XVIII

      Удостоверившись, что Марк в порядке, а отец поверил, что я на ночевке у Анны, я увереннее зашагала в сторону дома Дариана. Из-за дождя казалось, что уже вечер, хотя не было и пяти часов. Дружелюбный облик дома Дугласов показался мне сном после всего того ужаса, что я испытала. Его изысканный светлый фасад выделялся на фоне яркой осенней листвы. По дороге Дариан ничего не говорил, но я видела, как он закипает внутри. Едва закрыв за собой дверь он повернулся ко мне с горящими глазами.       -Ты хоть иногда думаешь, что творишь? — да что с ним такое? Я не понимаю, какое у него есть право на меня злиться. Это не я разгромила здание кафе.       -Я была вооружена, — от неожиданности я снова начала оправдываться. Ненавижу оправдания. Это практически всегда признание вины. Я не виновата, что за мной охотится зло из самой преисподней!       -Этого недостаточно. Ты понимаешь, с какой силой столкнулась? Он весь город сожжет к чертовой матери, если ему так захочется, — Дариан сжал ладони в кулаки и опустил голову, — Зачем тебе вообще понадобилось туда идти?       -Я просто хотела почувствовать себя обычным человеком снова, — мог голос сломался посреди предложения, но я все же заставила себя его договорить, — Мне хотелось вспомнить, какой моя жизнь была до этого всего. Какой она могла бы быть.       Глаза начало жечь и я сделала несколько шагов назад, закрыв лицо руками. Его кулаки разжались, а руки опустились вдоль тела.       -Это было глупо. Ты понимаешь? — голос Дариана смягчился и я робко кивнула, не поднимая головы. Он прав, пока Сарзатос преследует меня, все вокруг в опасности.       -Я чувствую своей обязанностью защищать тебя. Тебе страшно, ты проходишь через ужасные изменения, переживаешь боль потери, — его мокрые песочные волосы упали на лицо от того, как резко он бросал слова. Он замолчал на секунду, вглядываясь мне в глаза,       -Я тоже! Поверь, я знаю, каково это! Но мы теперь в этом всем вместе. Увидев что-то в моих глазах, Дариан продолжил уже тише:       -Просто позволь мне помочь. Твоя жизнь не закончилась, она только начинается.       Подавив всхлип, я сделала глубокий вдох и ненадолго отвернулась к стене. Просто не могу плакать, когда кто-то смотрит.       -Расскажи мне. Я хочу понять, — он почти прошептал. Дариан посмотрел на меня с таким жаром в глазах, что какое-то забытое чувство внутри меня начала оттаивать, грозя обнажить сердце.       -Что именно? — он и так в общих чертах знает, что произошло в кафе. Возможно, даже больше, чем я.       -Не знаю, что было до всего этого? Какой была твоя жизнь? — мне показалось на секунду, что на его лице отразилась боль.       Я обессиленно опустилась на пол прямо в коридоре и рассказала ему все, что могла вспомнить. О беззаботном детстве, днях и вечерах в книжном магазине. О холодности отца и том, как он сразу полюбил Викторию, как только она родилась. И какую боль я испытала, когда поняла, что ко мне он относится иначе. О дружбе с Анной и том дне, когда мы создали эко-кружок. А затем о том, как умерла мама, во всех подробностях. И вот мы здесь, сидим на полу прихожей промокшие, загнанные в тупик демоном. И даже мой собственный дом теперь небезопасен.       -Людям опасно быть рядом со мной, потому что на меня может упасть чертово дерево! Понимаешь? — Дариан подвинулся ближе и взял мою ладонь в свою. Все слова вылетели из моей головы, когда он начал аккуратно поглаживать ее большим пальцем. Я прошептала, — И теперь я совсем одна. Ты единственный, кто у меня остался.       -А как же Фрэнк? — Дариан осторожно усмехнулся, словно боялся спугнуть меня своей привычной ухмылкой. Когда он смотрит на меня вот так прямо, то выглядит таким уязвимым. Ох, Фрэнк. Внутри вспыхнула тревога.       -Нет, я не могу подходить к нему даже близко, пока Сарзатос следит за мной. Он использует его в своем плане как только узнает о том, что Фрэнк мне дорог, — этот монстр отобрал у меня возможность общаться с последним близким человеком.       -Верно. А знаешь, что хорошо? — я впервые видела Дариана таким. Даже слово сложно подобрать. Чутким? — Я не боюсь Сарзатоса. И я останусь рядом, как страшно бы ни было.       Прежде, чем успела осознать, что делаю, я оттолкнулась от пола и обвила руками Дариана, сидящего передо мной на коленях. Он был весь мокрый, в крови и грязи, как и я. Но ничто не могло испортить момент. Я не одна. Я не буду одна.       Холодильник в доме был абсолютно пустым, но Дариан обещал сообразить что-то на ужин, пока я принимаю душ на втором этаже. На самом деле, я бы с большим удовольствием приняла сейчас ванну, но мне не хотелось видеть, как вода окрашивается в красный, соприкасаясь с липкой кожей. Завернувшись в просто гигантское пушистое черное полотенце, я вышла из ванной комнаты и застыла в коридоре, услышав внизу голоса.       -Ты мог бы и отказаться, знаешь ли, — незнакомый мне мужской голос казался взбешенным.       -Нет, не мог. Он спас меня. Меньшее, что я могу сделать это ответить небольшой услугой, — Дариан ответил не раздумывая и я удивилась, откуда в нем такая твердость в семнадцать лет.       -Тебе не кажется, что услуга становится все больше с каждым днем? — мужской голос зарычал раздраженно, -Этот гад снова посадит тебя на цепь, если ты попадешься.       Мое сердце зашлось в бешеном ритме. Дариан был в плену? Они что, говорят о Сарзатосе? Или о том, кому он оказывает услугу?       -В этот раз все иначе, — его голос звучал твердо и второй мужчина устало вздохнул.       -Ты хоть знаешь кто она? Он тебе рассказал? — в этот раз в его голосе была подозрительность. Не составило труда догадаться, что речь обо мне.       -Это не нужно, я уже и сам догадался, — догадался о чем? Что я проклята?       -Я не понимаю, почему мы все еще обсуждаем девчонку, когда нужно придумать план. Ты позволишь ему жить после всего этого? — бархатистый женский голос звучал тихо, но не менее властно. В комнате был третий человек, что это за девушка? У его брата есть жена?       -Хочешь предстать перед Девятью? Это не вариант, он слишком удачно устроился.       Мне отчаянно хотелось подслушать еще, за что я мысленно себя ущипнула. Страх попасться был сильнее, поэтому я громко закрыла дверь в ванну и, когда голоса затихли, начала медленно спускаться вниз.       Посреди гостиной, освещаемой только камином, стоял мрачный мужчина в дорогом костюме. Черная рубашка с закатанными рукавами и темно-серый жилет делали его похожим на большого начальника какой-нибудь фирмы. На вид ему не больше тридцати, хотя привычка держаться придает взрослости. По его лицу видно, насколько напряженная его работа — уставший взгляд, тени под глазами и напряженная широкая челюсть.       Дариан развалился на диване, а с другой стороны от камина в кресле сидит невероятно красивая девушка. Она выглядит расслабленной, как кошка на теплой батарее. Даже не знаю, кто из них троих производит большее впечатление.       Странно ли это, что Дариан казался мне самым привлекательным, даже покрытый кровью с ног до головы? Только сейчас я заметила, как жутко он выглядит. Его брата и ту девушку это, кажется, совсем не удивляет и не беспокоит.       -Лили, это мой брат Аарон и сестра Амалия, — он небрежно бросает это так, словно незначительную деталь. Мои глаза округлились, но я быстро взяла эмоции под контроль. У него есть сестра? Как можно рассказать о братьях и забыть упомянуть сестру?       -У ваших родителей был хороший вкус на имена, — глаза Аарона расширились, а Амалия хрипловато засмеялась. Дариан вздохнул, отводя от них взгляд.       -Мне нужно в душ. Еду привезут через полчаса, потерпи немного, — это было не сложно, есть мне совсем не хотелось. Казалось, от пережитого шока я забыла саму концепцию еды.       -Не обижайте ее, — Дариан выразительно посмотрел на них по очереди, — Сегодня был сложный день.       Под двумя внимательными взглядами я осторожно села то место на диване, где только что сидел Дариан. Близость огня успокаивала, словно напоминая о том, что мое тело реально. Все, что происходит реально.       -Мне приятно с вами познакомиться, — они внимательно следят за тем, как звуки покидают мое горло, — Мы с Дарианом не настолько близки и он не рассказывал мне о своей семье.       -И все же ты здесь. И останешься на ночь? — Амалия кокетливо улыбнулась и постучала ногтями по подлокотнику кресла. Ее русые волосы отливали золотом из-за близости огня. На милом округлом лице читалась твердость характера.       -Да, так вышло. Я сегодня удачно уклонилась от падающего дерева, но это не очень-то помогло, — Аарон выразительно вскинул густую бровь, а Амалия игриво улыбнулась. Ее веселит все, что я говорю? В том, как она теперь смотрела на меня я видела одобрение.       -Я ожидала, что она будет рыдать безостановочно, — она весело смотрела на старшего брата. На его лице не было и тени улыбки. Я же не собиралась терпеть издевки после того, как чудом избежала смерти.       -Да, я бы и хотела, но надо сначала решить пару насущных вопросов, — Амалия бросила на меня вопросительный взгляд, в то время как старший брат одобрительно кивнул. Готова поспорить, он хотел улыбнуться, но разучился это делать.       Очевидно, они по какой-то причине мне не доверяют, но пока не понимаю, почему. В их позах и жестах читается такое напряжение, словно я какое-то непредсказуемое диковинное существо. Видимо, они знают или догадываются о проклятии. Но что, если нет? Я не могу рисковать и спрашивать об этом напрямую.       Пока атмосфера в комнате не стала еще более давящей, я решила тактично удалиться. К тому же мне было не слишком комфортно сидеть здесь в одном полотенце, едва прикрывающим колени, когда они оба словно вернулись с похода в дорогой ресторан.       -У вас случайно нет лишней одежды? Моя в крови и вся изрезана стеклом, — это только усилило висящее в воздухе напряжение. Теперь, когда Аарон обратил внимание на мои оголенные плечи и колени, его уши слегка покраснели и я чувствовала себя абсолютно голой. Он встал и, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки, молча ушел на кухню. Раздался приглушенный звон стекла.       Амалия бросила на меня оценивающий взгляд и закатила глаза. Через пару минут она вернулась со стопкой вещей в руках.       Она держала их так, словно с трудом понимала концепцию носков. Вероятно, она чаще носит капроновые колготки и чулки. Ее наряд был женственным до бесконечности. Юбка-карандаш с высоким разрезом и сиреневая шелковая блузка, так моя мама одевалась на встречи с важными издателями.       -Должно подойти, — я с благодарностью кивнула и ушла в гостевую ванную на первом этаже. Развернула большую черную футболку и удивилась тому, какая приятная на ощупь ткань — плотная, но мягкая. Доходит мне до колен, явно не принадлежит Амалии. Наверное, Дариана. Притворюсь, что меня не беспокоит то, какое чувство возникает от этой мысли в животе. А вот спортивные эластичные шорты вполне в ее духе. Не такие удобные, но сойдет.       В отражении зеркала замечаю, что распущенные волосы уже почти высохли, спасибо камину. Они забавным образом сливаются с футболкой, словно я вся соткана из темноты. Вернувшись в комнату, я снова сажусь на диван и пытаюсь решить, чем мне заняться. В голове каша из событий и мыслей. Если бы под рукой была та книга про демонов, я бы растворилась в чтении, но идти за ней домой совсем не хотелось, к тому же сейчас мне как никогда хотелось порисовать. Ничего конкретного, просто «вылить» из головы накопившиеся образы.       Как раз в этот момент по лестнице спустился Дариан. Черная футболка липла к его мокрому телу и я спешно отвернулась обратно к камину, скрывая румянец. Футболка точь в точь как та, что дала мне Амалия.       -У вас не найдется бумаги и карандаша? — кажется, моя просьба застала его врасплох, но он быстро огляделся вокруг и через минуту подал мне чистые альбомные листы и пару карандашей.       Как только кончик карандаша в моей руке коснулся поверхности бумаги, меня было не остановить. Платье в горошек, детская улыбка и мороженое, окруженные осколками стекла и брызгами крови. Вырисовывающаяся картина ужаснула меня, но я не могла заставить себя прекратить. Набросок превращался в подробную иллюстрацию. Проигнорировав слова Дариана о том, что доставили еду, я продолжала затемнять пятна крови и подчеркивать острые углы осколков. Только когда рисунок был закончен, я наконец отложила карандаш и выдохнула. Оказалось, я едва дышала все это время.       На противоположном конце дивана не спуская с меня глаз полулежал Дариан. Мне не казалось, что он устал физически. Скорее, вымотался эмоционально.       -Еда уже остыла, — он сказал это без упрека, словно лишь для того, чтобы заполнить молчание.       -Ничего, я подогрею. Вы уже поели? — кроме нас в гостиной никого не было.       -Да. Ешь столько, сколько нужно, — он махнул в сторону кухни, -Я не знал, что ты любишь, поэтому взял все.       -Все, что было в ресторане? — от удивления я остановилась на полпути и обернулась. У них явно не было финансовых проблем.       -Почему нет? — он уже открыл одну из лежавших на кофейном столике книг и изучал страницу с непроницаемым лицом.       Из шести контейнеров с едой меня больше остальных привлекла лапша с овощами. Странно, но когда я выкидывала остатки, то не заметила пустых контейнеров. Может, его брат и сестра поели не дома? Это не объясняет, почему Дариан не ел заказанную еду. Может, увиденное в кафе повлияло на него так же сильно, как на меня.       -Думаешь, он попытается выйти на связь? — все еще надеялась, что Сарзатос успокоится на одном событии за день. К тому же, он не сможет прийти в дом, полный людей? Дариан его уж точно не впустит, что тот будет делать? Стоять под окнами с бумбоксом?       -Уверен, — Дариан как ни в чем ни бывало продолжил читать книгу. Почему его это совсем не напрягает?       Боги, что если демон просто телепортируется, или как у них это правильно называется, прямо сюда? Пуф — и появится прямо перед моим носом.       -Он может войти внутрь? — в этот раз Дариан положил книгу на колени.       -Нет, здесь ты в безопасности, — мышцы плеч немного расслабились. Но как? Разве теперь я могу быть в безопасности хоть где-то?       -Но не у себя? — мой дом он точно не считает безопасным, раз настоял, чтобы я осталась здесь на ночь.       -Верно, — многословно. Спасибо, Дариан, за развернутый ответ.       -Почему здесь безопасно? Чем этот дом отличается? — надеюсь, он какой-то волшебный или что-то в этом роде. Тогда, может, я даже смогу нормально поспать сегодня. Я вдруг вспомнила про Грисеко. Надеюсь, ему не будет без меня скучно или одиноко. Знакомы ли монстрам человеческие эмоции? Что-то мне подсказывало, что да.       -Скажем так, мы все постарались сделать из домишки крепость. Хоть это и не заметно невооруженным взглядом, поверь, он не войдет сюда.       -То есть, мы просто переждем, а завтра отправимся в школу? Он же сразу появится, как только я выйду, разве нет?       Пока Дариан раздумывал над ответом, я вдруг осознала то, что он сказал про защиту дома. Мы?       -Подожди, твои брат и сестра знают про всю эту демоническую жуть? — он усмехнулся моему жесту руками на последнем слове.       -Да, они знают. И про твое «проклятие» тоже, — вот почему они так напряженно держались рядом со мной?       -Их это не пугает? — как кто-то может захотеть впустить в свой дом ходячее бедствие? Любой нормальный человек на их месте, узнай он правду, вызвал бы экзорциста.       -О, их вообще сложно напугать, — что же, это подтверждало мои догадки. Тот разговор, что я подслушала, определенно был обо мне.       Через час на мой телефон начали приходить уведомления, но я боялась его поднимать. Почему-то в моей голове поселился глупый страх, что Сарзатос попробует пробраться ко мне через него. Поборов детский страх, я все же посмотрела на экран и не могла поверить своим глазам. Кто-то снял на видео, как я разгребаю завалы и достаю из-под них раненых людей. На видео все выглядит еще более жутко, чем было в реальности. Черные волосы облепили бледное угрюмое лицо, на нем пятна крови. Из-за звука видео я снова погрузилась в атмосферу бедствия и мое сердце начало отбивать ускоренный ритм. Дариан вырвал телефон из моих рук и приказал:       -Дыши, — он положил руку на верхнюю часть моей груди и дышать мне стало еще тяжелее, — Давай, вот так. Вдох, выдох.       Превозмогая нахлынувшие чувства, я выровняла дыхание и наконец открыла глаза. Когда я успела их зажмурить?       -Кто тебя снял? — Дариан звучал напряженно.       -Не знаю, нужно посмотреть, -Дариан отключил звук прежде, чем вернуть мне телефон, — Какой-то парень из моей школы, я его не знаю. Вроде, он играет в футбольной команде. А это важно?       -Да, если ты хочешь, чтобы это видело не преследовало тебя до конца жизни. Он подписал на самом видео твое имя в числе прочих нецензурных слов.       Дариан прав. Надпись красными буквами поверх темно-серого гласила «Охренеть. Тут грохнулось дерево прямо на «Большую ложку». Это Лили Истман среди завалов?»       -Черт, — теперь любой, кто загуглит мое имя наткнется на него. Мне было страшно заходить в комментарии. Но никто как ни странно не отметил, что я выгляжу жутковато. Только как это круто и смело, кто-то даже назвал это сексуальным.       -Кому-то нужно посетить психотерапевта, — мне не верится, что кто-то в такой ситуации вообще обращает внимание на внешность человека. Ау, люди, крыша здания рухнула, а вы обсуждаете мою фигуру и шмотки? Дариан вытянул шею и придвинулся, всматриваясь в экран.       -Ну в общем-то я с ним согласен, — моя голова повернулась в его сторону так быстро, что я не успела оценить, насколько близко он теперь сидит. Мой нос столкнулся с его челюстью и я тут же отвернулась обратно, так и не ответив. Мимоходом я заметила отросшую щетину на его лице. Значит, ранее мне не показалось.       Следующая же запись сообщала о том, что школьная вечеринка по случаю Хэллоуина будет перестроена в благотворительный вечер. Открыт сбор средств для помощи пострадавшим в сегодняшнем происшествии, а также отдельный сбор на восстановление кафе «Большая ложка». Да уж, хозяева заведения, должно быть, в отчаянии. Как почти все в нашем городе, это кафе было семейным бизнесом, передающимся от одного поколения другому.       Опубликовали новые требования к вечеринке — каждый кружок и объединение должны создать свой тематический аттракцион и представить его вечером тридцать первого числа. Все вырученные деньги пойдут в открытые фонды, а также каждый желающий может оставить пожертвование из своих денег прямо сейчас.       Сердце снова болезненно сжалось от жалости и чувства вины. Завтра же схожу в банк и отправлю сколько смогу в оба фонда. Мама создала для меня собственный счет уже давно, туда я вносила деньги, которые мне дарили на праздники. Понемногу я откладывала в него небольшие суммы и с летних подработок, даже с нескольких проданных иллюстраций и картин. Теперь сумма увеличилась в десяток раз, после того как мистер Льюис, наш семейный юрист, перевел туда деньги, завещанные мне мамой.       -Чем мы займемся? — я не могу сидеть здесь еще шесть часов до самого сна. Даже с хорошей книгой. Мне нужно чем-то заняться, иначе я сойду с ума.       -Займемся? А чем ты обычно занимаешься? — иногда мне кажется, что Дариан свалился с Луны. Можно же столько всего сделать, поиграть в карты, видеоигры или на худой конец скрабл, испечь что-нибудь, посмотреть фильм.       -Обычно я читаю или рисую, но сейчас мне хочется чего-то другого. Может, испечем брауни? — теперь он смотрел на меня как на занимательную головоломку.       -Вряд ли у нас достаточно продуктов для этого, — да, по холодильнику было заметно. Но, кажется, я видела там пачку яиц.       -Нужны яйца, мука, сахар, какао и масло, — я гордилась своим брауни и не могла не предложить. Тем более после всего этого мне срочно нужно съесть что-то сладкое.       И вот мы уже шаримся по кухне в поисках нужных ингредиентов. Точнее я шарюсь, то и дело запрыгивая на табуретку для доступа к верхним ящикам. А Дариан продолжает смотреть на меня как на стихийное бедствие. Яйца оказались достаточно свежими, в морозилке нашлось масло, а в дальнем шкафчике мука и сахар. Сложнее всего оказалось с какао. Но каким-то чудом, запечатанная пачка чудо-напитка оказалась в кладовой.       Не могу сказать, что Дариан активно участвовал, но он хотя бы не сидел без дела. Как только я отставляла в сторону испачканную миску или ложку, он сразу же все мыл. При этом он почти не отрывал от меня глаз. Боится, что я сорвусь после пережитого шока и перережу себе горло венчиком?       Как только тяжелый противень с густым шоколадным тестом оказался в духовке, мы снова вернулись к камину. Кажется, я начинаю привыкать к этому месту.       С верхнего этажа донесся требовательный голос брата Дариана:       -Дариан, на минуту, — надеюсь, он не передумал разрешать мне здесь ночевать. Иначе мне придется идти в городскую церковь в надежде, что Сарзатоса на порог не пустят иконы и кресты.       Половину часа, пока Дариана не было я провела за чтение той книги Булгакова, что видела здесь в прошлый раз. Таймер на телефоне прозвенел и я быстро выключила его, стараясь не обращать внимания на количество уведомлений, беззвучно приходивших каждую секунду.       По пути из кухни в гостиную я чуть не перевернула тарелку горячих пирожных. На пороге абсолютно неподвижно стояла Амалия. Ее внимательный взгляд был прикован ко мне, в нем читалось открытое любопытство. Что же, мне тоже было бы любопытно, если бы Вики привела домой парня.       -Хочешь брауни? Я только что испекла? — по фигуре Амалии можно было подумать, что десерты она видит только во снах, но она смело взяла кусочек и нерешительно откусила от него немного. Разумеется, все это время скептически рассматривая тарелку с выпечкой.       Только когда я дошла до дивана и поставила тарелку на кофейный столик, смогла посмотреть на ее реакцию. Амалия уже доедала кусок и выглядела ошеломленно. Гордость внутри меня почувствовала себя словно зверек, которого погладили по голове.       Она присела на диван рядом со мной, но все же на достаточном расстоянии и взяла еще кусок. Кажется, еще чуть-чуть и я начну светиться от радости.       -Ты начинаешь мне нравиться, — она прикрыла рот рукой, продолжая жевать. Движения Амалии так точны и изящны, что меня все время тянет прикоснуться к ней, чтобы удостовериться, что она настоящая.       -Спасибо, — мне хотелось как-то выразить свою благодарность за то, что они впустили меня в дом несмотря ни на что, — Вообще-то я хотела поблагодарить вас за то, что разрешили остаться на ночь. Я понимаю, что пребывание под одной крышей с проклятым человеком, за которым охотится демон — не то чтобы укрепляет сон.       -Да уж, — она ехидно улыбнулась, — Не думай об этом, здесь ты в безопасности.       -Лили, на завтрашнюю ночь тебе тоже придется остаться здесь. Я совсем забыл о том, что через неделю день всех святых.       -Но он же только через неделю, причем тут завтрашняя ночь?       Я уже и сама догадывалась о скрытой важности этого дня. Предполагаю, что раз зло действительно существует, Хэллоуин с его открывающейся завесой между мирами — не сказка. Нужно будет расспросить Дариана об этом.       -За шесть ночей до него граница истончается. Со среды сопротивляться и оставаться в тени станет сложнее. Силы Сарзатоса в человеческом мире возрастут, — вот черт. Я то надеялась, что у меня есть еще неделя.       До самой ночи я наблюдала за тем, как Дариан с сестрой отпускали колкости в адрес друг друга. Мне удалось уговорить их поиграть в карты. И теперь Дариан осуждающе посмотрел на меня за то, что я дважды его обыграла. Правда, перед этим он не меньше пяти раз обыграл и меня и Амалию. Просто я только сейчас приноровилась к его манере игры.       Когда пришло время расходиться, Амалия ловко щелкнула брата по носу, провозглашая свою победу. Я уверена, что она смухлевала не меньше десяти раз, но промолчала. Конце концов ее победу я могла терпеть, вот если бы на ее месте был Дариан, ему бы не поздоровилось. Я вообще-то неплохо играю. Мама научила меня основным тактикам, когда брала с собой на встречи с подругами. Именно за одной из таких игр я впервые попробовала красное вино и бесповоротно в него влюбилась.       Оказалось, что в этом доме когда-то давно был пожар и новые хозяева не успели восстановить одну из пострадавших жилых комнату. Дариан посоветовал мне туда не входить, потому что это довольно жуткое зрелище. Большую спальню занимал его брат, а сам Дариан вторую. Амалия жила на чердаке. Оказалось, там она оборудовала себе и рабочий кабинет.       