Глава ll "Ах, детство, как оно прекрасно"

      Небесная долина, как всегда хороша. Всё вокруг благоухает, фруктовые деревья и трава зеленее с каждым днем. Одним словом — благодать. Если бы ещё не эти каждодневные лекции и занятия в кварцевом дворце… Хотя, Энею учёба не приносила такого дискомфорта, как остальным последователям, наоборот, ему она даже нравилась. Но, что нравилось ему ещё больше, так это гулять по здешним садам и лесам в поисках ценных трав, которые шли на создание магических эликсиров и пилюль. Правда в небесных лесах он был только пару раз.       Небесные леса, как они прекрасны! Толстые высокие деревья, приятная тень, которая дарит прохладу даже в знойные дни. А воздух… Он там чище, чем где-либо и дышится им легко и во всю грудь. Жаль, что посещать, хотя бы один из них, ему доводилось крайне редко. Обычно, это происходило во время учебных практик, но во время занятий по окрестностям особо не побродишь. Лучше всего, это когда Хес или его наставник и учитель Элиот могли его туда провести. Почему он не ходил туда сам, спросите вы? Он бы с радостью, ведь именно там находились особо ценные растения, но проблема заключалась в том, что располагался он на несколько облачных миль ниже столицы, а крыльев, в силу возраста, у него пока не было. У юных последователей света крылья появлялись только после, так называемого проращивания, которое происходило на десятом столетии их жизни во время «церемонии просвещения». Поэтому довольствоваться приходилось тем, что есть.       Эней не любил шум и несмотря на его чрезвычайное великодушие, близких знакомых у него не было. Кто-то не видел в нём интересного собеседника, кто-то считал, что своими знаниями и правильностью он испортит всё веселье. Да, что говорить, видели то его все, в основном, только на занятиях, да тренировках, после которых он быстро исчезал, в одному ему, известном направлении.       Были конечно и те, кто старался сдружиться с ним, только делали они это ради того, что бы добиться снисхождения некоторых педагогов, а может, если повезёт и заполучить какую-нибудь из приготовленных им пилюль. Но не достигая желаемого, каждый снова разбредался по своим местам, забывая о каких-либо дружеских связях. Из-за того, что Эней являлся одним из первых многообещающих учеников кварцевого дворца, для многих он был примером для подражания. Чистый разум и вечное спокойствие, доступно далеко не каждому. Многочисленные практики давали свои плоды, аура света от Энея исходила впечатляющая, а натренированное боевыми искусствами тело и ловкое владение оружием, делали его одним из сильнейших заклинателей молодого поколения, из-за чего наставники, хлопая по плечу, пророчили ему судьбу великого и сильного последователя.       Вся его чистота отображалась и во внешнем облике. Всегда опрятные, строгие белые одеяния, украшенные, разве что, тонкой золотой каймой по краям, которая выдавала его принадлежность к воспитанникам рода Зенона. Помимо этого, Стела одарила его необычайной красотой и белыми, словно лунный свет, волосами, которые так кстати подчёркивали его облик небожителя. Тонкие черты лица, густые, словно покрытые инеем, ресницы и ясные, как само небо, глаза, которым могла позавидовать любая красавица. <      До следующей лекции было ещё далеко и поэтому сейчас, Эней, по просьбе своего учителя, нес свитки обратно в библиотеку. Как всегда, словно с выточенным из мрамора лицом, на котором чаще всего отображалось только спокойствие, он наслаждался красотой окружающего его пространства. От окончательного погружения в собственные думы, его отвлекли чьи-то голоса, доносящиеся со стороны зелёного шатра, что находился недалеко от главной тропинки ведущей в библиотеку. Говорящих, судя по всему, было трое. «Лучше проверить», — подумал он и подойдя ближе увидел, как двое последователей, что были не на много младше его, с двух сторон окружили худощавого парнишку. Его волосы цвета восходящего солнца, небрежно растрепались, а белые одежды были испачканы в грязи. Видно конфликт начался уже давно, иначе объяснить причину его внешнего вида становилось слишком сложно… — Отдай! Это не твоё! — Ах, да неужели? А по-моему, они сейчас в моих руках, а значит уже мои. Лиам, лови! Потом разделим улов пополам. — бросил светлый бархатный мешочек своему напарнику обидчик. — Верни! Я честно их заработал! — Как такой дохляк как ты, мог честно заработать столь ценные пилюли? Небось свистнул у своего дорогого учителя, пока тот не видел.       