Часть 14

Маггловская квартира была слишком тихой для двух волшебников, живущих на чемоданах. Старый диван скрипнул, когда Тео перевернул страницу. Он лежал, закинув одну ногу на спинку, и читал книгу без обложки — такую, какие обычно не берут с собой просто так. Драко стоял у окна, разглядывая серое утро. Город за стеклом жил своей жизнью, не подозревая, что война давно вышла за пределы магического мира. — Нам нужно в библиотеку, — сказал он наконец. Тео даже не поднял головы. — С каких это пор ты стал послушным щеночком Грейнджер? — лениво протянул он. Драко фыркнул. — Кто бы говорил. Ты, между прочим, первый бежишь выполнять её «гениальные идеи». — Потому что они, к сожалению, работают, — отозвался Тео, закрывая книгу. — Ладно. Пять минут. Хочу закончить главу, вдруг это последний шанс. — Драматизируешь. — Всегда, — ухмыльнулся Тео, поднимаясь.

***

Аппарация вырвала воздух из лёгких, как всегда. Малфой-мэнор встретил их холодом — не температурным, а каким-то глубинным, въевшимся в камень. Драко заметил это сразу. Тео замедлил шаг. Его плечи напряглись, взгляд скользнул по коридору и на секунду задержался на тёмной арке, ведущей в западное крыло. Он уже видел этот взгляд раньше. — Тео, — тихо окликнул он. — Нормально, — отрезал тот слишком быстро. — Просто… дом стал меньше. Это было неправдой. Мэнор всегда был огромным. Просто теперь часть его принадлежала не семье. Когда-то здесь пахло полированным деревом, цитрусовыми чарами и спокойствием. Теперь — холодом, чужой магией и присутствием того, кого не называли вслух. Лорд жил в одной половине дома. Малфои — в другой. Невидимая граница, которую чувствовали все. — Драко. Голос Нарциссы был мягким, как всегда. Она вышла им навстречу и, не задумываясь, обняла сына. Потом — Тео, чуть короче, но искренне. — Вы выглядите уставшими, — сказала она, вглядываясь в их лица. — Вы ели? — Конечно, — солгал Драко. Тео улыбнулся: — Два раза. В мыслях. Нарцисса вздохнула, но уголки её губ дрогнули. — Ужин через час. Люциус занят, но вы знаете, — она понизила голос, — дом рад вам. Драко кивнул. Он знал, что это правда. И знал, что это не отменяет опасности.

***

Библиотека встретила их тишиной. Здесь она ещё держалась — старая магия, шёпот страниц, тяжёлые тома с родовыми гербами. Они работали молча. Тео двигался уверенно, словно знал, где что лежит. Иногда замирал — на долю секунды дольше, чем нужно. Драко делал вид, что не замечает. — Вот, — сказал Тео наконец, вытаскивая книгу с потемневшим корешком. — Раздел о нестабильных артефактах. Смотри примечания на полях. Драко наклонился ближе. — Тут есть ссылки, — пробормотал он. — На ритуалы разделения. И… чёрт. Это полезно. — Скажи это Грейнджер, — усмехнулся Тео. — Она будет в восторге. Драко фыркнул, перелистывая страницы. — Она и так в восторге от всего, что связано с уничтожением Тёмного Лорда. — Впечатляюще узкий круг интересов, — заметил Тео и прислонился к стеллажу. — Но, надо признать, полезный. Драко провёл пальцем по сноске. — Здесь говорится, что сосудов не может быть много. Душа не выдерживает. — Конечно не выдерживает, — лениво отозвался Тео. — Это же не пирог, который можно резать бесконечно. Он наклонился через плечо Драко, вчитываясь. — Семь, — прочитал он. — Магическое число. Завершённость. Гармония. — Иронично, — сказал Драко. — Делать из семи символов целостности… способ окончательно себя уничтожить. — Подожди, — Тео усмехнулся шире. — Семь частей души плюс тот, кто всё это придумал. Он поднял бровь. — Восемь. — Ты считаешь самого себя частью уравнения? — холодно уточнил Драко. — А как иначе? — Тео пожал плечами. — Если уж делить душу, то по-честному. Видимо, у него она была… объёмная. Драко хмыкнул. — Или просто нестабильная. Они снова замолчали, листая страницы. Тишина библиотеки словно сгущалась вокруг них. — Здесь ещё кое-что, — сказал Драко спустя минуту. — Упоминание легендарных артефактов. Слишком старых, чтобы быть случайными. Тео сразу напрягся. — Насколько легендарных? — Сказки Барда Бидля, — произнёс Драко тихо. Тео медленно выдохнул. — Не говори мне, что он решил превратить детскую книжку в инструкцию по мировому господству. — Именно это я и говорю. Драко нашёл нужный абзац. — Палочка. Камень. Мантия. — Дары Смерти, — закончил за него Тео. — Прекрасно. Просто прекрасно. Он покачал головой. — Знаешь, я всегда думал, что он ненавидит всё, что хоть отдалённо связано со смертью. А выходит — романтик. — Он боится её, — поправил Драко. — Поэтому и пытается подчинить. Тео усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то серьёзное. — Значит, если крестражи — якоря, то Дары — попытка стать выше самой смерти. — Или бессмертным, — тихо сказал Драко. — Слишком много “или” для одного безумца, — Тео закрыл книгу. — Но если он охотится и за тем, и за другим… Он посмотрел на Драко. — Тогда времени у нас ещё меньше, чем мы думали. Драко сжал переплёт. — Я передам это Грейнджер. — Передай ей ещё вот что, — добавил Тео, уже привычно с насмешкой. — Если кто-то режет душу на восемь частей, значит, изначально там было не так уж много целого. Драко усмехнулся краем губ. — Ты становишься философом. — Нет, — ответил Тео. — Я просто видел, к чему приводит желание быть больше, чем ты есть. Он оттолкнулся от стеллажа. — Пойдём. Ужин ждёт. А если задержимся — мой отец решит, что мы нашли что-то действительно важное. И это было бы… нежелательно.

