упрямо игнорировала уговоры Леннокса пойти отдохнуть. От этих бессонных, полных тревоги ночей под её ореховыми глазами залегли глубокие темные синяки, а огненные волосы были небрежно собраны, но на её лице по-прежнему читалась упрямая решимость защитить подругу. Джаз плавно распахнул перед ними пассажирские двери, и Кейла помогла бледной, всё еще слабой Рики забраться на мягкое сиденье. Этот короткий десятиминутный выезд к океану был их первой робкой победой над болезнью. Как только двери захлопнулись, Джаз очень тихо тронулся с места, выезжая на лесную тропинку. Он вел машину предельно аккуратно, медленно объезжая каждую ямку и кочку на раскаленной дороге Диего-Гарсия, чтобы не причинить девушке лишней боли. В салоне воцарилась временная, хрупкая тишина, нарушаемая лишь мерным гудением кондиционера, пока Кейла привычным движением активировала свой электронный планшет для фиксации новых био-данных Рики. Ей ещё никто не рассказал про её особенную кровь. Нет, это было не запрещено, просто просили с этим повременить, пока она окончательно не поправится и не наберётся сил. «Золотая кровь» - удивительный медицинский феномен со сверхредким нулевым резус-фактором (Rh-null). Это была подлинная, самая редкая группа крови в мире, которая встречается всего у нескольких десятков человек на всей планете. Возможно, что именно её уникальные биологические свойства и отсутствие каких-либо антигенов позволили организму девушки сотворить невозможное – идеально принять и усвоить жидкий энергон. Пока её сосуды заживали, военные и Рэтчет сознательно сосредоточили всё внимание на безопасности, решив не нагружать Рики лишними тайнами, ведь использование её золотой силы и энергии Искры сейчас и так было строго-настрого запрещено под любым предлогом. - Это просто феноменально... – наконец тихо выдохнула рыжеволосая учёная, не скрывая искреннего, чисто профессионального восторга, – До сих пор поверить не могу. То, что обычное человеческое сердце, хрупкие сосуды и нервная система смогли выдержать, принять и полностью усвоить энергон – это за гранью возможной науки! Твой организм не выдал ни единого отторжения, никаких мутаций или опасных отклонений. Эта кибертронская субстанция сработала внутри тебя как какое-то мифическое зелье тотальной регенерации. Пока Кейла продолжала бурно восторгаться результатами анализов и невероятной живучестью подруги, сама Рики слегка повернула голову и устало посмотрела на неё. Напускной восторг куратора казался ей немного странным, словно за этой лавиной медицинских терминов скрывалось нечто большее. - Кейла, - негромко прервала её Рики, переводя взгляд на мелькающие за тонированным стеклом пальмовые рощи Диего-Гарсия, – Ты ведь устроила эту вылазку к океану не просто так. О чём именно ты хотела со мной поговорить без свидетелей? Рыжеволосая девушка на мгновение замерла, и её пальцы сильнее сжали корпус планшета. Она сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. Кейла на секунду замялась, бросив беглый взгляд на лобовое стекло, словно проверяя, не слушает ли их Джаз слишком внимательно, а затем выключила планшет и повернулась ко мне всем корпусом. - Ладно, ты права. Я действительно хотела поговорить без свидетелей, пока Рэтчет не видит, - тихо вздохнула рыжеволосая учёная, и её синяки под глазами от этого вздоха показались мне ещё глубже, – Рики, дело в твоей крови. Точнее в том, что мой отец обнаружил в ней во время операции, когда вскрыл брюшную полость. У тебя в венах течёт настоящая «золотая кровь». Я нахмурилась и удивлённо уставилась на неё, на мгновение забыв про слабость в теле. - Что за бред, Кейла? Какая ещё «золотая кровь»? Медики в Пентагоне явно перегрелись под солнцем и что-то напутали. У меня самая обычная третья положительная группа крови. Я это точно знаю, у меня в школьной медицинской карте так написано. Кейла нахмурилась в ответ, и в её ореховых глазах промелькнуло абсолютное непонимание. Она растерянно моргнула, переводя взгляд с моего лица на закрытую сумку с планшетом. - Третья положительная? Быть такого не может, Рики. Это ты ошибаешься или твои школьные врачи были слепыми. Настоящая «золотая кровь» - это медицинский термин для сверхредкого нулевого резус-фактора. В мире всего чуть больше сорока человек с такой аномалией. Мы перепроверяли твои образцы около пяти раз! Сначала мой отец лично прогнал её через экспресс-тесты прямо в операционной, а потом уже я сама, своими руками трижды перепроверила молекулярную структуру в лаборатории NEST. У тебя чистый нулевой резус. Никаких антигенов. Мы выдвинули гипотезу, что возможно, именно поэтому твои сосуды не разорвались от энергона. Может быть «золотая кровь» имеет иммунитет к энергону. Я замерла, чувствуя, как внутри снова всё холодеет. Ошиблись пять раз? Марк Уилтон и его гениальная дочь-вундеркинд просто не могли совершить такую глупую ошибку в закрытой лаборатории. - Но…но это невозможно, Кейла. Я точно помню, что… - и тут в мою голову закралась мысль, - Слушай, а может быть так, что моя кровь поменялась? Ну вот полностью, и группа, и резус-фактор? Кейла откинулась на спинку сидения и сцепила руки в замок. - Хм, вообще в течение жизни группа крови и резус-фактор остаются неизменными, так как они заложены генетически. Реальное изменение возможно лишь в исключительных медицинских случаях, например, после трансплантации костного мозга. В быту за «смену» группы крови обычно принимают лабораторные ошибки или временные сбои в организме. Ну, в редких случаях, такая «смена» возможна при тяжёлых патологиях или массивном переливании чужеродной крови. Но последнее имеет скорее временный эффект. - И…? - И ничего из этого к тебе не относится. Рэтчет проверял несколько раз – в тебе нет никаких хирургических вмешательств. Так что это всё исключено. - Ну тогда остаётся вариант, что тут не обошлось без моей энергии, либо энергии Искры. - Тоже маловероятно. – спокойно ответила Кейла. - Да почему?! – воскликнула я, резко дёрнувшись вперёд от нахлынувшего возмущения и непонимания. Из-за этого резкого движения мир перед глазами мгновенно поплыл, в ушах противно зазвенело, а в затылок ударила тупая, тягучая боль. Координация снова подвела меня, и я едва не полетела лицом прямо в приборную панель. - Воу, малышка, тихо! – раздался обеспокоенный бас Джаза из динамиков, и в ту же секунду меня резко, но аккуратно прижал обратно к кожаному сиденью ремень безопасности, который автобот натянул собственной волей. Я тяжело откинулась на подголовник, судорожно хватая ртом прохладный воздух и зажмурившись, пока дурнота постепенно отступала. - Спасибо, Джаз, - слабо прошептала Кейла, придерживая меня за руку, а затем строго посмотрела на меня своими ореховыми глазами. – Рики, тебе строго-настрого запрещено делать резкие движения, забыла? Рэтчет мне голову оторвёт, если мы привезём тебя обратно с рецидивом. А насчёт твоего вопроса – это маловероятно по одной простой причине. Генетическая структура и группа крови закладываются ещё в утробе матери. Никакой, даже самый мощный энергетический всплеск или симбиоз с Искрой не способен бесследно стереть антигены из каждой клетки твоего тела за пару минут боя. Это научно невозможно. Я лежала неподвижно, чувствуя, как уши снова начинали гореть от растерянности. Голова шла кругом, и я сама абсолютно не понимала, как вообще такое возможно. Вся эта чертовщина с редчайшей группой крови просто не укладывалась в рамки здравого смысла. - Знаешь что... - Кейла задумчиво прикусила губу, постукивая пальцами по планшету, а затем предложила, - Если майор Леннокс сейчас на базе, мы попросим его поднять свои связи в Пентагоне. Пусть сделает официальный запрос и вытащит из архивов все твои детские медицинские документы до единого. Мы должны попытаться хоть что-нибудь прояснить и выяснить, откуда у этой аномалии растут ноги. Иначе я просто сойду с ума. Джаз плавно затормозил, и за тонированными окнами показались массивные бронированные ворота главного ангара базы NEST. Наш короткий побег к океану подошел к концу. Нам нужно было незаметно проскочить мимо Рэтчета и срочно найти майора, чтобы начать эти поиски.

