Часть 9

Палочка перекочевала из одной руки в другую — лениво, механически, как привычка, от которой невозможно избавиться. Драко даже не отслеживал момент, когда это произошло. Его тело жило своей жизнью, в то время как голова была занята другим: подсчётом ошибок. Ошибок вокруг было слишком много. Он потёр глаза, медленно, с нажимом, будто хотел стереть не только усталость, но и саму необходимость здесь находиться. Веки жгло. Сон был роскошью, которую он давно не позволял себе — слишком легко было проснуться не там и не тем. — Сосредоточься, — процедил он себе под нос. Напарники напротив двигались неуверенно, с тем самым напряжением, которое выдаёт страх ошибиться… и гарантирует, что ошибка случится. Один слишком рано поднял щит, другой запоздал с ответным заклинанием, третий вообще сбился с ритма, как ученик, впервые попавший на дуэльный клуб. Драко смотрел на них без злости. Хуже — с усталым презрением. Вот так и проигрывают войны, подумал он. Не с криком, не в героическом порыве — а из-за людей, которые делают всё «почти правильно». Он видел это раньше. Видел, как ломаются те, кто считал себя сильным. Видел, как выживают те, кто не питал иллюзий. Он давно перестал ждать от окружающих большего. Заклинание сорвалось внезапно. Бах. Бум. Воздух вздрогнул, словно его ударили кулаком. Стена, до этого момента вполне реальная и надёжная, разлетелась с сухим треском. Камень, пыль, резкий запах магии. Драко пригнулся автоматически — тело сработало быстрее мысли. Осколки пронеслись мимо, один больно задел плечо, но он даже не обратил внимания. — Идиоты, — выдохнул он сквозь зубы. Не громко. Не для них. Для себя. Он выпрямился медленно, стряхивая пыль с мантии. Раздражение было ровным, холодным — таким, какое не толкает на крик, а на расчёт. Если они так лажают на тренировке, подумал он, что будет, когда всё пойдёт не по плану? Ответ ему не нравился. — Малфой, ты здесь? Голос донёсся с другой стороны разрушенной стены — спокойный, почти ленивый. Тео. Конечно. — К сожалению, — отозвался Драко. — да. Он выругался тихо, без лишнего пафоса, и шагнул вперёд, перешагивая через обломки. Тео Нотт стоял, прислонившись к уцелевшему участку стены, с таким видом, будто взрывы — это просто часть декора. — Я думал, ты решил эффектно выйти из жизни, — заметил Тео, окинув его взглядом. — С громким финалом и аплодисментами. — Не сегодня, — фыркнул Драко. — Я ещё не настолько отчаялся. Он бросил взгляд назад, туда, где всё ещё суетились «напарники», обсуждая последствия собственного провала. — Они долго не протянут, — заметил Тео. — Они и не должны, — ответил Драко. — Главное, чтобы успели принести хоть какую-то пользу. Это была не жестокость. Это была бухгалтерия. Люди давно стали для него цифрами, возможностями, переменными в уравнении, которое нельзя было решить красиво. Он развернулся, уходя от тренировочной площадки. Тео пошёл рядом — не спрашивая, не уточняя маршрут. Они слишком давно работали вместе, чтобы нуждаться в объяснениях. — Они лажают, — констатировал Тео. —мы определенно такими не были. — Они блестяще лажают, — поправил Драко. — Если бы не война, я бы предложил им гастрольный тур. Именно поэтому его взгляд скользнул дальше. За пределы собственной тренировки. За пределы привычного круга лиц. Туда, где Орден Феникса пытался выглядеть собранным. Драко остановился за несколько сотен футов от места тренировки — дальше воздух уже дрожал от наложенных чар. Грубых, торопливых, но работающих. Орден никогда не отличался изяществом. — Прямо, — сказал Тео, — нельзя. — И не нужно, — отозвался Драко. Он свернул палочку между пальцами, пробормотал заклинание, и пространство перед ними словно сдвинулось, ломаясь не по линии, а по намерению. Они шагнули в тень — не невидимость, не маскировка, а что-то более неприятное. Как будто мир соглашался не замечать их. Драко ненавидел такие чары. Они были липкими. Но эффективными. Они заняли позицию на возвышении — полуразрушенная каменная стена, заросшая