Часть 18

День снова начался с тренировки. Гермиона почти не чувствовала усталости — тело работало на автомате, будто за неё всё решали годы практики и злость, накопившаяся внутри. Заклинания срывались с палочки чётко, без колебаний. Щит. Контратака. Уклон. — Быстрее, Грейнджер, — голос тренера-аврора резал воздух. — В реальном бою вас не будут ждать. Она ускорилась. И именно тогда заметила их. Не сразу — краем зрения. Две фигуры у дальнего края поля. Слишком странные для простых наблюдателей. Слишком уверенные для случайных прохожих. Драко Малфой и Теодор Нотт. Сердце пропустило удар — чисто механически. Они не должны были быть здесь. Не так открыто. Тео поймал её взгляд первым. Улыбнулся — лениво, почти нагло. Драко стоял чуть в стороне, руки в карманах, взгляд сосредоточенный и холодный. Он смотрел не на тренировку — на периметр. Что вы задумали? Ответ пришёл быстрее, чем она ожидала. Когда тренировка закончилась и группа начала расходиться, Гермиона почувствовала лёгкий рывок в воздухе — знакомое магическое прикосновение. Письмо. Короткое. Без подписи в начале — только в конце. Грейнджер. Не спорь. Не думай. Аппарируй сейчас. Т. Она сжала пергамент. Секунду колебалась — ровно столько, сколько позволяла себе в последние месяцы. И исчезла. Место было нейтральным. Заброшенный склад у Темзы — маггловский, холодный, с выбитыми окнами и запахом пыли. Драко и Тео уже ждали. — Ты слишком заметна, — сказал Драко вместо приветствия. — А вы — слишком наглые, — ответила Гермиона. — Что происходит? Тео посерьёзнел. Это было редкостью. — Начнём сразу, — сказал он. — Мы знаем, кто это сделал. — Маркус Флинт, — продолжил Драко. — Не сам по себе. Он связан с Яксли. Очень плотно. Гермиона резко выдохнула. — Я так и знала, — прошептала она, а потом уже вслух, злее: — Этот ублюдок… Тишина повисла почти комично. Тео медленно моргнул. — Ты… сейчас это сказала? — Что? — Гермиона нахмурилась. — Он украл крестраж. Он полез в мои вещи. Он… — Нет-нет, — перебил Тео с плохо скрываемым восторгом. — Продолжай. Мне нравится эта версия тебя. Драко кашлянул, явно пряча усмешку. — Запомним, — сухо сказал он. — Но вернёмся к делу. Он стал серьёзным. — Маркус работал не вслепую. Он знал, что искать и у кого. Это не импровизация. Яксли копает глубже, чем кажется… но главное — не он. Гермиона подняла взгляд. — Волдеморт. Драко кивнул. — Он хочет Отдел Тайн. Полностью. Не символически — по-настоящему. Артефакты, пророчества, знания. Всё. — Министерство и так трещит, — добавил Тео. — Но Отдел Тайн — это другой уровень. Если он его заберёт, баланс сломается окончательно. Гермиона сжала палочку. — Значит, это будет нападение. — Да, — подтвердил Драко. — И скоро. Он посмотрел ей прямо в глаза. — И ты туда не пойдёшь. — Пойду. Он шагнул ближе, почти вплотную. — Грейнджер, — его голос стал опасно тихим. — Маркус хотел тебя. Яксли — использует. А если ты появишься в Отделе Тайн… — То они выйдут из тени, — закончила она. — И мы сможем их остановить. Тео закатил глаза. — Вы оба невозможные. — Ты знал, что так будет, — сказала Гермиона, глядя на него. Он вздохнул. — Да. Но мне всё равно не нравится. Драко отвернулся первым. — Если ты туда пойдёшь, — сказал он глухо, — я не смогу тебя прикрыть. — Я знаю, — тихо ответила она. Между ними повисло напряжение — острое, живое. — Ты не обязана всё тянуть на себе, — сказал Тео тише. — Я обязана, если знаю. Она аппарировала, не оглядываясь.

