XIX - Спасение

      Пожарный выход обдувался морозным ветром, а снег под чешуёй будто прожигал всё внутри. Гэри резко ослаб, мышцы отказывались слушаться, тело становилось тяжёлым и неповоротливым. Он всё же старался выползти обратно, цепляясь за пол короткими, рваными движениями. Инстинкт тянул его к единственному источнику тепла в этой ледяной ловушке.       Прежде чем тела крольчихи и лиса окончательно онемели, они успели прижаться друг к другу настолько крепко, насколько позволяли силы.       — Н-Ник… — хрипло прошептала Хоппс.       — Я… Я р-рядом… М-морковка… — задыхался Уайлд.       Сил хватало лишь на обрывки фраз. Мысли рассыпались, ясность стремительно уходила, оставляя после себя мутную пелену. Ни Ник, ни Джуди уже не могли толком осознать, как жизнь медленно ускользает из них.       — Я… Н-не уследил, — на последнем издыхании вырвал из себя лис. — П-проости…       — В-вы… Н-не виноваты. — тихо произнёс Гэри. — Н-никто не виноват.       Перебирая хвостом, он подползал всё ближе. Движения давались с трудом, но он не останавливался.       — П-прабабушка хотела… Чтобы З-Зверополис был для всех… И мы м-могли… П-помогать друг-другу…       Краем глаза Ник видел, как змея приближается, но ни он, ни Джуди уже не могли даже повернуть голову. Оставалось только наблюдать слушать.       — И в-вы… Помогли мне…       Кончик хвоста осторожно коснулся Хоппс, и это простое прикосновение вдруг отозвалось слабым, но отчётливым теплом.       — М-можно… Вас обнять? — из вежливости спросил Гэри.       Он знал, что возражений не будет. Знал, что ответа не последует. Но всё равно спросил.       Медленно, дрожа от холода, тело змея обвилось вокруг них, впитывая остатки тепла. С каждой секундой Гэри чувствовал, как к нему возвращается жизнь. Он осторожно протиснулся между их телами, прижимаясь теснее.       Даже в этом состоянии его эмоции не застыли. Радость от того, что он рядом, что может быть полезен, проявлялась в каждом движении. Он ластился, устраиваясь между ними, и на его мордочке проступила тёплая, почти детская улыбка.       Но стоило ему окончательно прийти в себя, как хвост уловил тревожное ощущение. Тела Джуди и Ника продолжали остывать. Их дыхание было едва заметным, силы стремительно уходили.       Гэри резко поднялся и оглядел диспетчерскую. В углу он заметил знакомые осколки голубого пластика и насторожился.       Это был его антидот. Корпус треснул, один из глаз нарисованной змеи отвалился, открывая шприц с жёлтой жидкостью. Гэри нажал на кнопку, и механизм сработал. Детский голос с треском выдавил слова: «Вв-о-нзи м-мен-я пр-ям-о в сердце».       Он тут же подполз к Нику и аккуратно уложил его на спину. Лис почти не дышал, глаза оставались закрытыми.       Укол в грудь заставил его вздрогнуть. Через несколько секунд Ник судорожно втянул воздух и закашлялся. Не задерживаясь ни мгновения, Гэри дотянулся до Джуди и ввёл антидот и ей.       Онемение отступало медленно и мучительно. Дыхание выравнивалось, чувства возвращались, но вместе с ними приходила жгучая боль. Внутри всё пекло, силы почти не появлялись, тело оставалось ватным и слабым. Жизнь удержали, зафиксировали, но она ещё не спешила подчиняться.       Когда оба прокашлялись, Ник протёр морду лапой и инстинктивно прижал бок, в который пришёлся укол.       — Вы живы! Ох, вы живы! — восторженно повторял Гэри, встав перед ними.       Ник криво ухмыльнулся.       — Ага… Только вот мы сейчас завидуем мёртвым… Как же всё печёт… — ограничился Уайлд.       — Я… Жива? И правда, жива. — Джуди всё ещё не могла поверить в происходящее.       — Я же говорил, всё можно исправить! — Гэри улыбался, размахивая антидотом в хвосте.       Перед глазами лиса всплыла недавняя сцена противостояния змея и рыси. Лапы сами собой сжались в кулаки.       — Скот паршивый… Я разорву его, как то чучело из музея… — злился Ник.       — Как он мог так поступить?! Мы… Мы же ему верили и помогали… — голос Джуди дрожал, дыхание всё ещё сбивалось.       — Ты чуть не погибла! Я чуть не погиб! Даже этот… Змей чуть не погиб! — Ник схватил Джуди за плечо, размахивая второй лапой. — Он спятил, точно говорю. Больной котяра.       — Нам надо его найти… Срочно! Он наверняка отправился на поиски патента! — Хоппс попыталась подняться.       — Морковка, не гони коней. Нас только что реанимировали, а ты уже с цепи сорвалась! — Ник удержал её в сидячем положении.       Гэри стоял чуть в стороне и постепенно отползал дальше. Поток злости и резких слов больно отозвался внутри, напоминая о том, что произошло совсем недавно. Печаль накрыла его плотной волной, перед глазами снова вспыхнул ужас последних минут.       Они были правы. Их ярость имела вес и причину. Лаперт разрушил доверие в одно мгновение, и они имели право ненавидеть его. Змей их не осуждал.       Но Гэри не мог злиться. Просто не мог.       Он цеплялся не за образы умирающих Джуди и Ника и не за инъектор в лапе. В памяти вновь всплыли слёзы Лаперта, его сорванный, испуганный голос и слова о том, что «так надо».       «Я — Рысевич», пронеслось в голове.       Ему не хотелось признавать предательство. Признать, что его использовали. И он хватался за любые зацепки, чтобы оказаться не правым.       