***

Увы и ах, но от Рэтчета не скроешься. Только мы переступили порог ангара, как робот-медик, грозно топая и скрежеща сервоприводами, сразу же зашагал в нашу сторону. Скрывать от него наше самочувствие не имело смысла – он без лишних разговоров бесцеремонно забрал меня на очередное плановое сканирование, чтобы проверить, как приживается энергон. Понимая, что это отличный шанс, Кейла незаметно подмигнула мне и сразу же пошла искать Леннокса, чтобы договориться насчет архивных документов, а Джаз, тихо звякнув металлическими пластинами, ушёл к другим автоботам в глубину ангара. В медицинском отсеке всё было до боли знакомо: стерильный неоновый свет, стойкий запах антисептиков и озона. Рэтчет безапелляционно настроил массивную полукруглую раму и недовольно буркнул, чтобы я не тянула драгоценное время. Сгорая от привычной неловкости, я снова разделась для этой процедуры, аккуратно сложила джинсовые шорты и футболку на стул и послушно улеглась на спину на ледяную металлическую панель. Но прямо перед самым началом, когда я лежала на спине почти голой, судорожно сжимая края медицинской простыни, тяжелые створки дока со скрежетом разошлись. В помещение уверенно вошел Оптимус. От неожиданности я моментально покраснела до самых кончиков ушей, чувствуя, как к лицу прилила бешеная волна жара. Я испуганно зажмурилась, вцепившись пальцами в ткань, и, не открывая глаз, громко взмолилась на весь лазарет. - Оптимус, пожалуйста... выйди пока! Пожалуйста! - Прайм, выйди из отсека! – тут же сердито поддержал меня Рэтчет, загрохотав вокалайзером на командира и заслоняя кушетку своим массивным плечевым корпусом. – Ей нужно пройти глубинное сканирование нервных волокон, одежда искажает датчики. Ты мешаешь процессу, зайди позже! - Прошу прощения, Эрика. Я не знал, что вы уже начали, - глубокий, рокочущий голос Оптимуса прозвучал неожиданно мягко, и в его вокалайзере прорезались нотки искренней неловкости. Сине-красный исполин тут же тактично отвёл взгляд своих синих линз в сторону и, тяжело ступая сервоприводами, поспешно покинул медицинский отсек. Тяжёлые герметичные двери со скрежетом захлопнулись за его спиной. Я наконец смогла выдохнуть и приоткрыла глаза, но моё лицо всё ещё полыхало пунцовым цветом, а сердце отчаянно колотилось в груди. И чего это я так бурно реагирую на него каждый раз? Рэтчет сердито звякнул манипуляторами, настраивая лазерную раму, которая медленно поплыла над моим телом, заливая лазарет неоново-зелёным светом. Стоило лучам коснуться кожи, как огромный медик внезапно замер, уставившись на экраны. - Невероятно... – проворчал Рэтчет, недовольно сузив оптические датчики, - Эрика, я же ясно сказал: тебе строго запрещено использовать силу! Твои показатели только-только стабилизировались после переливания энергона! - Да я и не использую! – возмутилась я, сильнее кутаясь в простыню. - Да неужели? Сканер не обманешь. От твоего внезапного смущения в нервных узлах буквально вскипели золотые импульсы. Твоя родная энергия хаоса сейчас ведёт себя так, словно ты только что увидела десептикона. Постарайся унять свой пульс, иначе датчики сойдут с ума от перегрузки. Кстати, результаты этого исследования показали ещё одну поразительную вещь: введённый две недели назад энергон словно полностью впитался в твою кровь. Он больше вообще не определяется приборами как чужеродная субстанция, целиком став её частью. Мне пришлось закрыть глаза и насильно заставить себя дышать ровнее, пока сканирование шло своим чередом. Исследование длилось ещё минут двадцать, за время которых буря внутри меня окончательно утихла. Рэтчет удовлетворенно хмыкнул, разрешая мне наконец одеться. Едва я успела натянуть свои вещи, как двери медотсека снова распахнулись. Внутрь быстро вошла Кейла, а следом за ней – хмурый майор Леннокс. В руках у рыжеволосой учёной была зажата распечатанная папка со штампами секретности Пентагона. По её бледному лицу и тому, как взволнованно блестели ореховые глаза на фоне тёмных синяков от бессонных ночей, я сразу поняла: они что-то нашли. - Рики, эти новые данные... Это какая-то ошибка, - Кейла подбежала к панели, растерянно перелистывая страницы. – Все экспресс-тесты отца и мои личные лабораторные анализы упрямо показывают «золотую кровь», но майор Леннокс сотворил чудо и вытащил из архивов твои старые детские документы. И согласно им, информация о твоей редчайшей группе крови изначально неверна. Я удивлённо приподняла брови. - Ну конечно, она ошибочна! Я же сразу тебе сказала. У меня мамина группа крови – третья положительная. А у папы первая положительная, как и у Сэма. Обычная наследственность, Кейла. - Да, Рики, генетически у таких родителей должен быть именно твой первоначальный вариант. - Рыжеволосая учёная тяжело вздохнула и покачала головой, обмениваясь с Ленноксом очень напряжённым, многозначительным взглядом, - Видишь ли, настоящая «золотая кровь» со скрытым нулевым резус-фактором – это аномалия. Иногда такие дети рождаются из-за близкородственных браков, когда накапливаются редкие мутации, но это явно не твой случай. Твоя семья абсолютно чиста. И всё же сейчас в твоих венах течёт именно она. В этот момент я отчётливо заметила, как Кейла и Леннокс занервничали ещё сильнее. Майор начал раздражённо мерить шагами отсек, а пальцы Кейлы буквально побелели, сжимая края папки. Между ними повисло гнетущее, пугающее молчание. - Эй, ребят, в чём дело? – настороженно спросила я, чувствуя, как внутри снова всё сжимается от нехорошего предчувствия, – Что вы ещё там нашли? Почему вы так дёргаетесь? Леннокс остановился, тяжело прислонился к терминалу Рэтчета и мрачно посмотрел на меня. - Дело в том, Эрика, что в архивах Пентагона на твоё имя была найдена ещё одна медицинская карта. Самая ранняя, из какого-то засекреченного закрытого госпиталя. Но мы не можем её прочесть. Бумаги повреждены, а цифровые данные намертво заблокированы и частично стёрты. Мы не понимаем, что в ней скрыто. Кейла вдруг замялась, её дыхание перехватило, и она начала слегка заикаться от подступившего волнения. - Т-тут... понимаешь, Рики... есть ещё один вариант. Но... я просто... – она запнулась, сминая в руках листы папки, и никак не могла заставить себя произнести пугающую мысль вслух. Вместо этого она виновато посмотрела на меня, - Тебе... тебе нужно будет обязательно кое-что спросить у своих родителей, когда ты вернёшься домой. О твоём самом раннем детстве и... о твоём рождении. - Кейла… - я громко сглотнула ком в горле, - Что за намёки? Видя, как сильно запуталась и испугалась девушка-генетик, Рэтчет резко повернул свою массивную голову в нашу сторону и озвучил страшную мысль сам, прямо и без прикрас загрохотав вокалайзером на весь отсек. - Уилтон хочет сказать, Эрика, что твоя генетика не совпадает с ДНК твоих родителей. Существует огромная вероятность того, что ты – приёмная. И люди, которых ты считаешь своей семьёй, скрыли от тебя правду о твоём происхождении. Я застыла, а комната перед глазами снова начала медленно кружиться. В голове в ту же секунду возникла оглушительная, звенящая пустота. Все мысли разом испарились, и только эти два вопроса отчаянно и больно бились внутри меня: Приёмная? Семья Сэма – не моя настоящая семья?

***

Следующие три дня превратились для меня в сплошной, непрекращающийся кошмар. Я практически не ела, наотрез отказываясь притрагиваться к еде, которую мне приносили, и совершенно не выходила из своей комнаты на базе NEST. Я лишь беспомощно лежала на кровати, сжавшись в комок, попеременно проваливаясь в тяжелый, бредящий сон и беззвучно, горько плача в подушку. Весь мой привычный мир, моё хрупкое человеческое прошлое было стерто парой жестких фраз робота-медика. Но самое страшное началось почти сразу после того, как в отсеке была озвучена эта жуткая правда. Стоило мне поддаться панике и отчаянию, как обе скрытые силы внутри моего тела снова мгновенно дали о себе знать. Золотой хаос и голубое пламя яростно столкнулись в моей груди, отдаваясь невыносимой, разрывающей болью прямо в сердце. Датчики в комнате испуганно завыли, фиксируя смертельную перегрузку, и прибежавшим на помощь врачам пришлось действовать на грани фола. Мне срочно, прямо через одежду, ввели сильнейшее армейское успокоительное. К огромному удивлению Кейлы и Рэтчета, препарат подействовал почти мгновенно – мой пульс выровнялся, а бушующие потоки энергии послушно утихли. Это было настоящим чудом, ведь после переливания энергона все на базе были уверены, что мой измененный организм больше никогда не будет реагировать на обычные человеческие лекарства; во время недавней сложнейшей операции медицинские препараты действительно не имели надо мной силы. Всё это время Леннокс и Кейла ни на минуту не оставляли меня одну. Они неотлучно сидели на краю моей кровати, отчаянно пытаясь хоть как-то вернуть меня к жизни. Они бережно вытирали непрекращающиеся слёзы с моих бледных щёк, крепко сжимали мои холодные ладони и без конца, словно мантру, твердили в два голоса, что всё это ещё не окончательно. Что архивные базы могли дать сбой, файлы Пентагона часто содержат путаницу, а эта таинственная нечитаемая карта из закрытого госпиталя может оказаться чьей-то глупой ошибкой, и Сэм по-прежнему остаётся моим родным братом. Но я лишь молча смотрела в серую стену, больше не веря ни единому слову.