Лицо парня, от такого вопиющего обвинения в свой адрес, залилось багряным. — Нет! Это не правда! Я бы никогда не стал обкрадывать своего учителя это свойственно только таким как вы! — Что ты там вякнул?! Лиам, может мы мало накормили его песком?       Недовольный услышанным, высокий мускулистый юноша начал стремительно приближаться к объекту своих издевательств, но в какой-то момент его ногу пронзила жгучая боль, что заставила его остановиться. — Нечистый свет! Что б тебя тьма сожрала! — выругался тот.       Оказывается, на месте его удерживал возникший из ниоткуда вьюн, который намертво обвил его ногу, не давая достичь цели. Мало того, что вызванное растение было от природы сильным, так к тому же, благодаря самосовершенствованию управляющего им последователя, на его стеблях появились прозрачные шипы, которые попадая под кожу, обжигали светом. — Виен! — взволновано выкрикнул Лиам, подбегая к своему брату. — Я справлюсь, не дай ему уйти!       Собирающийся воспользоваться моментом Аттис стартанул с места, но появившиеся из-под земли кварцевые стены не дали ему уйти далеко, окружая со всех сторон. Ну всё, тебе крышка! — словно змей прошипел Лиам, хватая жертву за ворот одеяний, чтобы нанести удар.       Вскоре и Виен выпутался из ловушки направляясь к Лиаму, чтобы присоединиться к, уже успевшему войти во вкус, брату. Наблюдающий за всём этим Эней решил, что медлить больше нельзя. Тот час выйдя из зарослей кипариса, он окликнул нарушителей порядка: — Что вы тут устроили? — голос его звучал уверено и твёрдо. — Вдвоем на одного? Вам не стыдно после такого называться последователями света?       Услышав чью-то речь, братья прекратили свои действия, поворачиваясь к взявшемуся из ниоткуда собеседнику. — Ого! Кто это тут у нас решил заступиться за этого сопляка? — Драки на территории небесной долины запрещены. Давайте вы успокоитесь и мы всё спокойно обсудим.       Отшвырнув Аттиса в сторону, Виен показательно отряхнул руки. Видно, избитому последователю было настолько плохо, что сил не осталось даже на то, чтобы сбежать. Всё, на что его хватило, это прислониться к стене и скатиться по ней вниз. — Да, так я и согласился!       В сторону Энея полетела световая сфера, которую тот удачно перехватил в ладонь, растворяя ее в воздухе. Попытка — не пытка. Устало и с ноткой разочарованности, последователь решил попробовать ещё раз: — Давайте обойдемся без рукопри…       Договорить ему не дали последовательно запущенные световые сферы, которые Эней так же ловко перехватил и направил обратно в сторону братьев. Шары намеренно впечатались в каменную стену. — Да как ты смеешь отражать мою атаку! Бейся сам, или кишка тонка?!       Кишка то не тонка, но вот, как он будет смотреть в собственное отражение, зная, что нарушил священное писание и применил силу против своих. То на, что его с таким энтузиазмом подстрекали, слишком противоречило личным убеждениям и его пути, как заклинателя. Судя по всему, драки не избежать, а значит нужно сделать всё возможное, чтобы поставить их на место, не применив при этом грубой силы. Свои заклинания Эней использовать не мог, но про отражение чужих в трактатах ничего не говорилось.       Из под земли начали появляться стены, сокращая окружающее его пространство, но поймать Энея не так-то просто. Осознав, что на земле его быстро зажмут, он запрыгнул на стену, начиная перемещаться по ним, как по брусьям. Так достать его стало ещё сложнее. — Лиам, дай я! — раздражённо толкнул брата Вием.       