Часть 27

Дни до бала были наполнены странным спокойствием. Не мнимым, не вымученным — настоящим. Дом, в котором она жила последние недели, пах чаем, пылью старых книг и безопасностью. Там не шептались портреты, не шуршали плащи Пожирателей, не раздавались крики. Там были смех, споры о маггловских фильмах и их постоянные перепалки. Лишь однажды пришло письмо от Гарри. «Как ты? Всё в порядке?» Короткое. Осторожное. Она держала его в руках дольше, чем следовало. Писать было опасно. Связываться — ещё опаснее. Но она так скучала. Скучала по ним. По ощущению миссии. По той версии себя, что не пряталась. И в то же время — отчаянно не хотела покидать этот дом. Она повела парней на экскурсию в метро. Тео с каменным лицом изучал схему линий, будто это была стратегическая карта. — Это же гениально, — пробормотал он. — Подземные маршруты, чёткое расписание… Магглы воюют с хаосом схемами. Драко стоял слишком прямо, явно испытывая дискомфорт от толпы. — Они толкаются. — Это называется час пик, — сухо сказала она. Блейз хмыкнул: — Они не используют магию. И всё равно управляют этим… хаосом. Она видела недовольство на их лицах, когда в вагоне метро слишком наглые люди толкали их или прислонялись слишком близко. Драко стоял напряжённый, будто его поместили в клетку. Тео держался спокойнее, но его плечи были чуть жёстче обычного. Блейз смотрел на толпу с тем ленивым презрением, которое всегда прятало наблюдательность. Когда двери наконец раскрылись, и они вышли на улицу, все трое выдохнули почти синхронно. — Там жарко, громко и постоянная толпа магглов, — недовольно проговорил Драко, проводя рукой по волосам. Он достал из кармана пальто сигареты, щёлкнул зажигалкой и молча затянулся. Гермиона хотела возмутиться — но в нём было столько сдержанной злости и усталости, что она промолчала. Тео тут же попытался выхватить пачку. — Отдай. — Купи наконец-то свои, заебал, — спокойно ответил Драко, даже не глядя на него. Тео фыркнул, но каким-то образом всё равно умудрился вытащить одну сигарету. — А ты не трогай мои рубашки. — Потому что ты их не стираешь, Нотт. — Я их не стираю, потому что кто-то сжигает мои, когда злится. — Это было один раз! — Один раз? — Тео вскинул бровь. — Ты спалил мне манжет. — Он был уродский. — Это был шёлк. — Уродский шёлк. — Хватит, — прервала их Гермиона. — Вы ведёте себя как престарелая пара магглов. Блейз тихо фыркнул. — Прямо «Мистер и Миссис Смит». — Тогда я Джон, — заявил Тео. — А Драко — Джейн, которая постоянно пилит мне голову. — Потому что ты ведёшь себя как мудак. — Нет, послушай меня… Гермиона и Блейз молча пошли вперёд, не дожидаясь эту странную парочку. Через несколько шагов их голоса стали фоном — спор всё ещё продолжался. Она покачала головой. — Как ты их терпишь? Блейз посмотрел на неё искоса. — Терплю? — Они же… — она поискала слово, — невыносимые. Он усмехнулся. — Ты видишь их сейчас. А я видел их ещё с детства. Она заинтересованно посмотрела на него. — Мы познакомились еще до Хогвартса, дружили ещё раньше — начал он. — но наша дружба стала крепче именно в Хогвартс-экспрессе. — Драко тогда уже умел вести себя так, будто владеет половиной вагона. — продолжил он. — Он и сейчас так себя ведёт. — Да. Но тогда это была защита. Гермиона замедлила шаг. — От чего? — От одиночества, — спокойно сказал Блейз. — У чистокровных детей мало друзей. Много фамилий. Много обязательств. Мало искренности. Он кивнул назад, в сторону спорящих. — Тео сел к нему в купе без приглашения. И сказал: «Если ты продолжишь говорить таким тоном, у тебя не будет ни одного союзника». — Он правда так сказал? — Почти слово в слово. — И Драко не выгнал его? Блейз улыбнулся. — Попробовал. Не получилось. Они свернули на более тихую улицу. — А ты? — Я вошёл позже. Они спорили о том, кто из них умнее. — И кто победил? — До сих пор не решили. Она тихо засмеялась. Блейз продолжил: — На первом курсе, когда кто-то из старших попытался… — он на секунду замолчал, — поставить Тео на место из-за его отца, Драко встал перед ним. — Перед Тео? — Да. И сказал, что если кто-то ещё раз произнесёт фамилию Нотт с таким тоном — он ответит. — А ты? — Я встал рядом. В этот момент Драко и Тео наконец догнали их. — Ты опять жалуешься на меня? — спросил Тео у Блейза. — Постоянно, — лениво ответил тот. Драко перевёл взгляд на Гермиону. — Он рассказывал тебе, как Тео плакал на третьем курсе, когда его письмо отцу перехватили? — Малфой, — предупреждающе сказал Тео. — Я не плакал. — Ты ударил стену и сломал себе руку. — Потому что ты довёл меня. — Потому что ты идиот. Гермиона смотрела на них — на их перебранки, на то, как они автоматически выстраиваются ближе друг к другу, когда мимо проходит шумная компания, как Драко едва заметно касается плеча Тео, проверяя, рядом ли он. Это было не высокомерие. Это было — привычка прикрывать. — Вы всё время такие? — тихо спросила она. — Хуже, — ответил Блейз. Тео посмотрел на неё неожиданно серьёзно. — Мы выросли в домах, где дружба — слабость. Драко добавил: — Поэтому мы решили, что будем всегда держаться вместе. Повисла пауза. Гермиона почувствовала, как внутри что-то сжалось. Они не были просто избалованными слизеринцами. Они были тремя мальчиками, которые слишком рано поняли, что мир вокруг — не безопасен. И выбрали друг друга. И она впервые подумала: А если я стану частью этого «не разлей вода»?