травой и мхом. Отсюда было видно всё: поле, людей, движения, ошибки. — Смотри, — тихо сказал Тео. — Уже бегают. — Значит, мы не опоздали. — хмыкнул Драко. Он облокотился о холодный камень, наблюдая без эмоций, как Орден пытается выглядеть боеспособным. Некоторые держались уверенно. Другие — слишком старались. Были и те, кто уже на этом этапе выглядел сломанным. И была она. Грейнджер. Драко узнал её не по лицу — по манере двигаться. Собранно. Чётко. Слишком рационально для человека, которого только что вытащили из постели и заставили бежать круги. — Ну конечно, — пробормотал он. — Отличница. — Ты улыбаешься, — заметил Тео. — Это нервный тик. Драко подошел ближе. — Нашёл что-то интересное? — хмыкнул Тео. — Возможно, — ответил он не сразу. Он наблюдал. Не с любопытством — с тем холодным интересом, с которым хирург оценивает разрез. Она выглядела уставшей, но не сломанной. Собранной. Опасной. Вот такие и выживают, подумал он неожиданно для себя. Его раздражение от напарников улеглось, сменившись другим чувством — почти азартом. — Посмотрим, как держится Орден. И что именно они пытаются скрыть. Драко заметил это не сразу. Сначала — просто движение. Чужой шаг слишком близко. Чужой голос, слишком уверенный для человека, который ещё не понял, куда влез. Маркус. Он стоял рядом с Грейнджер — слишком расслабленно, слишком естественно. Наклонился к ней, сказал что-то вполголоса. Она ответила коротко, без улыбки, но не отступила. Он нахмурился, сам не сразу поняв почему. — О, — протянул Тео, заметив, как изменилось выражение его лица. — Это уже интереснее. — Что? — сухо бросил Драко, не отрывая взгляда. — Ты смотришь так, будто собираешься кого-то убить. Или поцеловать. Обычно ты выбираешь первое. Драко стиснул челюсть. — Он слишком близко стоит, — сказал он наконец. — К Грейнджер? — К проблемам, — поправил Драко. Тео усмехнулся, но без привычной насмешки. Он тоже смотрел на Маркуса — уже внимательнее, изучающе. Драко почувствовал это раньше, чем осознал: неприятное, вязкое напряжение под рёбрами. Он скользнул взглядом к Тео — и замер. Тео не улыбался. Лицо спокойное, почти безэмоциональное. Но пальцы медленно сжимались на палочке — так, как он делал только в одном случае. Когда выбирал цель. Маркус что-то сказал Грейнджер. Она ответила коротко. Он улыбнулся — открыто, почти вызывающе. Драко сжал челюсть. — Ты это тоже видишь, — тихо сказал Драко. — Да, — ответил Тео. — И мне не нравится. — Ревнуешь? — усмехнулся Драко, больше машинально. Тео повернул голову. — Нет, — сказал он спокойно. — Я прикидываю, как быстро смогу его убрать, если понадобится. Это не было шуткой. Тренировка подходила к концу, Тео и Драко направились по новым, непредвиденным делам. Министерство магии встретило их привычной суетой и фальшивым порядком. Полы блестели слишком старательно — как будто чистота могла стереть следы паники. — Напомни, — лениво протянул Тео, поправляя манжету, — зачем мы сюда пришли? — Проверить одного слишком мутного аврора, — ответил Драко. — И, если повезёт, испортить кому-нибудь день. У стойки архива дежурили две ведьмы. Молодые. Умные глаза, аккуратные причёски, одинаково скучающий вид — пока они не заметили их. Драко уловил момент мгновенно. Чуть мягче плечи. Чуть медленнее шаг. Улыбка — не откровенная, но такая, от которой люди начинали сомневаться в собственных принципах. — Добрый день, — сказал он спокойно. — Нам нужны доступы к личным делам авроров. Срочная проверка. Внутренняя. — У вас есть разрешение? — автоматически спросила одна из них. Тео наклонился ближе, понизив голос: — Если бы у нас было разрешение, — произнёс он почти доверительно, — мы бы не стояли здесь и не тратили ваше время. Вторая ведьма нахмурилась. Потом посмотрела на Тео внимательнее. Потом — на Драко. — Фамилии? — Малфой, — сказал Драко без тени гордости или вызова. Просто факт. — Нотт, — добавил Тео. Пауза. Короткая. Неловкая. — Проходите, — сказала первая, уже открывая защитный