***

Кингсли выслушал её молча. Ни одного лишнего слова. Ни одного сомнения. — Полный сбор, — сказал он наконец. — Сейчас. Орден пришёл в движение. Патронусы рассекали воздух. Люди стекались из разных точек, собираясь в группы. Гермиона стояла чуть в стороне, сжимая палочку. Отдел Тайн. Она знала эти коридоры. Знала, чем они дышат. Знала, что там всегда платят слишком высокую цену за знание. Гермиона уже застёгивала портупею. Рядом Джинни молча проверяла ремни на рукавах, затягивала их резким, отточенным движением. Она выглядела собранной до пугающего спокойствия — волосы убраны, взгляд острый. — Ты как? — тихо спросила она, не поднимая глаз. — Нормально, — соврала Гермиона. Джинни кивнула. Она не стала спорить. Гарри стоял чуть поодаль, склонившись над картой. Пальцы сжимали палочку так, что костяшки побелели. В его лице было то выражение, которое появлялось всегда — когда он понимал, что выбора нет. — Они пойдут через этот проход, — сказал он. — Или попробуют. — Тогда мы их там и встретим, — отозвался Рон, застёгивая куртку. Он был бледнее обычного, но голос звучал твёрдо. — Не в первый раз. — И не в последний, — буркнула Джинни. Серебряный патронус вырвался в воздух. — Нападение началось. Мир сжался до одной точки. Аппарация. Шум. Крики. Вспышки заклинаний. Стекло. Камень. Кровь. Министерство и сам Отдел Тайн встретили их хаосом. Пожиратели были повсюду. Она успела увидеть, как падает один из орденцев. Успела поднять щит. Успела подумать, что это слишком похоже на конец. Джинни рванула вперёд. — Протего! — крикнула она, прикрывая Гермиону, и тут же ответила огненным залпом. Она двигалась стремительно, почти красиво — без лишних жестов, точно зная, куда бить. В её магии было что-то дикое и чистое одновременно. Рон держался рядом с Гарри, плечом к плечу. — Слева! — заорал он, сбивая нападавшего. Гарри ответил молниеносно, не думая — только действуя. Его заклинания били точно, почти жестоко. Гермиона тоже не теряла времени. Она двигалась быстро. — Ступефай. Первый пожиратель упал, не успев поднять щит. Она шагнула в сторону, уходя от проклятия, развернулась на пятке и вскинула палочку почти не глядя. — Экспеллиармус. Чужая палочка со звоном ударилась о стену. Гермиона уже была дальше. Отдел Тайн не прощал замешательства — здесь нельзя было стоять на месте. Она использовала пространство: колонны, ниши, тени. Каждое движение было выверено, каждый вдох — осознан. Кто-то попытался зайти сзади. Она почувствовала это раньше, чем увидела. Резкий поворот, короткий жест. — Петрификус Тоталус. Тело рухнуло на пол, глухо, как мешок. — Хорошо, Гермиона, — выдохнул Рон где-то рядом. Она не ответила. Мысли были чистыми. Пугающе чистыми. Гермиона ловила себя на том, что считает шаги, оценивает дистанцию, просчитывает траектории заклинаний. Всё, чему она училась долгое время — теория, практика, бесконечные тренировки — теперь складывалось в одно. Она была на своём месте. Очередной всплеск магии ударил совсем рядом. Защитный купол дрогнул, но устоял. — Протего Максима! Щит развернулся плотнее, сильнее. Гермиона шагнула вперёд — сама. Не отступая. И именно в этот момент она допустила ошибку. Заклинание ударило сбоку. Она увидела ухмыляющегося Яксли, который стремительно направлялся к ней. Внезапно его ударило заклинание, и он повалился набок. Она поняла это слишком поздно. Яксли обернулся резко — не от боли, не от ярости, а от узнавания. Его взгляд скользнул по вспышке заклинания, по направлению, по фигурам за её спиной. К ним. Гермиона не стала думать. Она рванулась вперёд раньше, чем кто-то успел выкрикнуть её имя. Воздух хлестнул по лицу, мантия зацепилась за чей-то локоть, но она уже была между ними. — Нет! Она ударила первой — ослепляющим, резким, почти инстинктивным заклинанием, пытаясь сбить его прицел, сбить его внимание. Но Яксли был готов. Заклинание сорвалось с его палочки в ту же секунду, когда она закрыла собой направление удара. Она почувствовала это сразу — не боль, а удар, будто мир резко вывернулся наизнанку. Воздух выбило из лёгких, ноги подкосились, а свет разорвался на осколки. Её отбрасывает в сторону — резко, без шанса сгруппироваться. Спина встречается с землёй с глухим, влажным звуком, и боль разливается мгновенно, ослепляюще, будто кто-то вдавил раскалённый металл между лопаток. Что-то тёплое медленно скользит по щеке. Кровь. Она пытается вдохнуть — выходит с хрипом. Кто-то кричит её имя. Один голос — отчаянный, сорванный. Второй — резкий, командный. — Гермиона! Последнее, что она увидела, — как Драко дёрнулся к ней, с таким выражением лица, которого она никогда раньше не видела. Вспышка. Взрыв. Она пытается открыть глаза. Поднять руку. Сказать хоть слово. Но земля под ней кажется странно мягкой, почти ласковой, а веки наливаются свинцом. И тогда — руки. Сильные. Уверенные. Чуть дрожащие, хотя их владелец никогда не позволял себе слабости. Её поднимают, прижимают к груди так крепко, словно боятся, что она исчезнет, рассыплется пеплом. Она чувствует запах — дым, кровь и что-то ещё. Холодное. Знакомое. — Не смей. Слышишь? Не смей уходить, — шепчут ей куда-то в волосы. Голос Тео. Темнота медленно смыкается вокруг. И в этот раз она не сопротивляется. Она позволяет ей забрать себя.