***

На исходе третьих суток, когда Эрика наконец погрузилась в глубокий сон без сновидений, Кейла поняла, что больше не может просто сидеть сложа руки и смотреть, как её подруга медленно угасает от неизвестности. Генетик внутри неё требовал неопровержимых фактов, а не размытых предположений Рэтчета и битых файлов Пентагона. Кейла решилась на отчаянный шаг. Рискуя своей карьерой на базе NEST и доверием автоботов, она задумала втайне от Рэтчета и Оптимуса провести полноценный ДНК-тест. Свои образцы крови у неё уже были – та самая колба, которую её отец Марк набрал во время экстренной операции Эрики, всё ещё была надёжно спрятана в её личном портативном сейфе. Оставалось самое сложное: достать генетический материал Сэма Уитвики. Действовать открыто было нельзя – Рэтчет мгновенно зафиксировал бы любой официальный запрос через медицинские терминалы базы. Поэтому, дождавшись глубокой ночи, Кейла проскочила в пустующий координационный центр и, воспользовавшись временным отсутствием Леннокса, связалась по закрытому каналу со своим отцом, который уже вернулся в Вашингтон. Марк Уилтон, несмотря на их ссору, прекрасно понимал мотивы дочери и имел доступ к личным делам всех гражданских, служащих на базе и знающих о её существовании. Используя свои связи, он втайне извёл из старых армейских архивов Мишн-Сити законсервированный образец ДНК Сэма, оставшийся после его медицинского осмотра у военных, и переслал закодированную цифровую карту структуры его хромосом напрямую на защищённый планшет Кейлы. Вернувшись в свою изолированную биологическую лабораторию, Кейла закрыла дверь на защёлку и отключила внутренние датчики движения. Её сердце бешено колотилось, а пальцы, всё ещё сохранившие едва заметное, странное покалывание после прикосновений к Эрике, заметно дрожали. Она вытащила пробирку с тёмно-бордовой «золотой кровью» Рики, поместила её в центрифугу и вывела на монитор цифровую карту ДНК её предполагаемого брата. Если хромосомы совпадут хотя бы частично – Рики сможет вернуться к нормальной жизни. Если нет – Кейле придётся стать той, кто окончательно разобьёт сердце этой испуганной девчонке. Она нажала кнопку запуска анализа, и компьютер начал медленное, построчное сравнение двух совершенно разных миров.

***

Тихий, монотонный писк лабораторного компьютера прозвучал в запертой комнате подобно пушечному выстрелу. На экране высветилась финальная полоса загрузки, и система выдала жирный красный маркер: «Совпадение: 0%». Кейла завороженно смотрела на две переплетенные цифровые спирали, которые компьютер безуспешно пытался сопоставить друг с другом. Результаты ДНК-теста были однозначными, безжалостными и не оставляли ни единого шанса на чудо. Эрика и Сэм Уитвики не имели между собой даже близко ничего общего. Они не просто не были двойняшками – в их жилах не текло ни одной общей капли крови, и биологически они являлись абсолютно чужими людьми. Семья, ради безопасности которой Эрика шла на сделку с Пентагоном и терпела выжигающую боль, была для неё приёмной от первого до последнего дня. Девушка-генетик в ужасе отшатнулась от монитора, прижав ладонь к губам. Её ореховые глаза округлились, а по спине пробежал ледяной пот. Сердце бешено заколотилось о ребра. Эта шокирующая правда переворачивала всё. Кейла судорожно схватила свой планшет и одним нажатием клавиши полностью стерла все следы проведенного исследования из локальной сети базы, чтобы Рэтчет никогда не смог наткнуться на этот лог. Её руки заметно дрожали, а в мыслях царил полный хаос. Рыжеволосая ученая посмотрела в сторону коридора, ведущего к комнате Эрики, и её лицо осунулось еще сильнее, подчеркивая синяки под глазами от бессонных ночей. Она понимала, что обязана пойти и рассказать. Но вспомнив, как Эрика последние три дня плакала в подушку, как отказывалась от еды и как ее сердце едва не разорвалось от одновременного всплеска золотого хаоса и голубого пламени Искры, Кейла приняла тяжелое, пугающее решение. Она будет молчать до последнего. Рики просто не переживет этот окончательный удар прямо сейчас; ее измененный организм, едва стабилизированный армейскими успокоительными, мог просто сгореть от нового эмоционального шока. Заперев эту страшную тайну глубоко внутри себя, Кейла выключила свет в лаборатории и на неслушающихся ногах наконец пошла в свою комнату. Ей отчаянно требовалось побыть наедине с собой, чтобы просто перевести дыхание и попытаться осознать масштабы того, во что она влипла.