контур. — Только… недолго. — Мы постараемся, — ответил Драко, делая шаг вперёд, но прежде чем пройти, задержался на мгновение. Он наклонился чуть ближе, понизив голос ровно настолько, чтобы это звучало как доверие, а не как угроза: — Хотя… если мы вдруг не задержимся, — его взгляд скользнул от одной ведьмы к другой, — я был бы рад вернуться. Уже без служебных вопросов. Ведьмы только захихикали, и начали их обсуждать когда парни отошли на достаточно большое расстояние, но всё еще недостаточно, чтобы не расслышать их слова про их размах плеч, и то, как уверенно они несли себя, будто коридоры министерства принадлежали им. — С такими плечами можно не только двери выбивать, — хихикнула ведьма. — Молчи, а то услышат, — но в голосе её не было ни капли раскаяния. Внутри было тихо. Стеллажи, папки, запах старой бумаги и заклинаний сохранности. — Ты заметил, — пробормотал Драко, проводя палочкой по корешкам, — как легко люди забывают, на чьей мы стороне? — Они никогда не знали, — ответил Тео. — Поэтому и улыбаются. Имя Маркус Флинт появилось не сразу. И не там, где должно было. — Странно, — тихо сказал Драко. — Ни учебного дела. Ни распределения. Ни наставника. — Как будто он… — Тео замолчал, листая дальше. — Не рождался, — закончил Драко. Они проверили ещё раз. И ещё. Другие авроры были. С датами. Ошибками. Замечаниями. Маркуса — не было. — Это плохо, — произнёс Тео. — Это очень плохо, — согласился Драко. — Потому что даже Тёмный Лорд оставляет следы. Он закрыл папку, чуть сильнее, чем нужно. — Либо он фантом, — сказал он, — либо его стерли намеренно. — Или он сам умеет это делать, — добавил Тео. Драко усмехнулся — без веселья. — Тогда он слишком близко к Грейнджер. Они вышли из архива так же спокойно, как вошли. Девицы у стойки снова посмотрели на них — теперь с лёгким разочарованием, будто ожидали продолжения. — Если что, — сказал Тео, проходя мимо, — вы сегодня ничего не видели. Они кивнули. Драко уже не улыбался. Потому что теперь Маркус Флинт был не просто раздражающим аврором. Он был дырой в системе. А дыры всегда пожирают тех, кто подходит слишком близко.

***

Дом Забини находился в стороне от шумных магических кварталов — слишком изящный для показного богатства и слишком живой для фамильного склепа. Старый итальянский особняк, в котором магия не давила, а дышала. Драко почувствовал это сразу, как только они переступили порог. Воздух был тёплым, пахло чем-то пряным — базиликом, вином и ещё чем-то домашним, почти забытым. В детстве они часто бывали в особняке Блейза. Пока Аурелия Забини, Нарцисса Малфой и Элианна Нотт обсуждали свежие сплетни и своих мужей, Блейз, Драко и Тео играли в саду, летали на метлах и дразнили домовых эльфов. Драко всегда летел выше остальных, на такой высоте страх падения просто не имел значения. Блейз, наоборот, срезал траектории, рисковал, смеялся громче всех и специально нырял вниз, чтобы напугать их. Тео держался чуть в стороне, но именно он первым замечал, когда ветер менялся или когда кто-то из них терял равновесие. Однажды Блейз слишком резко пошёл в пике, зацепился за ветку и повис вниз головой, ругаясь так, как умел только он. — Я вообще-то это контролировал! — возмутился он, когда Драко уже приземлялся рядом. — Конечно, — фыркнул Драко. — Именно так обычно и выглядит контроль. Тео молча подлетел следом и, не говоря ни слова, аккуратно стабилизировал мётлу заклинанием — быстро, точно, будто делал это не в первый раз. — Видели? — довольно сказал Блейз. — Даже если кто-то облажается, всё равно всё заканчивается нормально. — Да, благодаря Тео, —с усмешкой сказал Драко. — Потому что мы вместе, дурень. — ответил ему Блейз. Драко в шутку погнался за ним на метле, и так, смеясь, они снова поднялись ввысь. Тео подлетел к ним, сказав: — Значит, будем держаться вместе. Всегда. Тогда мир казался ещё нормальным. Не было предрассудков, проблем и безносого Лорда, который в итоге всё испортил. Драко вынырнул из воспоминаний, почувствовав толчок в бок: — Эй, ты