Я ждала, что Дариан предложит мне спать на диване в гостиной, но он настоял на том, чтобы я спала в его кровати. По его словам, он не может оставить меня спать одну в целях безопасности, а сам ляжет спать не полу.       -Мне не впервой. Не бери в голову, — он сказал это так, словно это вовсе и не одолжение и я согласилась с тяжестью на душе. Не от того, что лишаю его сна на кровати, а от печали, потому что это для него привычно. Что же такого произошло в его жизни перед приездом сюда?       Комната Дариана была просторной и полупустой. Было заметно, что он совсем недавно поселился в ней. Широкая кровать, застеленная серым постельным бельем без узора, тумбочка, встроенный в стену шкаф. Где его рабочий стол?       Как только я откинулась на мягкие подушки, мой взгляд упал на высокий потолок. Из-за сумрака в комнате я и не заметила, что на потолке висит карта. Темно-синий фон, усыпанный мерцающими звездами и сложными созвездиями. Карта звездного неба. Почему он не говорил, что увлекается астрономией?       Увидев Дариана с растрепанными волосами и в одних домашних шортах я сразу позабыла все, что хотела спросить, залилась краской и отвернулась в сторону. Я почти уверена, что услышала в ответ тихий смешок. И откуда у мальчика-подростка такое тело? Это противозаконно быть таким хорошо сложенным. Шум заставил меня снова посмотреть в его сторону. Он сидит на полу и ищет что-то в глубине тумбочки.       -Если у вас дома безопасно, зачем тебе спать поблизости? — я попыталась выровнять дыхание и не смотреть на напряженные мышц его спины и плеч. Когда он ответил, то по интонации я сразу поняла, что он едва сдерживает улыбку.       -Не переживай, я не кусаюсь. По крайней мере, пока мы спим в одной комнате, а не кровати. Его насмешливый взгляд остановился на моих губах, и мое глупое сердце встрепенулось.       Проигнорировав его слова, я решила все же спросить его про карту неба на потолке. Так тяжело удержаться от любопытства, когда человек сам никогда ничем не делится.       -Ты изучаешь космос? — Дариан проследил за направлением моего взгляда и устраиваясь на полу поудобнее, закинул руки за голову. Я даже в темноте заметила, как загорелся его взгляд от моего вопроса.       -Не то чтобы. У меня был друг астроном, он привил мне интерес ко всему неизведанному. Как много удивительных вещей могут быть скрыты где-то там. А мы не верим в них или даже не предполагаем, что они существуют.       -Иногда я думаю о том, что все вокруг мне просто-напросто снится. Как могут быть реальны демоны? Существуют ли тогда другие подобные им существа? Живут ли они на других планетах или звездах?       -Представляешь, как много разных миров существует во вселенной? За пределами нашей солнечной системы находится бесконечное множество других планет и звезд, туманностей, черных дыр и разных объектов, существование которых сложно объяснить. Как мы можем утверждать, что знаем все о мире вокруг, когда видим лишь одну миллиардную его часть? Не удивляйся таким мелочам, как демоны. Думаю, что существует намного больше удивительных существ, мы просто пока о них не знаем.       -Расскажи мне, — момент почему-то начал казаться мне таким интимным, хотя ничего такого и не происходит.       -Что именно? — я внимательно рассматриваю карту, освещаемую лишь светом луны, но все равно понимаю, что он улыбается, по одной лишь интонации.       -О каком-нибудь далеком мире, — я представила себе Дариана лучиком света, который летит к цветному пятнышку, окруженному туманом и мерцанием других звезд.       -Вдали от любого космического объекта, в совершенной темноте и пустоте есть Одинокая звезда, так ее назвали ученые. Она существует там, где обычно нет звездообразования или гравитационных воздействий других объектов уже миллиарды лет, — лицо Дариана приняло такое печальное и возвышенное выражение, какое я никогда не видела ни у кого из знакомых мне людей.       -Такого типа объект называют солитоном — звездой, находящейся в абсолютной изоляции от других небесных тел и не привязанной ни к каким галактическим структурам. Ученые не могут объяснить, как такая звезда смогла сформироваться и сохранить свою изоляцию все это время. Она не соответствует стандартным моделям развития небесных тел. Все в этой звезде неправильно и непонятно, но вот она, на самом краю мироздания летит в никуда из ниоткуда.       Образ одинокой, потерянной в далеком космическом пространстве звездочки так потряс меня, что все слова для выражения эмоций вдруг показались мне пустыми и неуместными. Мы молчали несколько минут, думая каждый о своем.       -Спасибо, — в простом слове иногда кроется куда больше чувств и смысла, чем в витиеватым абзаце.       В попытках уснуть я долго ворочалась. Ровное и глубокое дыхание Дариана заставляло снова и снова возникать перед мысленным взором его глаза, внимательно рассматривающие меня.       