Джуди и Ник продолжали говорить, но их слова проходили мимо. Перед Гэри всплывали воспоминания последних дней с рысью. Он вспоминал, как часто Лаперт говорил о патенте, как уходил от разговоров, как не хотел брать их в команду. Всё, что раньше казалось странностями и неуверенностью, теперь складывалось в мрачную картину.       Что-то внутри начинало кипеть.       И всё же он не мог совместить этот образ с тем рысью, что убегал отсюда в слезах.       Жгучее напряжение сменилось странным спокойствием. Он снова ощущал, как Лаперт дрожал в кровати той ночью в Тундратауне, как искренне улыбался, когда ему чесали голову, как с заботой угощал Гэри горячим шоколадом. Как с каждым объятием он становился чуть увереннее.       Лаперт не был готов к этому с самого начала, когда они впервые нашли инъектор в спальне отца. Гэри вспомнил, как мотивировал его помочь и стать героем. Рысь боялся даже держаться за «жало». И те вопросы поздней ночью… Он по-настоящему сомневался в себе ещё тогда.       Его последние слова и его поступки не сходились с тем Лапертом, которого он знал. Не с тем, чью семейную историю он узнал у костра и успокаивал друга перед сном.       Сердце подсказывало ему, что надо делать. И он слышал себя ясно и чётко. Гэри сделал свой выбор.       — …И потом, я состригу с него кисточки. — закончил Ник.       — Прекратите! — прокричал Гэри.       Лис и крольчиха замолчали и посмотрели на него.       — Так нельзя. Он… Наш друг! Ему нужно помочь!       Ник протёр нос, не открывая глаз.       — Знаешь ли, червь кольчатый, — с агрессией начал он. — Своей "игрушкой" твой дружок чуть не заставил нас отбросить копыта!       — Я знаю, что он сделал. Но это не тот Лаперт, которого я знаю. Он этого не хотел! — Гэри почти умолял. — Он раньше был другим!       Лис вскинул лапы в непонимающем и недовольном жесте. «Как можно быть таким наивным?», подумал про себя Ник. Этот спор высасывал с него остатки сил.       — Гэри, мне жаль, но тебя предали. Нас предали. И каким бы другом он тебе не был… Нам придется его арестовать. — устало успокаивала Джуди.       — …Я обещал ему, что буду рядом до конца. Я обещал, что всё будет хорошо, — Гэри опустил голову. — Мы все должны помогать друг-другу. Таким задумывался Зверополис.       — Да плевать он хотел на это! — вспыхнул Уайлд. Он явно не хотел принимать точку зрения змея. — Иначе почему он отравил нас?!       — Он плакал, когда говорил со мной! Лаперта… Лаперта будто подменили!       — Я видела, что у него были влажные глаза… Но это не отменяет того, что он сделал это. — горько сказала Джуди.       Гэри рассказывал сбивчиво, цепляясь за детали, за простые жесты заботы. Он видел, как сомнение медленно пробирается в их взгляды.       — Понимаете… Перед тем, как попасть к вам, мы были вместе достаточно много времени. Он был… Милым и добрым. То есть, он приносил нам шоколад, он меня закрывал шарфом, когда мы ехали в то здание где вас держали, и…       — Вы следили еще когда мы были… Там?! Баранья отбивная… — вновь выпалил Уайлд. Его больше удивляло то, что их сопровождали еще с того момента.       — Да, мы хотели вместе с вами обсудить то, что нам нужно найти патент. Но Лаперт при вашем упоминании всегда вел себя… Отстранённо.       — То есть, он не хотел с нами связываться? — подумала Джуди. — Либо он нас боялся…       — Либо мы изначально не входили в его план. — Выпалил Уайлд. — Просто… Какая у него была причина нам помогать?       — И ты спросил его об этом, верно? — спросила крольчиха, начиная подозревать что-то неладное.       — Да, спросил. Сын богатой семьи резко решил пойти против них? Я сразу не поверил. — ответил Ник.       — Да, именно! Он нам говорил, как ненавидит семью! — полностью раскрытыми глазами рассказывал змей. Его взгляд умолял их поверить ему — Как они над ним издевались… Он просто хотел прекратить всё это. Он хотел быть значимым для них. И… И он хотел… Сжечь патент, что бы просто доказать то, что он… Не бесполезен…       — …И тогда он стал верить, что кем-то станет. Это звучит правдоподобно, но… Ты уверен в этом? — спросила Гэри Джуди, начиная сомневаться в первоначальных причинах покушения Лаперта.       — Доверьтесь мне! Он может быть в опасности!       На секунду нос Джуди задёргался. Она сложила лапы. Фиолетовые глаза словно видели сквозь змея. Он говорил это от всего сердца. Ник оглядел обоих и стыдливо убрал лапы в карманы, стараясь не пересекаться взглядом.       Хоппс, кажется, тоже начинала понимать. Критическое мышление старалось совместить увиденное друг с другом. К ней пришла идея.       — Это всё его семья. Они его таким сделали.       — Котёнок даже не представляет какое разочарование его ждёт. Папка у него явно с головой не дружит. — добавил Ник.       — Скорее, давайте за ним! Остановим их! — Гэри оживленно пополз к выходу.       Хоппс и Уайлд держались на ногах, но бег был для них невозможен. Тела оставались слабыми и истощёнными, словно переведёнными в режим энергосбережения. Боевого духа почти не осталось, но это не имело значения.       Пока они были вместе, они шли вперёд, даже зная, что впереди может ждать смертельная опасность.       Крольчиха и лис молча кивнули друг другу и последовали за змеем вниз по лестнице.

