Эпилог

НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! Душераздирающий крик пронёсся по утреннему Кантерлоту, распугивая птиц с ближайших крыш. Твайлайт Спаркл в холодном поту резко откинула одеяло в сторону, да с такой силой, что Рэйнбоу с возмущённым вскриком кубарем улетела с её кровати на пол, сверху на неё упала книжка об очередных похождениях Дэринг Ду. — Нет! Нет! Нет... Это был всего лишь сон! Всего лишь сон! Это неправда, этого не случится!.. — лихорадочно бормотала она, переводя дыхание и смахивая копытом испарину с лица. — Ох... — пегас медленно поднялась, потирая ушибленный бок. — Что случилось? Тебе приснилось, что в библиотеке кончились все книги и тебе теперь нечего читать? — Хуже, — мрачно выдохнула аликорн, пытаясь успокоить бухающее сердце. — Пушистик не выдержал твоего характера и свалил в закат с Луной в обнимку? — Рэйнбоу хихикнула, снова садясь на кровать и поправляя сползшие бинты. — Хуже! — Ну тогда не знаю, куда уж хуже? Режиссёр вернулся и решил написать про тебя порно-роман? — Да ну тебя! — шутливо обиделась в ответ бывшая Принцесса Дружбы, окончательно приходя в себя. — Где я? Сколько я спала и что я умудрилась пропустить? Где Мобиус? Он спас Луну? Что насчёт остальных? — Ну прям завалила вопросами, но знаешь... инфа за инфу! — усмехнулась её подруга. — Сначала колись давай, чего тебе такое жуткое приснилось, а потом уже и я подумаю над ответами. — Мне снилось... хм... — Твайлайт нахмурилась. — Снилось, что я теперь вместо Принцессы Селестии управляю Кантерлотом. — Пффф! — презрительно фыркнула Рэйнбоу. — Я-то думала, что-то серьёзное или интересное, а так... что может быть жуткого в куче бумажек, приёмов и встреч? Ты ведь даже ещё не пыталась этим заниматься, а уже всякого надумала. Эх, Твай-Твай, — она покачала головой. — Они... шли и шли, один за другим, напирали толпой... — глаза аликорна расширились. — И все чего-то от меня хотели... Передвинуть фонтан, расследовать странный феномен падения яблок под углом. Подписать указ о запрете использования сахарной пудры на улицах в нечётные дни... эй, ты чего? — Твайлайт с удивлением посмотрела на сползшую на пол подругу, которая, издавая нечленораздельные звуки, буквально по нему каталась, захлёбываясь смехом. — Ха-ха, продолжай, не останавливайся... ха-ха... — еле как выдавила из себя пегас, держась за живот. — Что там с яблоками? Кажется, ты нанюхалась какого-то неправильного... ха-ха... дыма в Кантерлоте... ха-ха!.. — Так и знала, что ты не поймёшь, — раздражённо фыркнула аликорн. — Они все бесконечно несли какую-то чушь и ахинею с совершенно серьёзными мордами, а мне надо было понять и разобраться. Это не тебе придётся играть «в Селестию» целую неделю. — Погоди, чем сон-то закончился? — вытерла слёзы пегас. — Чем? Мобиус принёс кипу документов, и я в ужасе сбежала в туалет, но даже там мне не было покоя, потому что прямо ОТТУДА вылез какой-то пони и начал вещать, что он из комиссии по гидроресурсам и надо проверить давление в трубах. ДА ХВАТИТ РЖАТЬ КАК НЕНОРМАЛЬНАЯ! — не выдержав, рявкнула она на подругу, которая со смеху укатилась куда-то под стол. — Я сий-щас... я... сдохну со смеху... вот умора... — громко постанывая, выдавила Рэйнбоу. — Короче, я выскочила из туалета и столкнулась с Мобиусом, который передал мне новость, что Принцессе Селестии понравилось отдыхать и в общем она совсем отреклась от трона в мою пользу, вот тут-то я и заорала. Ты прекратишь ржать или нет?! Это вообще-то совсем не смешно, а даже очень грустно! — Уффф... оххх... я уж думала, что прямо под столом лопну со смеху, — Рэйнбоу медленно поднялась. — Если смех продлевает жизнь, то я за твой счёт только что хорошо обессмертилась, — она вытерла последнюю слезу. — Да-да, — раздражённо вздохнула Твайлайт. — Информация. Ты — мне, я — тебе. Слушаю, и желательно в подробностях. — Подробности? Ну, даже