***

Ужин прошёл ровно. Слишком ровно. Люциус говорил о политике, о союзах, о том, как важно выбирать сторону вовремя. Тео отпускал сухие комментарии, заставляя Нарциссу улыбаться. Драко ел, почти не чувствуя вкуса. Это была игра. И все за столом знали правила. Когда ужин подошел к концу, перед уходом они зашли в комнату Драко. Комната Драко встретила их полумраком и запахом старого дерева — знакомым, почти родным. Здесь всё ещё было так, как он оставил: книги на полках, кресло у окна, идеально заправленная постель. Единственное место в этом доме, где Тёмный Лорд пока не успел оставить свой след. Тео прошёл внутрь и остановился у стены, скрестив руки на груди. Слишком ровно. Слишком неподвижно. Драко заметил это не сразу. А потом — заметил слишком хорошо. Он видел это уже десятки раз. — Ты в порядке? — спросил он, не глядя прямо. Тео усмехнулся, но уголки губ не дотянулись до глаз. — Конечно. Я всегда в порядке, — сказал он автоматически. Драко вспомнил как всё начиналось. В один из вечеров, когда он сидел и листал книги, воздух згустился. Аппарировал Тео. Нос разбит, скула рассечена. Драко подошёл ближе. Поднял рукав его мантии — аккуратно, без резких движений. Под кожей проступали следы заклинаний. Старые. Новые. Некоторые ещё не до конца сошли. Драко стиснул челюсть. Когда мама Тео умерла, он стал приходить чаще. Иногда ночью. Иногда под утро. Всегда — с одинаково пустым взглядом и синяками, которые пытался скрыть. Драко никогда не спрашивал напрямую. Он знал ровно столько, сколько Тео позволял знать. Остальное приходило само — по обрывкам фраз, по слишком резким вздрагиваниям, по тому, как Тео замирал, услышав определённый тон голоса. — Он снова был в хорошем настроении? — тихо спросил Драко. Тео пожал плечами. — Я просто… — он запнулся, затем усмехнулся криво. — Снова напоминал ему маму. Тео вытер кровь, все еще текущую из его носа, даже не поморщившись, словно это было что-то обыденное. Этого было достаточно. Драко молча достал палочку. — Эпискеи. Заклинание легло мягко, почти бережно. Кожа под пальцами перестала быть натянутой, дыхание Тео выровнялось, хоть напряжение и не ушло полностью. Дверь тихо приоткрылась. Нарцисса вошла без стука, будто чувствовала такие моменты кожей. В руках у неё был поднос: чашка тёплого чая и маленькая тарелка с пирожными — теми самыми, которые Тео любил с детства. — Домовики, — сказала она мягко, ставя поднос на столик. — Я подумала, тебе может понадобиться. Тео кивнул. Не сразу заговорил. — Спасибо, миссис Малфой. Она коснулась его плеча — легко, почти незаметно. — Здесь ты в безопасности, Теодор, — сказала она. И ушла так же тихо, как пришла. Тео сел на край кровати, взял чашку обеими руками. — Знаешь, — произнёс он спустя паузу, — иногда я думаю, что если бы она была жива, всё было бы иначе. — Было бы, — ответил Драко без колебаний. Он сел рядом. Молчание между ними было тяжёлым, но привычным. Таким, которое не требовало слов. И именно поэтому Драко знал: Тео не сломался. Он просто научился выживать. Иногда Драко ловил себя на том, что следит за Тео слишком внимательно — не просто как за другом, но как за человеком, чья хрупкость и решимость всегда балансируют на грани. Тео никогда не показывал слабость, он никогда не жаловался. Даже когда следы побоев на его теле были слишком явными, чтобы их не заметить, он молчал, предпочитая скрывать боль. И Драко знал: за каждым молчаливым взглядом Тео — история, которую он никогда не расскажет полностью. Драко сжал кулаки, ощущая всю тяжесть тех лет, и вдруг… его мысли оборвались, как будто кто-то резко дернул за нить воспоминаний. — Хозяин Драко? — тихий, слегка скрипучий голос домовика Тинки заставил его вздрогнуть. — Вас зовёт отец. Он поднял голову и, моргнув несколько раз, вынырнул из воспоминаний. Тео сидел неподвижно, как будто тоже чувствовал, что прошлое слишком близко. Драко кивнул и встал, смахивая остатки мыслей, которые ещё миг назад кружились в голове. — Пойдём, — сказал он, и оба медленно вышли из комнаты, оставляя за собой тишину библиотеки и следы воспоминаний, которые ещё долго будут жить рядом с ними.