***

      Снегоход остановился у поместья Рысевичей. Там же, где был брошен первый. Зелёный транспорт завалился на бок, оставленный в явной спешке, будто тот, кто был за рулём, даже не пытался припарковаться. Следы на снегу говорили сами за себя. Все трое без слов поняли, что прибыли именно туда, куда нужно.       Ник распахнул замёрзшие двери, впуская внутрь Джуди и Гэри. Холод ударил в лицо, но лис даже не обратил на это внимания. Этот змей привёл их сюда, и другого варианта у них всё равно не было. Уайлд не рассчитывал на открытое столкновение. Он трезво понимал, что сил почти не осталось, но надеялся, что Джуди сумеет придумать хоть что-то, если рыси окажутся внутри.       Однако дом встретил их тишиной. Ни шагов, ни голосов. Джуди и Гэри остановились, глядя на что-то впереди. Ник сначала не понял, что именно привлекло их внимание, но, подойдя ближе, сразу осознал, что произошло.       — Ого, есть в мире карма. — притворно хихикнул лис. — Как неожиданно и приятно.       Хоппс резко ударила его в плечо, даже не глядя на него, и бросилась к телу рыси, сползшему по стене. Лаперт неловко лежал, будто рухнул без сил. Одной лапой Джуди нащупывала пульс, второй подняла с пола инъектор. Тот самый. Тот, которым он отравил их в комнате управления. Капсула внутри была пуста.       — Он ещё дышит. — хрипло сказала Джуди.       — Постой, мы правда его спасаем? — Ник наклонился, придерживая голову рыси лапой.       — Кончай шутить, Ник! Это не игра. Гэри, давай! — Джуди укладывала Лаперта на спину, стараясь действовать быстро и аккуратно.       Змей приготовил противоядие. Последняя доза в шприце. Последний шанс для Лаперта.       Теперь всё будет по-другому.       — Просыпайся, соня!       Игла вонзилась прямо в серую грудь, вводя остатки противоядия. Гэри сразу отполз чуть в сторону, напряжённо следя за каждым признаком жизни.       Сначала ничего не происходило. Потом грудь рыси едва заметно приподнялась. Дыхание стало ровнее, хоть и оставалось слабым. Лаперт тихо закашлялся и попытался приподнять голову. Зрение медленно возвращалось, расплывчатые пятна обретали форму. И чем яснее он видел, тем сильнее его охватывал страх.       Перед ним были они. Те, кого он предал.       Но сил внутри почти не было. Мысли не складывались в слова. Он чувствовал лишь пустоту и тяжесть в груди. Всё, что он мог — лежать на холодном полу, прижимая лапу к сердцу. Внутри его жгло не только от яда.       — Лаперт… Ты как? — заботливо спросил Гэри, глядя ему прямо в глаза.       Взгляд рыси оставался мутным, он всё ещё не до конца верил в происходящее.       — Хуже некуда… — хрипло выдавил Рысевич и тут же закашлялся.       Осознание пришло не сразу. Этот змей вернулся за ним. Вернулся, чтобы спасти. После всего, что он сделал.       — Зачем?.. Какой вообще смысл? Я это заслужил, и… Я всё испортил. — отстранённо спрашивал Лаперт.       — На меня не смотри. Это всё его идея. — Ник скрестил лапы, кивнув на Гэри. — Но иногда лучше оставить всё как есть, хах.       Лис ожидал удара от напарницы, но Джуди лишь встала рядом, не сводя взгляда с рыси.       — Мы не выбираем, кому нужна помощь. И я полностью поддерживаю своего напарника. Однако… Ты ведь не хотел всего этого, да? — устало спросила она.       Уши Лаперта дрогнули. Он с трудом приподнялся, опираясь на локоть, и посмотрел на них снизу вверх. Они стояли перед ним, живые, настоящие. И он ощущал себя так, будто его судят. За каждое решение, за каждый проступок. И он слушал, цепляясь за каждое слово.       — Любой может измениться, если захочет. Но даже то, что совершил ты — можно исправить. — Джуди указала взглядом на пустой инъектор и сломанную ручку антидота. — Не все заслуживают второго шанса. Но всё же… Этот змей продолжал в тебя верить.       — Лаппи, клянусь, состричь бы твои кисти, да серёжки сделать, но Гэри всю шерсть проел, что тебя надо спасти. Не прогадал, как видишь. Слушай, твоя семья это кошмар. Не будь как они, будь лучше. — Ник старался держать шутливый тон. — Такие друзья бывают раз на миллион.       Рысь медленно повернулся к змею, что тихо ждал его рядом. Гэри словно забыл о его предательстве. Отбросил все предрассудки. Любую обиду и ненависть. Будто они всё ещё были командой. Словно оставались друзьями и дальше.       Будто ничего не произошло.       И эта невинность, эта доброта, эта вера до самого конца по-настоящему выводила на чувства и эмоции. Чувство стыда и вины за свой проступок.       Морды сменялись как слайды на проекции. Милтон, полный гнева и презрения. Гэри, полный надежды и понимания. Они переключались друг за другом, взывая к мыслям, что Лаперт скрыл внутри себя и никак не мог поднять их наверх. Это было так просто, но он не мог. Он боялся, что всё это было ловушкой. Что его спасли лишь затем, чтобы потом наказать.       Тревога захлестнула его. Он попытался отползти к стене, но ощутил, как чешуя коснулась его меха. Гэри осторожно обвился вокруг него, формируя знакомое, тёплое объятие. Он не говорил ни слова, позволяя моменту случиться. Это было то единственное, что могло успокоить друга.       Слёзы потекли из жёлтых глаз. Лаперт судорожно прижимал змея к себе, будто боялся, что тот исчезнет.       — Мне так жаль, Гэри… Так жаль, ребята… — тихо хныкал рысь.