не знаю, с чего начать, — пегас почесала свой затылок. — Крисалис и её жуки помогли с тушением Кантерлота, и теперь всё залито большими лужами. Ага, она использовала мою идею с фальшивыми пегасами. Теперь гвардия Кантерлота значительно прибавилась жуками, и, похоже, это мало кому нравится из наших. Сама Крисалис теперь сидит в подземелье связанной. Не знаю, зачем она нужна Пушистику, но, думаю, не просто так. Кажется, она ему в верности поклялась. — Верность и Крисалис? Какой-то несмешной анекдот, — покачала головой аликорн. — Насчёт Луны? Луну Пушистик вытащил, по сути, с того света, он мне сказал, что ему пришлось буквально откатывать её личность до момента её провала с Последним Испытанием. Если честно, я так и не поняла, что он имел в виду, но, кажется, она потеряла память. Прямо совсем-совсем. Когда Селестия поняла, что Луне больше ничего не угрожает, кроме слабости и головной боли, она забрала её с собой на неделю. Она даже не дала Луне и словом переброситься с Мобиусом. — Полная потеря памяти... — пробормотала Твайлайт и прикрыла глаза, почему-то в этот момент ей показалось, что жизнь особенно несправедлива. Стоп! Неужели она ТАК сильно хочет, чтобы Луна страдала от всего, что успела натворить? Она отказывалась в это верить. Впрочем, Селестия не просто так её, наверное, забрала, возможно, она сможет научить её уму-разуму, чтобы эта трагедия больше не повторилась, а она точно повторится, потому что сама Твайлайт не собирается отпускать от себя Мобиуса так просто. — Каденс и Шайнинг отправились обратно в Кристальную империю, и, кажется... — пегас хехекнула, — Принцесса Любви в какой-то степени была против подобного. Ну, в принципе, и неудивительно после всего того, что с ней вытворял Пушистик. — Ей лучше держаться от Мобиуса подальше, — Твайлайт с силой подавила в себе приступ ревности. — Стоит ей облучиться ещё сильнее, и её жизнь будет разрушена аддикцией, жаль, что она этого не понимает. — Вроде про всё рассказала. А нет, то есть да! Мобиус, — Рэйнбоу хлопнула себя копытом по лицу. — В последний раз, когда я его видела, он был, мягко говоря, недоволен, когда разбирал какие-то бумажки Селестии. Похоже, возвращаться в политику после его приключений в Седьмом мире он больше не собирался, но вот пришлось. — Неудивительно, — хмыкнула бывшая Принцесса Дружбы. — Если верить его словам, то правитель из него так себе, но надеюсь, он мне хоть немного поможет с этой неделей. Кстати, а ты-то сама что делала в моей постели? — Я? — Рэйнбоу приуныла и посмотрела на бинты. — А я снова на принудительном больничном. Халява кончилась, опять постельный режим... Какой же это отстой. Так-то я в другой комнате сейчас живу, вот решила к тебе заскочить, ведь какая разница, в какой постели валяться, верно? — Верно, — Твайлайт Спаркл вздохнула, всё ещё не веря в то, что всё закончилось, и кстати, надо будет провести опыт с книжкой, неужели Миднайт права и она сможет снова начать нормально читать? Неужели её жизнь наконец вернётся в прежнюю колею? Она не могла в это поверить. Раздались нарочито громкие шаги в коридоре, и дверь распахнулась, на пороге стоял большой белый монстр, и даже на таком расстоянии Твайлайт чувствовала от него просто волны негатива, для этого не стоило читать его мысли и чувства. Монстр медленно обвёл взглядом присутствующих, а потом выдохнул сквозь зубы: — Через полчаса начинается твой первый приёмный день, Избранная, завтракай, приводи себя в порядок, и я жду тебя в тронном зале, — не дождавшись ответа, он закрыл дверь и так же нарочито громко утопал восвояси. Надо пережить всего неделю. Всего неделю, каких-то жалких семь дней. Твайлайт жалобно застонала, но всё-таки заставила себя подняться с кровати. Она должна справиться, а дальше видно будет. ...