***

Она показала им музей Второй Мировой войны. В музее они замолчали. Экспозиция была холодной. Металл, фотографии, чёрно-белые лица. Драко остановился перед витриной с оружием. — Дай им камень и палку — они создадут адское пламя, — тихо произнёс он. — Или порох и метал, — добавил Блейз, читая табличку, — и они создадут способ уничтожить целые города. Тео долго смотрел на макет бомбардировки. — Если Тёмный Лорд жесток, — произнёс он задумчиво, — то магглы… методичны. Она чувствовала странную горечь. — У волшебников убийство — событие. Скандал. Газеты. Вся магическая Британия обсуждает. — А здесь? — спросил Драко. — Здесь это история. Статистика. Миллионы. Они замолчали. И впервые она увидела в их взглядах не презрение к магглам — а осторожное уважение.

***

В музее «Титаника» атмосфера была другой. Тёплый свет, реконструкция кают, звук воды. Она ещё заранее купила полароид, в одну из их вылазок в магазины. — Это… зачем? — спросил Драко, подозрительно глядя на камеру. — Чтобы запечатлеть момент. Когда фотография начала проявляться, они склонились над ней, как дети. — Это магия? — прошептал Блейз. — Нет. Химия. На снимке — трое слизеринцев возле старинных пушек. На другом — они держат руки в холодной воде, имитирующей воду около Титаника, и спорят кто вытащит первым. Ещё один — Блейз заставил её, Драко и Тео «попозировать» с максимально серьёзными лицами. — Вы выглядите как заговорщики эпохи Возрождения, — сказала она. — Нам идёт, — лениво отозвался Тео. На одном кадре она стояла одна — задумчивая, освещённая мягким светом. Она смотрела на эту фотографию дольше остальных. И на удивление… чувствовала себя на своём месте.

***

Настало время подготовки к балу. Она стояла перед зеркалом. Белое платье с золотой вышивкой по корсету. Тонкая ткань спадала мягкими волнами. Линия декольте — скромная, но подчёркивающая хрупкость и нежность. Плотная пудра, лёгкий румянец, нежная помада — в тон золотым нитям на ткани. Маска — белая, с филигранным узором, чуть вытянутая, с тонкой золотой окантовкой. Парни появились почти одновременно. Драко — в чёрном бархатном камзоле с серебряной вышивкой, белой рубашке с пышными манжетами и высоким воротником. Плащ, застёгнутый на брошь с гербом Малфоев. Тео — в тёмно-зелёном дублете эпохи Ренессанса, с кожаными перчатками и цепочкой у пояса. Его костюм был менее вычурным, но идеально скроенным. Блейз — в глубоких бордовых тонах, с золотой отделкой, чуть театрально, но безупречно. — Нужно признать, — сказал Блейз, — маггловская мода тебе идёт. Но вот это… — он обвёл её взглядом, — это уже аристократия. Она представила, как они выйдут так на улицу. Постановка: цирк уехал, клоуны остались. За окном война. А они устраивают бал в стиле средневековья. Да простит её Нарцисса. Хотя… Что-то было в этой теме. Маглорождённая. Среди чистокровных. Как салемская ведьма, которую вот-вот решат сжечь. Они аппарировали к главным дверям Малфой-мэнора. Её руки слегка дрожали. Тео наклонился к уху: — Не переживай так сильно. Я чувствую, как ты дрожишь. Драко тихо добавил: — Мы всё время будем рядом. Блейз подмигнул: — Если что — кричи. Она усмехнулась. Интересно, как отреагирует магическая аристократия Британии… во главе с Тёмным Лордом.