«Я не врал вам. Моя семья ужасна. Но… Я всегда хотел стать её частью.

Моя мама… Она любила меня. И любила папу. И однажды, она сказала мне, что я стану заметным в глазах отца, а затем — буду счастлив.

И когда её не стало, отец изменился. Стал… Почти как она… Но время шло, а всё становилось только хуже. Папа превратился в чудовище.

А я… Был слепым котёнком, верившим в то, что я всерьёз стану одним из них, если только… Сделаю для них что-то. И я подумал, что патент поможет мне завоевать их любовь. Это было важно для них.

И я слишком поздно понял, как сильно я ошибся. Я верил в то, чего никогда не было, а сам не видел как-то, чего я хотел — уже было со мной.»

      — Мне нет прощения!..       Гэри перебил его, осторожно коснувшись хвостом его рта. Лаперт вздрогнул.       — Всё хорошо, напарник. Всё хорошо. — Гэри сделал паузу. — Я прощаю тебя.       Он аккуратно расплёл кольца и помог рыси подняться. Остатки яда делали движения неуверенными, удержаться на лапах было сложно. Все четверо сблизились, встав в круг.       — Ведь вы не забыли? Нас ждёт успех! — радостно сказал Гэри.       Но резко, дверь в комнату с хрустом распахнулась и ровно между головами всех зверей пронесся ледяной ветер. Что-то удачно пролетело в сантиметре от них. Разом, группа оглянулась на стену и увидела арбалетный болт. В дверном проеме показался Милтон и близнецы.       Отец семейства сжимал в лапах старинный деревянный арбалет, Котрик и Кисса держали блестящие кинжалы. Из мохнатых лап торчали когти. Глаза Милтона заливались яростью и шоком. Он сходил с ума, а близнецы словно старались стать его тенью. Не встречаться взглядом с этой компанией. Сопротивляться шоку от облегчения, что их брат оказался жив и что им прикажут дальше.       — Убить их! — прокричал отец.