Перед мысленным взором то и дело вспыхивали образы из сегодняшнего кошмара наяву. Боль и кровь, повсюду так много крови.       Покоя не давали мысли о пострадавших людях. Как дела у Марка? Оставил ли Сарзатос в покое Анну? Выжила ли та женщина с маленькой дочкой?       У меня получилось отбиться от навязчивых мыслей, но тревога о будущем возникла следом и ухудшила бессонницу. Как мне прожить до Хэллоуина? Что будет, когда Сарзатос поймет окончательно, что я ни за что не подпишу договор? Дерево ведь не предназначалось для моего убийства, это был скорее акт терроризма. Причинить вред невинным людям ради достижения своей цели. Бывает ли в мире что-то более эгоистичное?       Примерно через час я все же смогла провалиться в тревожный сон. Не меньше чем вечность по ночным улицам Найтгейта за мной бежали волки. Они то и дело клацали зубами у самых ног, но каждый раз я находила то лестницу, то низкую крышу с удобной для карабканья водосточной трубой. Ни на секунду их рык и вой не утихали в моей голове. В какой-то момент, когда показалось, что я наконец оторвалась, пространство вокруг меня сомкнулось. Вдруг окна и двери большого зала оказались плотно закрыты. Это торжественный зал мэрии? Как я тут оказалась?       Темнота вокруг кажется удушающей. Я в ловушке. Как только я это поняла, из-за спины раздался шепоток:       -Рад, что ты уцелела. Было бы неловко, если бы твоя неординарная судьба оборвалась так нелепо, — Сарзатос сидит на кресле в последнем ряду и деловито поправляет костюм, словно только что пришел с прогулки.       -Явно не с твоей помощью, чудовище, — в его жестоких глазах загорелся огонек.       -Мне нравятся смелые личности. Но не когда смелость исходит из глупости и безрассудства, — он серьезно вздумал учить меня жизни?       -А мне не интересны твои предпочтения, раз ты явно не уважаешь мои. Мне прекрасно живется без договоров. Думаешь, я не понимаю, что это ловушка? — демон выглядел притворно разочарованным.       -Что ты, пташка? Я вижу, как ты сопротивляешься, — он с удовольствием оглядел торжественный зал, помпезно украшенный лепниной и драпированными красными тканями, — Слегка разочарован, что ты еще не поняла другую простую вещь. Это неизбежно. Есть вещи, которым суждено случиться.       Тканевые украшения вокруг нас загорелись, как и обитые красным бархатом сиденья. Даже то, на котором сидел сам Сарзатос. Мне стало тяжело дышать. Языки пламени болезненно обжигали, даже не касаясь. Я горю? Отражение в темном окне говорило, что нет, но каждая клеточка моего тела билась в агонии.       Довольное выражение осветило холодное старческое лицо. Помещение заполнилось дымом и я уже не видела его дальних стен.       -Ты уже поджигала вещи, Лили? Чувствовала разгорающееся внутри пламя? А ведь дальше будет только хуже. Я могу тебе помочь. Все так просто, но ты все не хочешь принимать мою помощь, — мои мучения нисколько не трогали его. Я уже не сдерживаясь кричала, раздирая горящую кожу, — Как много людей еще пострадает от твоей упрямости?       Он встал и протянул мне руку с серьезным видом. Я начала сомневаться, что выдержу еще хоть секунду этой пытки. Тогда все внезапно потухло и Сарзатос оглянулся вокруг в недоумении. А затем повернулся ко мне с яростью в глазах.       -Скажи своим друзьям, что я доберусь и до них. Я верну этого щенка туда, где ему место.       Он собирался сказать что-то еще, но меня грубо вырвали из сна. В комнате горел свет и три пары изумленных глаз смотрело на меня.       -Что за черт? Лили, проснись! — в руках Дариана был кусок обгоревшей ткани.       -Что? Что произошло? — я все еще с трудом могла отдышаться, как и всегда после ночного кошмара. В темноте комнаты я едва могу различить силуэт Дариана, нависающего надо мной.       -Я проснулся от запаха дыма. Твое одеяло полыхало, а ты лежала неподвижно, как статуя, — я не могла не заметить плескавшуюся в его глазах тревогу. -Сарзатос. Он приходил ко мне во сне, — я ощупала ноги и поморщилась, они горели и были малиново-красными, как и все остальное тело, — Я думала, что это никогда не закончится. Не могла проснуться.       -Иди в душ и включи холодную воду, — жгучая злость в глазах всех троих заставила меня сжаться. Хоть бы они не выставили меня на улицу. Что бы я делала, произойди это дома? Я бы сейчас была в плену демона, а весь мой дом вместе с сестрой и отцом превратился бы в пепелище. Дом Истманов стал бы еще одной жуткой городской историей. Дариан протянул мне свою футболку и я поняла, что сижу почти голая, вся моя одежда сильно обгорела.       Я не могла перестать думать о том, на что еще Сарзатос пойдет ради договора со мной? Но главное — почему я так сильно ему нужна? К чему столько усилий? Может ли это каким-то образом быть связано с Рэдвудами в моей родословной? Или с проклятием и договором мамы?       