XIV - Отступление

      Мотоцикл был плохо приспособлен к езде по чистому снегу и продвигался с трудом. Лаперт не мог позволить, чтобы их случайно обнаружили. Этот змей натворил столько дел, что к поместью тянулась целая автоколонна. Рысь боялся выезжать на дорогу в такой ситуации, сперва давая паникующим гостям возможность покинуть вечеринку, а спецслужбам и репортёрам — добраться до места происшествия       Он пригнал байк на вершину небольшого склона рядом с дорогой. Здесь можно было спрятаться среди заснеженной растительности и наблюдать, не высовываясь. Лаперт заглушил двигатель, чтобы свет не выдал их позицию. Фары и редкие проблесковые огни скользили по еловым веткам, которые закрывали дуэт от посторонних глаз.       Лаперт посмотрел на Гэри. Тот по-прежнему был без сознания. Рысь подхватил гадюку обеими лапами и встряхнул как можно сильнее — без толку. От этого стало только хуже: тревога подскочила, будто кто-то перехватил горло изнутри.       Краем глаза Лаперт заметил движение внизу, на том же склоне, по которому съехал раньше. Ещё двое зверей спустились к дороге. Он пригляделся, и в груди неприятно кольнуло.       Джуди Хоппс. Рядом с ней — незнакомый ему лис, её напарник, по всей вероятности. Оттуда они их не замечали, взгляд был направлен вперёд, а не вверх. Лаперт поймал себя на том, что уже наполовину готов сорваться с места. Лапа держала ручку газа. Но он заставил себя не дёргаться и продолжил смотреть.       Белый лимузин внезапно затормозил у обочины. Из салона вышли двое белых медведей и, не церемонясь, схватили крольчиху и лиса. Они что-то говорили, но отсюда было не то что не слышно — даже по губам не прочесть.       Лаперт снова метнул взгляд в люльку. Гэри лежал, свернувшись в клубок. Дневника при нём не было. От этой мысли внутри будто что-то оборвалось. Он резко посмотрел вниз и успел увидеть знакомую книгу в лапах Джуди — ровно за миг до того, как её с напарником запихнули в багажник.       Лимузин тронулся и покатил в городскую часть Тундратауна.       — Держись, поедем быстро, — устало произнёс рысь, выкручивая ручку газа.       Перед тем как тронуться, жёлтые глаза сквозь очки отметили белые куски снега на теле Гэри после падения. С неба на него уже ложился новый слой. Лаперт сглотнул. Напарник мог не выдержать.       Не колеблясь ни секунды, он снял шарф и накрыл гадюку, свернувшуюся тугой катушкой, словно одеялом.

***

      Ночью в Тундратауне поднялся плотный туман. Лаперт подобрал дистанцию, чтобы не потерять лимузин из виду и при этом оставаться невидимкой для водителя. Они въехали в город, но — к его удивлению — свернули прямо перед основным центром, уходя в другой район.       Привычные белые здания с неоном сменились кирпичными заснеженными складами и ангарами. Из толстых технических труб вверх струился чёрный дым, огибая мост шоссе наверху. Здесь было сложнее ориентироваться. Если Лаперт и бывал в Тундратауне, то в парадной части, среди красивых витрин и публичных мест — не в серой производственной зоне.       Наконец лимузин добрался до пункта назначения. Большая кирпичная фабрика, припорошенная снегом. По соседству стояли точно такие же здания. Ничего примечательного, ничто не цепляло глаз — и от этого становилось только тревожнее.       