***

Опустившись на кровать прямо в одежде, Кейла уставилась в серый потолок. В её голове крутился только один вопрос: почему? Почему она так отчаянно печётся об этой девочке, словно та её родная младшая сестра? Каждая слезинка Рики, каждая вспышка её боли отзывались в сердце Кейлы настоящим, почти физическим состраданием. Для неё самой это было в новинку. Несмотря на клеймо вундеркинда, Кейла всегда оставалась живой, весёлой и общительной девчонкой, которой ничуть не были чужды простые радости вроде громкой музыки или глупых шуток. Но, вопреки своей открытости, друзей у неё практически никогда не было. Похоже, она просто была слишком умной для своих сверстников, и эта интеллектуальная пропасть раз за разом оставляла её в одиночестве. Когда в Пентагоне ей сообщили, в чём именно будет заключаться её работа на секретной базе NEST, она была уверена, что их общение с объектом исследований никогда не выйдет за рамки профессионального долга. Обычный контракт, обычный пациент. Но всё пошло прахом в ту самую секунду, как Рики открыла ей дверь своей комнаты. Эта сумасшедшая, необъяснимая искра глубинного узнавания, проскочившая между ними при первой встрече, перечеркнула всю её хвалёную научную логику. Сейчас, спустя всего месяц, они общались так, будто знали друг друга с самого рождения. Словно они провели вместе вечность, разлучились на мгновение и теперь снова сошлись на этой Богом забытой базе посреди океана. Кейла прижала ладонь к груди, чувствуя, как под кожей пальцев снова едва заметно и тепло покалывает странная энергия. И именно она сейчас заставляла её сейчас сидеть в темноте и брать на себя грех лжи, лишь бы защитить свою названную сестру от жестокой правды.