***

Зал сиял золотом и свечами. Струнные тянули плавную, почти ленивую мелодию. Люди смеялись слишком громко, бокалы звенели. Блейз и Тео пошли за напитками, а она осталась стоять вместе с Драко. Нарцисса Малфой подошла первой. Без спешки. Без демонстративности. — Мисс…? — Джин, — спокойно ответила она, чуть склонив голову. Взгляд Нарциссы скользнул по платью, по маске, по тому, как она держит плечи. Не оценивающе. Скорее внимательно. — Вы подруга Драко? — Да. Нарцисса перевела взгляд на сына, потом снова на неё. — Тогда вы — желанная гостья. Мне было очень любопытно с вами познакомится. Это прозвучало искренне. Люциус появился рядом почти бесшумно, но без прежнего ледяного напряжения. — Вижу, вы уже познакомились? — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Начали, — ответила Нарцисса. Люциус внимательно посмотрел на Гермиону. Не с вызовом — с интересом. — Вы не из наших кругов. Это не было обвинением. Скорее наблюдением. Она выдержала его взгляд. — Возможно. Но сегодня это костюмированный бал. Уголок его губ едва заметно дрогнул. — И вы решили сыграть роль? — Я решила прийти. Нарцисса тихо улыбнулась. — Это уже смелость. Драко встал рядом с ней, ближе, чем требовалось по этикету. Почти демонстративно. — Отец. — Сын. Люциус перевёл взгляд на Драко. — Ты не говорил, что твоя подруга так… уверенно держится. — Я многое не рассказываю, — спокойно ответил Драко. Нарцисса чуть наклонилась к Гермионе. — Если вам что-то понадобится — скажите. Бал может быть утомительным, особенно если вы здесь впервые. Это было почти заботливо. Гермиона неожиданно почувствовала, что напряжение в плечах немного ослабло. — Благодарю. Люциус кивнул. — Надеюсь, вы позволите Драко украсть вас на первый танец. Это традиция. — Отец, — чуть сквозь зубы сказал Драко. — Что? Я поддерживаю романтику. Нарцисса тихо рассмеялась. И впервые за вечер Гермиона поймала себя на мысли, что, возможно, не всё в этом доме построено на холоде. Музыка сменилась. Струнные стали тише. Глубже. Медленнее. All I need, Within Temptation Драко протянул ей руку. — Позволишь? Она вложила ладонь в его. И сразу почувствовала — он напряжён. Сосредоточен. Не на зале. На ней. Он вывел её в центр, и мир словно отступил на шаг. Его рука легла на её талию. Не слишком высоко. Не слишком низко. Идеально. Она подняла взгляд. Маска скрывала часть его лица, но глаза были открытыми. Серые. Тёмные. — Ты дрожишь, — тихо сказал он. — Здесь холодно. — Нет. Он притянул её чуть ближе. Слишком близко для приличий. Достаточно близко, чтобы она чувствовала его дыхание. Музыка вела их плавно, круг за кругом. Её платье скользило по полу. Его пальцы медленно сжались на её талии. Все смотрят. Эта мысль должна была пугать. Но вместо страха внутри поднималось что-то другое. Горячее. Опасное. — Ты прекрасно выглядишь, — сказал он тихо, почти у самого уха. Его голос вибрировал по коже. — Ты тоже. — Я знаю. И в этом было столько уверенности, что у неё перехватило дыхание. Её ладонь лежала на его плече. Сквозь ткань она чувствовала напряжение мышц. Он вёл её уверенно. Без колебаний. Как будто этот зал принадлежал ему. Как будто она принадлежала ему. Нет. Эта мысль обожгла. Она подняла взгляд. Он смотрел на неё. Не как на гостью. Не как на союзницу. Как на женщину. Музыка замедлилась ещё сильнее. Его рука на её талии сдвинулась едва заметно выше. Пальцы сжались. — Ты смотришь на меня так, — тихо сказал он. — Как? — Будто хочешь что-то спросить. Она сглотнула. На самом деле она смотрела на его губы. Чёткая линия. Сдержанная. Чуть напряжённая. Он это заметил. Конечно заметил. Он всегда замечал. — Драко… Она сама не знала, что хотела сказать. Он не дал ей договорить. Склонился. Поцелуй сначала был осторожным. Почти проверкой. Лёгкое касание. Она замерла. Музыка продолжала звучать, но в её голове всё стало глухо, как под водой. Он отстранился на миллиметр. И посмотрел. Будто спрашивал разрешения. Она сама подалась вперёд. И тогда он поцеловал её по-настоящему. Не резко. Не грубо. Глубоко. Его рука на талии притянула её ближе, её пальцы невольно сжались на его плече. Она почувствовала, как что-то внутри неё рвётся — страх, разум, осторожность. Это безумие. Это Малфой. Это вражеский дом. Но его губы были горячими. Уверенными. И он целовал её так, будто в этом мире существовала только она. Когда он наконец отстранился, её дыхание сбилось. Зал снова стал слышимым. Шорох платьев. Скрип пола. — Теперь ты не дрожишь, — тихо сказал он. Она попыталась улыбнуться. — Это временно. Он наклонился ближе, почти касаясь её лба своим. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. В этих словах было больше, чем защита. Было обещание. И угроза. Её сердце билось слишком быстро. И она понимала — это только начало вечера. Она сделала реверанс и покинула его. Ей нужно было привести мысли в порядок. А рядом с Драко это всегда удавалось с трудом. Она забрала у официанта бокал шампанского и почти залпом осушила его, надеясь, что пузырьки соберут в кулак разбегающиеся мысли. Глупо. Сердце всё равно билось слишком быстро. Ты на задании. Соберись. Это не романтическая драма, это операция. Она потянулась за вторым бокалом. И почувствовала руку на спине. Тёплую. Уверенную. Она не обернулась сразу. Узнала. Wicked games, Chris Isaak — Подаришь мне танец? — его голос прозвучал у самого уха. Спокойный. Почти ленивый. Она медленно повернулась. — Ты же ненавидишь светские мероприятия. — Ненавижу людей. Мероприятия — терпимы. Она закатила глаза. Он забрал бокал из её руки и поставил на поднос проходящего официанта. — Ты сейчас слишком сосредоточена, — сказал он тихо. — Мы на вражеской территории. — Мы на балу. — Это одно и то же. Он усмехнулся и повёл её в сторону танцующих. Его ладонь легла на её талию — иначе, чем у Драко. Не так уверенно. Не так демонстративно. Но ближе. Будто он проверял, отстранится ли она. Она не отстранилась. Он двигался свободнее. Без аристократической выверенности Драко. В его танце была импровизация. — Ты выглядишь так, будто сдаёшь экзамен, — сказал он. — А ты выглядишь так, будто пришёл на вечеринку. — Потому что я пришёл за развлечением. — И кто же твоё развлечение? Он посмотрел на неё так, что внутри стало тихо. — Ты. Она отвела взгляд первой. Он играет. Но проблема была в том, что Тео почти никогда не играл до конца. Он наклонился чуть ближе. — Ты думаешь о нас обоих. Она напряглась. Сердце предательски дернулось. — Самоуверенно. — Нет. Он провёл большим пальцем едва заметный круг на её талии. — Я наблюдательный. Её мысли начали путаться. Не смотри ему в глаза. Не позволяй ему читать тебя. Но она посмотрела. И увидела там не насмешку. Понимание. — И да, я знаю, — добавил он тихо. — Что знаешь? Он склонился ближе. Его губы коснулись её — почти мимоходом. Не поцелуй, а обещание. Короткое касание, от которого по коже пробежал ток. — Что тебе сложно выбрать. Её дыхание сбилось. Он не имеет права так говорить. Он не должен так видеть меня. — Ты всё усложняешь, — прошептала она. — Нет. Это ты усложняешь. Его рука скользнула по её спине, медленно, почти лениво. — Ты думаешь, что это слабость. — А это не так? Он чуть отстранился, чтобы видеть её лицо. — Это честность. Музыка заканчивалась. Он не отпускал её сразу. — Ты боишься сделать выбор, — сказал он тихо. — Потому что тогда придётся что-то потерять. Она сглотнула. Потерять. Да. Если она выберет Драко — потеряет Тео. Если выберет Тео — потеряет Драко. А если потеряет обоих? Музыка стихла. Он отпустил её раньше, чем она успела что-то ответить. Всегда так. Всегда оставляя последнее слово за тишиной. — Не переживай, — добавил он с лёгкой улыбкой. — Я никуда не денусь. Поцеловал ее на прощание в уголок губ. И отошёл. А она осталась стоять в центре зала, впервые за вечер чувствуя не страх разоблачения… А страх чувств. Она осмотрела зал, вспоминая о своём задании. На удивление, Беллатриса стояла одна. Чуть в стороне от основной толпы. В её одиночестве не было