три дня спустя, глубокий вечер... Яркая вспышка телепорта заставила Твайлайт вскрикнуть от неожиданности и зажмуриться, выронив из копыт книжку, которую она жадно «поглощала», сидя на коленях у Мобиуса. Посередине комнаты стояли два аликорна, две сестры, и Твайлайт мигом поняла, зачем они прибыли. Понятно, что не просто поболтать или пожелать ей приятного чтения. Энергообмен. Аддикция для Селестии и Луны скоро наступит, и они решили не тянуть до последнего. — Прекрасно выглядишь, — Селестия тепло улыбнулась Твайлайт, наблюдая за тем, как та телекинезом кладёт книжку на полку, Луна же молчаливой тенью стояла где-то у неё за спиной. — Как правление? Как успехи? — Головная боль, да и только, — уверенно соврала Твайлайт, на самом деле за последние три дня её почти никто не беспокоил, а с пришедшими ей помогал Мобиус, который умудрился за короткое время изучить почти все кантерлотские законы. — Печально это слышать, но не переживай, скоро всё закончится, — белая аликорн многозначительно посмотрела на молчаливого Мобиуса. — Догадываешься, зачем мы здесь? — Догадываюсь, — лев приглашающе поманил к себе сестёр когтем. — Располагайтесь и расслабьтесь. — Только без меня! — Твайлайт вскочила с колен монстра. — Делайте что хотите, а я пойду... прогуляюсь куда подальше. Такой прекрасный... прохладный вечер! — последние слова она почти что выкрикнула, вспыхнул рог, и она исчезла из комнаты. — Ох уж эти любовные глупости, — монстр покачал головой и снова поманил к себе сестёр, выпустив щупальца, впереди его ждало много приятной и вкусной энергии. А пока монстр развлекался с принцессами, Твайлайт буквально галопировала по улицам Кантерлота. Нет, дело было не в том, ЧЕМ сейчас занимался Мобиус, хотя глупо было отрицать, она ревновала даже из-за банальных энергообменов, проблема была в Луне. Только сейчас, этим самым вечером, она очень остро осознала, что её время с Мобиусом истекает. Как только вернётся Селестия, вернётся и Луна, и ей снова придётся делить белого монстра на части, а она не хотела делиться, за это короткое время она слишком сильно к нему привыкла, она... стала похожей на саму Луну!? Да нет, бред какой-то. Она точно не станет закатывать Мобиусу сцены ревности и истерики по пустякам и пытаться избавляться от конкурентки тоже не собирается, хотя и очень хочется. Твайлайт! Да что с тобой происходит?! Что за жестокие и грязные мысли блуждают у тебя в голове?! Ты наконец снова можешь читать, это ли не счастье? К тому же Мобиус всё равно никогда не ответит взаимностью, даже если ты будешь буквально насиловать его каждый вечер. Аликорн лихорадочно облизнулась, в её распоряжении ещё целых четыре дня, если не считать сегодняшний, и она собирается взять с этого монстра как можно больше близости и нежности, пока его у неё не отобрали! За всеми этими мыслями Твайлайт вдруг осознала, что подошла ко входу в кантерлотское подземелье, в котором теперь обитала Крисалис. Аликорн передёрнуло от этого нового осознания, и она уверенным шагом направилась внутрь. У неё созрел план. По телу Луны прошла последняя дрожь, она тихо, почти жалостливо вскрикнула, получив свой второй оргазм, а потом медленно сползла на пол, вовремя подхваченная лапой Мобиуса. Через несколько минут очередь дошла и до Селестии, но она, как обычно, только устало пошатнулась, и не более того. Монстр нежно уложил Луну на кресло и погладил её по гриве, вздохнул, а потом сформировал свою мысль: — Как много ты ей рассказала и что думаешь рассказать ещё? — теперь он уже поглаживал Селестию. — Почти всё, что произошло за то время, когда Луна провалила твоё несчастное испытание, из-за которого потом так переживала. — Почти? — монстр усмехнулся, уже зная ответ от Правительницы. — Инциде... трагедия... убийство на той... проклятой поляне, — Селестия медленно подбирала слова для мысленного ответа. — Надеюсь, ты понял. — Понял. По закону ты должна заключить свою сестру на пожизненное