***

      Лапы и чешуя мерзли под снегом. Все силы, что оставались в каждом млекопитающем, были направлены только на одно - бежать и не оглядываться. Бежать на свет башни. Бежать вперёд, лишь бы не попасться рысям, чьё присутствие ощущалось почти физически, как холодное дыхание в затылок. Этот свет был единственным ориентиром       Лаперта, Ника и Джуди обжигало изнутри. Лёгкие горели, мышцы наливались тяжёлой болью, а выносливость покидала тело каждого, оставляя лишь упрямое желание сделать ещё шаг.       Но сейчас они с рысями были в равных условиях. Милтон и близнецы намеренно держали дистанцию, точно зная, куда это приведёт группу. Они вели их ровно туда, куда и было запланировано, не ускоряясь и не отставая. И чтобы подогнать их ещё сильнее, Милтон не жалел болтов, выстреливая в сторону незваных гостей почти на чистой удаче. Свист снарядов резал воздух, заставляя пригибаться и сбиваться с шага. Но рефлексы по-прежнему защищали зверей, позволяя вовремя уклоняться от опасности, даже когда силы были на исходе.       У выхода Хоппс успела схватить с пола лежащий смартфон, принадлежавший Киссе. Пальцы скользнули по холодному корпусу, едва не выронив его. Несмотря на потрескавшийся экран, он работал. Пароль и холод в лапах не помешали ей набрать номер и сделать экстренный вызов, цепляясь за эту возможность как за последний шанс.       Это безумие нужно было прекратить.       — Служба спасения, что у вас случилось? — послышался спокойный голос с того конца.       — Я офицер Джуди Хоппс, со мной офицер Николас Уайлд. Мы в поместье Рысевичей, в Тундратауне! Рыси пытаются нас убить! Мы ранены, нам нужная скорая! — кричала Джуди в трубку, почти не слыша собственного голоса за шумом крови в ушах.       — Машины уже в пути, мэм. Постарайтесь найти укрытие и оставайтесь в безопасности. Постойте, вы сказали офицер Хоппс?       — Да, мы полицейские в бегах. Рысевичи — преступники! У нас есть доказательства! Пришлите помощь! — Хоппс перешла на хрип, чувствуя, как голос предательски срывается.       — Держитесь там, отряд полиции и скорая помощь уже едут. — закончила оператор.       Рыси будто давали фору, когда млекопитающие останавливались перевести дыхание. В эти короткие мгновения Гэри пытался согреться, прижимаясь к Лаперту, цепляясь за него всем телом. Змей также не мог долго держаться на снегу, мороз пробирал слишком быстро. Даже эти вынужденные паузы были частью чужого замысла. Всё шло по плану Милтона.       Перед взором каждого внезапно предстал огромный лабиринт. Высокие изгороди, поднимавшиеся на пару этажей, были густо присыпаны белым снегом, из-за чего казались ещё массивнее и глуше. Дальнейший проход разделялся на два ответвления, одинаково неизвестных, без какой-либо подсказки.       — Э… Куда идём? Направо… Налево? — Ник указывал пальцем из стороны в сторону, стараясь говорить быстро.       Болт со свистом пролетел мимо зверей и запутался в ветках неподалёку, заставив всех вздрогнуть. Милтон, словно истинный хозяин своей территории, спокойно перезаряжал арбалет, не торопясь и не суетясь. В это время брат и сестра Лаперта сторожили его, внимательно следя за каждым движением беглецов. Старший брат семейства был всё ближе и ближе, методично загоняя каждого в заранее приготовленную ловушку. И выбора остановиться или подумать уже не было, каждое мгновение промедления могло стать последним.       Ник инстинктивно схватил Джуди за лапу и увёл вправо, скрывшись за поворотом, даже не оборачиваясь. Гэри уселся Лаперту на плечи, стараясь меньше касаться снега и сохранить тепло. Они рванули влево, исчезая за другой стеной лабиринта, разделяясь в надежде выиграть хоть немного времени.