***

На следующий день Леннокс выделил Кейле выходной, чтобы она наконец-то отдохнула. Организм рыжеволосой учёной, истощённый бессонными ночами, требовал долгого сна, поэтому Кейла проспала почти до полудня. Проснувшись и наскоро приведя себя в порядок, она сразу же поспешила к Рики. Но к удивлению Кейлы её в комнате не оказалось. Пустая, аккуратно заправленная кровать заставила сердце генетика испуганно пропустить удар. Помня о нестабильном состоянии подруги, Кейла мгновенно разнервничалась. Тяжело дыша, она бросилась искать её по бесконечным стальным коридорам базы. Первым делом Кейла пошла в главный ангар, надеясь застать Рики у Рэтчета, но и там её ждало разочарование: ангар казался непривычно пустым и притихшим. Как оказалось, майор Леннокс со своей боевой командой и Джазом прямо на рассвете спешно улетели на очередную экстренную миссию, забрав с собой часть оперативников. Ведомая интуицией, Кейла поспешила к выходу из терминала. В итоге Рики нашлась на улице. Она стояла у края бетонной платформы, устремив неподвижный взгляд в бесконечную лазурную высь. Сильный океанский ветер трепал её волосы и заставлял белую полупрозрачную рубашку плотно прижиматься к телу. Девушка выглядела хрупкой и одинокой на фоне раскалённых взлётных полос Диего-Гарсия, но в её осанке больше не было прежней обречённости. Кейла облегчённо выдохнула и медленно подошла со спины, стараясь не напугать её. - Рики... Боже, я обыскалась тебя. Рэтчет же просил не выходить без предупреждения. Как твоё давление? Рики не обернулась. Она продолжала смотреть на небо, словно надеялась увидеть там ответы на все свои вопросы. На её бледном лице застыло странное, пугающе спокойное выражение. Девушки стали разговаривать. Кейла осторожно встала рядом, внимательно вглядываясь в профиль подруги и отчаянно боясь, что её вчерашняя тайна с ДНК-тестом как-то выплывет наружу. Но Рики заговорила сама, и её голос прозвучал на удивление твёрдо, без привычных слёз или дрожи. - Знаешь, Кейла... Будь что будет, - тихо, но отчётливо произнесла Рики, переводя взгляд на свои ладони, где под кожей едва заметно, мирно перекатывалось слабое статическое электричество, – Мне надоело. Надоело вечно получать удары от этой чёртовой Судьбы. Надоело прятаться в четырёх стенах, плакать в подушку и до смерти бояться того, кто я есть на самом деле. Приёмная я, монстр или ходячее оружие Пентагона – мне плевать. Я больше не сдвинусь с места от страха. Если этот мир хочет воевать со мной, пусть попробует. Я готова встретить всё, что меня ждёт. Кейла заворожённо смотрела на неё, чувствуя, как внутри её собственного тела от этих упрямых слов снова проснулось то самое мистическое, тёплое покалывание. Рики ломалась три дня, но сейчас, стоя под палящим экваториальным солнцем, она наконец-то приняла свой бой. Вдруг она резко осеклась и резко повернула голову в сторону пустых посадочных полос. Внутри её груди, там, где спали остатки поглощённого Куба, внезапно пробежала знакомая, колющая вибрация. Сила хаоса на кончиках пальцев предупреждающе заискрила. Она почувствовала это физически – команда возвращалась. - Кейла... наши возвращаются, - тихо, но с нарастающей тревогой в голосе произнесла Эрика, отступая на шаг назад. Не успела рыжеволосая учёная даже спросить, откуда у неё эта уверенность, как пространство прямо посреди взлётной полосы с оглушительным, яростным гулом пошло пространственными трещинами. Воздух затрещал от статического электричества, и прямо перед ними разверзся колоссальный квантовый портал. Но это не было штатным возвращением с победой. Из сияющей арки буквально вылетели, катясь по раскалённому бетону, объятые пламенем искорёженные военные джипы и горящие остовы бронетехники. Следом за ними на полной скорости из прохода выбросило раненых, окровавленных солдат NEST и сильно покалеченных автоботов. Взрывная волна и тучи чёрного дыма с оглушительным грохотом ударили по платформе. - Рики, ложись! – в панике закричала Кейла. Девушкам пришлось мгновенно отпрыгнуть в сторону и плашмя лечь на раскалённый асфальт, закрывая головы руками от летящих во все стороны горящих обломков и брызг раскалённого машинного масла. Вокруг в ту же секунду поднялся сумасшедший хаос: взвыли сирены базы, из терминалов с криками побежали медики и техники. Приподнявшись на локтях сквозь пелену удушливого дыма, Уитвики с ужасом уставилась на прибывших. Прямо перед ней тяжело рухнул на колени Айронхайд – его массивная броня была буквально разорвана, из открытых энергоканалов фонтанами бил энергон, а левое орудие превратилось в оплавленный кусок металла. Чуть поодаль со страшным скрежетом сервоприводов завалился на бок Джаз. Его белый корпус был страшно изуродован, обшивка дымилась, а оптический визор едва заметно мерцал, грозя погаснуть в любую секунду. Леннокс, весь в копоти и крови, пытался вытащить из полыхающей кабины зажатого бойца. Видя, что её друзья умирают прямо у неё