что, уснул? —спросил его Тео. — Нет, просто вспоминал каким умным ты был в детстве. Надо же, как всё меняется. Тео только рассеялся, проходя в гостиную. — А ты всегда был таким напыщенным. Даже в детстве считал себя лучше всех. — Я скучал по этому месту, — пробормотал Тео, снимая мантию. — Ты скучал по кухне, — отозвался Драко. — И по тому, что здесь никто не пытается тебя проклясть за ужином. — Не обобщай, — донёсся спокойный голос из гостиной. — Я иногда думаю об этом. Миссис Забини выглядела так, будто война — не её проблема, а дурная погода за окном. Аккуратная, собранная, с тем самым взглядом, который видел слишком многое, чтобы задавать лишние вопросы. — Война плохо на вас сказывается, — сказала она, окинув их быстрым, цепким взглядом. — Вы оба выглядите так, будто забыли, как выглядит нормальная жизнь. — Мы стараемся не терять форму, — ответил Драко, почти автоматически. Аурелия едва заметно улыбнулась — тем самым выражением, которое появлялось у неё редко и только для «своих». — Значит, стараетесь неправильно, — заметила она спокойно. — Садитесь. У вас лица людей, которых давно не кормили ничем, кроме злости и плохих новостей. Тео шагнул ближе, чуть наклонив голову, и с ленивой, почти мальчишеской улыбкой сказал: — Вы как всегда прекрасны, Аурелия. Даже когда мир летит к чертям. Она усмехнулась, посмотрела на него внимательнее — дольше, чем следовало бы постороннему. — Осторожнее, Теодор, — ответила она спокойно. — Ещё немного, и я решу, что вы говорите это искренне. — Я стараюсь не врать взрослым ведьмам, которые могут меня пережить, — пожал плечами он. — Умный мальчик, — сказала она и уже мягче добавила: — Рада, что вы здесь. Оба. Она развернулась к двери, и уже на ходу бросила: — Блейз должен быть с минуты на минуту. Если, конечно, Италия всё-таки отпустила его. Не успела дверь закрыться, как та хлопнула снова. — Мама, если ты снова сказала кому-то, что я собираюсь жениться на итальянской ведьме — Блейз появился в дверях с дорожной сумкой на плече, загорелый, расслабленный и слишком живой для человека, вернувшегося в Британию во время войны. Он замер, увидев их. — …а, — протянул он. — Значит, вы ещё не умерли. Приятный сюрприз. — Ты отвратительно хорошо выглядишь, — заметил Тео. — Это Италия, — ухмыльнулся Блейз. — Солнце, вино, женщины. Всё, чего вам здесь не хватает. — Вино у нас есть, — сказал Драко. — Женщины… спорный вопрос. — Ты просто не там смотришь, — отмахнулся Блейз, ставя сумку у стены. — У меня виноградники под Флоренцией. Я клянусь, там каждая вторая — произведение искусства. Я всерьёз думаю, что половина из них ведьмы, потому что обычные люди так выглядеть не могут. Тео фыркнул. — И сколько из этих произведений искусства ты успел оскорбить? — Я был вежлив, — возразил Блейз. — До третьего бокала. Они расселись за стол. Вино появилось без слов — как само собой разумеющееся. — В следующий раз, — сказал Блейз, разливая, — вы едете со мной. Никаких отговорок. Я устал слушать, как вы жалуетесь на жизнь в самой депрессивной части Европы. — Я не жалуюсь, — отозвался Драко. — Я презираю. — Тем более, — улыбнулся Блейз. — Италия тебя исправит. Или окончательно испортит. — Я за второй вариант, — сказал Тео, поднимая бокал. — За солнце, — добавил Блейз. — И за то, — медленно сказал Драко, — что мы ещё живы. Бокалы звякнули. Несколько секунд они просто пили. Молчание было не неловким — редким и ценным. Таким, которое возможно только между теми, кто слишком давно знаком, чтобы заполнять паузы словами. Блейз первым нарушил его. Он покрутил бокал в пальцах, наблюдая, как свет играет в тёмном вине. — Дай угадаю, — протянул он лениво. — Снова ваш уважаемый Тёмный Лорд причина? Тео хмыкнул. — У него талант портить вечера, — заметил он. — Даже на расстоянии. Драко поставил бокал чуть резче, чем нужно. Стекло тихо звякнуло о стол — звук был коротким, но окончательным. — Ладно, — сказал он. — А теперь к плохим новостям. Блейз поднял бровь, но улыбка не