***

Кабинет Люциуса встретил их запахом чернил и власти. Тяжёлые шторы почти полностью скрывали дневной свет, и каждый предмет в комнате казался на своём месте не случайно — словно даже воздух здесь подчинялся строгим законам. Люциус Малфой сидел за столом, выпрямившись, как на портрете. Напротив — Северус Снейп, тёмный, неподвижный, с выражением человека, который присутствует исключительно по необходимости. Драко и Тео на мгновение переглянулись, но удивления не выдали. — Проходите, Драко. Тео, — произнёс Люциус спокойно, указывая на кресла у стола, рядом с подносом и рюмками. — Вы вовремя. Они сели. Домовик тут же бесшумно наполнил рюмки и исчез. — Северус только что делился новостями из Хогвартса, — продолжил Люциус, будто речь шла о погоде. — Директорство, как я понимаю, требует… гибкости. — Хогвартс жив, — сухо ответил Снейп, не поднимая взгляда. — А значит, требует постоянного контроля. Особенно сейчас. — Студенты? — спросил Тео с лёгкой, почти ленивой улыбкой. — Всегда проблема, — отрезал Снейп. — Особенно когда считают себя умнее системы. Люциус усмехнулся, едва заметно. — Министерство, к слову, тоже начинает вести себя… сговорчивее, — сказал он, повернувшись к Драко. — Некоторые старые лица внезапно вспомнили, кому обязаны карьерой. Драко кивнул, делая глоток. — Лорд будет доволен. — Он уже доволен, — холодно ответил Люциус. — Но, как ты знаешь, этого никогда не бывает достаточно. Повисла короткая пауза. Снейп медленно поставил рюмку на стол, так и не прикоснувшись к ней. — Мне нужно уладить один вопрос, — сказал Люциус, поднимаясь. — Северус, надеюсь, вы не возражаете, если я оставлю вас с… молодёжью. Всего на пару минут. Снейп чуть наклонил голову. — Разумеется. Люциус бросил на сыновей быстрый, оценивающий взгляд — не тёплый, но внимательный — и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Тишина в кабинете изменилась. Стала плотнее. Снейп поднял глаза. Посмотрел на них долго. Слишком долго. — Осторожность, — сказал он наконец тихо, — не трусость. Это роскошь, которую не все умеют себе позволить. И этого было достаточно. Дверь кабинета открылась почти сразу — без стука. Люциус вернулся так же спокойно, как и вышел, словно ничего не произошло. Он окинул их взглядом, задержавшись на лицах на долю секунды дольше, чем обычно. — Итак? — спросил он. — Мы закончили? Снейп уже снова выглядел отстранённым, будто их короткого разговора не существовало вовсе. Драко поднялся первым. — Отец, — сказал он ровно, — у нас с Тео есть дела. В городе. Я взял нужные книги из библиотеки. Люциус прищурился, но возражать не стал. — Не задерживайтесь, — произнёс он холодно. — Сейчас это… неразумно. — Мы будем осторожны, — ответил Драко, не уточняя, что именно имеет в виду. Снейп бросил на них быстрый взгляд — почти незаметный. Если бы Драко не знал его годами, он бы не понял: это было одобрение. — Аппарируйте сразу, — добавил Люциус, уже отворачиваясь к столу. — И без лишнего шума. Тео усмехнулся. — Как всегда. Они не прощались. Коридор Малфой-мэнора встретил их холодом и тенью. Когда дом окончательно скрылся за спиной, Тео наклонился к Драко и тихо сказал: — Думаешь, он знает? Драко сжал пальцы, готовясь к аппарации. — Снейп знает всё, — ответил он. — И, к счастью, умеет молчать. Мир сложился, разорвался — и они исчезли.