Лиам послушно отозвал стены и из-под земли начали появляться корни. «Как бы сейчас пригодилось оружие» — подумал Эней. Но в силу возраста выдавали его им только на занятиях.        С двумя противниками сражаться не так то просто, и к всеобщему несчастью небес, они были одними из лучших, среди молодого поколения кварцевого дворца. Братьям часто влетало за их поведение, и статус они заработали, далеко не самых порядочных учеников, но факт того, что они хорошо владели собственной магией и боевыми искусствами, оставался фактом.       «Шурх!» Что-то схватило Лиама, подвешивая его на ветке раскидистого дуба верх тормашками. Откуда она там взялась, кто её знает, Энею не были известны всё подробности о том, чем они тут занимались до его прихода. Не исключено, что он умудрился угодить в собственную ловушку. Видимо Вием был удивлён не меньше, он недовольно прошипел болтыхающемуся на верёвке, брату: — Какого хрена Лиам?! — Это я у тебя должен спросить! Сам же её туда и поставил! Как её снять?! — Ты дурак?! Это небесные путы, их можно снять только раскаявшись за свой поступок. Я точно их туда не ставил! — А кто тогда?! — раздражённо спросил Лиам, вновь подтягиваясь к верёвке в попытке её развязать. — Разберёмся потом! Заткнись и не мешай!       Пока Эней старался придумать, как расправиться со вторым, тот незаметно подкрался сзади. Связав корнями ноги светлого заклинателя он повалил его на землю, после чего ударившегося головой Энея, словно пойманную добычу, притянули к себе. Единственное, что ему оставалось, это в своём невыгодном положении, кататься по земле, уворачиваясь от кулаков радующегося Виема.       От осознания того, что расправиться с таким хулиганом, как он, ему бы не составило труда, дай он себе волю, Эней почувствовал, что внутри него начало что-то закипать. В голову словно залили раскалённый металл, а руки начали еле заметно светиться. Это было ничто иное, как злость, которую он мысленно старался унять общеизвестным заговором: «Намерения мои чисты, Призываю я твои лучи, Мир подобно солнцу освети И жизнь мою обереги от тьмы. " Прогоняя раз за разом эти строчки у него получилось совладать со своим гневом, перед тем, как услышать: — Что ты там бормочешь?! Бейся! Или звание первого ученика тебе досталось за красивые гла…       Договорить ему не дали. Кто-то резко развернул заклинателя, нанося смачный удар в челюсть, тем самым заставив его замолчать если не на неделю, то на ближайшее время точно. Как только спина Виема исчезла из поля зрения, Эней смог наконец-то разглядеть неизвестного последователя.       То был темноволосый парнишка, черты лица которого были слегка грубоваты и резки, словно какой-то виртуозный скульптор решил доказать свое мастерство и сделал шедевр за короткий срок. Они никак не вязались с его настоящим характером, но в данный момент, точно придавали его эмоциям убедительности. Закатанные к локтям рукава, подтянутое тело, видно, тот много времени уделял личным тренировкам. Заклинатель был выше его ростом, хотя, может Энею так казалось потому, что он до сих пор находился на земле. Сдув с лица выбившуюся из небрежного пучка прядь, последователь подошёл к уже выпутавшемуся из корней Энею и молча подал руку, помогая встать. Оглядевшись по сторонам Эней заметил, что участников конфликта и след простыл. Ветка, на которой висел Лиам, тоже была пуста, под ней валялись лишь два куска небесных пут. Выбрался-таки.       Парнишка с волосами цвета дерева махагони, направился к дубу выбрасывая, что-то мелкое из своей руки в кусты. — Виноградные косточки? — проговорил Эней, не скрывая своего удивления. — Ну нужно же было чём-то себя занять, пока вы тут прыгали. — принялся разглядывать остатки верёвки последователь. --Вычитал где-то, что они могут ненадолго увеличивать силу удара. Вот и подумал, что добру пропадать, заодно и проверю. Ещё бы вспомнить, где я это видел, явно полезная книга была. — Сборник «Утилис». Так значит и путы тоже дело твоих рук? — Ага, только вот этот гад порвал их, придётся теперь снова заговаривать нити. — Видимо мне не хватает моих знаний, чтобы вразумить их. — подбирая бережно оставленные свитки, тяжело вздохнул Эней.       