***

События после 1 главы Гермиона проснулась не сразу. Сначала — ощущение чужого пространства: потолок слишком высокий, запах не тот, тишина не орденская. Потом — тело. Тяжёлое, но живое. Боль была притуплённой, как после долгого сна, а не удара. Она села на кровати, на секунду зажмурившись. Вчерашнее возвращалось обрывками: голоса, напряжённый взгляд Драко, короткий разговор, в котором было больше злости, чем слов. Потом — тьма. Сон без сновидений. Гермиона встала, накинув на себя найденный рядом свитер — явно не её, слишком длинный, пахнущий табаком и чем-то ещё, знакомо-чужим. Квартира Тео встретила её тишиной. Она прошла по коридору медленно, оглядываясь. Здесь всё было… небрежно. Книги стопками, не по полкам. Куртка, брошенная на спинку стула. На стенах — ни одного портрета, ни одного символа, будто хозяин принципиально не хотел, чтобы место имело лицо. На кухне горел свет. Драко сидел за столом, локти опирались о поверхность, в руках — кружка с давно остывшим чаем. Он даже не поднял голову сразу, но она знала — он почувствовал её. — Ты проснулась, — сказал он тихо. Не вопрос. Гермиона села напротив. Он выглядел плохо. Не физически — внутренне. Челюсть напряжена, взгляд жёсткий, будто он всё ещё где-то там, в ночи, где всё пошло не так. — Ты злишься, — сказала она. — Я переживаю, — отрезал он почти сразу. Потом выдохнул и добавил тише: — И да, злюсь. Это обычно идёт комплектом. Между ними повисло молчание. Не неловкое — тяжёлое. Драко посмотрел на неё наконец. — Хорошо, что ты не попалась Яксли, — сказал он. — Потому что если бы он добрался до тебя… — …он бы захотел больше, чем крестражи, — закончила Гермиона спокойно. Драко скривился. — Он захочет и так. Ты для него — слишком ценная цель. И крестражи тоже. Мы заберём их. И его — тоже. Рано или поздно. В этот момент дверь ванной распахнулась. — Вы уже без меня заговор устроили? — лениво протянул Тео. Он вышел на кухню, вытирая волосы полотенцем. Еще одно полотенце было обернуто вокруг его бёдер. Другого на нём, в общем-то, не было. Гермиона замерла. — Тео, — устало сказал Драко, даже не оборачиваясь, — хоть бы оделся. — Завидуешь, — фыркнул тот. Гермиона резко отвела взгляд, чувствуя, как тепло поднимается к щекам. — Я… доброе утро, — выдавила она. — Утро станет добрым, когда я найду чистую рубашку, — сообщил Тео и исчез обратно в коридоре. Драко усмехнулся краем губ — впервые за утро. Они сели завтракать. Просто. Почти по-домашнему. И в этом было что-то странное — есть тосты и говорить о людях, которых планируешь устранить. — Он не отступится, — сказал Тео уже одетым, ковыряясь вилкой. — Ни Яксли, ни Маркус. — Мы тоже, — ответил Драко. В этот момент в воздухе вспыхнул серебристый свет. Патронус Блейза — ленивый, грациозный — завис над столом. — Вы когда планируете вернуться в нормальное жильё, или мне одному тут воевать с тараканами? — прозвучал его голос с явным недовольством. Гермиона моргнула. — Нормальное… жильё? Драко и Тео переглянулись. — Просто доверься, — сказал Тео. Она посмотрела на них по очереди. — Довериться вам? — переспросила она с сомнением и тенью улыбки. Драко поднялся первым, протягивая руку. — Уже поздно начинать сомневаться. Мир смялся — и исчез.