***

      Переводя дыхание, младший Рысевич осторожно снял змея с себя и поставил на снег. Колени дрожали, мышцы тянуло болью, а дыхание сбивалось, как после долгого бега без остановок. Придерживая себя за колено одной лапой, он второй вцепился в край свитера и стянул его через голову.       — Что ты делаешь? — шептал Гэри, почти не разжимая пасть.       Лаперт не ответил. Он молча взял змея и аккуратно обмотал своим верхом тело гадюки ближе к голове, проверяя, чтобы ткань легла плотнее и не сползала. Движения были медленными и неловкими, пальцы слушались неохотно.       — Тебе нужнее, — Лаперт с трудом показал одобрение, стараясь выглядеть спокойнее, чем чувствовал себя на самом деле.       Гэри сразу ощутил, как остаточное тепло окружает его, проникая сквозь чешую и позволяя телу снова слушаться. Холод отступал, пусть и ненадолго, но этого хватало, чтобы двигаться быстрее и не делать вынужденных пауз. Они оба ускорили шаг, двигаясь прямо, стараясь не оглядываться. Но спустя несколько мгновений им пришлось замедлиться. А затем буквально замереть. Не дышать глубоко. Не издавать ни звука.       У Лаперта всё внутри леденело. Не от холода, а от осознания того, кто был рядом. Где-то совсем близко.       — Ну что, сынок? Теперь ты доволен? Мы играем в прятки. Как отец и сын. Ты хотел моего внимания? Всё для тебя. Наслаждайся, паршивец... — доносился голос из-за стен из кустов, лениво скользя вдоль проходов и постепенно уходя дальше. — ... Пока ты еще можешь.       Каждое слово резало слух, цеплялось за мысли, заставляя сжимать зубы и бороться с желанием сорваться с места. Лишь когда шаги и голос окончательно растворились в тишине, Лаперт позволил себе снова двигаться. Он выдохнул и сделал осторожный шаг вперёд. Гэри кивнул ему, словно безмолвно прося не слушать эти слова и не поддаваться.       Они не могли просто найти выход из лабиринта. Им нужно было выжить до приезда копов и ни за что не быть замеченными Милтоном. Двигаться тихо. Держаться в тени. Идти к свету башни, который всё ещё маячил где-то впереди, пусть и казался обманчиво далёким. Выбраться из этого кошмара и разорвать замкнутый круг.       Это было их последним испытанием.

***

      Мороз бил по груди, но природа рыси уверенно защищала от холода, не позволяя телу окончательно сдаться. Змей полз как можно ровнее, стараясь не задевать снег и ветки, а рысь шагал почти бесшумно, инстинктивно занимая любой угол у каждого поворота. Лаперт плохо ориентировался в этом лабиринте и никогда не знал его по-настоящему, а сейчас чувство направления было окончательно сбито. Пространство вокруг казалось одинаковым и чужим. Оставалось только слушать и двигаться дальше, доверяясь шагу и дыханию.       — Я чувствую, как тебя пронизывает страх. И знаю, о чём ты думаешь. Но не думай о том, чтобы злиться на меня. Ты бы сделал то же самое. — доносился голос отца где-то неподалёку. Он звучал пугающе спокойно, словно происходящее было не охотой, а холодным спортивным состязанием.       Этими словами Милтон прожигал Лаперта насквозь. Он не торопился, методично давил, стараясь сломить и ослабить его ещё сильнее, вынудить оступиться и выдать себя. Всё это было частью игры, финалом которой должен был стать последний удар. Гэри видел по глазам друга, как каждое слово оставляет след, но каждый раз успевал осторожно коснуться его плеча, возвращая в настоящий момент и не давая утонуть в мыслях.       Открылось очередное окно между изгородями, позволявшее пройти дальше. Лаперт сделал несколько шагов, стараясь не ускоряться, и за следующим поворотом дуэт вновь замер. Тишина стала плотной и тяжёлой, словно сама давила на грудь.       — Это, наверное, так досадно, когда недавно у тебя было всё, но вместо этого ты выбрал примкнуть к кучке отбросов. Ты решил укусить лапу, что тебя кормила. В отместку я обглодаю твои кости!       Голос Милтона был совсем близко. Он находился ровно за стеной и оставался там, будто принюхиваясь, как хищник, выслеживающий добычу. Лаперт застыл, не смея даже пошевелиться. В любой момент выстрел мог угодить прямо в голову. Но рискнуть и сорваться с места было ещё опаснее.       — Знаешь, что тебя отличает от нас? Твоё глупое сострадание, как у твоей матери. Думаешь, прямо сейчас я жалею? Ничуть. — насмешливо продолжал старший Рысевич. — Наш лабиринт не вечен, Лаперт. Ещё немного, и я возьму ваш след. Бежать будет некуда. Никто вам не поможет.       Шаги за изгородью ускорились. Сердце в груди Лаперта билось так сильно, что казалось, его услышат сквозь снег и кусты, а жжение внутри только усиливалось. Но он уже подошёл к своему пределу и, вопреки всему, продолжал держаться на лапах, не позволяя страху вырваться наружу.       Они уже преодолели половину пути. Оставалось совсем немного.