Приводя в порядок одежду, в голове проскочила мысль, что было бы неплохо переодеться, прежде чем посещать библиотеку и идти на занятия. Вытряхивая из волос остатки песка, он впервые пожалел о том, что те были такими длинными и от природы светлыми. «Нет, прежде чем переодеваться уж точно нужно посетить купальню», — заключил он.        Незнакомый последователь резко переменился в лице, заменяя суровость на лучезарную улыбку. — Хэх, вразумить! — усмехнулся он. — Таких, как они вразумят только кулаки. Нельзя же позволять им просто так себя избивать.       Отрицающе покачав головой, первый ученик кварцевого дворца спокойно ответил: — Они слишком юны, чтобы понять глупость своего поступка, но я ценю твою доброту. Как твоё имя?       Кажется парень был рад смене темы разговора. — Меня зовут Эос. Как тебя зовут я знаю. — Почему-то раньше я тебя здесь не видел. — А ты бы по чаще глаза свои от книг отрывал, да по сторонам смотрел, — хихикнул парнишка, — Я уже шестой год, как вознёсся.       «Вознёсся?» Значит он не истинное дитя света, как ранее предполагал Эней. Вот, что по настоящему любопытно. — Что же ты совершил, раз вознёсся в столь юном возрасте? — Да мне бы самому знать, говорят, что моё рождение спасло много жизней. От чего, я понятия не имею. Помню только, что не дал им забрать мать, когда пришли двое высоких мужчин в плащах. Она сильно плакала и кричала, а потом были верёвки, огонь, много дыма и свет… Последнее, что я слышал, это торжественные возгласы людей.       Похоже, куда привела новая тема разговора, его не особо радовало. Немного помолчав, Эос проследил за эмоциями своего нового знакомого, который из-за полученного ответа, тоже начал чувствовать себя не в своей тарелке. Встрепенувшись, заклинатель подбадривающие толкнул Энея в плечо. — А вообще, какая разница? Я здесь, ты тоже здесь! Мне нравится быть в этом месте и разговаривать с тобой. Что ещё нужно?       Его правда. Иногда для полного счастья достаточно просто «быть здесь», не так-ли? — Вот, если бы ещё хромой Грациан не тыкал в меня своими трактатами и не заставлял по долгу сидеть в небесных лесах, что б я почувствовал музыку природы. Видел бы ты какие у него уши! Пха-ха-ха.       От последнего Эней нахмурил брови. — Уважение к старшим делают… — Делают твою душу светлее! Да знаю я, знаю! — перебил его Эос, — Вот только то, что он мне преподаёт совершенно меня не интерисует, другое дело теория полетов! Как бы я хотел попасть, к учителю Элиоту, и хотя бы раз поучаствовать в небесном лете.       Небесным летом последователи называли большое соревнование, что каждый год проходило в долине света. Участие в нём мог принять любой, кто уже обрёл крылья. Победителю же предоставлялось право, подниматься высоко в небо и с помощью света Стелы зажигать солнце, тем самым давая начало новому дню. Кстати о полётах… — Раз ты избранный, то у тебя должно быть и… Крылья есть?       Стоило вопросу прозвучать, как Эней тут же задумался над его этичностью. Что если он не любит об этом говорить? Да даже если они есть, то почему он упоминает о лете, как о мечте? За неспособность совладать с собственным любопытством хотелось ударить себя по голове, желательно чем-нибудь тяжелым. — А? Ну…       Так он и думал, ему не стоило спрашивать. Видимо мало его Вием затылком о землю приложил. — Если тебе неловко, то можешь не отвечать, я не хотел поставить тебя в неловкое положение, — поторопился дать заднюю последователь света. -Нет-нет! Всё хорошо! Они то есть, просто… — оглядевшись по сторонам, Эос продолжил шепотом, — Меня из-за них часто дразнят, но думаю, тебе показать можно. Только, чур не обзываться! А ещё… Не здесь.       