Лаперт поспешил нырнуть в глухой переулок, пока его не заметили.       Он выглянул из-за угла. У входов стояли другие белые медведи. Вблизи они казались ещё внушительнее. Водитель и помощники вышли из машины, открыли багажник и подхватили крольчиху и лиса. Те не сопротивлялись. Джуди по-прежнему сжимала дневник.       Следом из машины достали кого-то ещё — намного меньше, и так, что фигуру почти целиком спрятали в массивных лапах. Лаперт не успел разглядеть. Несли осторожно, будто что-то очень важное.       Пробираться внутрь, да ещё и оставлять Гэри одного, было самоубийством. Размышлять долго не пришлось — ответ пришёл мгновенно.       На Лаперта резко навалилось осознание, в каком тупике он оказался.       То, что они так тщательно пытались выкрасть, теперь было под замком. Всё, чем он рисковал, не окупилось. Прямо сейчас он остался ни с чем. Отступать поздно. Он отвернулся от семьи. Он сбежал вместе с их врагом. Наверняка к этому часу уже поняли, что он причастен к авантюре.       После смерти матери Милтон не давал ему спуску. Казалось, что всем. Но вдруг — только ему? Мысль об этом резанула и тут же вызвала злость. Думать об этом хотелось ещё меньше, чем снова терпеть нападки. Лаперт почувствовал, что подушечки лап мокрые, и машинально потёр их о штанину. Потом вспомнил о напарнике и заглянул в люльку. Гэри лежал под импровизированным одеялом. Без всякой мысли Лаперт коснулся его — проверить.       Гэри дышал. Просто спал.       Облегчение пришло резким, почти болезненным толчком. Лаперт устало выдохнул, закатил глаза и уткнулся мордой в руль. Подержавшись так секунду, он начал глухо, коротко биться лбом о мотоцикл, давя раздражение и злость.       «Ну мы же шли нормально… ну почему сейчас?!» — кричали мысли.       На миг он всерьёз захотел всё бросить и рвануть к фабрике, потребовать дневник. Но разум остановил, словно ошейник. Лаперт прекратил биться о руль и сделал несколько глубоких вдохов. Внутри стало чуть тише.       — Ха-ха… В какой-то момент я в самом деле подумал, что нас ждёт успех, о котором ты говорил, Гэри… — прошептал он, повернув голову к змею.       Ответа не было. Напарник спал, будто ничего и не случилось.       И тогда Лаперта догнало другое воспоминание. Та ночь, когда они были вместе. Его кровать — и тепло, от которого так легко отдавало в сон, даже если мир вокруг валился. Стало горько от мысли, что сегодня он не сможет просто лечь и сделать паузу.       Он устал так, что сон казался не желанием, а единственным способом выжить до утра.       Но вместе с усталостью пришло и постыдное, но всё-равно тёплое чувство. В собственном поместье он давно не испытывал ничего подобного. А тогда — это дало ему комфорт и успокоение. И именно это, как ни странно, держало его на плаву.       От воспоминаний внутри немного потеплело. Воздух на улице от этого казался ещё холоднее. С неба снова пошёл снег, и снежинки осторожно ложились на асфальт и на перчатки. Глаза Лаперта на секунду стали влажными. Он быстро приподнял мото-очки и протёр влагу, будто стёр что-то лишнее, чего быть не должно.       — Ладно, я что-нибудь придумаю. Поехали отсюда.