***

      Джуди указала лису не шуметь, прижав палец к губам. Тот сразу понял жест и коротко кивнул, замирая на месте.       В памяти обоих всплыло их проникновение в лабораторию-изолятор на утёсе, где держали пропавших хищников. Тогда любой неосторожный звук мог выдать их и стоить слишком дорого. Сейчас ощущение было тем же самым. Лис и крольчиха больше не говорили, общаясь только языком жестов и взглядами, экономя дыхание и нервы.       Шаги раздавались с двух сторон одновременно. Они заняли укрытия, стараясь не терять зрительный контакт друг с другом. Голова гудела от напряжения, мысли путались. Ник заметил две тени, промелькнувшие впереди и скрывшиеся за поворотом, слишком быстрые, чтобы быть случайностью.       — Верни мне мой телефон, дорогая. Он стоит больше, чем вся твоя жизнь. — презрительно раздался женский голос. — У папы всё под контролем. Ваши друзья из полиции вас не спасут.       — Ведь спасать скоро… Будет некого! — подхватил Котрик.       Близнецы медленно окружали их. Голоса звучали из разных сторон, накладываясь друг на друга и сбивая ориентацию. Каждый из них будто продолжал мысли Милтона, повторяя его интонации и уверенность. Брат и сестра говорили его словами, не задавая вопросов и слепо следуя приказам отца.       Рыси точно знали, что делают. Их действия были выверены, движения согласованы, словно между ними не требовалось ни слова. Ник и Джуди смотрели в разные стороны и одновременно заметили, как Котрик и Кисса начали сужать кольцо, оставляя всё меньше пространства для манёвра.       Лис нервно задвигал лапами, показывая жестами вопрос, что им делать дальше. Джуди на мгновение наклонила голову и взглянула на снег под лапами. В этот момент её посетила мысль, простая и рискованная одновременно.       Собрав остатки сил, она резко наклонилась и начала рыть нору в снегу с такой скоростью, что Ник не сразу понял, что происходит. Снег разлетался в стороны, а проход уходил прямиком на другую сторону изгороди, минуя стену. Лис тут же пролез следом за напарницей, и они, не останавливаясь, рванули дальше.       Весь лабиринт постепенно превращался в один большой полигон, и Хоппс невольно вспоминала тренировки в академии, где их учили действовать в условиях давления и нехватки времени. Преступный опыт Уайлда отзывался воспоминаниями о тех случаях, когда он сам удирал от преследователей, полагаясь на инстинкты и удачу. Сегодняшний день, впрочем, отличался лишь ставками.       — Глупая зайка ещё не знает, что роет себе могилу, — насмешливо протянул голос брата, словно тот уже понимал, где именно их искать.       — И этот рыжий идиот… Как они вообще могут быть вместе? — Кисса не скрывала брезгливости, даже не пытаясь смягчить тон.       Ник вытянул морду, пытаясь принюхаться, но мороз бил в нос, лишая его шанса уловить что-то полезное. Каким-то образом эти двое не отставали и продолжали идти по их следу. Было трудно отрицать очевидное. Близнецы знали это место гораздо лучше и чувствовали себя здесь хозяевами.       Напарников сжимало всё сильнее. Казалось, ещё немного, и это жжение внутри начнёт буквально разъедать силы, лишая возможности двигаться дальше. У Джуди почти не осталось энергии, чтобы продолжать бег. Ник держался из последних сил, едва переставляя лапы.       Но свет башни был уже совсем близко. Выход казался реальным и осязаемым. Спасение должно было быть рядом. И всё же близнецы были правы в одном. Полиция не поможет им, если они сами не сумеют дотянуться до этого шанса.       В глазах Хоппс вспыхнул огонь. В голове созрела очередная идея. Ник взял её за лапу и посмотрел прямо в глаза, словно ища подтверждение. Он боялся, но доверял ей безоговорочно. И она отвечала ему тем же.