После этих слов, он резко схватил Энея за руку и затащил в кусты виноградника. Выйдя на укромную полянку, парнишка выпрямился и закрыл глаза сосредотачиваясь. — Только не смейся!       Эней молча качнул головой. Спина Эоса начала излучать сияние и через мгновение, в районе лопаток появились крылья… Если их можно было таковыми назвать. Две кости покрытые кожей, в каких-то местах торчал пух, ближе к концам было несколько перьев. Больше они походили на крылья птенца, который только-только начал обрастать. В общем зрелище не из приятных. Но Эней не отвернулся, как и просил его новый знакомый, он не начал смеяться, а уж тем более дразнить. Вместо этого он молчал. Молчал и смотрел на развернувшуюся перед ним картину. В его глазах читались печаль и сочувствие. — О-о-о нет, нет! — протянул Эос, — Не смотри на меня так! Знаю, они сейчас выглядят весьма жалко, но твой учитель сказал, что это из-за того, что я слишком юн. Если я вместе с вами пройду обучение и стану достойным просвещения, то они станут очень сильными.       Эней молча посмотрел на улыбающегося заклинателя, после чего сказал: — Обязательно.

~~~

      Прошло полгода с момента их знакомства. По началу, Энею было нелегко привыкнуть, что по пути в кварцевый дворец, вместо шелеста листьев и пения птиц, ему всё чаще приходилось слышать голос мальчишки. Но вскоре это стало чём-то привычным, без чего его день, просто не мог начаться. Надо признать, что несмотря на нелюбовь Эоса к занятиям, он был весьма интересным собеседником, точнее сказать рассказчиком, ведь Эней, в основном, предпочитал молчать и слушать. Парень хорошо ориентировался по местности и прекрасно знал где можно приобрести самые лучшие товары. Если по началу они казались слишком разными, чтобы поверить в то, что они могут стать товарищами, то сейчас их с уверенностью можно было ими назвать.       Кабинет кварцевого дворца был полон учеников, но несмотря на это, в помещении стояла гробовая тишина. Любой звук, что был рождён в этих, прекрасно украшенных всевозможными архитектурными шедеврами, стенах разносился с молниеносной скоростью, заполоняя собой всё вокруг. Нервюрные своды, узкие длинные окна с изысканными витражами, колонны украшенные не менее искусно выполненными рельефами из кварца, в честь которых дворец и получил своё название, поражали красотой, создавая атмосферу чистоты и величия.       Лекция закончилась ещё в начале занятия и теперь каждый из последователей должен был наносить изображения и надписи на тонкую бумагу свитков, но вместо этого большая часть, разморенные монотонным голосом педагога, отправились посещать царство Морфея. Эос, быстро разобравшись со столь нудным для него занятием, тоже собирался присоединиться к своим товарищам. Растянув рот в продолжительном сладком зевке, он увидел одного из немногих учеников, чья спина до сих пор находились в вертикальном положении. Его голову посетила более интересная мысль насчёт того, чем можно было развлечься оставшееся от занятия время.        Спина сидевшего неподалеку заклинателя была настолько ровной, что казалась неестественной, словно вместо позвоночника в нее вставили бамбуковый шест. Создавалось впечатление, что её обладатель вовсе не человек, а фарфоровая статуэтка, которая, по своей природе, не может принимать другого положения. Единственным опровержением этой теории была его рука, что усердно выводила горный пейзаж, поражающий своей точностью и изящностью.       Кисть завораживающе кружила над гладкой поверхностью свитка оставляя за собой, то толстые, то тонкие линии, а иногда, словно хвост диковинного зверя, ложилась набок, рождая расплывающиеся пятна, которые тут же превращались в водную гладь. Получающаяся работа полностью олицетворяла своего создателя, из-за чего Эос еле смог сдержать вырывающийся из груди смешок. И как только тушь, что представляла из себя лишь жалкую чёрную лужицу могла превратиться нечто настолько прекрасное? Даже такому непоседе, как Эос не хотелось испортить столь прекрасное творение, поэтому дождавшись, когда рука Энея вновь нависнет над блюдцем с чёрной жидкостью, он принялся воплощать свой коварный план в жизнь.       