заключение, если мне память не изменяет, но кое-кто, похоже, решил их нарушить. — Пусть меня судит моя совесть, а не безнравственный монстр, который и заварил всю эту кашу, — Селестия раздражённо отбросила лапу монстра от себя. — Луна не должна узнать о детоубийстве, но она любопытна, даже слишком. Я почти наверняка уверена, что она будет шпионить по чужим снам, пытаясь узнать дополнительные детали своих преступлений. Мы не можем этого допустить, надеюсь, ты меня понимаешь? — Ты хочешь, чтобы я стёр тебе память? — Мне и Твайлайт, все упоминания о ребёнке, мысли, события, если будет надо, то перепиши спорные моменты, я знаю, это в твоих силах. Луна и так страдает, но если она узнает о том, что ЕЩЁ натворила, это сломает её окончательно, да и я... сама... — аликорн вздохнула. — Я сама не могу смотреть на неё как раньше, потому что... — ещё один вздох. — В общем, ты меня понимаешь. Должен понять. — Счастье в незнании, как обычно, — монстр мрачно усмехнулся. — Хорошо, приходи завтра днём, когда Избранная будет занята твоей работой, обсудим детали. — А Твайлайт? — Твайлайт имеет право выбирать, я точно ничего не буду делать с ней насильно, даже если на кону стоит рассудок моей Хранительницы. — Монстр подошёл к окну и открыл его. — А теперь мне надо заняться одной маленькой предательницей, — не дождавшись ответа, монстр исчез в окне, и когда Селестия выглянула вслед за ним, на улице уже никого не было. — Остановитесь и назовитесь, посторонним сюда вход воспрещён, — прозвучал из подземелья тихий и уверенный голос, и к оторопевшей Твайлайт вышел белый пегас-страж. — Твайлайт Спаркл, — раздражённо бросила она, невероятно, что есть ещё кто-то в Кантерлоте, кто может её не узнавать. — Принцесса Дружбы? Вам вход тоже воспрещён, — невозмутимо прокомментировал страж. — Что?! — подобная наглость потрясла её до глубины души. — Да ты хоть знаешь, с кем ты имеешь дело? — Знаю. Вход воспрещён, — страж продолжал невозмутимо перегораживать ей проход, и Твайлайт от подобного даже растерялась. Кто отдал подобное распоряжение?! Мобиус? Селестия? Кто-то ещё? И как ей теперь самой поступить? — Вастрикс, пусть проходит, я разрешаю, — разнёсся из глубины подземелья величественный и уверенный голос. — Так ты. Ты! — Твайлайт задыхалась от негодования, не находя цензурных слов, чтобы выразить своё возмущение, Крисалис и её жуки, похоже, уже совсем обнаглели, раз чувствуют себя как дома, ещё и смеют ей указывать. — Вы можете пройти, — страж-чейнджлинг не стал дожидаться, пока Твайлайт придумает, как выразить своё возмущение, и скрылся в темноте. Обозлённая и всё ещё негодующая Твайлайт уверенно двинулась дальше, впрочем, идти ей пришлось недолго, поворот, ещё поворот, и в свете одинокого факела перед ней предстала Королева чейнджлингов. Крисалис невозмутимо расположилась на большой розовой подушке, а рядом с ней аккуратно лежали грязные цепи, которыми она, похоже, и должна была быть связана. Оставшийся целым зелёный глаз уставился на неё почти что в упор. От второго глаза осталась лишь изуродованная чёрная дыра. — Что всё ЭТО значит? — холодно процедила Твайлайт, указывая копытом на пол. — Это цепи, я их сняла, потому что их ношение негативно влияет на мой внешний вид, — невозмутимо прокомментировала Крисалис. — Говори, чего тебе надо, и убирайся. Твайлайт даже растерялась от такой наглости, по плану перед ней должна была предстать сломленная калека, которую она бы вежливо уговорила покинуть Кантерлот, но подобное поведение и всё остальное разрушило её план, а розовая подушка была явно от Мобиуса, значит, именно он стоит за всем этим, наверное, именно поэтому эта мерзавка так уверена в себе! — Я пришла к тебе... с предложением, — уверенность Твайлайт буквально таяла на глазах. — Предложение? От такой, как ты? — Крисалис клыкасто усмехнулась и облизнулась длинным