на глазах, Рики поняла: плевать на запреты Рэтчета. Плевать на собственное выгорание. Она обязана действовать. - Нет, Рики, стой! Тебе нельзя! Твоё тело не выдержит! – Кейла в панике попыталась удержать её, мёртвой хваткой вцепившись в её плечо. Но Рики упрямо вырвалась, поднимаясь во весь рост. Лицо девушки было бледным, но взгляд горел абсолютной решимостью. Внутри неё одновременно проснулись обе великие стихии, больше не сражаясь друг с другом, а подчиняясь одной единой воле. Эрика решительно шагнула вперёд и резко вытянула правую руку в сторону раненых трансформеров. Из её ладони с громовым треском вырвалась колоссальная, ослепительная волна золотой энергии. Этот сияющий поток окутал покалеченные корпуса Джаза и Айронхайда. На глазах у потрясённых военных золотой свет начал творить невозможное: разорванный металл автоботов стал плавиться и стягиваться сам собой, уничтоженные энергоканалы восстанавливались, а на месте вырванных кусков обшивки молекула за молекулой вырастали новые, безупречные детали. Скрежет заменяемых механизмов слился в единую симфонию регенерации. Не теряя ни секунды, Рики резко выставила вперёд левую руку, направляя её на полыхающую человеческую технику. Из её пальцев сорвалось величественное, пульсирующее голубое пламя. Эта космическая энергия размеренной волной накрыла горящие джипы и раненых солдат. Голубой огонь мгновенно, словно живой, впитал в себя весь удушливый пожар, гася пламя за доли секунды. Покореженные взрывами двигатели машин с глухим щелчком выпрямлялись, электроника возвращалась к жизни, а раненые оперативники, вдыхая эту энергию, мгновенно приходили в себя, чувствуя, как затягиваются их ожоги и раны. Две великие силы, принадлежащие разным мирам, идеально балансировали в руках одной земной девчонки, полностью переписывая правила этой войны прямо посреди дымящейся взлётной полосы. Оптимус Прайм, вышедший из квантового портала последним, резко замер на месте. Глава автоботов молча окинул взглядом залитую золотым и голубым сиянием взлётную полосу. Внешне он не выдавал абсолютно никаких эмоций – его суровая металлическая маска оставалась неподвижной, но синие оптические линзы застыли, неотрывно наблюдая за невероятным триумфом человеческой девчонки. Эрика, тяжело дыша и едва удерживая равновесие на раскалённом асфальте, бросила быстрый взгляд на лидера. На его мощном красно-синем корпусе виднелись глубокие, рваные следы от десептиконских орудий, обшивка на плече была сильно подбита, а из повреждённого левого бедра сыпались опасные электрические искры. Не раздумывая ни секунды, вопреки крикам Кейлы, она сделала шаг вперёд и резко направила остатки своей бушующей энергии на Прайма. Оптимус даже не успел вскинуть манипулятор, чтобы остановить её, как тёплые золотые и прохладные голубые потоки мгновенно окутали его гигантскую фигуру. Рваные раны на его броне со скрежетом затянулись, металл выпрямился, а повреждённые энергосистемы зажужжали с прежней мощной силой. Когда всё наконец закончилось, сияние вокруг её рук плавно угасло. В ту же секунду Эрика ощутила дикую, накатывающую волнами физическую слабость и резкое головокружение. Земля под ногами опасно поплыла в сторону, но вместе с дурнотой она вдруг почувствовала нечто гораздо более важное – долгожданную, ошеломляющую лёгкость. Внутренняя изнуряющая война в её груди прекратилась. Теперь обе великие силы идеально сбалансировали внутри её тела и полностью подчинились её воле, больше не пытаясь выжечь органический сосуд изнутри. Рэтчет, подошедший к Рики со своими медицинскими сканерами, застыл, изумлённо перепроверяя всплывающие графики. - Невероятно... –пробасил медик, сузив свои линзы, – Датчики фиксируют сильный упадок артериального давления, но он даже близко не критический! Её энергосеть стабильна. Она... она только что полностью подчинила себе обе энергии без вреда для жизни! Ткани Джаза и Айронхайда регенерированы на молекулярном уровне! В это время Кейла, едва переводя дыхание от пережитого страха, бросилась через затихающую площадь прямо к майору Ленноксу. Тот сидел на обломках бетона, весь покрытый копотью и грязью, но теперь уже совершенно здоровый благодаря вспышке Искры. Рыжеволосая учёная взволнованно вцепилась в его тактический жилет, лихорадочно осматривая лицо мужчины на предмет скрытых травм. - Леннокс! Боже, Уилл, ты цел? Что там произошло?! – засыпала она его паническими вопросами, её ореховые глаза испуганно блестели. Леннокс тяжело вздохнул, стёр копоть со лба рукой и поднял на Кейлу хмурый, полный глубокой тревоги взгляд. Он обернулся на Эрику, которую Рэтчет бережно усаживал к себе на манипулятор, а затем тихо, но зловеще произнёс: - Десептиконы объединились с радикальной группировкой наёмников на суше. Они передали им свои технологии связи и некоторое вооружение. Ситуация полностью вышла из-под контроля, Кейла... Теперь не только мы на этой планете работаем с трансформерами.