Сложив в незамысловатом жесте пальцы, заклинатель щелчком пустил из них световой луч. Эней, что был вовсю увлечён процессом создания прекрасного, проигнорировал столь наглый и дерзкий жест вплоть до того момента, пока третий по счету луч, не попал ему в глаз. Казалось, и Эос не особо этого хотел, но шалость сработала. Эней тяжело, но бесшумно вздохнув, слегка повернул голову, проверяя, что за заклинатель столь яро старается привлечь его внимание. Эос… И почему он не удивлён? Темноволосый непоседа расплылся в улыбке и помахал приятелю перепачканной в туши рукой, на что Эней никак не отреагировав вернулся к своему занятию.       Мазок, и на берегу появился кривой ствол дерева, ещё мазок, и над водой словно повис туман. «Бам», — в висок прилетело что-то круглой формы и, с тихим шорохом, упало на поверхность стола.        Это оказался скомканный листок бумаги, по всей видимости оторванный от запасного свитка. Какое расточительство материала! Наверняка внутри была записка, но содержание, светлого заклинателя, не особо интересовало. «Пуф» и записка сгорела в лучах, так же быстро, как и появилась. После этого, почти сразу, в затылок прилетела вторая. Интересно, он специально целится именно в голову? А в общем не важно, видимо так просто игнорировать послания не выйдет. Осмотрев кабинет, он заметил, что всё вокруг спят, в том числе и сам профессор. Теперь понятно, почему Эос стал таким смелым. Любопытство Энея взяло верх и он развернул скомканную бумагу.       Написано было коряво, явно на скорую руку, об этом свидетельствовала, в некоторых местах, смазанная, не успевшая высохнуть тушь. Если бы Эней так часто не проверял свитки своего знакомого, то навряд-ли смог вообще её разобрать. Надпись гласила: «Пошли, хочу тебе кое-что показать». Какой вздор! Уйти на середине занятия, он с ума сошёл? Так подумал светлый заклинатель, сжигая вторую записку. После такого заявления, поймать прежнюю концентрацию стало ещё сложнее, успокоив себя заговором и мыслью, о том, что получив отказ эта идея покинет голову Эоса, он смог справиться с поставленной задачей.       Какое-то время Энею удалось побыть в спокойствии. Работа была почти готова и оставалось только сделать заключительные штрихи. Обмакнув кисть в тушь, Эней поднёс её к листу. Тут в голову снова прилетела записка, из-за которой рука Эноя дрогнула. С кисти сорвалась капля туши, мгновенно расплываясь по гладкой поверхности написанной ранее воды. До ушей дошло тихое «Ой», на что с губ Энея сорвался еле различимые слова завершающей строчки заговора: -… Обереги от тьмы.       Вывести из себя его было практически невозможно, но Эос смог к этому приблизиться. С появившейся кляксой нужно было что-то делать, и смочив кисть в воде, первый ученик света превратил её в прекрасную водяную лилию. Стоило капле упасть чуть выше и проделанная работа точно была бы насмарку. Цветок явно был не запланирован, но выполнен с такой точностью, что если незнающему человеку сказать, что он когда-то являлся кляксой, его словам никто не поверит, сказав, что тот слишком завистлив. И они бы были совершенно правы, картина, несмотря на эту случайность, вышла просто потрясающая.       С облегчённым вздохом заклинатель отложил кисть. Придавив мраморными камушками края работы, чтобы та точно больше не пострадала, Эней решил развернуть бумажку, которая чуть не стала причиной необратимой катастрофы. Какого было его удивление, когда он обнаружил, что брошенный ему лист совершенно пуст.       Эней обернулся к Эосу, что б выяснить причину столь странного послания, но темноволосого мальчишки и след простыл. «Только не это», — подумал он, после чего встал и тихо вышел из кабинета.

⋆༺𖤓༻⋆