языком, плотоядно уставилась на аликорна. — Как интересно, можешь пока что продолжать. — Тебе опасно дальше оставаться в Кантерлоте. Мобиус собирается просто использовать тебя в своих целях, а потом избавиться. Тебе лучше бежать отсюда, пока у тебя есть такая возможность, потому что скоро вернётся Селестия и такая возможность у тебя пропадёт, — Твайлайт изо всех сил старалась, чтобы её голос не дрожал от всего того блефа, что она сейчас выдавала. — Бежать? Как же ты себе это представляешь, наивная соплячка, в моём нынешнем состоянии? — злобно усмехнулась Королева Роя. — Моё тело искалечено, а на то, чтобы его исправить, а также на большой телепорт нужно очень много любви, а в ближайшее время у меня её не предвидится. — Любовь? — Твайлайт смутилась, пытаясь игнорировать наглый и уверенный тон королевы жуков. — Сколько тебе её надо? — Думаю, ты подойдёшь в плане моей еды, если, конечно, не боишься, — Крисалис снова облизнулась. — Хорошо, — выдохнула дрожащая аликорн. — Возьми у меня всё, что можешь, а потом убирайся отсюда, чтобы глаза мои тебя не видели. — Какое щедрое предложение, тогда приятного мне пищеварения, — прошипела Крисалис, и её рог засиял зелёным, а потом в её рот хлынула розовая любовная энергия от Твайлайт. Аликорн начала стремительно слабеть, это было даже хуже, чем энергообмен. Не прошло и нескольких минут, как последние силы оставили её, и она со стоном упала на грязный пол. — Какое интересное острое блюдо, так сильно приправленное ревностью, ещё бы немного, и у меня произошло несварение желудка, — Крисалис холодно рассмеялась, облизнувшись, а потом сосредоточилась, по её телу пробежало зелёное сияние, она медленно встала на три ноги, а затем и на четвёртую. — И всего-то? — разочарованно прошипела она. — Впрочем, чего ещё ожидать от глупой и жалкой соплячки, возомнившей себя Правительницей Кантерлота. А ревность — это твоя главная слабость, пока ты этого не поймёшь, то так и останешься ничтожеством, а теперь можешь быть свободна, — она невозмутимо села обратно на подушку. — Как ты... ты меня... обманула, — прохрипела Твайлайт, пытаясь подняться, но ноги категорически отказывались поднимать её тело. — Я обманула? — искренне удивилась Крисалис, а потом рассмеялась. — Ты серьёзно думала, что я отправлюсь в никуда в таком состоянии? Да у тебя вместо мозгов червяки. Приходи ко мне завтра, и, может быть, твоей любви мне хватит для моих планов, а может быть, и нет. А может, мои планы вообще изменятся. Жизнь очень непредсказуема. — Всё с тобой... понятно, — аликорн наконец поднялась. — Глупо было надеяться, что ты последуешь доброму совету... я была наивна, пытаясь тебя спасти. Впрочем, чего ещё ждать от перевёртышей, сборища лгунов и манипуляторов без грамма совести. — Чего ещё ждать от малявки, которая не прожила и сотни лет, — презрительно парировала Королева Роя. — Ты такая же, как и Селестия, возомнила себя судьёй и одновременно всезнающим богом, которая верит в фальшивые легенды. — Фальшивые легенды? То есть драконий инцидент, восстания и прочие ваши злодеяния — это ложь? — «Если дождь побил твой сад — это чейнджлинг виноват», — ядовито усмехнулась Крисалис. — Кому ты больше поверишь? Холодным и непонятным существам, которые могут превращаться в других, питаясь чужой любовью, или благородным драконам, которые только и ждут, чтобы ударить в спину? Впрочем, плевать, я могу рассказать много интересных легенд, которые противоречат этой вашей истории о нашей расе. Но зачем? Что мне это даст? Я просто потрачу впустую своё время и силы, ведь историю пишут победители, а мы проиграли. Вот и вся простая истина, а теперь можешь быть свободна. Спасибо за острое блюдо, но, наверное, можешь больше не приходить, а то я заработаю себе расстройство желудка. Так и не найдя достойной колкости в ответ, Твайлайт выдохнула сквозь зубы, развернулась и