уязвимости — только вызов. Это был хороший шанс подобраться ближе. Гермиона выдохнула и сделала шаг. И в этот момент путь ей преградили. Чёрная мантия. Резкий профиль. — Мисс Грейнджер. Она вздрогнула. — Профессор Снейп. — Не вертите головой так активно, — произнёс он тихо, не глядя на неё напрямую. — Это выдаёт. Её пальцы непроизвольно сжались. — Я не понимаю, о чём вы. — Конечно. Он взял с подноса бокал, покрутил его в пальцах. — Вы слишком внимательно наблюдаете. — Это преступление? — В этом зале? — его губы едва заметно дрогнули. — Вполне возможно. Пауза. Музыка сменилась. — Это сопротивление? — спросил он почти буднично. Сердце ухнуло вниз. Он не смотрел на неё. Смотрел на танцующих. Она понимала — это проверка. — Да, — тихо ответила она. Секунда. Две. Он кивнул. Едва заметно. — Тогда не ведите себя как первокурсница на первом балу. И, будто потеряв к ней интерес, сделал шаг в сторону. Но уходя, почти незаметно коснулся её локтя. Лёгкий толчок. Недостаточный, чтобы обвинить. Достаточный, чтобы изменить траекторию. Она споткнулась. И врезалась прямо в чёрное кружево. Рука — вперёд. Пальцы — в тёмных волосах. Беллатриса резко развернулась. — Наглая девчонка! Волосы выскользнули из её ладони. Гермиона выпрямилась, но сердце уже стучало в горле. Чёрт. — Простите, я… — Белла. Голос Нарциссы прозвучал холодно, но без истерики. Она появилась почти мгновенно. — Это подруга Драко. Беллатриса прищурилась. — Подруга? В этом слове было слишком много значений. Гермиона инстинктивно шагнула ближе к Нарциссе. Почти неосознанно. И впервые за вечер позволила себе быть под чьей-то защитой. Подошёл Драко. Слишком быстро — будто уже наблюдал. Потом Люциус. — Проблемы? — спросил он спокойно. Он не повышал голос. Но воздух стал плотнее. — Никаких, — ответил Драко раньше неё. Он взял её за руку. Не резко. Но твёрдо. — Дама просто потеряла равновесие. Беллатриса смотрела на неё так, будто пыталась прожечь маску насквозь. — В следующий раз будь осторожнее, девочка. Драко не улыбнулся. — В следующий раз мы будем внимательнее. Он развернулся, уводя её оттуда. Только когда они отошли на достаточное расстояние, он наклонился к ней. — Ты в порядке? Она кивнула. Но внутри всё кипело. Снейп знал. И либо помог. Либо проверял, как быстро она сломается. Она подняла взгляд и на мгновение поймала его в другом конце зала. Он уже смотрел в сторону. Будто ничего не произошло. Музыка оборвалась резко. Разговоры стихли почти мгновенно. По залу прошла волна движения — люди разворачивались, склоняли головы, расступались. Он появился не сразу. Сначала — тишина. Потом — холод. Она почувствовала его раньше, чем увидела. Не смотри. Не выдавай себя. Тёмный Лорд медленно прошёл к центру зала. Чёрная мантия скользила по мрамору, словно тень была плотнее ткани. Она опустила взгляд чуть ниже его лица. Достаточно, чтобы казаться почтительной. Недостаточно, чтобы встретиться глазами. — Друзья, — его голос разнёсся по залу мягко, почти бархатно. — Сегодня мы празднуем начало новой эпохи. По коже пробежал холод. Новой эпохи. Для кого? — Французское Министерство оказалось более… благоразумным, чем некоторые другие. Лёгкий смешок прокатился по залу. Она заставила себя не сжимать челюсть. Не кривись. Не реагируй. Дыши. Её лицо оставалось спокойным. Почти нейтральным. Она даже позволила себе лёгкую тень улыбки, когда кто-то рядом тихо захлопал. — Власть, — продолжал он, — не берут силой. Её принимают те, кто понимает её неизбежность. Она чувствовала, как ладонь Драко коснулась её спины — коротко, почти незаметно. Поддержка? Или предупреждение? — Впереди нас ждёт порядок, — завершил Лорд. — И те, кто останутся верны, будут щедро вознаграждены. Аплодисменты. Громче, чем нужно. Она хлопала вместе со всеми. Ровно. Спокойно. И старалась не морщиться от звука его голоса. Старалась не думать о том, сколько крови стоит за этим «порядком». Когда речь закончилась и музыка вернулась, она позволила себе только одно — короткий выдох.