***

Маггловская квартира снова приняла их тишиной. Она была другой — не гнетущей, не тревожной. Скорее осторожной. Такой, в которой можно было наконец выдохнуть, но не расслабиться до конца. Тео первым снял куртку и огляделся. — Каждый раз удивляюсь, — сказал он задумчиво. — Самое безопасное место в войне оказалось с протекающим краном и соседями-магглами. Драко устало усмехнулся и опустился в кресло. — Без портретов, без шёпота стен, — ответил он. — Уже роскошь. Тео прошёлся по комнате, заглянул на кухню, затем вернулся. — Где Блейз? Драко открыл один глаз. — Если он снова сбежал от своей очереди готовить, я его убью. — В этот раз гуманно? — уточнил Тео. — Нет. Тео фыркнул и махнул рукой. — Ладно, значит, ужин сегодня — это надежда и остатки печенья. Он плюхнулся на диван и кивнул на стопку книг, которые Драко уже вытащил из сумки. — Показывай, что ты украл из семейного склепа знаний. Драко медленно выпрямился, доставая тома один за другим. — Не украл. Временно реквизировал. Он положил книги на стол. — Если повезёт, Грейнджер будет довольна. Если нет — мы хотя бы будем знать, во что именно вляпались. Тео взял верхний том, пролистал пару страниц и усмехнулся: — Прекрасно. Читаем до утра, а потом умрём либо от проклятий, либо от недосыпа. — Привыкай, — сухо сказал Драко. — Теперь это наш обычный вечер. Они замолчали, каждый углубившись в текст. За окном снова проехала машина. Обычная. Маггловская. И впервые за день Драко подумал, что, возможно, здесь — между старыми книгами, чужими стенами и отсутствием магии — они действительно чуть ближе к дому, чем где-либо ещё. Когда слова стали расплываться перед глазами, а голова гудела как котёл для зелий, они решили отложить книги. Драко устало откинулся на спинку кресла, а Тео подошел к окну, открывая его проветриться. Внизу он увидел фигуру Блейза, который поворачивал из-за угла. Тео открыл окно пошире, высунулся в него и выкрикнул: — Эй, Забини! — крикнул он. — Надеюсь, ты в курсе, что если мы отравимся и будем умирать в обнимку с унитазом, я тебя с того света достану! Ответа не последовало. Они услышали, как провернулся замок на их заедающей двери. Блейз вернулся с пакетами и выражением абсолютного морального превосходства. Запах был… странным. Пряным. Непонятным. Драко скептически осмотрел свёртки. — Может, всё-таки эльфы? — предложил он. — Даже Тёмный Лорд не стал бы есть лапшу из неизвестной китайской забегаловки. Блейз хмыкнул, выкладывая коробки на стол. — Правильно. Он предпочитает лапшу, которую вешает вам на уши. Тео расхохотался. — За это тебя и не убили первым, Забини. — Пока, — поправил Блейз. Они ели молча несколько секунд. Потом Драко всё же взял палочки. — Если мы выживем, — сказал он, — я официально признаю, что ты был прав. — А если нет, — откликнулся Тео, — хотя бы умрём не от проклятия. На кухне стало неожиданно… спокойно. Как будто на один вечер война позволила им быть просто тремя идиотами с лапшой.