***

      Импульсы внутри Гэри медленно возвращали телу движение. Оцепенение отступало, но не уходило до конца. Взгляд оставался мутным. Гадюка несколько раз моргнула, заставляя мир сложиться в одно целое.       Он обнаружил себя на кровати в неизвестной комнате. Серый ковролин, выцветшие фисташковые обои с рисунком веточек, коричневая мебель. Дверь — по-видимому, в санузел и на выход. Окна по обе стороны были плотно зашторены.       Гэри осторожно вытянулся во всю длину. Кровать была рассчитана на млекопитающее вроде Лаперта, но не на змею. Было тесновато. Рядом стояла ещё одна кровать. Вспомнив о рыси, Гэри снова оглядел комнату и понял, что он здесь один.       — Ох… Голова кружится… Лаперт. Ты тут? — прокашлявшись, спросил Гэри.       Ответа не было.       Внезапно щёлкнул замок, и входная дверь открылась. На пороге появился Лаперт с двумя коричневыми стаканчиками для кофе в лапах.       — Гэри! Ты живой! — вырвалось у рыси.       Он даже не пытался скрываться. Поставил стаканчики на стол и почти подбежал к змею, словно боялся, что тот может исчезнуть.       — Да, я в порядке. Не волнуйся, напарник! Прости, что пришлось немного поспать. Всё произошло так быстро… — Гэри говорил всё тише, испытывая чувство вины.       Змей свернулся катушкой, будто хотел стать меньше.       — А кстати, где мы? Дневник уже у нас, всё получилось? — спросил он, всё ещё цепляясь за надежду.       Лаперт печально опустил голову. Подошёл к напиткам, поставил один на тумбочку рядом с гадюкой. Потом сел на кровать напротив — слишком резко, как будто его подрезали. Отпил пару глотков горячего шоколада и только тогда заставил себя заговорить.       — Мы… Я… упустил его. Я поймал тебя, но дневника при тебе не было. Его взяла та крольчиха. Джуди Хоппс.       — Что…? Как…? Нет, не может быть!       Перед глазами Гэри нахлынули обрывки. Удивлённые фиолетовые глаза. Зелёные глаза лиса, который просил отпустить Милтона. Сам Милтон — сжатый его телом, голубые глаза, в которых было не мужество, а просьба о пощаде.       — Похоже, им кто-то помог. Я проследовал за их машиной вместе с тобой, но то место набито охраной. Внутрь нам не попасть.       — И тогда ты… — Гэри выдержал паузу, давая напарнику договорить.       Лаперт отпил ещё пару глотков, это склеить мысли воедино.       — …И я уехал. Снял нам номер в мотеле, чтобы хотя бы не оставаться на улице. Полчаса назад съездил и заправил мотоцикл. Бери, кстати. Ты же вроде как мёрзнешь, — он кивнул на второй стаканчик.       Гэри взял чашку и недоверчиво покрутил её кончиком хвоста. Потом сделал глоток. Затем ещё.       — Спасибо, что позаботился обо мне, Лаперт, — тихо сказал он.       Гэри перебрался на кровать рыси и свернулся рядом, так близко, будто искал опору.       Рефлекторно Лаперт положил лапу рядом, создавая подобие «крыши». Он отвёл взгляд в кремовый потолок, стараясь не встречаться глазами.       — Я просто не хотел, чтобы ты замёрз… — поскромничал он.       — Я серьёзно, — Гэри сделал ещё пару глотков шоколада. — Мы ведь правда попробовали. И я, и ты. И мы всё ещё вместе.       — К чему ты ведешь?       — Ты нашёл меня, спас от полиции, привёз сюда. Ты заботишься обо мне. Даже сейчас.       — Ах, это… — Лаперт выдавил почти неслышно. — Да пустяки! Не мог же я тебя там бросить?       Слова Гэри не давили так, как раньше, но внутри всё равно поднимали дискомфорт. Лаперту было приятно — и от этого становилось ещё хуже.       