***

Они покинули бал сразу после речи Лорда. В его комнате было тише. Слишком тише. Будто стены поглощали звуки бала, музыку, смех, всё чужое. Здесь оставалось только их дыхание. Она сняла маску и положила на стол. Пальцы дрожали сильнее, чем она ожидала. Соберись. Она достала волос. Ступка уже стояла на столе — аккуратно, подготовленная. Всё продумано. — Ты дрожишь, — сказал он. Она не обернулась. — Адреналин. Он подошёл ближе. Она почувствовала его присутствие ещё до того, как он коснулся её. Воздух стал плотнее. Теплее. — Или не только он? Она выдохнула. — Драко… Он развернул её к себе. Поцеловал. Не так, как внизу. Там был танец. Игра. Показ. Здесь — голод. Его ладонь скользнула к её талии, притянула ближе. Он сделал шаг — и она оказалась прижата к двери. Дерево прохладное за спиной. Он — горячий. Контраст выбил из лёгких воздух. Поцелуй стал глубже, требовательнее. Она чувствовала его нетерпение, его ревность, его желание доказать. Это безрассудство. Это не по плану. Но её руки уже сжались в ткани его рубашки. — Нам нужно вернуться, — прошептала она между вдохами. Он не отстранился. — Уже нет. — Нас хватятся. — Разве что Теодор. Она замерла. Он чуть отстранился, чтобы видеть её лицо. — Тебя смущает это? Думаешь о том, что скажет Тео? Она сглотнула. Честность обжигала сильнее лжи. — Да. Я думаю о нём. В его взгляде мелькнуло что-то тёмное. Ревность. Не холодная. Живая. — Ты пытаешься вывести меня из себя? Она смотрела прямо в его глаза. В серый шторм, который сейчас был слишком близко. — А у меня удаётся? Секунда. В его челюсти напряглась мышца. И в следующий момент он снова поцеловал её. Сильнее. Глубже. Так, будто хотел стереть любое другое имя с её губ. Его ладонь соскользнула ниже по её спине, удерживая, не позволяя отстраниться. Она чувствовала, как внутри сталкиваются две силы — долг и желание, разум и пульс. Это ошибка. Это Драко Малфой. Это война. Но когда он прижал её ещё крепче, когда его дыхание сбилось так же, как её, она поняла самое опасное — она не хочет, чтобы это заканчивалось. Её пальцы скользнули к его шее, к волосам. Он замер на долю секунды — от этого движения, от её ответа. — Ты играешь с огнём, — тихо сказал он у её губ. — Я всегда это делаю. И в этот момент за дверью послышались шаги. Далёкие. Или ей показалось. Он медленно отстранился. Лоб к лбу. Дыхание смешалось. — Ты сведёшь меня с ума, — произнёс он почти беззвучно. Она не знала, кто кого сведёт первым. Но понимала одно — когда они выйдут из этой комнаты, всё станет сложнее. Потому что теперь это не просто миссия. Это выбор. Он снова приблизился к ней. Поцелуй был уже не нежным, а горячим, влажным, требовательным. Его зубы царапнули её губу, заставляя вздрогнуть, а его рука скользнула вверх, обхватывая её грудь через ткань. Гермиона стонала в его рот, её пальцы судорожно вцепились в его рубашку, комкая её. Она должна была остановить его. Она должна была. Но её тело горело, а между ног пульсировало такое желание, что мысли растворялись в тумане. Драко отстранился лишь на секунду, чтобы перевести дыхание, его губы скользнули по её подбородку, затем ниже, к шее, где он прикусил нежную кожу, заставляя её взвизгнуть. — Ты вся дрожишь, — прошептал он, его дыхание обжигало её ухо. — Тебе нравится, когда я так делаю? Гермиона не успела ответить, как он снова накрыл её губы своими, на этот раз медленнее, глубже, его язык исследовал каждый уголок её рта, пока она не почувствовала, как её колени подкашиваются. Его руки скользнули под её юбку, большие пальцы надавили на внутреннюю сторону её бёдер, заставляя ноги разойтись шире. Она почувствовала, как его пальцы нашли край её трусиков и дернули за них, разрывая тонкую ткань с лёгкостью, будто она была сделана из бумаги. — Драко! — её голос прозвучал как стон, когда она почувствовала, как его пальцы скользнули по её промежности, нащупывая влажное тепло. — Мы… мы не можем здесь… — Почему нет? — его голос был низким, почти животным. Он не ждал ответа. Его пальцы раздвинули её складки, и Гермиона зажмурилась, когда он коснулся её клитора, кружа вокруг него, не спеша, будто изучая, как её тело реагирует. Она прикусила губу, чтобы не закричать, когда он увеличил давление, его палец скользнул ниже, к её входу, и она почувствовала, как он слегка вдавливается внутрь. — Так туго, — пробормотал он, его губы коснулись её уха. — Ты вся сжалась. Гермиона не могла дышать. Её руки скользнули по его плечам, ногти впились в кожу сквозь ткань рубашки. Она знала, что должна сказать что-то, остановить