исчезла. — Значит, Италия закончилась, — вздохнул он. — А я надеялся, что вы просто приехали за мной, потому что скучали. — Не льсти себе, — отозвался Тео. — Хотя виноградники мы бы посмотрели. — И девушек, — добавил Драко сухо. Блейз усмехнулся, но взгляд стал внимательнее. — Рассказывай, — сказал он уже без шуток. — Насколько всё плохо? Драко переглянулся с Тео. — Орден тренируется, — начал он. — И это уже проблема. — Потому что они плохи? — уточнил Блейз. — Потому что они думают, что готовы, — ответил Тео. — А ещё потому что рядом с ними крутится один человек, которого не должно существовать. Блейз медленно кивнул, делая глоток. — Имя? — Маркус Флинт, — сказал Драко. — Аврор. Или очень хорошая подделка. — Мы проверили архивы, — добавил Тео. — Его нет. Совсем. Блейз присвистнул тихо. — Даже у мёртвых обычно есть бумажки. — Вот именно, — сказал Драко. — А он слишком близко к Ордену. И к Грейнджер. Блейз задержал взгляд на Драко чуть дольше обычного. — Подожди, — сказал он медленно. — А что с Грейнджер? Тео первым поднял глаза. — Она умная, — сказал он просто. — И слишком наблюдательная. — И уже внутри, — добавил Драко. — Глубже, чем ей кажется. Блейз нахмурился. — Это значит «опасна» или «полезна»? Драко сделал паузу. Намеренную. — Это значит, — сказал он наконец, — что она нам понадобится. Тео кивнул. — Рано или поздно. Блейз прищурился. — А вот теперь, — протянул он, — это звучит как личная проблема. — Это звучит как проблема, которая может нас всех похоронить, — холодно ответил Драко. Несколько секунд они снова молчали. — Значит, — наконец сказал Блейз, откидываясь на спинку кресла, — война всё ещё здесь. — Да, — сказал Тео. — Просто иногда она делает вид, что пьёт вино с хорошими людьми. Драко усмехнулся — коротко, без веселья. — Да, мы как раз образец хороших людей.—отозвался он. — Нам нет и двадцати, а мы уже в какой-то секте которую возглавляет змееподобный маг, величавший себя Лордом. Он говорил почти лениво, но внутри что-то неприятно дёрнулось. Слова Тео задели сильнее, чем хотелось признать. Пить вино. Делать вид, что всё нормально. Сидеть за столом, где раньше обсуждали оценки, метлы и девушек — и теперь говорить о том, кого придётся убить следующим. Тео смотрел в бокал, не поднимая глаз. — Мы просто хорошо вписываемся в интерьер, — сказал он спокойно. — Тишина. Дом. Иллюзия выбора. Блейз медленно выпрямился. — Вы говорите так, будто уже проиграли, — заметил он. — Нет, — возразил Драко. — Мы говорим так, будто слишком хорошо понимаем правила игры. Он сделал глоток и почувствовал, как вино обжигает горло — приятная боль, почти честная. — Орден думает, что борется за светлое будущее, — продолжил он. — Мы — за выживание. Иногда это одно и то же. Чаще — нет. Блейз кивнул, задумчиво. — Хорошо, — сказал он наконец. — Допустим, я в курсе. Допустим, я не задаю вопросов, которые могут закончиться плохо. Чем я могу быть полезен? Вот это был правильный вопрос. Тео поднял взгляд. — Нам нужен доступ, — сказал он. — Люди. Информация. Тот, кто не светится ни в Ордене, ни среди Пожирателей. — И место, — добавил Драко. — Где можно исчезнуть, если понадобится. Не поместье, не фамильный дом. Что-то… нейтральное. Блейз улыбнулся — медленно, почти хищно. — У меня есть квартира в магловском районе, — сказал он. — Соседи думают, что я дизайнер. Или наркоторговец. Пока не определились. — Подходит, — хмыкнул Тео. — А ещё, — продолжил Блейз, — у меня есть связи. Не героические. Не чистые. Но полезные. И я умею задавать вопросы так, чтобы мне на них отвечали. Драко посмотрел на него внимательно. — Ты понимаешь, во что ввязываешься? — Я никогда не вылезал из этого, — спокойно ответил Блейз. — Просто раньше делал вид, что живу в Италии. Он поднял бокал. — Так что давайте договоримся. Вы не врёте мне. Я не спасаю мир. Мы просто держимся вместе. Тео тихо усмехнулся. — Звучит знакомо. Драко коснулся краем бокала их бокалов. — Потому что мы вместе, — сказал он так, будто это было очевидно.