***

      Лаперт и Гэри были уже почти у выхода. Младший узнал эту развилку сразу, несмотря на усталость и спутанные мысли. Это место врезалось в память слишком хорошо. Выход должен был быть сразу за поворотом. Гэри замер прямо перед ним, не решаясь двигаться дальше. В жёлтых глазах гадюки отчётливо читался ужас.       Рысь попытался показать, куда им нужно идти, подняв лапу и сделав шаг вперёд. Но змей среагировал быстрее. Он резко повалил Лаперта на землю, прижимая его к снегу. В тот же миг над ними со свистом пролетел ещё один болт, уходя куда-то в темноту. Гэри спас его, не раздумывая ни секунды.       С перевёрнутым зрением Лаперт видел, как вооружённый отец стремительно приближался, сокращая расстояние слишком быстро. Внутри всё сжалось. Гэри тут же помог ему подняться, подталкивая вперёд. Вместе они сорвались с места и побежали к выходу, не оглядываясь и не позволяя страху остановить их.       Навстречу им из-за другого угла выскочили знакомые силуэты. Лис и крольчиха выбегали прямо к ним, так же запыхавшиеся и измотанные. Все четверо сблизились, не теряя ни мгновения.       Джуди мгновенно скомандовала, не произнеся ни слова. Её лапы двигались быстро и чётко, показывая, кто и куда должен идти. Ни у кого не возникло вопросов. Каждый понял всё сразу.       Милтон и близнецы появились в том же месте почти одновременно с группой. Отец опустил арбалет, оценивая ситуацию, а брат с сестрой убрали когти, оглядываясь по сторонам в поисках цели.       — Двое бездарей! Найдите их. Они не могли далеко уйти. — огрызался отец, не скрывая ярости.       — Отец… Мы почти… Догнали их. — оправдывались близнецы, стараясь не смотреть ему в глаза.       — Попытки не равняются результату. Они нас уничтожат, думайте быстрее! — голос Милтона сорвался на крик.       Котрик и Кисса начали хаотично осматриваться. Сестра взглянула в сторону пустого плато, откуда лился свет, и заметила несколько кроличьих следов. Рядом с ними, почти у самого выхода, лежал её смартфон, брошенный в снег.       Рысь шагнула вперёд, чтобы поднять свою вещь. В тот же миг снег под лапами предательски поддался. Поверхность оказалась хлипкой, и дочь Рысевичей провалилась в сугроб, оставив снаружи только голову. Лапы снизу тут же стянуло чем-то крепким с характерным щелчком застёжки.       — Помоги-       Фраза оборвалась. Её резко утянули под снег, не дав договорить.       Милтон и Котрик спохватились одновременно. Но старший сын вдруг ощутил резкий холод на затылке. В него угодил снежок. Инстинктивно он обернулся и лишь успел увидеть, как лис с размаху врезал ему кулаком прямо в морду. Удар сбил его с ног, заставив потерять равновесие и выронить кинжал. Уайлд тут же перехватил его лапы и затянул стяжку, не давая шанса вырваться.       Милтон попытался отреагировать мгновенно, поднимая арбалет и целясь в плута. Он не заметил, как змея свисала прямо над ним. Гэри стремительно опутал Милтона, с силой приподнимая его над землёй. Кончик хвоста ловко подхватил оружие и отбросил его как можно дальше, лишая отца последнего преимущества.       Хоппс выскочила из норы, нейтрализовав сестру. Уайлд закончил вязать брата. Ник и Джуди встали по бокам, освобождая центр, когда Лаперт наконец вышел из-за укрытия, делая шаг вперёд.

***

      — Спусти меня на землю, мерзкая гадюка! — Милтон яростно пытался вырваться из плена, дёргаясь и извиваясь, но все его усилия были тщетны.       — Ну всё, ты уже наигрался, теперь его очередь. Наслаждайся, Гэри. — задорно хихикнул Ник, упираясь лапами в колени и пытаясь восстановить сбившееся дыхание.       Уайлд и Хоппс легко стукнулись друг с другом лапками в знак успеха. Они действительно это сделали. Победили, несмотря на усталость и боль, несмотря на жжение в мышцах и холод. На фоне происходящего усталость начала отступать, словно давая место второму дыханию. Облегчение и радость от проделанной работы оказались лучшим лекарством, даже если тело всё ещё ныло и пекло.       Лишь Лаперт стоял в стороне, без эмоций глядя на отца. Он мельком оглянулся в сторону брата и сестры, после чего снова перевёл взгляд вперёд. Милтон заметил это и зло оскалился.       — Ты разрушил нашу семью! Ты уничтожил всё, что у нас было! Если бы я только знал, чем всё обернётся… Я бы вонзил в тебя яд ещё тогда!..       Джуди молча передала Лаперту стяжку и на мгновение сжала его лапу, словно поддерживая. Ник положил свою лапу ему на плечо. Лаперт посмотрел на них обоих, глубоко вдохнул и шагнул к отцу.       Гэри ослабил хватку, позволяя рыси немного утонуть в сугробе, словно тяжёлый ком снега. Милтон рыкнул, но сопротивляться уже не мог.       Лаперт собрал лапы отца вместе и застегнул стяжку, действуя аккуратно, но уверенно.       — Знаешь, пап. Возможно, это самое правильное, что могла сделать наша семья. Я не хочу быть как они. История слишком затянулась.       — Вся наша история — это сплошные удары в спину и предательства. И внутри себя ты такой же. Ты ничем не отличаешься, — тихо прошептал Милтон, почти шипя сквозь зубы.       — Ну… кое в чём ты всё-таки прав. Я тоже предатель. Только я использовал это в лучших целях. Сегодня я сделал много выводов о том, чего на самом деле хочу. И наш мир — это далеко не только Рысевичи.       Милтон коротко и сухо усмехнулся, не скрывая презрения.       — Говоришь так же, как все они. Ты теперь низший зверь. Ты никто.       — Мне кажется, для тебя я всегда был никем. И я к этому привык. Но теперь всё изменится. — Лаперт сложил лапы вместе. Гэри, Джуди и Ник встали рядом с ним, образуя единый ряд. — Я буду другим.       С холма донёсся вой сирен, и вдалеке вспыхнули проблесковые маячки. Служебный транспорт и крупные звери в синей форме спешили к месту происшествия. Лис и крольчиха уже различали знакомые фигуры. Капитан Боровски, Трюфля, «Зебратва» и другие коллеги приближались быстрым шагом. Чуть позади всех шёл капитан Буйволсон.       Они успели вовремя.