последовала к выходу, впрочем, на повороте её ждал сюрприз. Вполне себе ожидаемый сюрприз в лице белого монстра, который с задумчивым видом привалился к стене, покручивая на безымянном пальце золотое колечко. — Пошли, прогуляемся, думаю, тебе есть что мне рассказать, — холодно молвил Мобиус и неспешным шагом устремился к выходу, больше не сказав ни слова. Аликорн с замиранием сердца и нехорошими предчувствиями последовала за монстром. От него так и веяло холодом и подобием... неприязни? Осознавать подобное для Твайлайт было ещё больнее, ведь только сейчас она поняла окончательно, что пыталась натворить. Они молча шли по ночному, всё ещё вымершему Кантерлоту, в который день за днём постепенно возвращалась жизнь. Большой антропоморфный монстр, похожий на льва, и маленькая пони. Подул холодный ночной ветер, и монстр неожиданно остановился и повернулся к Твайлайт. Она до сих пор не могла прочитать его чувства, и это пугало Твайлайт ещё сильнее неприятных объяснений, которые Мобиус, скорее всего, с неё сейчас потребует, и что ей ему сказать? Что она банально ревновала его к жучиной королеве? Или, может быть, придумать сомнительную отговорку о том, что беспокоилась за будущее Кантерлота, имея такого сомнительного союзника под боком? По сравнению с Мобиусом или тем же Режиссёром сама Крисалис казалось ей теперь не больше чем пародией на врага, если не меньше. Так что же ей ему сказать и почему он молчит?! — Думаю, я нагулялась на сегодня, — выдавила из себя пони через силу. — Пора спать, ведь завтра сложный день. Просители. Документы... — она говорила всё тише и нерешительнее. Жёлтые глаза Мобиуса холодно сверкнули, и он снова повернул кольцо на своём пальце: — В горе и радости. Любви и ненависти. Я буду с тобой до конца, — ответил неожиданно монстр и опустил свою большую лапу на голову пони. — Я буду с тобой... до конца... — Твайлайт и не заметила, как у неё из глаз покатились слёзы. — Пора домой? — он вопросительно посмотрел на маленькую пони. — Пора домой, — решительно ответила Твайлайт большому белому монстру и робко ему улыбнулась, вытирая слёзы. ...неделю спустя... — Как занимательно и интересно, — иронично фыркнул Мобиус, смотря на большую карту Эквестрии, а также на символы Твайлайт и остальных над непримечательным местом. — Только не говорите мне, что вы собираетесь отправиться туда просто потому, что какие-то непонятные силы вам подали на это знак. — Собираемся, — пожала плечами Твайлайт. — Думаю, всё это происходит не на пустом месте, может быть, там таится наша судьба? — А также опасности, испытания! — подхватила воодушевлённая Рэйнбоу. — Тогда, думаю, я отправлюсь вслед за вами, — подвёл итог белый монстр. — Полагаю, это ваша самая первая «миссия», и я должен проконтролировать, чтобы не случилось ничего неожиданного и непоправимого. — Что?! — возмутилась Эпплджек. — Что-то я не вижу твоей кьютимарки на карте. — Тогда я просто сделаю вид, что нам по пути, — Мобиус пожал плечами. — Не беспокойтесь, я не буду вмешиваться в эти ваши «дружеские дела», просто похожу рядом, не более того. — Твайлайт, мы ведь никак не сможем его отговорить от этой затеи? — Рарити тяжело вздохнула. — Похоже, в этом плане никто не в силах его остановить, — вынесла приговор Твайлайт, закатывая глаза. — Только дай мне Слово. Ты не будешь вмешиваться, если нам не будет ничего угрожать. — Хорошо, — кивнул большой белый лев. — Даю Слово, что я не буду влезать в ваши «дружеские дела», если только Твайлайт не будет угрожать опасность. — Ох... мне уже не нравится вся эта затея, — тихо прошептала Флаттершай. — Может, лучше остаться? — Да ладно, нормально всё будет, — уверенно заявила Рэйнбоу. — Ура! Это точно будет весело! — выкрикнула Пинки, выстрелив из своей пушки. — О да, думаю, определённо это будет интересный опыт, — глаза монстра странно блеснули, и он холодно улыбнулся.