***

После этого происшествия, все разбрелись по своим рабочим местам. Напряжение, только что сковывавшее базу, наконец спало, уступая место привычной армейской суете. Эрика, считай, сделала всё за всех – в одиночку за считанные секунды исправила то, с чем целая бригада ремонтников и врачей возилась бы сутками. Но вместо заслуженной похвалы её ждало кое-что другое. Как только суматоха улеглась, Эрика получила сильный и очень громкий нагоняй от Кейлы. Рыжеволосая учёная буквально рвала и метала, размахивая руками и отчитывая её на всю взлётную полосу за наплевательское отношение к собственному здоровью. Остальные автоботы и несколько уцелевших солдат стояли чуть поодаль и откровенно посмеивались, наблюдая за этой картиной. Сама виновница торжества, как провинившийся ребёнок, виновато опустила голову и упрямо ковыряла носком своего кеда раскалённый асфальт, пока Кейла яростно отчитывала её за нарушение строжайших запретов Рэтчета. Постепенно Диего-Гарсия вернулась к своему строгому рабочему ритму. Сейчас Леннокс вместе со своей командой и Эппсом закрылись в штабе, по уши закопавшись в составлении срочных, детализированных отчётов для Пентагона о новой опасной коалиции десептиконов и наёмников. Оптимуса зачем-то срочно позвал Рэтчет, и они вдвоём уединились в глубине медицинского отсека, плотно заперев за собой бронированные двери для какого-то важного и явно конфиденциального разговора. Айронхайд вместе с Кью тоже покинули площадку – суровый оружейник забрал сумасшедшего кибертронского изобретателя и ушёл в дальние ангары разбираться с новыми пушками и усовершенствовать боевые модули. Поэтому в центральном секторе, можно сказать, осталась одна «молодёжь». А Кейла, наконец-то выплеснувшая всю свою злость и панику, заметно остыла. Теперь они с Эрикой спокойно сидели у края ремонтной зоны и болтали с другими автоботами. Джаз, блеснув отполированным бампером, вальяжно трансформировался в робоформу и, хитро подмигнув своим неоновым визором, толкнул локтем стоящего рядом Сайдсвайпа. - Эй, Сайд, смотри, какими паиньками они прикинулись. А ведь когда док окончательно выпишет Рики, эти две красотки точно устроят нам весёлую жизнь, - Джаз задорно затрещал сервоприводами, весело ухмыляясь, – Представь их вдвоём на пляже где-нибудь в Майами. Наша Мисс Уитвики со своими золотыми искрами будет вместо диджея спецэффекты устраивать, а Кейла распугает всех местных парней, если те посмеют подойти ближе чем на метр к её планшету. Вы только держите Рики подальше от чужих тачек! А то помню я, как в прошлый раз она приревновала меня к какой-то загорелой цыпочке. Эта деваха развалилась прямо на моём капоте, так Рики подошла, собственнически шлёпнула свою подружку по попке и прогнала её куда подальше! Эрика округлила глаза, чувствуя, как лицо мгновенно обдало жаром. Боже, она думала, что он уже давно забыл тот позорный случай с Лиз! - Джаз, заткнись сейчас же! – вскликнула она от дикого смущения. Недолго думая, она перехватила со стола первое, что попалось под руку – пустую пластиковую бутылку из-под энергетика (интересно, кто её здесь оставил) – и со всей силы швырнула в белого наглеца. Джаз лишь со смехом выставил манипулятор, легко поймав снаряд двумя пальцами. Сайдсвайп тут же покатился со смеху, крутанувшись на своих колёсных сегментах. - О-о-о, Джаз, я уже вижу эту картину! Кейла начнёт читать бедолагам лекции по молекулярной генетике прямо в купальнике, пока Рики будет левитировать их плавки в океан. Отличный выйдет курорт! А с такой ревнивой охраной к тебе вообще никто не подберётся! Я даже завидую! От такой наглости Кейла мгновенно вспыхнула, раскрасневшись до самых корней своих огненно-рыжих волос. Её ореховые глаза яростно блеснули. Недолго думая, она тоже включилась в эту артиллерийскую дуэль, схватила с ближайшего верстака тяжёлый металлический гаечный ключ и со всей дури швырнула его прямо в Сайдсвайпа. Серебристый мечник со смехом и лязгом увернулся в самый последний момент, и ключ с глухим звоном отскочил от бронированной опоры ангара. Тут из тени медленно выехала элегантная, ярко-красная Ferrari. Дино плавно трансформировался, скрестил манипуляторы на груди и отпустил свой фирменный, слегка надменный комментарий с чётким итальянским акцентом. - Per l'amor di Dio, Джаз, Сайдсвайп, прекратите вести себя как неисправные погрузчики. Земные женщины и так слишком эмоциональны, а вы заставляете их бросаться тяжёлыми инструментами. Настоящие леди на пляже Майами ценят стиль и изящество линий, а не ваши глупые рэперские басы и вечные споры. Рики, если захочешь увидеть настоящий вкус, я лично прокачу тебя по побережью. Без этих двоих. Эрика лукаво прищурилась, и, заигрывающе склонив голову набок, с мягкой усмешкой ответила Дино: - Звучит заманчиво, Дино. Но боюсь, твоя шикарная подвеска просто не выдержит моего взрывного темперамента. Да и к тому же, я предпочитаю парней, которые не боятся испачкаться, а не сдувают пылинки со своего идеального капота. Итальянец ничуть не обиделся – он лишь хитро ухмыльнулся ей в ответ, оценив смелость девчонки. Зато Джаз и Сайдсвайп тут же взорвались новой порцией хохота, начав шумно улюлюкать на весь ангар. - О-о-о! Слышал, горячий парень? Тебя только что технично отшили! Наша Мисс Уитвики не ведется на итальянский шик! Чувствую, на этом пляже точно будет жарко! Шумную перепалку прервал привычный громкий визг и взаимные тумаки: близнецы Скидс и Мадфлэп, как всегда, на повышенных тонах выясняли отношения, катаясь по полу и мешая техникам работать. Не выдержав этого балагана, Рики строго прикрикнула на них, сделав им замечание. Но Скидс лишь недовольно зыркнул на неё и отпустил в её адрес довольно обидную и пошлую шуточку в духе своего дворового лексикона: - Слышь, малявка, шла бы ты... К куколкам своим играть. Нам тут искры твои не сдались, лучше покажи, что у тебя там под этой беленькой рубашкой прячется, может, тогда послушаем! В ту же секунду напускное веселье Рики как ветром сдуло. Её глаза опасно полыхнули, а внутри вскипела слепая ярость. Забыв про все недавние обещания Кейле, она резко вскинула руку и со всей злобы выпустила в наглых близнецов мощный золотой заряд статического хаоса. Золотая молния с оглушительным треском врезалась точно между ними, мощной волной отбросив обоих оболтусов в кучу пустых железных контейнеров. Скидс и Мадфлэп со стоном повалились друг на друга, а их обшивка мелко и смешно заискрила, на время заблокировав речевые модули. Стоявшая неподалеку троица сестер-байков не упустила момента. Хромия, весело сверкнув синей оптикой, злорадно хмыкнула, глядя на дымящихся близнецов. - Получили, жестянщики ходячие? Эрика вам не глупая блондинка из колледжа. Ещё раз разинете на неё свои вокалайзеры – и я уверена, она превратит ваши процессоры в тостеры. Эрика впервые за эти тяжелые дни искренне и громко рассмеялась, чувствуя, как от этой привычной дружеской перепалки окончательно отпускает ледяной страх. Кейла тоже, хоть и продолжала забавно дуться, не выдержала и улыбнулась. Атмосфера среди молодых автоботов была настолько легкой и живой, что на мгновение можно было забыть обо всех ужасах войны. Они просто стояли посреди военного ангара, подшучивая друг над другом, пока за закрытыми дверями медицинского блока Рэтчет выводил на экраны Прайма данные, которые могли навсегда изменить баланс сил в этой затянувшейся космической войне.