Он всё ещё хотел подняться в глазах отца. Поэтому приходилось играть, подлизывать, держать маску, чтобы не выдать истинных намерений. Его самого от этого мутило, но иначе нельзя. Это нужно, чтобы не попасться.       Гэри поставил напиток на тумбочку. Несколько секунд он молчал, будто решаясь.       — Можно мне… Обнять тебя?       Лаперт уже представил, как его сжимают, как перехватывает дыхание. Но не отказался.       — Ох… я буду не против.       Гэри в ту же секунду обмотал его, но на этот раз — иначе. Аккуратно, бережно. Так, чтобы Лаперт мог дышать и не чувствовать давление. Тепло пришло сразу, как будто кто-то набросил одеяло прямо на сердце.       Голова змея двигалась где-то над ушами рыси. Вдруг Лаперт почувствовал щекотку у кисточек. Он дёрнулся и рефлекторно хихикнул.       — Ай, ха-ха! Что ты делаешь? — вырвалось у него.       — Хи-хи, давай же, улыбнись! — Гэри стал водить кончиком хвоста по макушке.       Лаперт не выдержал, завалился на постель, раскинув лапы. Гэри перестал его щекотать и улёгся рядом, повторив позу. Оба выравнивали дыхание, глядя в потолок, будто там можно было найти ответ. Внутри подскочило молчание.       — Что делать-то будем? — спросил Лаперт пустым голосом.       — Не знаю, — почти сразу ответил Гэри.       Наступила тишина. Машины за окном проезжали редко. Где-то за стеной гудели электрические коммуникации.       — Выходит, это конец? Ха-ха. То, чего я и боялся. У нас ничего не вышло. Моя семья подумает, что я предатель. Они меня никогда не примут назад… — Лаперт говорил и сдерживал истерику. Каждое слово выходило через усилие.       — А мои родные так и будут выживать каждый день в Тёмной Долине, не надеясь ни на что… — глухо добавил Гэри.       Они продолжали смотреть в потолок, словно пытались разглядеть в нём трещины или узоры. Любую мелочь, лишь бы не смотреть друг на друга.       Гэри повернулся к голове товарища.       — Лаперт.       — Что?       — Даже так… я рад, что у меня есть такой млекопитающий друг, как ты. И… дело не в патенте, — змей осторожно улёгся на груди рыси. — Мне просто понравилось быть с тобой эти дни. Ты совсем не такой, каким я тебя представлял. И я… я искренне рад, что ты оказался другим.       Лаперт чуть поднял голову, смотря в желтые глаза гадюке. Он совсем не знал что ему ответить. Его сковало внутри, а тело змеи продолжало ползти по нему. Гэри тепло улыбался.       Без контроля над мыслями, рысь ответил:       — …Я рад, что смог быть твоим другом.       «Другом». Слово медленно окрашивалось новым смыслом. Мысли о патенте притихли, как будто отступили в угол. На их место пришло другое.       Воспоминания ударили в голову одно за другим. Первая встреча. Поиски зацепок в спальне отца. Сон рядом с ним. И то, как Лаперт успел вытащить Гэри из передряги.       Теперь он ясно понимал, что во все эти моменты был не один. Рядом был кто-то, кто мог подхватить и направить. И когда он снова прокрутил в голове события испорченного бала, стало очевидно, что без Гэри для него это был бы конец света.       Но тогда он не чувствовал себя брошенным котёнком. Он чувствовал себя частью чего-то. И двигался вперёд.       Почти так же, как когда-то рядом была мама. Аврора Рысевич.       Что-то внутри Лаперта дёрнуло. Он сам потянулся к голове Гэри и погладил его по чешуе.       В ответ змей только тихо вздохнул. Лаперт неловко хихикнул, будто пытаясь разрядить собственную нежность.       Тревога начала отпускать. Воздух в груди стал ровнее. Внутри звучала всего одна мысль, и он сказал её вслух.       — Мы должны попробовать снова.