Потоки холодной воды, соприкасаясь с кожей, начинали шипеть, но я старалась этого не замечать. Когда я вышла из душа, вся дрожа, то обнаружила, что комната пуста. Теперь я заметила, как сильно тут пахнет гарью. Уснуть вновь я теперь точно не смогу, как и оставаться в этой комнате.       В гостиной было темно. Камин потух, в углу комнаты горел один единственный торшер, отчего фигуры людей и мебель отбрасывали причудливо длинные и темные тени. Все они замолчали как только я спустилась с последней ступеньки. Я неловко остановилась между диваном, где сидели Дариан с братом, и креслом, в котором по привычке расположилась Амалия.       -Лили, мне нужно будет уехать завтра. Я вернусь к ночи. Тебе придется остаться здесь, — он посмотрел на меня с мольбой в глазах, при этом говорил слова так твердо, словно это был приказ, — Не вздумай даже показываться в школе без меня.       Что? Куда ему вдруг понадобилось ехать? Это как-то связано с Сарзатосом? В комнате повисло такое напряжение, что я не решилась расспрашивать сейчас. Может, чуть позже найду более удачный момент.       -У меня не то чтобы было желание туда идти, — но чем я буду заниматься весь день? Ненавижу, когда мне указывают. Проще самой решить, что не пойду. Так это не будет выполнением чьей-то прихоти. К тому же мне действительно нужно время чтобы прийти в себя.       -Вот и чудесно, — Дариан кивнул удовлетворенно.       -Подожди, а можно мне будет зайти домой за одной книгой? Еще я хотела забежать в банк. Ты сможешь уделить этому час?       -Нет. Я уеду на рассвете, — он посмотрел на сестру, лениво рассматривающую свои ногти, — Амалия, сможешь ее проводить? Она прищурилась и посмотрела на него злобно, пока Дариан стоически отвечал на ее взгляд. В конце концов она закатила глаза, а затем, сдавшись, кивнула.       -Туда и обратно. Мне некогда работать нянькой, — в ее словах почему-то прозвучала плохо скрытая боль.       -Спасибо, мне больше ничего и не нужно. Я постараюсь не беспокоить вас днем.       -Лили, мне очень нужно, чтобы ты во всех подробностях пересказала свой сегодняшний сон, — я вижу, что Дариан не шутит, но зачем ему это?       Делясь неприятным воспоминанием, я не упустила ни одной детали. Чем больше я рассказывала, тем больше ярости видела в глазах Дариана и его родных. Похоже, они все же злились не на меня. Когда я пересказала последние слова Сарзатоса перед моим пробуждением, Амалия вздрогнула и зашипела, а Дариан с силой сжал кулаки. Мышца на его челюсти дернулась.       Только теперь я обратила внимание на часы, висевшие на стене над креслом. Пять утра. Что же я, я поспала не меньше четырех часов, это уже лучше, чем ничего.       -Я пойду собираться. Лили, тебе нужно поспать, чтобы не терять бдительности днем, — я уже начала привыкать к его опеке, но повелительный тон вызвал давно знакомое раздражение.       Я подавила растущее чувство разочарования. Чего это я? Мне совсем не хочется это признавать, но это чувство возникло сразу после того, как он объявил об отъезде. Пришлось напомнить себе, что до этого каким-то образом обходилась без Дариана. Ещё один день точно смогу прожить.       -Сомневаюсь, что смогу уснуть, — я не врала, одна мысль о том, чтобы снова лечь спать вызывала у меня нервную дрожь.       -Я помогу, — вдруг откликнулась Амалия. Не представляю, чтобы в такой ситуации можно было помочь. В ее голосе не было тепла и заботы, но я почему-то поверила, что она правда хочет помочь.       Все время разговора Аарон не проронил ни слова, только слушал остальных. Его суровое лицо с выразительной челюстью и волевым подбородком теперь выглядело еще более уставшим. Так же безмолвно он поднялся и ушел наверх. Что-то мне подсказывало, что он тоже не собирается спать.       -Подожди здесь, — она ушла вслед за братом и вернулась, неся в руках подушку. Вряд ли этим одним можно решить возникшую проблему. Она бросила ее мне неожиданно резко, но я легко смогла поймать тяжелую пушистую подушку. Удивившись своим рефлексам, я сжала ее в руках. Она была странно увесистой и при прикосновении шуршала так, словно внутри был какой-то нестандартный наполнитель.       -Внутри полынь и пара амулетов, — Амалия ответила на мой невысказанный вопрос, — Должно помочь.       -Должно? — этого недостаточно, чтобы расслабиться. Она раздраженно вздохнула, словно я зря трачу ее время своими вопросами. Вполне обоснованно на самом деле, учитывая то, что я прервала ее сон, самовоспламенившись.       -У него нет шансов. Тем более он очень вряд ли решит повторить свой маневр со сном. Особенно теперь, когда мы о нем знаем, — Амалия с размаху приземлилась на мягкое кресло, — Гаденыш любит играть в игры и ненавидит повторяться в своих фокусах.       -Вот как. Спасибо. Я попробую, — никогда бы не подумала, что подушка может быть защитным артефактом. Откуда они знают так много о Сарзатосе?       Засыпая я удивилась, что Амалия осталась сидеть в кресле. Разве ей самой не нужно поспать? Уже почти погрузившись в сон я услышала, как она тихо напевает давно знакомую мне мелодию. Где я ее слышала?