его, но её тело игнорировало все мысли, кроме одной: ещё. Драко не стал ждать. Он подхватил её на руки, будто она ничего не весила, и понёс через комнату, его шаги были уверенными, целеустремлёнными. Гермиона обхватила его шею, её сердце колотилось так сильно, что она боялась, он это услышит. Он опустил её на огромную кровать, покрытую чёрным шёлком, и навис над ней, его глаза горели таким жадным огнём, что она инстинктивно отползла назад. — Не убегай, — приказал он, его голос был твёрд. Его руки расшнуровали корсет, обнажая её кружевной лифчик. Драко задержал дыхание, когда ткань разошлась, открывая её грудь — небольшая, но так и манила к себе прикоснуться. Его пальцы дрогнули, когда он провёл ими по верхнему краю чашечки, затем медленно стянул её вниз, освобождая её соски. Они уже были твёрдыми, розовыми от возбуждения, и когда он коснулся одного кончиком языка, Гермиона вздрогнула, её спина выгнулась от кровати. — Так чувствительна, — прошептал он, обхватывая один сосок губами и слегка прикусывая. Его рука тем временем скользнула вниз, его пальцы снова нашли её промежность, и на этот раз он не стал церемониться. Два пальца вошли в неё сразу, глубоко, растягивая её тесные стенки. Гермиона вскрикнула, её ноги рефлекторно сомкнулись, но он не дал ей закрыться, его бедро прижалось к её ногам, удерживая их раздвинутыми. Она была такой узкой, такой тугой, что он почувствовал, как её тело сопротивляется, сжимаясь вокруг его пальцев, будто пытаясь вытолкнуть их обратно. — Боже, — выдохнул он, замирая. Его глаза встретились с её, и в них мелькнуло что-то, похожее на удивление. — Грейнджер… это твой первый раз? Её лицо залилось краской. Она хотела солгать, сказать, что нет, что у неё был опыт, но его пальцы были внутри неё, и она знала — он чувствует, насколько она невинна. Она кивнула, её губы дрожали. — Да. Драко замер. Его взгляд стал серьёзным, почти тёмным. — Ты уверена, что хочешь этого? — его голос был низким, настойчивым. — Потому что если я начну, я не смогу остановиться. Гермиона смотрела на него, её грудь поднималась и опускалась от учащённого дыхания. Она знала, что должна испугаться. Знала, что должна сказать «нет». Но её тело горело, её разум туманился от желания, и всё, о чём она могла думать — это как его пальцы шевелятся внутри неё, как его большой палец нажимает на её клитор, заставляя её бедра подниматься навстречу его руке. — Я… я уверена, — прошептала она. Его глаза вспыхнули. Он не стал больше спрашивать. Его пальцы выскользнули из неё, и она почувствовала пустоту, от которой её тело сжалось в протесте. Но эта пустота была недолгой. Драко наклонился, его губы коснулись её внутреннего бедра, его дыхание было горячим на её коже. Затем его язык скользнул по её складкам, и Гермиона вскрикнула, её пальцы впились в простыни. — Драко, пожалуйста… — Тише, — приказал он, его голос вибрировал против её плоти. — Я только начинаю. И затем его рот закрылся над её клитором, его язык начал ритмичные, неумолимые движения, а его пальцы снова вошли в неё, на этот раз три сразу, растягивая её, готовя к тому, что будет дальше. Гермиона уже не могла думать. Она могла только чувствовать— как её тело горит, как её оргазм накатывает волной, угрожая стереть её в пыль. И когда он наконец позволил ей кончить, её крик эхом разнёсся по комнате, а её тело содрогалось под его неустанными ласками, готовое принять его полностью. Драко поднялся над ней, его глаза были тёмными и дикими, его губы блестели от её влаги. Он стянул свои брюки и боксёры одним резким движением, и его эрекция освободилась, твёрдая и пульсирующая, с каплей предэякулята на кончике. Гермиона никогда не видела ничего подобного вживую, и её глаза расширились, когда она осознала, насколько он большой. Она инстинктивно сжала ноги, и он заметил это. — Эй, — его голос был мягким, он наклонился, чтобы поцеловать её в лоб. — Мы не будем делать ничего, чего ты не хочешь. Если тебе больно, скажи мне, и я остановлюсь. Обещаю. Она кивнула, но её сердце колотилось так сильно, что она едва могла думать. Он лёг рядом с ней, его рука скользнула по её животу, его пальцы снова нашли её клитор, массируя его лёгкими кругами, пока она не начала снова стонать, её тело расслаблялось под его прикосновениями. — Ты готова? — спросил он, и она кивнула, её руки обхватили его шею, притягивая его ближе. Он пристроил себя у её входа, и она почувствовала, как её тело напряглось в ожидании. — Расслабься, — прошептал он, его губы коснулись её уха. — Я буду осторожен. Он вошёл