***

      — Слушайте. Сейчас на месте работают наши лучшие следователи. Никому не следует бояться. Мы своевременно со всем разберёмся, и уже совсем скоро народ сможет узнать, какого чёрта змея забыла в наших краях, — строго говорил в камеру шеф полиции Буйволсон.       — Это всё хорошо, но как вы прокомментируете ситуацию с полицейскими Хоппс и Уайлдом, оказывающими помощь беглому преступнику? — спросил женский голос репортёра.       — Беспокоиться не о чем. Эти двое уже объявлены в розыск и будут наказаны по всей строгости закона за свои преступления. Если кто-то знает информацию о местоположении этих двоих, сообщайте на горячую линию. Ну а сейчас, если позволите, полиции нужно работать. Спокойной всем ночи.       Лаперт сделал пару глотков остывшего шоколада и убавил громкость телевизора. Рысь и змей переглянулись.       — Так вот что у вас там происходило. Ну надо же… — Лаперт провёл лапой по лбу, будто стирал липкий пот.       — Получается, что и они теперь в бегах… — Гэри задумчиво поддел подбородок кончиком хвоста.       — И дневник всё ещё у них… Думаешь, они могут узнать правду о патенте?       — Сами? Мне кажется, что нет, — тихо сказал Гэри, потирая темя хвостом. — Думаешь, в Зверополисе есть кто-то, кто им поможет?       Лаперт задумался. В теории, кто мог бы помочь двум беглецам раскопать тайну исчезновения рептилий и того, что спрятано в дневнике? Кто вообще этим интересовался и хоть что-то понимал?       — Только не смейся, — находчиво улыбнулся рысь.       Он покопался в телефоне, открыл приложение видеохостинга, нашёл просмотренное. На экране всплыл фрагмент подкаста бобрихи Бобби.       — Кто эта дама? — Гэри прищурился, всматриваясь в название видео и в лицо ведущей на паузе.       — До этого я пытался узнать о змеях немного больше и нашёл её. Она вроде как эксперт по рептилиям, или что-то вроде. Снимает эти странные видео.       — Если она единственная, кто так много говорит о нас, нам надо её найти! Они могут работать вместе! — Гэри загорелся, и голос стал заметно живее.       — В описании есть ссылка на сайт. Дай гляну… — Лаперт нажал по экрану. — Хм, здесь есть номер телефона. Думаешь, позвонить?       — Ну конечно! Давай скорее!       — Ладно, ладно, хорошо.       Лаперт зажал палец на экране, скопировал номер и вставил в приложение для звонков. Вывел на громкую связь.       «Здарова! Вы позвонили мне когда я не в своем отделе по работе с правдой! Если у вас есть классное предложение, валяйте после звукового сигнала. Либо заглядывайте на Болотный Рынок, поболтаем! Кстати, валять можно уже… Прямо сейчас!»       Лаперт уставился на экран телефона. Само собой, в это время никто не ведёт активность. Но попытаться всё равно стоило.       — Э… Привет, Бобби! Меня зовут Лаперт, не могли бы вы перезвонить мне как можно скорее? Я думаю, что знаю довольно много про змею, что испортила Бал Столетия, и мне пригодилась бы ваша помощь. Буду ждать! — с натянутой улыбкой проговорил Рысевич.       Он погасил экран, положил смартфон на постель и откинулся на подушку.       — Ну, ты сам всё слышал, — выдохнул рысь, скрестив лапы на груди.       — Хм… Болотный Рынок… Я что-то припоминаю. Место для земноводных животных… Некоторым рептилиям тоже подошло бы.       — Я только знаю, что это где-то между Тундратауном и Тропическим Лесом. Папа цепляется за любую возможность снести его и расширить район в ту сторону. Знаю только это. Божечки, там, наверное, так мокро…       — Значит, мы просто обязаны отыскать ту крольчиху и вернуть дневник. И, может, мы даже узнаем что-нибудь ещё, или… О, о! Ещё лучше! Мы должны подружиться с этой Джуди и попросить помочь нам отыскать патент! — на морде Гэри была искренняя тёплая улыбка.       Уши Лаперта прижались к подушке, а зрачки дёрнулись. Внутри всё напряглось, будто его снова поставили к стенке.       — Помочь… нам? — обречённо переспросил рысь.       — Ну да! Она вступилась за меня, помогла мне, отвлекла твоих близких. У нас наверняка одна цель, нам надо объединиться, — наивно рассуждал Гэри.       Лаперт повернулся на бок и отвернулся от змея, пряча лицо. Появление Джуди Хоппс и её напарника усложняло всё. Слишком много рисков. Слишком много вопросов, на которые нельзя отвечать честно.       — Тебе же было весело. Что-то не так? — осторожно спросил Гэри.       Лаперт выдержал паузу. Длинную, тяжёлую. Потом заставил голос звучать ровно.       — Д-да нет. Просто уже поздно. Я уже не соображаю. Давай ложиться спать, — неровно солгал он.       Гэри обеспокоенно посмотрел на друга и только после этого кивнул, согласившись на предложение.