***

Я устало рухнула на кровать прямо в одежде, блаженно вытянувшись на матрасе. Ноги гудели, а голова шла кругом, но это была приятная, живая усталость. Мы слишком сильно засиделись с Кейлой, Ленноксом, Эппсом и Честером. Нолан, кстати, выглядел весьма забавно: его правая рука всё ещё была закатана в плотный белый гипс после той сингапурской миссии, так что ему приходилось приноравливаться делать всё левой. А началось всё с того, что после нашей шумной и весёлой посиделки с автоботами в ангаре, мы с Кейлой проголодались. Решив, что на сегодня с нас хватит научных открытий и боевых триггеров, мы единогласно постановили отправиться на маленькую запасную кухню базы NEST, которую уже давно и полностью окрестили своей законной территорией. Но стоило нам выйти в лабиринт стальных коридоров, как по дороге мы встретили Леннокса, Эппса и Честера. Вид у мужчин был просто катастрофический – злые, вымотанные многочасовым составлением рапортов и чертовски уставшие. Леннокс, хмуро потирая переносицу, с ходу объявил нам, что расслабляться не стоит: завтра утром назначен общий сбор и будет что-то вроде большого экстренного совещания. По его словам, Рэтчет созвал всех, потому что хочет объявить команде какие-то важные результаты исследований, но, к нашему общему облегчению, Пентагон на этом собрании присутствовать пока не будет – автоботы и NEST решили сначала разобраться во всём сами. И, конечно же, мы с Кейлой, будучи в прекрасном расположении духа, просто не могли отпустить этих несчастных, измученных военных мимо нас. Переглянувшись, мы устроили им самый настоящий захват. Игнорируя все их командирские протесты и вялое ворчание, мы буквально силой уволокли отчаянно сопротивляющихся, но слишком голодных мужчин с собой на кухню ужинать. Мы с Кейлой развили бурную деятельность и приготовили потрясающий, чисто домашний ужин: сочные, шкворчащие на сковороде мясные стейки и целую гору ароматной жареной картошки. Запах по маленькой кухоньке пошёл такой, что у военных мгновенно потекли слюнки. Стоило нам разложить еду по тарелкам, как Честер и Эппс, едва проглотив по первому куску, затеяли шутливый, но очень бурный спор, наперебой заявляя, что готовы жениться на нас прямо здесь, не отходя от плиты, за такие кулинарные шедевры. - Эй, сержанты, полегче на поворотах! – рассмеялась я, качая головой, – Вы, кажется, совсем забыли, что я вообще-то ещё несовершеннолетняя! Какая свадьба? Вас за такое Леннокс под трибунал пустит. Честер, лихо орудуя вилкой в левой руке, ни капли не смутился. Он вальяжно откинулся на спинку стула, хитро прищурился и с улыбкой ответил: - Ничего, Мисс Уитвики, я парень терпеливый, согласен и подождать. Ради такой картошки и твоих золотых молний я готов вести обратный отсчёт до твоего восемнадцатилетния прямо в календаре. - Мечтай, Честер! – хохотнул Эппс, толкнув друга плечом, – Пока ты будешь ждать, я успею договориться с её родственниками. К тому же, у меня козырь – я её первый конвоир! - Так, женихи, остыньте и жуйте молча, пока я у вас тарелки не отобрала, - шутливо пригрозила Кейла, заставив всех снова взорваться смехом. Леннокс, сидевший во главе стола, лишь устало, но очень довольно улыбался, наблюдая за нашей перепалкой. После ужина мужчины явно стали добрее, спокойнее и наконец-то расслабились, полностью уничтожив всё содержимое сковородок. Я перевернулась на бок, обнимая подушку и чувствуя, как веки наливаются тяжестью. Завтра будет тяжелый день. Но прямо сейчас, засыпая в темноте своей комнаты, я впервые за долгое время чувствовала, что я не одна.

***

В этой согревающей полудрёме, убаюканная тихим гулом вентиляции базы, девушка даже успела напрочь позабыть о том страшном вопросе о своей семье, который безжалостно грыз и выжигал её изнутри все эти дни. Хаос отступил, уступая место долгожданному покою.