в неё медленно, сантиметр за сантиметром, и она почувствовала, как её тело растягивается вокруг него, жгучая боль смешивалась с нарастающим удовольствием. Она вцепилась в его плечи, её ногти впились в его кожу, когда он наконец вошёл в неё полностью, их тела соприкоснулись, и она почувствовала, как он дрожит от усилия сдерживаться. — Ты… в порядке? — его голос был напряжён, и она увидела, как пот капает с его висков на её грудь. — Да, — прошептала она, её тело начинало привыкать к его размеру, и странное чувство полноты заполняло её. — Просто… двигайся. Он начал медленно, его бёдра отрывались от её тела, а затем снова входили в неё, каждый раз немного глубже. Она почувствовала, как её влага облегчает его движения, и боль начала уступать место чему-то другому — глубинному, пульсирующему удовольствию, которое росло с каждым его толчком. Его руки обхватили её бёдра, приподнимая её к нему, изменяя угол, и внезапно он коснулся чего-то внутри неё, что заставило её вскрикнуть. — Вот оно, — его голос был хриплым от возбуждения. — Чувствуешь? Она кивнула, её руки скользнули вниз, обхватывая его ягодицы, притягивая его ближе, глубже. Его движения стали быстрее, их тела хлопали друг о друга, влажные от пота и её возбуждения. Она чувствовала, как её второй оргазм нарастает, более мощный, чем первый, и когда он наконец накрыл её, она закричала его имя, её ноги обхватили его бёдра, её тело сжималось вокруг него в волнах наслаждения. Драко не смог сдержаться дольше. С последним глубоким толчком он замер внутри неё, его тело напряглось, и она почувствовала, как он кончает, его сперма горячими струями заливала её изнутри. Он рухнул на неё, его дыхание было тяжёлым и прерывистым, его сердце билось так же быстро, как и её. Наступило несколько минут тишины, прерываемой только их учащённым дыханием. Затем он приподнялся на локтях, его взгляд встретился с её, и она увидела в его глазах что-то, чего не ожидала — удивление, смешанное с нежностью. Он провёл пальцами по её волосам — осторожно, будто боялся спугнуть момент. — Спасибо, — сказал он. — за то, что отдала свой первый раз мне. В этих словах не было хвастовства. Только почти детская серьёзность. Как будто он понимал вес сказанного. Она смотрела на него долго. Внутри не было страха. Не было сожаления. Было странное, тихое ощущение правильности. — Это был мой выбор, — мягко ответила она. — Не подарок. Он замер на секунду, осмысливая. А потом едва заметно улыбнулся — той редкой улыбкой, которая принадлежала не Малфою, не наследнику древнего рода… а просто ему. Он накрыл их пледом и притянул её ближе к себе. Её голова легла ему на грудь. Сердце билось ровно. Спокойно. Она слушала этот звук и думала о странной иронии. За стенами — война. Внизу — Пожиратели смерти, маски, интриги. На столе — волос Беллатрисы, ключ к поимке крестража. А здесь — тепло. И тогда она заметила тонкие тёмные буквы у его ключицы. Латинская надпись. Finis coronat opus. Она медленно прочитала её про себя. Конец венчает дело. Странная фраза для человека, который никогда не говорил о будущем. Её пальцы почти невольно коснулись этих слов — осторожно, едва заметно, будто проверяя, настоящие ли они. Драко тихо усмехнулся где-то над её головой. — Грейнджер… — пробормотал он сонно. — Ты сейчас изучаешь меня как редкий артефакт? Она чуть подняла голову и посмотрела на него. — Просто думаю, — тихо сказала она. — Что это значит для тебя. Он не ответил сразу. Только крепче прижал её к себе, и она снова почувствовала ровное биение его сердца под щекой. — Узнаешь, когда всё закончится, — тихо сказал он. Она снова закрыла глаза. — Ты жалеешь? — вдруг тихо спросил он. Она подняла голову. — О чём? — Обо всём этом. Обо мне. Она улыбнулась — устало, но честно. — Я жалею только о том, что всё так сложно. Он коснулся её лба своим. — С нами всегда будет сложно. — Знаю. Она закрыла глаза. В её мыслях мелькнул Тео. Его спокойствие. Его взгляд. Его слова о секретах. Мир не был чёрно-белым. И чувства — тоже. Но сейчас… Сейчас она позволила себе не выбирать. Просто быть. Он крепче прижал её к себе, будто хотел запомнить это мгновение. И впервые за долгое время она почувствовала не тревогу, не ожидание опасности — а дом. Музыка внизу сменилась более быстрой мелодией. Бал продолжался. Но их маленький мир на втором этаже Малфой-мэнора стал тихим островом среди хаоса. И перед тем как снова надеть маски, перед тем как вернуться в зал, к интригам, взглядам и лжи — она поняла. Что бы ни случилось дальше, этот вечер уже изменил всё.